Чудо  - Рациональность - Наука - Духовность

Клуб Исследователь - главная страница

ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ - это путь исследователя, постигающего тайны мироздания

Библиотека

Библиотека "ИССЛЕДОВАТЕЛЬ"

  Главная   Библиотека "ИССЛЕДОВАТЕЛЬ"

Наш сайт доступен на 52 языках

 

 

 

 

 

 

 

 

O S H O

 

 

O Ш O

 

 

 

 

VIGYAN BHAIRAV

TANTRA

 

ВИГЬЯНА БХАЙРАВА

TAHTPA

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

THE BOOK OF

THE SECRETS

 

КНИГА ТАЙН

 

 

 

 

 

 

 

Commentary

 

 

 

 

 

1991

 

 

Новый комментарий

 

Том 1

 

 

 

1993

 

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 ОТ ИЗДАТЕЛЕЙ

 

Читателю предлагается новый, полный перевод книги Ошо (Бхагавана Шри Раджниша), выполненный по по­следнему пересмотренному двухтомному изданию, пред­принятому после того, как автор покинул эту Землю. Вся книга содержит 80 бесед (глав), посвященных 112 техни­кам-сутрам, изложенным в древнем тантрическом тракта­те Вигьяна Бхайрава Тантра.

В этой книге Раджниш говорит о Боге, как о некоторой потенции, заложенной в самом человеке, как о некотором состоянии, которое он должен реализовать, о состоянии познания ИСТИНЫ как видения МИРА в его целостности и взаимосвязи, о состоянии любви как пребывании в гар­монии с МИРОМ, о состоянии знания источника жизни, из которого вышел МИР, и самого бытия этим источником — источником «чистой жизненности», через который мы свя­заны со всем бытием и являемся им.

Бхагаван не призывает к поклонению или «преданному служению» какому-либо божеству, а призывает познать Божественное, окружающее нас и содержащееся в нас, приобщиться к нему, реализовать его в себе самом. Он призывает к открытию тех сокровенных глубин нашей при­роды, которые объединяют нас с Божественным, через ко­торые оно нас кормит и поит, через которые Божественное дает нам жизнь и о которых мы даже не подозреваем в своем обыденном существовании.

Для осуществления этого, говорит он, мы должны осоз­нать всю нашу обусловленность, которая делает из нас, из Божественного, роботов. Робот — это не тот, кто живет, чувствует, понимает, а тот, кто запрограммирован на опре­деленное поведение, кто функционирует по заранее заложенным программам, правилам, предписаниям. Про­граммы, заложенные в робота, — не его программы, робот является их рабом. Человеку, стремящемуся быть свобод­ным, стремящемуся быть Человеком, стремящемуся реа­лизовать в себе Божественное, необходимо осознать это и освободиться от этого. Тогда его природа потечет легко и свободно, как ручей, из которого убрали камень, преграж­давший ему дорогу.

На это и направлены 112 техник, изложенные Шивой своей супруге Дэви более пяти тысяч лет назад. Просвет­ленный мастер пытается возродить эти техники в перво­зданном виде и приспособить их для людей XXI века. Раджниш утверждает, что эти техники являются всеобъем­лющими и что на них построены медитационные практи­ки всех существующих религий и эзотерических учений. Он стремится передать людям все свое глубокое понимание этих техник, утверждая, что именно с этой целью приходи­ли в мир людей Шива, Кришна, Будда, Лао-цзы, Махавира, Патанджали, Моисей, Иисус, Мухаммед... Он говорит, что все зависит от нас, от того, насколько глубокой и искренней оказалась наша потребность познать ИСТИНУ.

Незадолго до ухода от нас Раджниш отказался от своего титула «Бхагаван», буквально означающего «Бог, Господь, господин», так как опасался, что его начнут обожествлять фанатичные поклонники и последователи, как это было со многими другим просветленными. Поэтому он взял себе имя Ошо, что означает «океанический, растворенный в океане». Позднее он узнал, что слово «Ошо» использова­лось также на Дальнем Востоке в смысле «Благословен­ный, тот, кого небо осыпает цветами»...

В первый том настоящего издания вошли первые 16 глав и, соответственно, первые 24 медитационные техники, соот­ветствующие первому тому первого оригинального издания, состоящего из пяти томов.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

 

 Список медитаций . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

4

 Введение . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

5

1.

МИР ТАНТРЫ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

16

2.

ПУТЬ ЙОГИ И ПУТЬ ТАНТРЫ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

25

3.

ДЫХАНИЕ – МОСТ ВО ВСЕЛЕННУЮ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

35

4.

ПРЕОДОЛЕНИЕ ИЛЛЮЗИЙ УМА . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

45

5.

ПЯТЬ ТЕХНИК НА ВНИМАТЕЛЬНОСТЬ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

54

6.

ПРИЕМЫ ДЛЯ ПРИОБРЕТЕНИЯ ВЛАСТИ НАД СНОВИДЕНИЯМИ . . .

66

7.

ТЕХНИКИ ДЛЯ ВАШЕГО УСПОКОЕНИЯ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

75

8.

ТОТАЛЬНОЕ ПРИЯТИЕ И НЕРАЗДЕЛЕНИЕ:

ЗНАЧЕНИЕ ТАНТРИЧЕСКОЙ ЧИСТОТЫ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

 

84

 

9.

ТЕХНИКИ ДЛЯ ЦЕНТРИРОВАНИЯ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

94

10.

САМОРЕАЛИЗАЦИЯ: ОСНОВНЫЕ ПОТРЕБНОСТИ . . . . . . . . . . .

104

11.

ТЕХНИКИ ДЛЯ ПРОНИКНОВЕНИЯ ВО ВНУТРЕННЕЕ . . . . . . . . .

113

12.

ЗА ПРЕДЕЛЫ УМА К ИСТОКАМ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

122

13.

ВНУТРЕННЕЕ ЦЕНТРИРОВАНИЕ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

130

14.

ИЗМЕНЕНИЕ НАПРАВЛЕНИЯ ЭНЕРГИИ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

140

15.

ВИДЕНИЕ ПРОШЛОГО КАК СНОВИДЕНИЕ . . . . . . . . . . . . . . . . . .

150

16.

ЗА ПРЕДЕЛЫ ГРЕХА БЕССОЗНАТЕЛЬНОСТИ . . . . . . . . . . . . . . .

159

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК МЕДИТАЦИЙ

 

 

1.

Наблюдай промежуток между двумя дыханиями . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

37

2.

Наблюдай точку поворота между двумя дыханиями . . . . . . . . . . . . . . . . .

38

3.

Наблюдай точку слияния двух дыханий . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

40

4.

Осознай момент остановки дыхания . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

42

5.

Сфокусируй свое внимание на третьем глазе . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

54

6.

Фокусируйся на промежуток в течение твоей дневной деятельности . . . .

58

7.

Техника для осознанности во сне . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

59

8.

Наблюдай точку поворота с преданностью . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

61

9а)

Лежи как мертвый . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

62

9б)

Пристально смотри, не мигая . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

62

9в)

Соси что-нибудь и стань сосанием . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

62

10.

Стань лаской . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

78

11.

Закрой свои чувства, стань подобным камню . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

81

12.

Позволь себе стать невесомым . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

82

13.

Тотально концентрируйся на одном объекте . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

97

14.

Помести свою осознанность в свой позвоночник . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

100

15.

Закрой все отверстия твоей головы . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

114

16.

Поглоти чувства своим сердцем . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

116

17.

Не выбирай, держись в середине . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

119

18.

Смотри на объект с любовью . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

131

19.

Сиди только на ягодицах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

135

20.

Как медитировать в движущемся экипаже . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

136

21.

Концентрируйся на боль в твоем теле . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

138

22.

Рассматривай свое прошлое, не отождествляя . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

151

23.

Почувствуй объект и стань им . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

155

24.

Наблюдай за своим настроением . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

157

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Во второй беседе данного цикла бесед Ошо утверждает, что меди­тация - это наука. Это простое утверждение имеет глубокий смысл. Медитация - это не вера, не догма, не ритуал, а наука, это экспери­мент, который проводится не во внешнем мире, как это обычно бывает в науке, а во внутреннем мире самого экспериментатора.

Это наука, которая была известна мистикам в течение многих столетий и которая все это время неправильно воспринималась мас­сами. Это не набор знаний, которые можно изучить по книгам, хотя слова, описывающие ее, могут быть переданы - как передают их сутры Вигъяны Бхайравы Тантры. Но переживания, на которые ука­зывают эти слова, могут быть переданы только теми, кто испытал их. Они могут быть переданы ученику только мастером.

Современный человек, особенно на Западе, - а под влиянием Запада все больше и больше на Востоке - забыл, что такое медитация, и подменяет ее верой и ритуалами. Мы получаем некоторый намек на медитацию, когда поражаемся чем-либо прекрасным или теряем от любви дар речи. Но нас так много учили и заставляли искать снаружи, что перспектива поиска внутри никогда не приходит нам в голову. А если и приходит, то мы настолько напряжены, настолько сложны для понимания, настолько запутаны в своих предубеждени­ях, что не знаем, где или как начать.

Обратитесь к Ошо. Дело всей его жизни заключалось в том, чтобы возродить из прошлого науку медитации и обновить ее при­менительно к современному человеку. А эта серия бесед, посвящен­ная сутрам, данным Шивой своей супруге Дэви, является важной вехой в работе Ошо. Его комментарии по ста двенадцати техникам медитации из Вигьяны Бхайравы Тантры составляют целую науку медитации, повторно рожденную применительно к потребностям двадцать первого века. Здесь имеются техники, говорит Ошо, для любых типов мужчин или женщин, встречающихся в мире. Он рассказывает про каждую из них и отвечает на вопросы о них. Он при­зывает своих слушателей экспериментировать с техниками, делая это в игривой и расслабленной манере, определяя, которая из них принесет успех. Если вы испытаете их все, и ни одна не сработает, то говорит он, медитация не для вас.

Так что самое важное - чтобы вы были не просто читателем, а и исследователем своего собственного внутреннего мира. Кроме самих бесед вам полезно будет знать и некоторые другие вещи, которые мы изложим в данном введении.

В начале книги Ошо противопоставляет йогу и тантру. Он гово­рит, что йога является путем желания, упрямства, силы воли, а тантра является путем отказа от себя, путем освобождения, путем попустительства. Он утверждает, что люди на Западе уже имеют чрезвычайно развитую силу воли, так что йога не может им сущест­венно помочь. Тантра является путем, построенным на приятии:

Тантра говорит:

«Принимайте себя такими, каковы вы есть». Вы представляете собой великую мистерию многих многомерных энергий. Примите их и продолжайте движение с каждой энергией с глубокой чувствительностью, с осознанностью, с любовью, с пониманием. Идите дальше с ними! Тогда каждое желание ста­новится средством для выхода за его пределы. Тогда каждая из энергий становится помощником. И тогда сам этот мир стано­вится нирваной, само это тело становится храмом - священным храмом, святым местом (глава 2).

 

 

Ошо добавляет, что ни один из методов или техник медитации не потребуется, если мы знаем, как любить. Но поскольку у нас бывают, в лучшем случае, лишь проблески любви, то эти методы могут помочь нам выйти за пределы наших ограничений. А без руководства Ошо эти сутры часто очень трудны для понимания.

Последовательно и терпеливо переходя от одной техники к дру­гой, Ошо ясно показывает, какие техники подходят для людей раз­личных типов - например, для людей с интеллектуальными наклонностями или для людей, ориентированных на чувства, на сердце.

 

 

Думающие и чувствующие - это два основных типа... Не забудьте определить свой собственный тип. Ни один их них не является более высоким или более низким. Не думайте, что более высоко стоит интеллектуальный тип или чувствующий тип - нет! Это просто существующие типы. Ни один из них не выше и не ниже другого (глава 19).

 

Только один этот совет может сэкономить нам много часов, потраченных на экспериментирование с методом, который вряд ли может сработать на нас.

Техники медитации основаны на работе совершенно других ор­ганов чувств. В какой-то степени в них участвуют глаза - в смотрении, в видении, в создании образов. Некоторые медитации связаны со звуком, со слухом. Некоторые используют органы вкуса и обоняния.

Медитации также связаны с другими энергетическими центра­ми тела. Имеются медитации, которые опускают энергию в основную чакру, в сексуальный центр или в хару, имеются медитации для откры­тия сердечного или горлового центров, другие медитации предназначе­ны для работы с третьим глазом или с макушечной чакрой.

Поскольку эти сутры были разработаны Шивой и даны им своей супруге, своей любимой Дэви, то они содержат также некоторые медитационные техники, предназначенные специально для женщин.

Ошо говорит о различиях в энергиях тел мужчины и женщины и по мере своего рассказа он отмечает, какие из медитаций более удобны для мужчин или для женщин. Потом мы поговорим об этом несколько подробнее.

 

Экспериментирование с медитациями

Хотя эти медитации являются очень древними, они все так же эффективны сегодня - возможно, и более эффективны, если исполь­зуются в соответствии с руководством, данным Ошо. В течение по­следних трех лет Свами Дэва Вадуда и я использовали их в наших курсах Эзотерической науки в мультиверситете Ошо в Пуне, Индия. На этих трехмесячных курсах мы не могли исполнять все 112 меди­таций, поэтому мы подготовили выборку из 55-60 техник и разрабо­тали последовательность их применения в соответствии с расположением семи чакр. В своей книге Ошо эту последователь­ность не приводит, и их не обязательно использовать в этой очеред­ности, но мы использовали именно ее.

Каждый участник курсов получал копию описания медитации, так что все могли прочитать собственные слова Ошо об этих техни­ках. Затем вся группа совместно экспериментировала с ними. Мы предоставляли широкое разнообразие техник, так что люди могли найти себе техники, наиболее им подходящие, но мы не в состоянии были исполнять каждую технику каждый день.

 Была, однако, одна медитация, которую мы выполняли почти каждый день - медитацию темноты, известную также в истории как «Темнота секты ессеев». В результате проведения этого курса, теперь сотни людей экспериментируют с этими техниками и имеют изуми­тельные результаты. Я хотел бы рассказать вам немного о том, как мы используем в курсе эти медитации и что мы обнаружили.

Начнем с того, что Вадуда и я, как ведущие этого курса, установи­ли, что мы можем показывать людям эти медитации лишь в том случае, если они уже исполняли их сами в течение некоторого про­межутка времени. Мы потратили на подготовку этого курса, как минимум, год и мы испытали десятки этих медитаций. Много раз эти методы заводили нас в неизвестные места, иногда пугающие, а иногда полные блаженства. Мы ощущали себя парой сумасшедших ученых, которые были и экспериментаторами и объектами экспериментов одновременно. И всегда мы испытывали невероятное сча­стье, когда могли ввести эти медитации в группу и присоединить их к уже использующимся.

Я обнаружила, что для меня, как для ведущей курса, особенно полезна одна медитация. Во время проведения курса мы должны были выслушивать участников, описывающих свои переживания. Иногда мы вынуждены выполнять определенную медитацию просто для того, чтобы оставаться созвучными с тем, что нам рассказывали - это медитация, которая называется «слушанье сердцем».

Ошо опи­сывает ее так:

 

Слушая музыку, слушайте ее сердцем. Чувствуйте, как музыка входит в ваше сердце, позвольте сердцу вибрировать вместе с музыкой. Пусть ваши чувства будут соединены с сердцем, а не с головой (глава 11).

 

В этой медитации я сердцем слушала то, что мне говорили люди, и мне вполне удавалось попасть в тон с ними, чтобы понять то, что они пытались выразить. Выразить словами переживание медитации почти невозможно, и иногда, когда люди описывали свои пережива­ния, они выглядели кандидатами в дом умалишенных! Безвредные, конечно, но все же....

Например, одна из медитаций, которую мы делали в начале курса, была медитацией смотрения, при которой люди должны были выходить в сад и смотреть на растение, но в некоторый момент направление менялось и вы позволяли энергии течь назад, в вас, через глаза. Когда Ошо описывает эту медитацию, он говорит:

 

Когда вы смотрите на цветок или на лицо, изливается некоторое количество энергии - ваш взгляд есть энергия... вдруг с цветка ваше внимание возвращается назад, отскакивает назад в самого себя. Оно превратится в круг... Если мыслей нет, то это случится.

Тогда вы смотрите не только на цветок, но вы смотрите также и на смотрящего. Тогда смотрящий и цветок становятся двумя объектами, и вы становитесь свидетелем обоих (глава 51).

 

После применения этой медитации иногда люди говорили: «Я чув­ствовал, что растение смотрело на меня» или «Я чувствовал, что растение любит меня». Один человек сказал: «Я чувствовал, что мы с растением стали единым целым», а другой сказал: «Я чувствовал, что я и растение неразделимы». Сегодня, в нашем обществе, если кто-то скажет, что он чувствует, что растение живет в нем, или что энергия протекает между растением и им, то многие люди будут подозревать, что он является совершенно сумасшедшим или, как минимум, очень эксцентричным.

Итак, много раз во время проведения занятий, посвященных обсуждению результатов, мы должны были выслушивать рассказы о переживаниях в медитациях, проводимых самостоятельно, а также пользоваться методом «слушания сердцем». В противном случае мы просто не могли бы понять, что нам пытаются рассказать.

Иногда, начиная практиковать эту медитацию смотрения, люди испытывали в теле какие-то физические ощущения. Некоторые мог­ли ощущать, что их глаза горят, что они в слезах или что у них возникает сильное желание закрыть глаза и им приходится бороться с собой, чтобы оставить их открытыми. Иногда они испытывали другие физические реакции и мы всегда посылали их к врачу, чтобы проверить, не больны ли они. Если у них все было в порядке, то мы предполагали, что это было что-то, связанное с движением их энер­гии. Тогда мы помогали им сделать так, чтобы им было более удобно выполнять медитацию, но в основном люди следовали своей собствен­ной интуиции и находили приемы, позволяющие их энергии начинать течь более естественным и незатрудненным образом. Если им это уда­валось, то их тело начинало расслабляться, и физические проблемы исчезали. И довольно скоро люди начинали понимать, что они более длительное время могут сидеть с открытыми глазами, не мигая.

Позже они приходили и говорили: «Я могу практиковать медита­цию смотрения где угодно, даже если я ожидаю пять минут в очереди, или нахожусь на спокойной улице, или сижу в приемной врача. Все становится умиротворенным и очень спокойным. Но я не собираюсь рассказывать уборщице в учреждении, что растение смотрит на меня!»

 

Сердце как дверь

 

Мой опыт подсказывает мне, что в начале всего процесса испы­тания медитаций очень важное место занимают медитации, связанные с сердцем. Можно сказать, что медитация, на самом деле, имеет только два шага: от головы к сердцу и от сердца к пупку, к первона­чальному центру. Поэтому мы использовали сердечные медитации в самом начале курса, а затем часто вводили их на протяжении всех трех месяцев. Сначала участники не распознавали сердечное про­странство. Действительно, как говорит Ошо, для развития ума существуют школы, колледжи, университеты, но для развития сердца нет специальных учреждений... Факти­чески, чем более цивилизованным становится человек, тем мень­ше развивается его сердце. Мы фактически забыли о нем - что оно существует, что имеется потребность развивать его (глава 11). Поэтому мы идем к сердцу обходным путем. В одном из упраж­нений человек садится напротив другого человека и просто настраи­вает себя на чувства, исходящие из другого - эмоционально и физически. Многие люди бывают совершенно поражены и восхище­ны тем, что девяносто процентов того времени, когда они настраива­ют себя на чувства другого, дают полное совпадение чувств. На этой стадии люди расположены думать, что они настроены в унисон с сердцем другого человека. Но не всегда это обязательно так.

Мы используем в нашем курсе и другую медитацию смотрения, которую мы называем «глазами любви» (глава 13). Мы просим лю­дей просто закрыть глаза и представить себе, как их глаза выглядели бы на лице любимого человека или на лице новорожденного ребенка. А затем мы просим людей открыть глаза и посмотреть на других людей в помещении теми же глазами, которыми они смотрели бы на будду или на горячо любимого человека. Эта медитация «глаза люб­ви» также позволяет людям настроиться или гармонизироваться с другими. Но даже этот прием не использует, в действительности, энергию сердца, здесь обычно используется второй центр, хотя он может включать в себя и сердечный центр.

Другим способом вхождения в настройку или в гармонию с другим человеком является слушание посредством сердечной медитации, о которой мы уже говорили. Здесь человек просто представляет себе, что все звуки, которые он или она слышит - голос партнера, или звуки комнаты, или звуки природы - что все эти звуки идут в его сердце и что он принимает эти звуки в своем сердце. Эта медитация многим напоми­нает медитацию смотрения, но она в большей степени перспективна для людей, ориентированных на слух. Кроме того, она настраивает человека или гармонизирует его с энергией или чувствами другого.

Мы используем эти переживания в самом начале, хотя, строго говоря, это и не является медитациями сердца - это немного напоминает обучение езде на велосипеде. Человек может начинать учить­ся, не умея еще хорошо ездить, падая, возможно, много раз. Он должен концентрироваться на том, чтобы правильно держать ноги на педалях, он должен концентрироваться на том, как держать руль так, чтобы можно было ехать в желаемом направлении. Он должен смот­реть по сторонам, чтобы не наехать на дерево; он должен звонить в звонок, переключать передачи; он должен помнить, где расположены тормоза. В самом начале все это весьма сложно. Постепенно человек приобретает сноровку и с какого-то момента начинает легко ездить на велосипеде - точно так же обстоят дела и с сердечными медитациями.

Начальные шаги являются очень важными, поэтому на этой стадии мы испытываем лишь несколько медитаций. К ним относит­ся, например, медитация, в которой сознание другого рассматрива­ется как свое собственное сознание (глава 77). Сейчас, в самом начале, маловероятно, чтобы человек мог испытывать ощущения, которые переживает сознание другого человека. Но они начинают с того, что ведут себя так, как будто они стоят в обуви другого и пыта­ются выяснить, что этот другой чувствует, что он эмоционально ощущает. Мы можем это ощутить второй чакрой. Это, в действитель­ности, не является энергией сердечного центра, это энергия второго центра, но для начала и это хорошее место.

Позднее, по мере того, как участники медитируют все больше и больше, они проникают через целые слои эмоций и ощущений и попадают в пространство, которое мы могли бы назвать «пустотой сердца». Здесь чувства любви, или того, что мы называем любовью, внезапно меняются от страстных к холодным. В этой точке участник начинает иметь то, что, как я полагаю, является, в действительности, переживанием открытия сердца. И до этого момента переживание могло быть связано с открытием сердца, но совсем не обязательно включало его.

Если сердце действительно раскрыто, то происходит приятие всего таким, каково оно есть - очень глубокое приятие. Если имеет место такое приятие, то человек приобретает возможность обратить свои глаза внутрь и рассмотреть, что в действительности происходит внутри самого себя. До попадания в это пространство все приятия внутри человека является скрытым.

Наша культура учила всех нас порицать, критиковать, осуждать, отвергать самих себя. Поэтому все, что должно было осуждаться, критиковаться и отвергаться в нас, спряталось, и мы не можем его видеть. Мы не сможем видеть это, пока не раскроется пространство сердца, чему может дать начало эта медитация.

Вот почему, по-моему, Ошо говорит о том, что сердце является дверью в медитацию. Когда появится это пустое пространство, это приятие, это не будет тем страстным чувством, которое люди счита­ют любовью - это обычно всего лишь химическая и гормональная реакция на другого, сопровождающаяся привязанностью и влечени­ем, это то, что мы привыкли называть любовью.

Насколько я понимаю, что Ошо имеет в виду, когда использует слово любовь... в действительности в этом курсе мы не используем слово любовь, потому что у людей в головах так много путаницы относительно того, что это понятие означает на самом деле. Ошо говорит:

 

Любовь сама по себе является величайшим методом, но любить трудно - в некотором смысле, невозможно. Любовь означает удаление себя из своего сознания и помещение кого-то другого в то же самое место, где существовало ваше эго. Замена себя кем-либо другим означает любовь - как будто вас больше нет, а есть толь­ко другой (глава 13).

 

Сейчас я не думаю, чтобы многие из нас имели хотя бы пробле­ски такого рода любви. Поэтому мы пытаемся избегать слово любовь и используем такие слова, как приятие, сострадание, интуиция, иг­ривость, молчание, доверие. Это все качества, которые начинают проявляться в первый раз тогда, когда сердечный центр действитель­но раскрывается.

В настоящее время причина того, что человек не может, факти­чески, иметь переживание медитации до тех пор, пока не откроется его сердце, заключается в том, что для того, чтобы иметь это пережи­вание, не должно быть оценивания, рассудительности. Ошо считал существенными качествами, необходимыми для медитации, наблю­дательность, расслабленность и отсутствие рассудительности. Толь­ко тогда, когда сердце раскрыто, человек может не рассуждать, а просто воспринимать все. Тогда человек может увидеть, что у него внутри. Могут быть и такие люди, кто продвинулся на несколько шагов вперед и кто может видеть, что у другого человека внутри, но для этого другого не должно иметь значения, кто еще видит его внутренний мир. Имеет значение только то, может ли сам человек смотреть в это пространство приятия или нерассуждения и просто видеть, что там, оставляя все как есть, не пытаясь избавиться от него, не пытаясь изменить его. Иметь даже мысль о том, чтобы пытаться изме­нить что-либо, является в некоторой степени осуждением самого себя. Итак, когда открывается сердце и ощущается приятие, то имеет место огромное выделение энергии, непосредственность, хаос, игривость. И после этого человек вырастает не линейным образом - не шаг за шагом, ставя одну ногу, поднимая другую и затем опуская ее - но, кажется, рост происходит прыжком, вертикальным прыжком. В этом процессе выделяется огромная созидательная сила.

 

Исследование чакр

Люди действительно ощущают пустоту сердца с соответствую­щим свойством холодности, только после месяца или более таких медитаций. Но когда присутствует это приятие, тогда начинается очень глубокое исследование. Участники начинают раскрывать внут­ри себя много таинственного. И когда они раскрывают это таинст­венное, они обнаруживают, что это всего лишь простые факты жизни.

Когда открывается это пространство сердца, то только тогда воз­можно опустится к более низким чакрам. Здесь мы можем исследо­вать энергию силы или неправильное использование силы в третьей чакре; исследовать эмоции - гнев, печаль, страх - во второй чакре; исследовать сексуальность и страхи жизни и смерти, страх, связан­ный с выживанием, в первой, или основной, чакре.

Вещи, которые были упрятаны в подсознании, начинают всплы­вать, как пузырьки шампанского в стакане. Они всплывают наверх и освобождаются, потом и другие всплывают, взрываются и освобож­даются. Если мы расположены в сердце без всякой критики, без всякого осуждения, без какого-либо отвержения этих вещей то, что ранее было подавлено, обнаруживает себя. А после высвобождения этого подавленного начинают выделяться сокровища. Таким обра­зом, сначала выделяется все подавленное, что подобно выбрасыва­нию мусора, а затем начинают всплывать сокровища. Раз нижние центры открываются и очищаются от подавленных чувств и страхов, то высвобождаются вещи, которые затрудняли течение энергии.

Раз они высвобождаются, то энергия течет вверх от нижнего центра в сердце, а оттуда она начинает течь вверх в горловой центр. Высвобождается созидательность и возникает непосредственность. Тогда человек начинает жить текущим моментом, а не в соответст­вии с руководствами, или правилами, или бессознательными схема­ми обуславливания, связанными с подавлением. Вслед за этими непосредственностью, чувствительностью и выражением любви приходят игривость и способность человека смеяться над собой и для себя. И этот смех является очень целительным.

Раз это случилось, то мы начинаем с медитаций для открытия третьего глаза. Для открытия третьего глаза, шестой чакры, имеются, по существу, два основных метода. Один из них заключается в проведении энергии от основания спины вверх через все энергетиче­ские центры, через тело, пока она не достигнет третьего глаза снизу и не откроет его. А второй метод является более непосредственным и использует медитации смотрения.

Согласно Ошо, около восьмидесяти процентов нашей энергии теряется через глаза. Она просто исходит из глаз и мы всю ее теряем. В медитациях смотрения направление тока энергии меняется на противоположное и она возвращается через глаза, касается третьего глаза и открывает его. Иногда для человека лучшим является один метод, иногда другой - нужно поэкспериментировать. Имеется также прекрасная медитация, разработанная Ошо и называемая медита­цией Гуришанкар. Она использует голубой свет и является прекрас­ным способом для развития и открытия третьего глаза.

 

Круг любви

Когда чакра любви очистилась, можно также попробовать неко­торые из медитаций, которые обычно называются «тантрическими». Конечно, в группе мы можем только ввести их; люди, которые жела­ют заниматься тантрическими медитациями, должны делать это или в одиночку, или с любимым - в зависимости от медитации, - но не в группе.

Я расскажу вам немного о своих собственных экспериментах с ними. Но, прежде всего я хотела бы предупредить, что не собираюсь вводить кого-либо в заблуждение относительно значения тантры. Тантра не означает секс, тантра означает любовь, которая использует секс как средство вхождения в медитацию. Пусть у нас будет полная ясность относительно этого.

 

Тантра имеет в виду именно это: трансформацию любви в меди­тацию. И теперь вы можете понять, почему тантра так много говорит о любви и сексе. Почему? Потому что любовь является ближайшей естественной дверью, через которую вы можете вый­ти за пределы этого мира, за пределы горизонтального измере­ния....

Любовь вдруг изменяет ваше измерение. Вы выбрасываетесь из времени и встречаетесь лицом к лицу с вечностью. Любовь может стать глубокой медитацией - глубочайшей медитацией.... Любовь для Шивы является величайшими вратами. И для него секс не есть нечто, подлежащее осуждению. Для него секс есть семя, а любовь есть цветение этого семени, и если вы осуждаете семя, то вы осуждаете и цветок. Секс может стать любовью. Если он не становится любовью, это уродство. Осуждайте уродство, а не секс. Любовь должна цвести, секс должен становиться любо­вью. Если он не становится любовью, это не его вина, это ваша вина.

Секс не должен оставаться сексом - так учит тантра. Он дол­жен быть трансформирован в любовь. И любовь также не дол­жна оставаться любовью. Она должна быть трансформирована в свет, в медитативное переживание, в последнюю, предельную мистическую вершину. Как преобразовать любовь? Будьте дейст­вием и забудьте про действующего. Во время любви будьте любо­вью - просто любовью. Тогда это будет не ваша любовь, не моя любовь, не чья-то еще любовь - это будет просто любовь. Когда вы не здесь, когда вы в руках предельного источника или потока, когда вы полностью в любви, тогда это не вы в любви. Когда любовь поглотила вас, вы исчезли; вы просто стали энергией цве­тения (глава 7).

 

В этой книге имеется ряд основных медитаций, которые мы можем попробовать. Но сначала нужно понять, что то, как мы ис­пользуем секс сейчас, медитацией не является. С точки зрения тан­тры мы неправильно используем секс, потому что мы так много его осуждали в прошлом. Секс так много осуждался, что это осело в нашем коллективном подсознании - мы можем даже не осознавать это.

 

Постоянное вбивание в человеческий ум того, что секс является грехом, создает внутри вас высокий барьер. Вы никогда не позво­ляете себе полностью расслабиться. В стороне всегда стоит что-то осуждающее, даже для нынешнего поколения. Они могут утверждать, что они не обременены, что у них нет навязчивых идей, что секс для них не является табу, но вряд ли вы так легко можете разгрузить свое подсознание. Оно формировалось в те­чение многих веков; в нем все прошлое человечества. Поэтому, хотя вы можете и не считать это грехом сознательно, подсоз­нание все равно постоянно осуждает секс. Вы никогда не бываете в нем тотально. Всегда что-то остается снаружи. Эта остаю­щаяся часть создает расщепление. Тантра учит входить в секс тотально. Просто забудьте себя, свою цивилизацию, свою рели­гию, свою культуру, свою идеологию. Забудьте все. Просто входи­те в половой акт: входите в него полностью, не оставляйте ничего снаружи. Станьте абсолютно нерассуждающим. Только тогда придет осознание того, что вы стали едины со своим любимым. И это ощущение единства может быть потом отде­лено от партнера и может быть использовано по отношению ко всей вселенной. Вы можете быть в половом акте с деревом, с луной, с чем угодно. Раз вы знаете, как создать этот круг, то он может быть создан с чем угодно - даже без чего-либо (глава 33).

 

В примечаниях к этому Ошо говорит, что некоторые медитации в большей степени подходят мужчинам, некоторые - женщинам. Эти различия основаны на его понимании дополнительных различий между телами мужчины и женщины. Прежде всего, говорит он, и мужчина, и женщина являются полумужчиной, полуженщиной, по­скольку и тот и другая рождены от мужчины и женщины. Но тогда, в тех случаях, когда тело мужчины является положительным, тело женщины является отрицательным, и наоборот. У мужчины основ­ная чакра имеет положительную энергию, поэтому оттуда может подыматься положительная энергия. Вот почему мужчина может испытывать подъем вдоль спины энергии кундалини. Но, говорит Ошо, тело женщины в первой чакре является отрицательным; в этой части тела она будет обладать глубокой восприимчивостью, ее потен­циальной возможностью в этом месте является полное приятие.

У женщин положительная энергия помещается в грудях. Поэто­му специально для женщин имеются две медитации. Одна из них заключается в осознании энергии «между подмышками», то есть на всем участке сердечного центра. Если женщины сфокусируются на этом участке, то они почувствуют там положительную энергию. Вто­рая медитация для женщин заключается в концентрации точно на грудных сосках, на обоих сосках одновременно. Ошо говорит, что это придает телу женщины сладкий аромат, она может даже начать те­рять вес, чувствовать себя легче или иметь видения. Соответствую­щей медитацией для мужчины является концентрация на основании пениса, где энергия мужчины является положительной.

На самом деле, если мужнина пытается концентрировать внима­ние в области груди, он становится очень неспокойным. Попро­буйте. Через пять минут вы начнете потеть и вам станет очень неспокойно, потому что мужская грудь является отрицатель­ной, она дает вам отрицательность. Вы испытываете беспокой­ство, неудобство, вам кажется, что что-то в теле происходит не так, что вы больны. Но женские груди являются положитель­ными. Если женщины будут концентрировать свое внимание око­ло грудей, то они почувствуют себя очень счастливыми, блаженными, по всему их существу будет распространяться сла­дость и их тела будут терять вес. Они будут ощущать легкость, как если бы они могли летать. И при такой концентрации многое изменится; вы станете «более материнскими». Вы можете не стать матерью, но вы станете более материнскими. Ваши от­ношения со всеми станут более материнскими - будет больше сострадания, больше любви. Но эта концентрация на области грудей должна выполняться очень расслабленно, не напряженно. Если с этим у вас будет связано некоторое напряжение, то про­изойдет разделение между вами и грудями. Расслабьтесь и рас­творитесь в них, почувствуйте, что вас больше нет, что остались только груди. Если то же самое должен делать муж­чина, то он должен делать это с сексуальным центром, а не с грудями. Отсюда и следует важность первой чакры во всех кунда­лини йогах. Он должен концентрироваться в точности на осно­вании пениса - там он имеет созидательные возможности, там он имеет положительность (глава 67).

 

Имеются также медитации, которые мужчина и женщина могут делать вместе - одна из них «Не ищи облегчения в половом акте» (глава 33). Другая называется «Круг любви». Когда мужчина и жен­щина занимаются любовью, если он отдает ей, отрицательной и воспринимающей, энергию из своей положительной первой чакры, то эта энергия может подыматься по ее телу в область сердца, где она является положительной. Отсюда энергия может перейти в область сердца мужчины, являющуюся отрицательной, и если он примет ее, то она будет двигаться вниз по его телу к первой чакре. Будет создан круг для энергии любви.

Однажды я испытала это со своим партнером, не говоря ему об этом. В мое сердце притекло так много энергии, что я чувствовала, что готова взорваться. Я только спросила его: «Твое сердце немного приоткрылось?» Это было действительно так, для протекания энер­гии образовался замкнутый контур.

Ошо говорит, что, если возникает круг любви, то возникают вспышки, когда мужчина внезапно ощущает себя женщиной, а жен­щина чувствует, что она мужчина, а затем все возвращается на свои места.

Когда встречаются два любящих и становятся замкнутым кру­гом, то возникают вспышки. На какой-то момент любимый пре­вращается в любимую, а любимая становится любимым, а в следующий момент снова любимый есть любимый, любимая есть любимая. На мгновенье мужчина становится женщиной, затем на мгновенье женщина становится мужчиной - потому что энер­гия течет и образует единый круг (глава 67).

Кроме того, существуют две тантрические медитации, которые вы можете делать в одиночку. Они основаны на понимании того, что блаженство, которое мы испытываем, когда занимаемся сексом, не исходит, на самом деле, от другого:

 

Когда есть два любящих, то внезапно они оба становятся отсут­ствующими. Остается чистая экзистенция - без какого-либо эго, без каких-либо конфликтов... просто общение. В этом общении человек испытывает блаженство. Неправильным будет предпо­лагать, что другой дал вам это благословение. Это благословение снизошло на вас, потому что, не осознавая этого, вы вошли в глубокую медитационную технику.

Вы можете делать это осознанно - и если вы делаете это осоз­нанно, то все происходит более глубоко, потому что тогда вы не связаны с объектом. Помните это - благословение случается благодаря вам. Благословение случается, потому что вы поглоще­ны в другом (глава 13).

 

Итак, первая тантрическая медитация, которой можно зани­маться в одиночку, называется «Встряска в сексе» (глава 33). Ее можно использовать и совместно с партнером, и она может помочь нам стать тотальным в половом акте. А вторая называется «Делай любовь без партнера» (глава 33). Если вы переживали «круг любви» с партнером, то вы сможете практиковать это и в одиночку:

Если вы уже имеете ощущение, если вы уже поняли, что наступил момент, когда вас больше нет, осталась только вибрирующая энергия, и вы с партнером образуете круг, то в этот момент исчезает и партнер. В этот момент существуете только вы, а для вашего партнера вас нет - есть только он или она. Это единство центрировано внутри вас, партнера там нет. Женщине легче иметь это ощущение, потому что они занимаются сексом с закрытыми глазами. Вы можете образовать этот круг с самим собой, потому что мужчина является и мужчиной, и женщиной, а женщина является и женщиной, и мужчиной. Вы и то и другое, потому что в вашем создании участвовали двое. Вы были созданы мужчиной и женщиной, поэтому ваши половинки напоминают каждого из них. Вы можете полностью забыть все - круг может быть создан внутри вас. Раз круг создан внутри вас - ваш мужчина встретился с вашей женщиной, внутренняя женщина встрети­лась с внутренним мужчиной, - то вы в объятиях с самим собой. И только при создании такого круга достигается истинное без­брачие (глава 33).

 

 

Темнота секты ессеев

Я уже говорила, что в течение всех трех месяцев курса мы прак­тикуем медитацию темноты. Мы закрываем все окна и двери и так плотно запечатываем их, что в помещение не проникает ни один луч света. Комната становится полностью черной, совершенно темной, и мы сидим в ней в течение одного часа. Мы держим глаза открытыми и позволяем им стать очень восприимчивыми и впитывающими темноту подобно губке, впитывающей воду. Мы позволяем всему телу наполниться темнотой. Это первая стадия медитации темноты.

Если вы практикуете эту медитацию, то вы должны помнить, что Ошо советовал делать ее совместно с медитацией света или с меди­тацией движения. В противном случае энергия становится слишком направленной внутрь, а это палка о двух концах.

Имеется вторая стадия медитации темноты, в которой мы сидим в темноте с открытыми глазами, поглощая ими темноту в течение 45 минут. Тогда мы лежим в позе эмбриона и представляем себе, что мы находимся в утробе матери.

А для тех, кто практиковал медитацию темноты в течение не­скольких месяцев, имеется еще и третья стадия: когда мы покидаем помещение, где проводилась медитация темноты, днем или ночью - неважно, мы выносим внутри себя маленькую частицу темноты. Эта медитация позволяет вашей энергии становиться холодной, более расслабленной и восприимчивой.

Один из участников, практиковавших медитацию темноты, ска­зал: «Эта медитация дает мне возможность существовать в обшир­ном бесконечном пространстве без всяких границ». Другой сказал, что ему кажется, что медитация темноты «является целебной - она так успокаивает, как классическая музыка». Третий участник расска­зывал группе: «Хотя я и провел три дня с завязанными глазами и с затычками в ушах, мне показалось, что всего лишь один час медита­ции темноты был даже более интенсивным по воздействию».

 

Испытание медитаций

Я хотела бы подчеркнуть, что подход Ошо является весьма науч­ным - он никогда не просит нас верить тому, что он рассказывает о методе. Он всегда воодушевляет нас на то, чтобы мы сами испыты­вали его пригодность для нас. Но если вы прочитаете эту книгу, а затем вернете ее на полку, не попытавшись делать какие-либо меди­тации, то они останутся в вашей голове в виде информации или знаний, но не смогут помочь вам удовлетворить ваши потребности. Конечно, не каждая техника пригодна для любого, но среди этих ста двенадцати методов хотя бы один метод окажется привлекательным для личности любого типа.

Когда вы читаете то, что Ошо говорит о различных техниках, вам может показаться, что одна из них просто приклеилась к вам. Это та, которую вам следует испытать. Ошо говорит, что если вы почувство­вали склонность к ней, то поиграйте с нею в течение трех дней, затем расслабьтесь, успокойтесь. Если вы продолжаете чувствовать, что она хороша для вас, если вы установите, что она позволяет вам быть более осознанным, продолжайте практиковать ее в течение трех месяцев. Даже если вы поняли метод на вербальном уровне при первом чтении, очень важно после экспериментирования с ним перечитать, что о нем говорит Ошо, чтобы вы могли уловить нюансы и тонкие моменты метода.

Человек, который честно выполняет какую-либо медитацию, на­чинает уяснять для себя, что в ней является истинным. Поэтому, если вы испытываете какой-нибудь метод, вы сами на собственном опыте поймете характер его воздействия на вас. Но следует запом­нить один момент: в методе Ошо рассмотрения медитаций техники не предназначены непосредственно для их исполнения. Так что по­пытайтесь избегать ориентации на определенный результат.

 

Блаженство является только следствием, вы не можете схва­тить его непосредственно. Оно является таким деликатным явлением, что вы можете приблизиться к нему только в обход. Делайте что-нибудь другое и это случится. Вы не можете пол­учить его непосредственно.

Если вы связываете свои действия только с результатом, то он никогда не случится. И тогда это становится очень странным. Люди приходят ко мне и говорят: «Вы говорили, что если мы будем медитировать, то это случится, но мы делали все, что нужно, а это не случилось». И они правы, но они забыли про условие: вы должны забыть про результат, только тогда он случится. Вы должны быть в своем действии тотально. Чем в большей степени вы в действии, тем скорее случится результат. Но он всегда является непрямым. Вы не можете быть агрессив­ным по отношению к нему, вы не можете быть насильственным по отношению к нему. Это такое тонкое явление, оно не может быть достигнуто наскоком. Он приходит к вам только тогда, когда вы заняты чем-либо другим настолько тотально, что ваше внутреннее пространство является незанятым. Все эти техники являются непрямыми. Для достижения духовного непосредствен­ных техник нет (глава 13).

 

Раз переживание является вашим, то возникает доверие. Есть история, которая хорошо иллюстрирует мой опыт работы с этими медитациями. Это история о бедном лесорубе, который повстречал в лесу старого суфийского мистика. Старик спросил его, почему он рубит лес, когда рядом имеются медные копи - одного дня работы будет достаточно, чтобы обеспечить себя на неделю. Лесоруб добыл некоторое количество меди, и этого действительно было достаточно для удовлетворения недельных нужд. Он отправился к мистику, что­бы выразить ему свою благодарность, но тот сказал ему, что если он пройдет немного дальше, то обнаружит серебряные копи и тогда дня работы будет достаточно, чтобы обеспечить себя на целый месяц. Тогда человек добыл некоторое количество серебра, и этого было доста­точно ему на месяц. Он снова отправился выразить свою благодар­ность, а мистик рассказал ему о золотых копях, расположенных еще дальше. И человек пошел еще дальше и добыл некоторое количество золота, которого ему хватило бы на целый год! Когда лесоруб пришел к суфию в следующий раз, на нем была новая одежда, и он выглядел много богаче. Он спросил старика, не найдет ли он что-нибудь, если пойдет еще немного дальше. И суфий сказал ему, что там будут алмазные копи. Он добыл алмазов на всю свою жизнь, но затем он осознал, что сам суфий сидит под деревом и не заботится ни о золоте, ни об алмазах - и что мистик сказал ему, что имеется нечто дороже алмазов, и что если он не обнаружит копи в своем собственном суще­стве, он не найдет ничего. Поэтому он уселся около мистика и весь день провел с ним, получив огромное удовлетворение. Позже он спросил мистика, почему он не сказал ему об этом блаженстве в самый первый раз. И суфий ответил: «Ты бы не слушал меня. Снача­ла нужны были алмазы. А теперь ты можешь отправляться домой, потому что копи твоего сокровища находятся в тебе самом». (См. Ошо «Спустя 25 веков Сократ снова отравлен».)

Эта история хорошо иллюстрирует мой опыт общения с Ошо с 1976 года, опыт слушания и исследования, правильного и непра­вильного понимания, опыт открытия этих медитаций. Очень мед­ленно каждое его предложение вело меня внутрь себя все глубже и глубже, доверие росло, так что сейчас это доверие является очень глубоким, очень сильным, и вознаграждение от испытания этих методов является таким же глубоким и сильным.

Для нас с Вадудой является невыразимым блаженством нахо­диться во время проведения курса в помещении для медитаций с таким количеством искренних и преданных людей. Я часто испыты­ваю чувство восторга, находясь рядом с людьми, с такой чистотой и невинностью позволяющих себе раствориться в чем-то, находящем­ся за пределами ума, в чем-то, что ум даже не в состоянии осознать.

Этот курс прекрасен для всех и в другом отношении - участники приходят к пониманию и уважению друг друга. Они учатся пони­мать, что переживания людей различны и что не следует сравнивать себя с другими. Они могут допускать, что их собственные пережива­ния являются полностью уникальными так же, как и их переживания в их повседневной жизни.

В самом начале книги Ошо говорит нам, что когда техника дей­ствительно подходит нам, то будет некоторый переходный период, в течение которого мы будем испытывать беспокойство или в большей степени осознавать свое беспокойство. Техника может привести к молчанию только позже (глава 2). Во время проведения курса иногда случается так, что возникают или подчеркиваются некоторые труд­ности из нашей повседневной жизни, что может быть связано с выполнением некоторой конкретной медитации. Мы все начинаем понимать, что если в каждом этом случае глубоко всмотреться в эту трудность, то она может стать моментом нашего понимания. Она может привести к такому состраданию!

Когда кто-то работает над какой-либо проблемой и, преодолев ее, оказывается на другой стороне, он может обернуться назад и увидеть еще кого-то, борющегося с той же самой трудностью. Он может прямо посмотреть в глаза этому другому, без какого-либо оценивания, без критики, без отвержения и осуждения; он может подойти к другому с пониманием и отзывчивостью. Человек, который все еще испытывает трудности, может увидеть в глазах другого сострадание и приятие. Это настолько успокаивает, что дает человеку силы и мужество продолжать - пока, наконец, они не будут стоять по одну сторону, с одним и тем же пониманием и состраданием по отношению к кому-либо третьему, кто наткнулся в своем путешествии на тот же самый камень.

Итак, совместное медитирование и участие во всем процессе приводит к огромному обогащающему переживанию, к великолеп­ному переживанию. К концу курса люди обычно останавливаются на двух или трех медитациях, которыми они хотели бы продолжать заниматься и в которые они бы хотели углубиться в большей степе­ни. И то, что происходит со временем с этими людьми в результате углубления в эти медитации, является - скажем так - неописуемым.

19 января 1990 года Ошо покинул свое тело, сказав, что он будет растворен в своих людях. Если вы один из этих людей, то вы уже знаете, что это так, и эти слова Ошо могут стать для вас еще более ценными. А если вы делаете свои первые шаги, то, возможно, путем чтения Вигъяны Бхайравы Тантры и экспериментирования с техника­ми вы придете к знанию и будете благословлены присутствием Ошо и неразрушимой энергией. Вы сможете двинуться на волнах этой энергии в чудесное путешествие домой, к себе.

 

Ма Дэва Вадуда, бакалавр наук, магистр искусств

Ма Йога Ранджана, доктор философии

(Международный мультиверситет Раджниша)

 

 

 

ОБ ОШО

Большинство из нас прожили свои жизни в мире времени, в воспоминаниях о прошлом и в ожиданиях будущего. Лишь изредка мы на самом деле соприкасаемся с настоящим без времени - в мо­менты внезапного появления прекрасного или опасности, при встрече с любимым или при неожиданном удивлении. Очень немно­гие люди вырвались из мира времени и разума, избавились от своего честолюбия и чувства соперничества и начали жить в мире без времени. И из тех, кто достиг этого, лишь немногие пытались поделиться своим жизненным опытом. Лао-цзы, Гаутама Будда, Бодхидхарма... или со­всем недавно Георгий Гурджиев, Рамана Махарши, Кришнамурти... Современники считали их эксцентричными или сумасшедшими; после смерти их называли «философами». И со временем они стано­вились легендой - не обычными человеческими существами из мяса и крови, а неким мифическим представлением нашей коллективной потребности в росте за пределы нашей незначительности и обыден­ности, бессмысленности нашей повседневной жизни.

Ошо является одним из тех, кто нашел способ прожить свою жизнь в безвременном настоящем, - он называл себя «истинным экзистенциалистом», - и он посвятил свою жизнь задаче побуждения других людей к поискам таких же способов выхода из мира прошлого и будущего и к поискам для себя вечной жизни.

С самого раннего детства Ошо, проведенного в Индии, было ясно, что он не собирается следовать обычаям окружающего его мира. Первые семь лет своей жизни он провел с бабушкой и дедуш­кой по материнской линии, которые предоставляли ему полную сво­боду быть самим собой, свободу, которой мало кто может наслаждаться в детстве. Он любил одиночество, предпочитая прово­дить долгие часы в спокойном сидении около реки или в самостоя­тельном исследовании окружающего его мира. Он утверждает, что смерть его деда оказала глубокое влияние на его внутреннюю жизнь, пробудив в нем решительное желание, найти в человеческой жизни то, что является бессмертным. К тому времени, когда он присоединился к растущей семье своих родителей и пошел в школу, он доста­точно ясно и прочно утвердился в осознании себя, что дало ему мужество бросить вызов всем попыткам окружавших его старших сформировать его жизнь согласно их собственному представлению о том, какой она должна быть.

Ошо никогда не избегал полемики. По его мнению, истина не должна идти на компромисс, иначе это не истина. А истина - это не вера, но переживание. Он никогда не призывал людей верить ему на слово, но предпочтительно экспериментировать, чтобы самим убе­диться в истинности или ложности его слов. В то же время он явля­ется неутомимым в поисках путей и средств демонстрации наших верований в том виде, какими они на самом деле являются - только утешениями для умиротворения наших беспокойств перед лицом неизвестного и барьерами от столкновения с таинственной и неисследованной реальностью.

После своего просветления в возрасте двадцати одного года Ошо завершает свое академическое образование и несколько лет препода­ет философию в университете города Джабалпур. В то же время он разъезжает по Индии, проводя беседы, бросая вызов лидерам орто­доксальных религий в публичных дискуссиях и встречаясь с людьми всех сфер деятельности и различного общественного положения. Он интенсивно читает все, что может найти, для расширения своего понимания систем верований и психологии современного человека. В конце шестидесятых годов Ошо начал разрабатывать свои уни­кальные техники динамической медитации. Он утверждал, что со­временный человек так обременен устаревшими традициями прошлого и беспокойствами современной жизни, что он должен пройти через процесс глубокого очищения, прежде чем сможет наде­яться найти свободное от мыслей, расслабленное состояние медитации. Он начал организовывать в различных местах Индии медитативные лагеря, проводя беседы с их участниками и персонально руководя занятиями по разработанным им техникам медитации.

В начале семидесятых годов люди на Западе впервые услышали об Ошо и они стали присоединяться к все растущему числу индий­цев, посвященных им в ряды неосанньясинов. К 1974 году вокруг Ошо в городе Пуна в Индии была организована коммуна, и тонкая струйка посетителей с Запада скоро превратилась в поток. Многие из при­бывших с Запада были психотерапевтами, то есть теми, кто уже столкнулся с ограничениями западной психотерапии и искал методы, которые могли бы обогатить и трансформировать более основа­тельные глубины человеческой психики. Ошо поощрял использова­ние их знаний и опыта в коммуне и тесно сотрудничал с ними с целью обогащения их методов в контексте медитаций.

Он говорил, что проблемой методов психотерапии, разработан­ных на Западе, является то, что они ограничивают себя лечением ума и его психологией, в то время как на Востоке уже давно поняли, что ум сам по себе, вернее, наше отождествление себя со своим умом, является проблемой. Методы психотерапии могут быть полезными - как и катарсические стадии разработанных Ошо медитаций - при освобождении людей от их подавленных эмоций и страхов и для помощи людям в более ясном осознании самих себя. Но пока мы не начнем отделять себя от механизма ума и его проекций, желаний и страхов, мы будем выбираться из одного рва, в который попали, и сразу же попадать в другой ров, теперь уже искусственно созданный. Поэтому психотерапия должна идти рука об руку с процессом неотождествления и свидетельствования, известным как медитация.

К концу семидесятых годов коммуна в Пуне превратилась в круп­нейший в мире центр психотерапии и духовного развития, и в нее прибывали тысячи людей для того, чтобы принять участие в работе психотерапевтических и медитационных групп, посидеть рядом с Ошо в его ежедневных утренних беседах и принять участие в жизни коммуны, а затем, возможно, возвратиться в свои страны, чтобы организовать там медитационные центры.

В период между 1981 и 1985 годами эксперимент с коммуной был проведен в Соединенных Штатах, на пустынном участке пло­щадью 126 квадратных миль на востоке штата Орегон. Для Ошо это был период тишины и изоляции от окружающего мира, за исключени­ем его ежедневных прогулок по окрестностям. Основные усилия жизни коммуны были направлены на строительство города Раджнишпурам, «оазиса в пустыне». В кратчайшие сроки коммуной было построено жилье на пять тысяч человек и началось восстановление земли, исто­щенной десятилетиями неправильного использования, восстановле­ние ручьев, создание озер и водоемов, создание самообеспечивающейся сельскохозяйственной структуры и посадка тысяч деревьев.

Программы медитаций и психотерапии в Раджнишпураме осу­ществлялись Международным Университетом Медитаций Раджниша. Современное оборудование, созданное для университета, и его защищенные от внешнего влияния аудитории придавали его учеб­ным программам такую глубину и широту, которая никогда не была возможна ранее. Были разработаны более длительные учебные курсы и циклы тренировок, и был привлечен более широкий круг участни­ков, включая многих из тех, кто уже нашел свое место в мире и хотел бы расширить свои профессиональные навыки и знания и свое по­нимание самих себя. Ежегодные фестивали, проводимые в июле с целью празднования «Дня Мастера», привлекали до двадцати тысяч человек - можно было посидеть в присутствии Ошо и поприветство­вать его в его ежедневных поездках.

Но Соединенные Штаты недоброжелательно отнеслись к этому новому эксперименту на своей территории, и вскоре большое коли­чество правительственных учреждений, частных организаций и фундаменталистских христианских организаций объединили свои усилия в попытках предотвратить дальнейшее существование Раджнишпурама. Его обитатели за пределами города подвергались сло­весным и физическим оскорблениям, а сам город и различные городские корпорации постоянно вовлекались в длительные судеб­ные баталии по различным обвинениям. Личная секретарша Ошо, которая управляла делами в период его ухода от общественной жиз­ни, приобретала те отрицательные качества, которые приписывали ей ее оппоненты, преследуя их с убийственным рвением и управляя коммуной железной рукой.

Приблизительно в этот период Ошо возобновил свои публичные выступления. Он обратил свое внимание к христианству, к его фун­даментальным ценностям послушания и слепой веры, к его идеям греховности и наказуемости, к его манифестациям фанатизма и наси­лия. Он говорил о свободе и ответственности и о глубоком уважении к жизни. Он бросал резкий вызов всем противникам коммуны, призывая их прийти и провести эксперимент над собой, а также обращать больше внимания на соблюдение своей собственной конституции.

Секретарша Ошо, в конце концов, покинула коммуну, оставив за собой хвост из преступлений и дурных дел, некоторые из которых были направлены против внешних противников, а большая часть - против жителей самой коммуны. Местные и федеральные власти использовали эту возможность, чтобы начать движение против го­родских и коммунальных структур, предъявляя долговые обязатель­ства городских корпораций и угрожая захватом всего их имущества Ошо был арестован без учета мнения поручителей и в попытке дискредитировать его и связать его с преступлениями его секретар­ши его везли через всю страну в тюремном транспортном самолете закованного в кандалы и в цепях. Пятичасовое путешествие было растянуто на пять дней, включая два дня, когда местопребывание Ошо держалось в секрете от его адвокатов, и когда он был зарегистрирован в тюрьме штата Оклахома под чужим именем. Прогрессивное ухудшение его здоровья, последовавшее за этим периодом, в конце концов, привело врачей к мнению, что в течение этих двух дней в Оклахоме он был отравлен, предположительно препаратами таллия.

По совету своих адвокатов, которые опасались за его жизнь, Ошо позволил депортировать себя из Соединенных Штатов на основе незначительных нарушений иммиграционного права. Он взошел в самолет с целью посетить многие страны мира, но в результате давле­ния со стороны Государственного Департамента США получилось так, что двадцать одна страна или просто запретила ему въезд в страну, или депортировала его из страны без всяких объяснений после короткой остановки. Он возвратился в Индию в середине 1986 года, где он немед­ленно был принят сотнями последователей и друзей со всего мира.

К январю 1987 года Ошо вернулся в Пуну, где стал проводить свои беседы дважды в день. В течение нескольких месяцев коммуна в Пуне полностью возобновила программу своей деятельности, рас­ширившись далеко за ее прежние пределы. Стандарт современных сооружений с кондиционированием воздуха был установлен в США, и Ошо дал понять, что новая коммуна Пуны должна быть оазисом 21 века - даже в развивающейся Индии. Все больше и больше людей приезжали с Востока - особенно из Японии - и их присутствие внесло соответствующее обогащение в программы лечения и боевых ис­кусств. Развивалось также видео и театральное искусство, была созда­на «Школа Мистерий». Это расширение сфер деятельности было отражено в слове «Мультиверситет», которое Ошо выбрал в качестве общего названия для всех своих программ.

А упор на медитации стал еще более сильным - они были посто­янно возобновляемой темой бесед Ошо. Кроме того, он разработал и ввел в практику несколько новых медитационных техник, включая такие, как «Не-ум», «Мистическая роза» и «Рождение заново».

В середине 1987 года Ошо начинает постепенно уходить от пуб­личной деятельности. Его слабое здоровье часто не давало ему про­водить беседы и периоды его отсутствия становились все длиннее. В середине 1988 года он ввел в свои беседы новый элемент, вводя свою аудиторию в трехстадийную медитацию в конце каждой из своих бесед. В апреле 1989 года он провел свою последнюю беседу, отвечая на вопросы и комментируя сутры дзэна. В течение последующих месяцев, если позволяло здоровье, он выходил по вечерам посидеть со своими последователями и друзьями в медитации музыки и мол­чания, после чего он отдыхал в своей комнате, а собравшиеся наблю­дали видеозапись одной из его бесед.

Ошо покинул свое тело 19 января 1990 года. За несколько недель до этого момента его спросили, что будет с делом его жизни после его ухода. Он сказал:

Я верю в жизнь абсолютно. Если в том, что я говорю, есть хоть сколько-нибудь истины, оно будет жить... Люди, которые сохра­нили интерес к моей работе, просто понесут светильник дальше, не предписывая что-либо кому-либо...

Я останусь источником вдохновения для моих людей. Это то, что будет чувствовать большинство санньясинов. Я хотел бы, чтобы они растили в себе качества, подобные любви, вокруг ко­торой не может быть создано никакой церкви, подобные осоз­нанности, которая не является ничьей монополией; подобные празднованию, радости и сохранению свежести, чтобы они со­хранили детские глаза...

Я хочу, чтобы мои люди знали себя для того, чтобы их поведение не было обусловлено кем-либо другим. И путь ведет внутрь самого себя.

За несколько месяцев до того, как покинуть свое тело, Ошо про­диктовал надпись для его Самадхи, склепа из мрамора и зеркального стекла, содержащего его пепел. Она гласит:

 

ОШО

Никогда не рождался - Никогда не умирал

Лишь посетил эту Землю

между

11 декабря 1931 года и 19 января 1990 года

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1

 

МИР ТАНТРЫ

1 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

Сутры:

 

О, Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность?

Что есть эта наполненная чудесами вселенная?

Что составляет начало всего? Кто центрирует колесо вселенной?

Что есть эта жизнь за пределами форм, пронизывающая формы?

Как можем мы проникнуть в это полностью, вне пространства и времени, без имен и описаний?

Избавь меня от сомнений!

 

Несколько вводных замечаний. Прежде всего, мир Вигьяны Бхайравы Тантры не является интеллектуальным, он не является философским. Говорить о ней, как о доктрине, бессмысленно. Она связана с методом, с техникой, а совсем не с принципами. Слово «тантра» означает технику, метод, путь. Поэтому она не является философией - запомните это. Она не связана с интеллектуальными проблемами или запросами. Она не связана с «почему» различных вещей, она связана с «как»; не с вопросом «что есть истина», а с вопросом «как можно постичь истину».

Тантра означает технику. Так что этот трактат является науч­ным. Наука не связана с вопросом «почему», наука связана с вопро­сом «как». В этом основное отличие науки от философии. Философия спрашивает: «Почему это существует?» Наука спрашивает: «Как это существует». В тот момент, когда вы задаете вопрос «как», становится важным метод, техника. Теории становятся бессмысленными, цент­ром всего становится переживание.

Тантра является наукой, а не философией. Понять философию нетрудно, поскольку для этого требуется только ваш интеллект. Если вы можете понимать язык, если вы можете воспринимать понятия, вы можете понимать философию. Вы не должны меняться, от вас не требуется трансформация. Таким, как вы есть, вы можете понимать философию - но не тантру.

Вам потребуется изменение... даже, скорее, мутация. Пока вы не станете другим, вы не сможете понять тантру, поскольку тантра - это не интеллектуальное суждение, а переживание. Оно не придет к вам, пока вы не будете восприимчивыми, готовыми, уязвимыми.

Философия связана с умом. Вашей головы для нее достаточно, ваша целостность здесь не требуется. Тантра нуждается в вас во всей вашей целостности. Это более глубокое требование. Вы должны буде­те находиться в ней целиком. Она не фрагментарна. Для того чтобы принять ее, требуется другой подход, другая позиция, другой ум. Именно поэтому кажется, что Дэви задает философские вопросы. Все вопросы могут восприниматься как философские.

В действительности же каждый из вопросов может восприни­маться двояким образом: философски или тотально, интеллектуаль­но или экзистенциально. Если кто-нибудь, например, спросит: «Что такое любовь?», вы можете отнестись к нему интеллектуально, вы можете дискутировать, вы можете предлагать теории, вы можете отстаивать конкретные гипотезы. Вы можете создать систему, докт­рину - и, тем не менее, совсем не знать любви.

Для создания доктрины переживание не требуется. На самом деле наоборот, чем меньше вы знаете, тем лучше, поскольку тогда вы можете предлагать какую-либо систему без всяких колебаний. Толь­ко слепой человек легко может дать определение того, что такое свет. Когда вы не знаете, вы становитесь самоуверенными. Невежество всегда самоуверенно; знание сомневается. И чем больше вы знаете, тем больше вы чувствуете, что земля уходит из-под ног. Чем больше вы знаете, тем больше вы чувствуете, насколько вы невежественны. И те, кто действительно мудр, становятся невеждами. Они становят­ся простыми, как дети, или простыми, как идиоты.

Чем меньше вы знаете, тем лучше. Легко философствовать, быть догматиком, создавать учения. Очень легко решать проблему интеллек­туально. Но решать проблему экзистенциально – не только думать о ней, но прожить ее, пройти сквозь нее, позволить себе быть трансформиро­ванным ею - это сложно. Это значит, что для того, чтобы знать о любви, нужно будет любить. Это опасно, потому что вы не сможете остаться тем же самым. Переживание может изменить вас. В тот момент, когда вы начинаете любить, вы становитесь другим человеком. И когда вы вый­дете из переживания, вы не в состоянии будете узнать свое старое лицо, оно не будет принадлежать вам. Произойдет нарушение непрерывно­сти. Теперь имеет место разрыв, старый человек мертв, пришел новый человек. Это то, что известно как перерождение - второе рождение.

Тантра является не философской, а экзистенциальной. Поэтому Дэви задает вопросы, которые кажутся философскими, но Шива не собирается отвечать на них подобным образом. Поэтому лучше все это понять в самом начале; в противном случае вы будете обескура­жены, поскольку Шива не собирается отвечать ни на один из вопро­сов. Шива совсем не собирается отвечать ни на один из вопросов, которые задает Дэви. И все-таки он отвечает! И действительно, толь­ко он ответил на них и никто другой - но совсем в другом плане.

Дэви спрашивает: «В чем заключается твоя реальность, мой гос­подин?» Он не собирается отвечать ей. Наоборот, он даст технику. И если Дэви пройдет через эту технику, она узнает. Поэтому ответ является иносказательным, а не прямым. Он не собирается отвечать на вопрос: «Кто Я?». Он даст технику - делайте ее и вы узнаете.

Для тантры делание есть знание, и другого знания не существует. Пока вы не будете делать что-нибудь, пока вы не будете меняться, пока вы не будете иметь другой взгляд на то, что рассматривать и чем рассматривать, пока вы не будете двигаться в измерении, совершен­но отличающемся от интеллекта, ответа не будет. Ответы могут быть даны - все они будут ложью. Все философии являются ложью. Вы задаете вопрос и философия дает вам ответ. Он удовлетворяет или не удовлетворяет вас. Если он вас удовлетворяет, вы становитесь при­верженцем этой философии, но вы остаетесь тем же самым. Если он вас не удовлетворяет, вы отправляетесь на поиски некоторой другой философии, чтобы стать ее приверженцем. Но вы остаетесь тем же самым; вы остаетесь совсем незатронутым, вы не изменились.

Поэтому не имеет значения, являетесь ли вы индусом, мусульмани­ном, христианином или джайном. Реальная личность позади вывески индуса, мусульманина или христианина является одной и той же. Разли­чаются только слова или одежды. Человек, который направляется в цер­ковь, или в храм, или в мечеть, остается одним и тем же. Изменяется только внешность, и эта внешность является лживой, она является мас­кой. За маской вы найдете того же самого человека - тот же гнев, ту же агрессию, то же насилие, ту же жадность, ту же похоть - все то же самое. Отличается ли сексуальность мусульманина от сексуальности индуса? Отличается ли насилие христианина от насилия индуса? Все одно и то же. Действительность остается одной и той же, меняется только одежда.

Тантра не имеет отношения к вашей одежде, она имеет отноше­ние к вам. Если вы зададите вопрос, она покажет, где вы находитесь. Она покажет также, что кем бы вы ни были, вы не можете видеть; вот почему имеет место вопрос. Слепой человек спрашивает: «Что такое свет?», и философия начнет отвечать ему, что такое свет. Тантра будет знать только одно - если человек спрашивает: «Что такое свет?», то это показывает, что он слеп. Тантра начнет воздействовать на чело­века, изменять его таким образом, чтобы он мог видеть. Тантра не скажет, что такое свет. Тантра скажет, как достичь понимания, как обрести способность смотреть, как обрести способность видеть. Ког­да появится способность видеть, появится ответ. Тантра не даст вам ответ, тантра даст вам метод для получения его.

Итак, этот ответ не будет интеллектуальным. Если вы скажете что-нибудь о свете слепому человеку, это будет интеллектуальным. Если сам слепой становится способным видеть, это является экзи­стенциальным. Вот что я имею в виду, когда говорю, что тантра является экзистенциальной. Поэтому Шива не собирается отвечать на вопросы Дэви; и все же он ответит - и это первое.

Второе заключается в том, что это другой тип языка. Прежде, чем мы войдем в него, вы должны знать о нем что-нибудь. Все рассуждения тантры представляют собой диалоги между Шивой и Дэви. Дэви спрашивает, а Шива отвечает. Все рассуждения тантры начинаются таким образом. Почему? Почему именно этот метод? Это имеет большое значение. Это не диалог между учителем и учеником, это диалог между двумя любовниками. И тантра подчеркивает эту очень важную мысль: что более глубокое обучение не может быть осущест­влено до тех пор, пока не будет любви между этими двумя - мастером и учеником. Мастер и ученик должны стать страстными любовника­ми. Только тогда может быть выражено нечто высшее, запредельное.

Таким образом, это язык любви; ученик должен быть в состоя­нии любви. Но не только это - друзья тоже могут любить друг друга. Тантра говорит, что ученик должен быть восприимчивым, что уче­ник должен быть в состоянии женской восприимчивости; только тогда что-либо возможно. Чтобы быть учеником, вы не обязаны быть жен­щиной, но вы должны быть в состоянии женской восприимчивости. Когда спрашивает Дэви, это значит, что спрашивает состояние женст­венности. Почему делается упор на этом состоянии женственности?

Мужчина и женщина отличаются не только физически, они от­личаются также психологически. Пол означает не только различие в телах, но и различие в психологиях. Женский ум подразумевает восприимчивость - тотальную восприимчивость, безоговорочную капитуляцию, любовь. Ученику нужна женская психология - в про­тивном случае он не сможет учиться. Вы можете спрашивать, но если вы не являетесь открытым, вам невозможно будет получить ответ. Вы можете задавать вопрос и, в то же время, оставаться закрытым. Тогда ответ не сможет проникнуть в вас. Ваши двери закрыты - вы мертвы. Вы не открыты.

Женская восприимчивость подобна восприимчивости матки в ее внутренней глубине, дающей ей возможность получать. И не только это - предполагается нечто гораздо большее. Женщина не просто воспринимает что-либо, но в момент, когда она это воспринимает, оно становится частью ее тела. Получен ребенок. Женщина оплодот­воряется; в момент оплодотворения ребенок становится частью жен­ского тела. Он не является чем-то чужеродным. Он поглощен. Теперь ребенок будет жить не как нечто, добавленное к матери, но как часть ее, как сама мать. И результатом является не только принятие ребен­ка; женское тело становится творящим, ребенок начинает расти.

Ученик должен обладать восприимчивостью женской матки. Все, что воспринимается, не должно накапливаться в виде мертвых зна­ний. Оно должно расти в вас, оно должно стать вашей плотью и кровью. Оно должно стать частью вас. Оно должно расти! Этот рост изменит вас, преобразует вас, принимающего. Вот почему тантра использует этот прием. Каждое рассуждение начинается с вопроса Дэви, а Шива отвечает на него. Дэви является супругой Шивы, его женской частью.

И еще одно... Современная психология, особенно глубокая психология, утверждает, что человек является и мужчиной, и женщиной. Никто не является только мужчиной, никто не является только жен­щиной; все являются бисексуальными. Здесь присутствуют оба пола. На Западе это является результатом совсем недавних исследований, но для тантры это было одним из основных понятий в течение тысяч лет. Вы, вероятно, видели некоторые изображения Шивы как ардха-наришвары - наполовину мужчина, наполовину женщина. Во всей истории человечества нет больше понятий, подобных этим. Шива представляется наполовину мужчиной, наполовину женщиной.

Поэтому Дэви не просто супруга, она - другая половина Шивы. И пока ученик не превратится во вторую половину мастера, ему невозможно будет передавать высшие учения, эзотерические мето­ды. Когда вы превратитесь в единое, тогда исчезнут сомнения. Когда вы являетесь единым целым со своим мастером - тотально единым, глубоко единым, - тогда не нужны будут аргументы, не нужна логика, не нужны рассуждения. Один из них просто впитывает; один из них становится маткой. И тогда учение начинает расти в вас и изменять вас.

Вот почему тантра написана на языке любви. О языке любви необ­ходимо понимать еще кое-что. Имеется два типа языков - язык логики и язык любви. Между ними имеются существенные различия.

Язык логики является агрессивным, спорящим, насильствен­ным. Если я использую язык логики, я становлюсь агрессивным по отношению к вашему уму. Я стараюсь убедить вас, обратить вас, сделать вас своей марионеткой. Мои аргументы являются «правиль­ными», а вы являетесь «неправым». Язык логики является эгоцент­рическим: «Я прав, а вы неправы, поэтому я должен доказать вам это». Я проявляю беспокойство не о вас, я проявляю беспокойство о своем эго. Мое эго всегда «право».

Язык любви является совершенно другим. Я не забочусь о своем эго, я забочусь о вас. Я не стремлюсь к тому, чтобы доказать что-либо и укрепить свое эго. Я забочусь о том, чтобы помочь вам. Это состра­дание, направленное на то, чтобы помочь вам расти, помочь вам трансформироваться, помочь вам переродиться.

Во-вторых, логика всегда будет интеллектуальной. Будут иметь значение понятия и принципы, будут иметь значение аргументы. В языке любви то, что говорится, не имеет такого значения, скорее имеет значение, как это говорится. Не имеет значение оболочка, слово; более важным является содержимое, сообщение. Это есть раз­говор от сердца к сердцу, а не дискуссия между двумя умами. Это не дебаты, это общение.

Итак, какое редкостное явление: Дэви сидит на коленях у Шивы и спрашивает, а Шива отвечает. Это не конфликт, а любовный диалог - как будто Шива говорит сам с собой. Почему я делаю такой упор на любви, на языке любви? Потому что если вы находитесь в состоянии любви со своим мастером, то все ваше мироощущение меняется, оно становится другим. Тогда вы не слышите его слов, тогда вы пьете его. Тогда слова становятся неуместными. Тогда более значительным становится молчание между словами. Все, что он говорит, может иметь значение, а может и не иметь значения... но значение имеют его глаза, его жесты, его сострадание, его любовь.

Вот почему тантра имеет такую фиксированную структуру изло­жения. Каждая новая тема начинается с вопроса Дэви и ответа Шивы. Здесь не будет никаких аргументов, никакой ненужной траты слов. Здесь имеется только простое утверждение фактов, телеграфные со­общения без всякого намерения убедить, но лишь установить связи между явлениями.

Если вы атакуете Шиву вопросом, находясь в состоянии замкнуто­го ума, то в этом случае он вам не ответит ожидаемым образом. Сначала должна быть сломлена ваша замкнутость. Тогда он будет вынужден быть агрессивным. Тогда должны быть разрушены ваши предрассудки, ваши заранее составленные мнения. Пока вы полностью не очиститесь от своего прошлого, ничто не может быть дано вам. Но все совсем не так по отношению к его супруге Дэви - у Дэви нет прошлого.

Помните, что когда вы находитесь в глубоком состоянии любви, ваш ум приостанавливает свое существование. Нет никакого про­шлого, лишь настоящий момент становится всем. Когда вы пребы­ваете в состоянии любви, единственным временем является настоящее, нет ни прошлого, ни будущего. Итак, Дэви просто откры­та. В ней нет никакой защиты - ничего не должно быть очищено, ничего не должно быть разрушено. Почва готова, остается только опустить в нее семя. Почва не просто готова, но является доброжела­тельной, восприимчивой, просящей оплодотворения.

Поэтому все эти разговоры, которые мы собираемся обсуждать, будут телеграфичными. Они являются всего лишь сутрами, но каж­дая сутра, каждое телеграфное сообщение, переданное Шивой, заслу­живает Веды, заслуживает Библии, заслуживает Корана. Каждое отдельное предложение может стать основой для великой священной книги. Священные книги логичны - вы должны делать предположе­ния, защищаться, аргументировать. Здесь же нет аргументов, одни лишь простые утверждения любви.

В третьих, сами слова Вигъяна Бхайрава Тантра означают техни­ку выхода за пределы сознания. Вигъяна означает сознание, бхайрава означает состояние за пределами сознания, а тантра означает метод - метод выхода за пределы сознания. Это высшая доктрина - без каких-либо доктрин.

Мы являемся бессознательными, поэтому все религиозные уче­ния связаны с вопросом о том, как выйти за пределы бессознательного, как быть сознательным. Например, Кришнамурти, дзэн - все они свя­заны с проблемой того, как создать больше сознательности, ведь мы бессознательны. Поэтому вопрос - как стать более осознающими, бди­тельными? Как двигаться от бессознательности к осознанности?

Но тантра утверждает, что в этом заключается дуализм - бессоз­нательность и осознанность. Если вы двигаетесь от бессознательно­сти к осознанности, то вы двигаетесь от одной стороны дуализма к другой. Двигайтесь за пределы их обеих! Если вы не выйдете за пределы их обеих, вы никогда не достигнете предельного, поэтому не будьте ни бессознательными, ни осознающими; просто выходите за пределы, просто будьте. Не будьте ни бессознательными, ни осозна­ющими - просто будьте! Это идет за пределы йоги, идет за пределы дзэна, идет за пределы всех учений.

«Вигьяна» означает осознанность, а «бхайрава» представляет со­бой специфический термин, тантрический термин, для того, кто вышел за пределы. Вот почему Шива известен как Бхайрава и Дэви известна как Бхайрава - это те, кто уже вышел за пределы двойственностей.

В нашем жизненном опыте только любовь может дать об этом некоторое представление. Вот почему любовь становится самым глав­ным инструментом для приобщения к мудрости тантры. Можно ска­зать, что в наших переживаниях только любовь является чем-то, что выходит за пределы двойственности. Если двое любят друг друга, то чем глубже они входят в это, тем меньше и меньше они остаются двумя, тем больше и больше они становятся единым целым. И приходит момент, и достигается вершина, когда только кажется, что их двое. Внутренне они являются единым целым, границы двойственности преодолены.

Только в этом смысле приобретают значение слова Иисуса «Бог, есть любовь» - и ни в каком другом. В наших переживаниях любовь ближе всего к Богу. Это не означает, что Бог любит - как продолжают интерпретировать христиане, - и что Бог имеет отеческую любовь к вам. Чепуха! «Бог есть любовь» представляет собой тантрическое утверждение. Оно означает, что любовь есть единственная реаль­ность нашего жизненного опыта, которая приближается к Богу, к божественному. Почему? Потому что именно в любви ощущается единение, тождественность. Тела остаются различными, но нечто за пределами тел сливается и становится единым целым.

Вот почему кругом такое страстное желание секса. На самом деле имеется страстное желание единения, но это единение не является сексуальным. В сексе два тела имеют только обманчивое впечатле­ние, что они являются единым целым, но они не тождественность, они лишь соединены вместе. Но на один момент оба тела забывают о себе друг в друге и достигается ощущение некоторого физического единства. В этом страстном желании нет ничего плохого, но останав­ливаться на нем опасно. Это желание показывает более глубокое стремление почувствовать тождественность с божественным.

В любви, в ее высших проявлениях, внутреннее движется, слива­ется с другим и появляется чувство единения. Двойственность рас­творяется. Только в этом недвойственном состоянии любви мы можем получить намек на то, что есть состояние бхайравы. Мы можем утверждать, что состояние бхайравы есть абсолютная любовь без возврата назад - с вершины любви там нет падения назад. Она остается на вершине.

Мы установили местопроживание Шивы на Кайлаше. Это просто символично: это высочайшая вершина, святейшая вершина. Мы создали это местопроживание Шивы. Мы можем идти туда, но мы должны будем спуститься, это не может быть местом нашего прожива­ния. Мы можем продолжать паломничество. Это тиртхъятра - палом­ничество, путешествие. На один момент вы можете прикоснуться к высочайшим вершинам; затем вы должны будете вернуться назад.

В любви это священное паломничество случается, но не для всех, поскольку почти никто не выходит за пределы секса. Поэтому мы продолжаем проживать в долине, в темной долине. Иногда кто-ни­будь движется к вершине любви, но затем он падает назад, поскольку это так головокружительно. Это так высоко, а вы расположены так низко, и так трудно жить там. Тот, кто любил, знает, как трудно все время оставаться в состоянии любви. Нужно снова и снова возвращать­ся назад. Это место, где проживает Шива. Он живет там, это его дом.

Бхайрава живет в любви; это место его проживания. Когда я говорю, что это место его проживания, я имею в виду, что он даже не осознает любви, потому что если вы живете на Кайлаше, вы не будете даже осознавать, что это Кайлаш, что это вершина. Вершина стано­вится равниной. Шива не осознает любовь. Мы осознаем любовь, поскольку мы живем в нелюбви. И только по контрасту мы ощущаем любовь. Шива сам есть любовь. Состояние бхайравы означает, что кто-то стал любовью. Он стал любовью, а не любящим, он живет на вершине. Вершина стала местом его проживания.

Как сделать возможной эту высочайшую вершину? За пределами двойственности, за пределами бессознательности, за пределами осознанности, за пределами тела и за пределами души, за пределами мира и за пределами так называемой мокши, освобождения - как достичь этой вершины? Методом этого является тантра. Но тантра есть чистая техника, поэтому она будет трудна для понимания. Да­вайте сначала поймем вопросы, которые задает Дэви.

О, Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность?

Почему этот вопрос? Вы тоже можете задать этот вопрос, но он не будет иметь того же самого значения. Поэтому попытайтесь по­нять, почему Дэви спрашивает: «В чем заключается твоя подлинная сущность?» Дэви находится в состоянии глубокой любви. Когда вы находитесь в состоянии глубокой любви, вы сначала сталкиваетесь с некоторой внутренней сущностью. Тогда Шива не является формой, тогда Шива не является телом. Когда вы любите, тело любимого выпадает, исчезает. Формы больше нет, и обнаруживается бесфор­менность. Вы оказываетесь лицом к лицу с бездной. Вот почему мы так боимся любви. Мы можем смело встретить тело, мы можем смело встретить лицо, мы можем смело встретить форму, но мы не можем смело встретить бездну.

Если вы кого-то любите, если вы действительно любите, то его тело должно исчезнуть. В некоторые кульминационные моменты, на вершине форма растворится, и через любимого вы войдете в бесфор­менное. Вот почему мы боимся - это падение в бездонную пучину. Поэтому этот вопрос не является простой любознательностью: О, Шива, в чем заключается твоя истинная сущность?

Дэви должна была полюбить в мире форм. Именно так начина­ется любовь. Она должна была полюбить этого человека как человека, а теперь, когда любовь повзрослела, когда любовь расцвела, этот человек растворился. Он стал бесформенным. Теперь он не сущест­вует нигде. О, Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность? Это вопрос, заданный в момент очень интенсивной любви. А когда вопросы возникают, они воспринимаются по-разному в зависимо­сти от состояния ума того, кто их задает.

Создайте, поэтому, в своем уме обстановку, среду, в которой возник этот вопрос. Дэви должна быть в растерянности - Шива исчез. Когда любовь достигла своей вершины, любимый исчез. Почему это случилось? Это случилось, потому что каждый на самом деле явля­ется бесформенным. Вы не являетесь телом. Вы движетесь как тело, вы живете как тело, но вы не являетесь телом. Когда мы видим кого-то со стороны, он является телом. Любовь проникает вовнутрь и тогда мы не видим любимого со стороны. Любовь может видеть другую личность так, как эта личность видит саму себя - изнутри. Тогда форма исчезает.

Дзэнский монах Риндзай достиг просветления и первое, что он спросил, было: «Где мое тело? Куда исчезло мое тело?» И он начал поиски. Он позвал своих учеников и сказал: «Идите и выясните, где мое тело. Я потерял свое тело».

Он вошел в состояние бесформенности. Вы тоже существо бес­форменное, но вы видите себя не непосредственно, а чужими глаза­ми. Вы знаете себя с помощью зеркала. Глядя в зеркало, как-нибудь закройте глаза и подумайте, промедитируйте: если бы не было зер­кала, как бы вы могли узнать свое лицо? Если бы не было зеркала, не было бы и никакого лица. В действительности у вас нет лица, зеркало дает вам лицо. Представьте себе мир, в котором нет зеркал. Вы одни - зеркал нет совсем, нет даже чужих глаз, действующих как зеркала. Вы одни на одиноком острове; ничто не может дать ваше зеркальное отражение. Будете ли вы тогда иметь какое-либо лицо? Или будете ли вы иметь какое-либо тело? Вы не сможете его иметь. Вы совсем не будете иметь его. Вы знаете себя только посредством других, а другие могут знать только внешнюю форму. Вот почему нас отожде­ствляют с этой формой.

Другой дзэнский мистик, Хьякуджо, обычно говорил своим уче­никам: «Когда, медитируя, вы потеряете свою голову, немедленно приходите ко мне. Когда вы потеряете свою голову, немедленно при­ходите ко мне. Когда вы начнете чувствовать, что у вас нет головы, не пугайтесь - приходите немедленно ко мне. Это и есть правильный момент. Тогда вас можно чему-либо научить». С головой никакое учение невозможно. Голова всегда находится в некотором промежу­точном положении.

Дэви спрашивает Шиву: О, Шива, в чем заключается твоя по­длинная сущность? - кто ты такой? Форма исчезла - отсюда и этот вопрос. В любви вы входите в другого как в самого себя. Но отвечаете не вы. Вы становитесь единым, но в первый момент вы узнаете бездну - имеет место бесформенность.

Вот почему в течение многих веков мы не делали никаких скуль­птур, никаких изображений Шивы. Мы изготавливали только шивалинги - символы. Шивалинга является лишь бесформенной формой. Когда вы любите кого-нибудь, когда вы проникаете в кого-нибудь, он превращается лишь в светящееся присутствие. Шивалинга представ­ляет собой лишь светящееся присутствие, только ауру света. Вот почему Дэви спрашивает:

О, Шива, в чем заключается твоя подлинная сущность? Что есть эта наполненная чудесами вселенная? Мы знаем вселенную, но мы не знаем ее как наполненную чуде­сами. Дети знают, любящие знают. Иногда знают поэты и сумасшед­шие. Мы не знаем, что мир наполнен чудесами. Все просто повторяется - ни чудес, ни поэзии, только плоская проза. Это не создает в вас песню, это не создает в вас танец, это не порождает внутри вас поэзию. Вся вселенная выглядит механической. Дети смотрят на нее глазами, наполненными чудесами. Когда глаза наполнены чудесами, вселенная также наполнена чудесами.

Когда вы любите, вы снова становитесь подобными ребенку. Иисус сказал: «Только те, кто подобен ребенку, войдут в мое Царство Божье». Почему? Потому что если вселенная не является чудом, вы не можете быть религиозным. Вселенная может быть объяснена - тогда ваш под­ход является научным. Вселенная может быть известной или неизвест­ной, но то, что неизвестно, может быть узнано в любой день - оно не является непознаваемым. Вселенная является тайной, является непоз­наваемой только тогда, когда ваши глаза наполнены чудесами.

Дэви говорит: Что есть эта наполненная чудесами вселенная? Вдруг скачок от вопроса персонального к вопросу весьма не персо­нальному. Она спрашивала: О, Шива, в чем заключается твоя по­длинная сущность? И вдруг: Что есть эта наполненная чудесами вселенная?

Когда форма исчезает, ваш любимый превращается во вселен­ную, в нечто бесформенное, в бесконечность. Вдруг Дэви начинает осознавать, что она задает вопрос не о Шиве, а обо всей вселенной. Теперь Шива превратился в целую вселенную. Теперь движение всех звезд происходит внутри него, и он сам обволакивает всю небесную твердь и все пространство. Теперь он является великой поглощаю­щей силой - «великим окружающим». Карл Ясперс определил Бога как «великое окружающее».

Когда вы входите в состояние любви, в глубокий, интимный мир любви, форма исчезает и любимый становится просто дверью во вселенную. Ваша любознательность может быть научной - тогда вы должны использовать логические методы. Тогда вы не должны ду­мать о бесформенном. Тогда остерегайтесь бесформенного, тогда оставляйте содержание вместе с формой. Наука всегда имеет дело с формой. Если научному уму будет предложено что-нибудь бесфор­менное, он придаст ему форму - до того, как оно примет форму, оно является лишенным смысла. Сначала придайте ему форму, опреде­лите форму, а затем начинайте задавать вопросы.

В любви, если имеется форма, то она является беспредельной. Растворите форму! Когда вещи становятся бесформенными, плыву­щими, без границ, каждая вещь проникает в другую, вся вселенная становится единым целым, и только тогда она является вселенной, наполненной чудесами.

Что составляет начало всего? - продолжает затем Дэви. От все­ленной она переходит к вопросу: Что составляет начало всего? От­куда пришла эта бесформенная, наполненная чудесами вселенная? Из чего она возникла? Или она в действительности не возникала? Что является началом всего?

Кто центрирует колесо вселенной? - спрашивает Дэви. Это коле­со все продолжает и продолжает вращаться - это большие изменения, это постоянный поток. Но кто центрирует это колесо? Где его ось, центр, неподвижный центр?

Она не останавливается, чтобы выслушать ответ. Она продолжает спрашивать, как будто она не спрашивает кого-либо, а разговаривает сама с собой.

Что есть эта жизнь за пределами форм, пронизывающая формы? Как можем мы проникнуть в это полностью, вне пространства и времени, без имен и описаний? Избавь меня от сомнений!

Ударение делается не на вопросах, а на сомнении: Избавь меня от сомнений! Это имеет большое значение. Если вы задаете интеллекту­альный вопрос, вы требуете определенного ответа, вы хотите, чтобы ваша проблема была решена. Но Дэви говорит: Избавь меня от со­мнений! Она на самом деле не просит ответов на свои вопросы. Она просит трансформировать ее ум, поскольку сомневающийся ум ос­танется сомневающимся умом, какой бы ответ не был дан. Запомни­те это: сомневающийся ум останется сомневающимся. Ответы не имеют значения. Если я дам вам некоторый ответ, а вы обладаете сомневающимся умом, то вы подвергнете этот ответ сомнению. Если я дам вам другой ответ, вы и его подвергнете сомнению. У вас сомне­вающийся ум. Сомневающийся ум означает, что вы ко всему добав­ляете вопросительный знак.

Поэтому ответы бесполезны. Вы спрашиваете меня: «Кто создал мир?» и я говорю вам, что мир создал «А». Тогда вы обязаны спро­сить, кто создал «А». Поэтому действительной проблемой является не то, как ответить на вопросы. Действительной проблемой является то, как изменить сомневающийся ум, как создать ум, который не сомневается, который полон доверия. Поэтому Дэви и говорит: Из­бавь меня от сомнений!

Еще два или три замечания... Вы можете задавать вопросы по многим причинам. Одной из них может являться то, что вам требу­ется подтверждение. Вы уже знаете ответ, вы знаете ответ, вам нужно лишь подтверждение того, что ваш ответ верен. Тогда ваш вопрос является ложным, он - псевдовопрос, он не является вопросом. Вы можете задавать вопрос не потому, что готовы изменить себя, но просто из любопытства.

Ум продолжает задавать вопросы. Вопросы возникают в уме, как листья вырастают на деревьях. Формулирование вопросов является самой сутью ума, поэтому он продолжает спрашивать. Не имеет значения, о чем вы спрашиваете; если что-нибудь вводится в ум, он будет создавать вопросы. Это машина для перемалывания, для созда­ния вопросов. Поэтому дайте ему что-нибудь, и он разрежет это на куски и создаст множество вопросов. Ответьте на один вопрос, и ум создаст из ответа массу новых вопросов. В этом состоит вся история философии.

Бертран Рассел вспоминает, что когда он был ребенком, он думал, что когда-нибудь, когда он станет достаточно взрослым, чтобы пони­мать всю философию, на все вопросы будут даны ответы. Позднее, когда ему было восемьдесят лет, он сказал: «Теперь я могу сказать, что все вопросы, стоявшие передо мной в детстве, остались не отвеченными до сих пор. Сейчас из философских теорий рождаются новые вопросы». Поэтому он сказал: «Когда я был молодым, я гово­рил, что философия является источником максимального количест­ва вопросов. Теперь я не могу сказать этого. Она является источником бесконечного количества вопросов».

Итак, один вопрос порождает один ответ и множество новых вопросов. Сомневающийся ум представляет собой проблему. Дэви говорит: «Не обращай внимания на мои вопросы. Я спросила о таком множестве вещей: В чем заключается твоя подлинная сущность? Что есть эта наполненная чудесами вселенная? Что составляет начало всего? Кто центрирует колесо вселенной? Что есть жизнь за преде­лами форм? Как можем мы проникнуть в это полностью, вне про­странства и времени? Но не обращай внимания на мои вопросы. Избавь меня от сомнений! Я задаю эти вопросы, потому что они существуют в моем уме. Я задаю их только для того, чтобы показать тебе мой ум, но не обращай на них слишком много внимания. На самом деле ответы не удовлетворят мои потребности. Мои потребно­сти заключаются в том, что... Избавь меня от сомнений!»

Но как можно избавить от сомнений? Может ли это сделать какой-нибудь ответ? Имеется ли хотя бы один ответ, который мог бы избавить вас от сомнений? Ум и представляет собой сомнение. Это не означает, что ум сомневается, ум есть сомнение! Пока ум не рас­творится, от сомнений избавиться невозможно.

Шива ответит. Его ответом являются техники - старейшие, наибо­лее древние техники. Но вы можете назвать их самыми современными, поскольку к ним трудно что-либо добавить. Они являются полными, - всего 112 техник. Они взяты со всеми своими возможностями, всеми способами очищения ума, выхода за пределы ума. К ста двенадцати методам Шивы невозможно добавить хотя бы один метод. Книге Вигьяна Бхайрава Тантра - пять тысяч лет. Ничто нельзя добавить, нет возможности что-либо добавить. Она является исчерпывающей, пол­ной. Она является наиболее древней, и, в то же время, самой последней, новейшей. Старые, как древние горы, методы кажутся вечными - и, в то же время, новыми и свежими, как капли росы под солнцем.

Эти сто двенадцать методов медитации представляют собой це­лую науку трансформирования ума. Мы войдем в них один за дру­гим. Сначала мы попытаемся постигнуть их интеллектуально. Но вы должны использовать свой интеллект только как инструмент, а не как мастера. Используйте его как инструмент для понимания чего-либо, но не продолжайте создавать с помощью него барьеры. Когда мы будем говорить об этих техниках, просто отложите в сторону ваши прошлые знания, ваши осознания, независимо от того, какую ин­формацию вы в себе собрали. Отложите их в сторону - они просто пыль, собранная на дороге.

Воспринимайте эти методы свежим умом - с бдительностью, конечно, но без аргументаций, споров. И не впадайте в заблуждение, что спорящий ум является бдительным умом. Это не так, поскольку в тот момент, когда вы вступаете в спор, вы теряете осознанность, вы теряете бдительность. Тогда вы не находитесь здесь.

Эти методы не принадлежат никакой религии. Помните, они не являются индийскими, как не является еврейской созданная Эйнш­тейном теория относительности. Радио и телевидение не являются христианскими. Никто не говорит: «Почему вы используете элект­ричество? Оно христианское, поскольку его придумал ум христиа­нина». Наука не принадлежит расам и религиям, а тантра является наукой. Поэтому запомните - она совсем не является индийской. Эти техники были разработаны индусами, но они не являются индийскими. Вот почему в этих техниках не будут упоминаться никакие религиозные ритуалы. Не нужны никакие храмы. Вам совершенно достаточно такого храма, как вы сами. Вы являетесь лабораторией; весь эксперимент должен проводиться внутри вас. Нет необходимо­сти, ни в какой вере.

Это не религия, это наука. Не нужно никакой веры. Нет необхо­димости верить ни в Коран, ни в Веды, ни в Будду, ни в Махавиру. Нет, не вера нужна. Достаточно дерзания в эксперименте, достаточно смелости в эксперименте; это прекрасно. Мусульманин может про­должать свою практику и он достигнет более глубокого понимания Корана. Индус может продолжать свою практику и он впервые узна­ет, что такое Веды. И джайн может продолжать свою практику, и буддист - им не нужно покидать свою религию. Тантра удовлетворит всех, кто бы они ни были. Тантра окажется полезной независимо от того, какой путь они для себя выбрали.

Поэтому запомните следующее: тантра представляет собой чис­тую науку. Вы можете быть индусом, мусульманином, последовате­лем парси (религии древних персов) или кем-либо еще - тантра совсем не интересуется вашей религией. Тантра утверждает, что ре­лигия является социальным делом, поэтому вы можете принадле­жать любой религии; это не имеет никакого значения. Но вы можете преобразовать себя и это преобразование нуждается в научной мето­дологии. Когда вы больны, когда вы заболеваете туберкулезом или чем-нибудь другим, тогда не имеет значения - индус вы или мусуль­манин. Туберкулез остается индифферентным по отношению к ва­шему индуизму, к вашему мусульманству, к вашей вере - политической, социальной или религиозной. Туберкулез должен изучаться научным способом. Нет ни индусского туберкулеза, ни мусульманского туберкулеза.

Вы невежественны, вы в конфликте, вы спите. Это болезнь, ду­ховная болезнь. Эта болезнь должна лечиться тантрой. Вы не имеете отношения к делу, ваша вера не имеет отношения к делу. Это только случайность, что вы рождены где-то, а кто-то другой рожден еще где-то. Это только случайность, совпадение. Ваша религия является только случайностью, поэтому не цепляйтесь за нее. Используйте для преобразования себя некоторые научные методы.

Тантра известна не очень хорошо. И даже если она известна, она очень плохо понимается. Для этого есть причины. Чем более высо­кой и более чистой является наука, тем меньше возможность пони­мания ее массами. Мы только слышали название «теория относительности». Говорят, что при жизни Эйнштейна ее понимали всего двенадцать человек. Во всем мире только дюжина умов могли понимать ее. Даже Альберту Эйнштейну было трудно объяснить ее кому-либо, сделать ее понимаемой, поскольку она находилась слиш­ком высоко, она находилась выше вашего разума. Но она может быть понята. Нужны технические и математические знания, нужно обуче­ние - и тогда она может быть понята. Но тантра является более трудной, поскольку не поможет никакая тренировка. Может помочь только преобразование, трансформация.

Вот почему тантра никогда не будет понята массами. И всегда случается так, что если вы не можете понять нечто, вы, как минимум, можете понять это неправильно, поскольку тогда вы можете почувствовать: «О'кей, я понял». Вы не можете остаться просто в вакууме. Во-вторых, когда вы не можете понять некоторую вещь, вы начи­наете поносить ее, поскольку она оскорбляет вас. Вы не можете по­нять ее! Вы? Вы не можете понять ее? Это невозможно. Что-то должно быть не так с самой вещью. Вы начинаете поносить ее, вы начинаете говорить чепуху, а затем вы чувствуете: «Теперь все в порядке».

Таким образом, тантра не была понята; тантра была понята не­правильно. Она была такой глубокой, такой высокой, что это было естественным. Более того, поскольку тантра лежит за пределами ду­альности, сама точка зрения является внеморальной. Поймите, по­жалуйста, эти слова: «моральный», «аморальный», «внеморальный». Мы понимаем, что такое моральность, мы понимаем, что такое амо­ральность, но трудно понять, что такое внеморальность - не мораль­ность и не аморальность, за пределами их обоих.

Тантра является внеморальной. Взгляните на нее таким образом: медицина является внеморальной; она ни моральна, ни аморальна. Если к ней обратится вор - она поможет, если к ней обратится праведник - она поможет. Она не будет видеть никакой разницы между вором и праведником. Медицина не может сказать: «Это вор и я собираюсь убить его, а это праведник и я собираюсь вылечить его». Медицина представ­ляет собой науку. Вор вы или праведник - для нее не имеет значения.

Тантра является внеморальной. Тантра утверждает, что никакой морали не нужно, никакой особой морали не требуется. Наоборот, вы являетесь аморальным, поскольку у вас такой расстроенный ум. По­этому тантра не может ставить предварительное условие, чтобы сна­чала вы стали моральным, а затем уже могли практиковать тантру. Тантра утверждает, что это абсурд.

Некто болен, у него жар, а врач приходит и говорит: «Сначала уберите свой жар, сначала станьте совершенно здоровым. Только тогда могу я дать вам лекарство». Вот что может случиться. Вор приходит к праведнику и говорит: «Я вор. Скажи мне, как медитировать». Праведник говорит: «Сначала оставь свою профес­сию. Как можешь ты медитировать, оставаясь вором?»

Приходит алкоголик и говорит: «Я алкоголик. Как мне медити­ровать?» Праведник отвечает: «Прежде всего, нужно бросить пьянст­во, и только тогда ты сможешь медитировать». Условия являются самоубийственными. Человек является алкоголиком, или вором, или аморальным, потому что у него расстроенный ум, больной ум. Все это является следствием больного ума, а он говорит: «Сначала стань хорошим, а затем медитируй». Но кто тогда нуждается в меди­тации? Медитация является лечебной. Она является медициной.

Тантра является внеморальной. Она не спрашивает вас, кто вы такой. То, что вы человек, является достаточным. Где бы вы ни были, кем бы вы ни были, вы принимаетесь.

Выберите технику, которая годится для вас, вложите в нее всю свою энергию, и вы больше не будете тем же самым снова. Реальная, аутентичная техника всегда обладает этим свойством. Если я ставлю предварительные условия, то это показывает, что я располагаю псев­дотехникой - я говорю: «Сначала сделай это, сначала не делай то, а затем...» Но эти условия являются невозможными, потому что вор может изменить объекты своей деятельности, но он не сможет пере­стать быть вором.

Алчный человек может изменить объекты приложения своей алчности, но он не сможет стать неалчным. Вы можете заставить его, или он сам может заставить себя быть неалчным, но это также может произойти в результате некоторой алчности. Если будут обещаны небеса, то он может даже попытаться быть неалчным. Но это алч­ность в превосходной степени. Небеса, мокша, освобождение, сат-чит-ананда, существование, осознанность, блаженство - все это станет объектами его алчности.

Тантра утверждает, что вы не можете изменить человека, пока не дадите ему для этого подходящую технику. Одни проповеди ничего не могут изменить. И вы можете видеть это везде, во всем мире. Все, о чем говорит тантра, написано везде, во всем мире. Так много про­поведей, так много морализирования, так много священников и про­поведников - весь мир заполнен ими, но все так безобразно и аморально.

Почему так получается? То же самое произойдет, если вы отда­дите свою больницу проповедникам. Они придут туда и начнут про­поведовать. И они будут вдалбливать в каждого больного: «Вы виновны! Вы создали эту болезнь, измените ее». Если отдать проповедникам больницу, то каковы будут условия в этой больнице? Такие же, как и во всем мире.

Проповедники продолжают проповедовать. Они продолжают го­ворить людям: «Не сердитесь», не давая им никакой техники. И мы слышим эти поучения в течение столь долгого времени, что даже никогда не задаемся вопросом: «Что вы говорите? Я сердит, а вы просто говорите 'не сердись'. Как это возможно? Когда я сержусь, это означает, что 'я есть гнев', а вы просто говорите мне 'не сердись'. Так я могу только подавить себя».

Но это породит еще больший гнев. Это породит чувство вины - если я пытаюсь изменить себя и не могу этого сделать, это породит чувство неполноценности. Это даст мне ощущение вины в том, что я не в состоянии победить свой гнев. Никто не может победить его! Вы нуждаетесь в некотором оружии, вы нуждаетесь в некоторых методах, поскольку гнев является лишь индикатором вашего расстроенного ума. Измените расстроенный ум и индикатор тоже изменится. Гнев просто показывает, что находится внутри. Сделайте изменения внут­ри и внешнее тоже изменится.

Итак, тантра не имеет дела с вашей так называемой моралью. На самом деле говорить о моральности подло, унизительно; это негу­манно. Если кто-нибудь приходит ко мне, а я говорю: «Оставь снача­ла гнев, оставь сначала секс, оставь то, оставь это», то я являюсь негуманным. То, о чем я говорю, является невозможным. И эта невозможность заставит человека почувствовать внутреннее униже­ние. Он начнет чувствовать себя приниженным, он будет деградиро­вать в своих собственных глазах. Если он пытается делать невозможное, он обречен на неудачу. А в случае неудачи он убеждает себя, что он грешник.

Проповедники убеждают весь мир в том, что он грешен. Это нужно им, поскольку если вы не будете убеждены, что вы грешник, то их профессия не будет больше нужна. Вы должны быть грешни­ком; только тогда смогут процветать церкви, храмы и мечети. То, что вы грешник, является их заслугой. Ваша вина является основой всех высших церквей. Чем большим чувством вины вы обладаете, тем выше и выше могут подниматься церкви. Они построены на вашей вине, на вашем грехе, на вашем комплексе неполноценности. Они, таким образом, создали униженное человечество.

Тантра не имеет дела с вашей так называемой моралью, с ваши­ми социальными условностями и т.п. Это не означает, что тантра призывает быть аморальным - нет! Тантра настолько не имеет отно­шения к вашей морали, что она не может уговаривать вас быть аморальными. Тантра дает научные методы для изменения ума, и если ум будет другим, то и характер станет другим. Если основа вашей структуры изменится, то изменится и вся ваша система взглядов. Из-за своих внеморальных позиций тантра не может ока­заться терпимой для ваших так называемых праведников, они все идут против нее - поскольку если тантра будет иметь успех, то весь этот абсурд, который продолжается во имя религии, должен будет исчезнуть.

Смотрите: христианство много сражается против научного про­гресса. Почему? Только потому, что если в материальном мире будет научный прогресс, то недалеко то время, когда наука проникнет так­же и в психологию и в духовный мир. Поэтому христианство начало сражение против научного прогресса, поскольку если вы знаете, что можете изменить материю при помощи некоторых методов, то не­далеко то время, когда вы придете к знанию того, что существуют методы, которыми вы можете изменить свой ум - поскольку ум есть не что иное, как утонченная материя.

Это тантра предполагает, что ум есть утонченная материя. А раз вы можете иметь другой ум, то вы можете иметь другой мир, по­скольку вы смотрите посредством своего ума. Мир, который вы ви­дите, вы видите с помощью своего конкретного ума. Измените ум, и вы будете смотреть на другой мир. А если ум исчезнет... это является предельной целью для тантры - привести в состояние без ума. Взгляд на мир без посредника. Если нет посредника, то вы встречаетесь непосредственно с реальностью, поскольку между вами и ею ничего нет. Тогда ничего не может быть искажено.

Поэтому тантра утверждает, что когда нет ума, то имеет место состояние бхайравы - состояние не-ума. Первый раз вы смотрите на мир таким, каков он есть. Если вы имеете ум, вы продолжаете созда­вать мир; вы продолжаете навязывание, проектирование. Поэтому сначала нужно изменить ум, а затем перейти от ума к не-уму. И эти сто двенадцать методов могут помочь всем и каждому. Любой конк­ретный метод может оказаться бесполезным для вас. Вот почему Шива имеет дело со многими методами. Выберите любой один ме­тод, который подходит именно вам. Узнать, который из методов подходит вам, нетрудно.

Мы будем пытаться понять каждый метод и как выбрать для себя один метод, который сможет изменить вас и ваш ум. Это понимание, это интеллектуальное понимание будет основным необходимым ус­ловием, но это не все. Что бы я здесь ни говорил, вы должны будете испытать его.

В действительности, если вы испытываете подходящий вам ме­тод, это срабатывает немедленно. Поэтому я буду продолжать гово­рить здесь о методах каждый день. Испытывайте их. Просто играйте с ними - идите домой и испытывайте. Ваш метод, когда бы вы ни встретили его, просто сработает. Что-то взорвется в вас, и вы узнаете, что это и есть правильный метод для вас. Но для этого нужны усилия и вы можете быть удивлены, что вдруг однажды один из методов «захватит» вас.

Поэтому, пока я здесь говорю, параллельно этому продолжайте играть с этими методами. Я говорю играть, потому что вы не должны быть слишком серьезными. Просто играйте! Что-то может подойти вам. Если что-то подошло вам, тогда станьте серьезными и углубляйтесь в это - интенсивно, честно, со всей вашей энергией, со всем вашим умом. Но до этого просто играйте.

Я обнаружил, что пока вы играете, ваш ум является более откры­тым. Когда вы серьезны, ваш ум не так открыт, он заперт. Поэтому просто играйте. Не будьте слишком серьезными, просто играйте. И эти методы являются простыми, вы можете просто играть с ними.

Выберите один метод и играйте с ним не менее трех дней. Если он дает вам некоторое ощущение близости, если он дает вам некото­рое ощущение благополучия, если он дает вам некоторое ощущение, что он для вас, то будьте с ним серьезными. Тогда забудьте все другие методы, не играйте с другими методами. Задержитесь на нем - как минимум на три месяца. Чудеса возможны. Единственное, что необ­ходимо, так это чтобы метод подходил вам. Если метод не для вас, то ничего не случится. Тогда вы можете продолжать с ним работать в течение всей жизни, но ничего не случится. Если же метод для вас, то достаточно будет даже трех минут.

Итак, эти сто двенадцать методов могут оказаться для вас чудес­ным переживанием, а могут и просто быть «прослушанными» - это зависит от вас. Я буду продолжать описывать каждый метод в том разнообразии, в каком это возможно. Если вы ощущаете некоторую близость к нему, играйте с ним в течение трех дней. Если вы чувст­вуете, что он подходит, что что-то сработало в вас, продолжайте работу с ним в течение трех месяцев.

Жизнь представляет собой чудо. Если вам неизвестны ее тайны, то это только показывает, что вы не знаете метода, как постичь их.

Шива предлагает сто двенадцать методов. Это все возможные ме­тоды. Если ничего не сработало и ничто не дало вам ощущение того, что это для вас, значит, для вас нет никаких методов - помните это. Тогда забудьте о духовности и будьте счастливы. Тогда это не для вас.

Но эти сто двенадцать методов предназначены для всего челове­чества - для всех веков, которые уже прошли, и для всех веков, кото­рые еще придут. Во все времена не было ни одного человека, кто мог бы сказать: «Все эти сто двенадцать методов бесполезны для меня». Невозможно! Это невозможно!

Во внимание был принят каждый тип ума. Каждому возможному типу ума в тантре дается своя техника. Имеется много техник, для которых еще не существует ни одного человека; они для будущего. Имеется много техник, для которых не существует ни одного чело­века в настоящее время; они для прошлого. Но не пугайтесь. Имеется много методов, предназначенных для вас.

Итак, мы начинаем это путешествие с завтрашнего дня.

 

 

Г л а в а 2

ПУТЬ ЙОГИ И ПУТЬ ТАНТРЫ

2 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

Вопросы:

 

Каковы различия между йогой и тантрой?

Как прийти к правильной технике на пути к самоотречению, к отказу от себя?

Как узнать, что практикуемая техника окажется успешной?

У нас много вопросов. Вот первый из них:

Каковы различия между традиционной йогой и тантрой? Явля­ются ли они одним и тем же?

Тантра и йога принципиально различны. Они достигают одной и той же цели, однако их пути являются не только различными, но даже противоположными. Поэтому это должно быть понято очень ясно. Процесс йоги также является методологией, йога также явля­ется техникой. Йога не является философией. Так же, как и тантра, йога опирается на действие, метод, технику. И в йоге делание ведет к постижению человеческой сущности, но соответствующие процессы являются различными.

В йоге вы должны сражаться; она представляет собой путь воина. На пути тантры вы совсем не должны сражаться. Скорее наоборот, вы должны быть снисходительными, - но с осознанием этого.

Йога является подавлением с осознанием этого, тантра является снисходительностью с осознанием этого.

Тантра утверждает, что кем бы вы ни были, предельное не про­тив этого. Это рост - вы можете расти, чтобы стать предельным. Нет никакой противоположности между реальностью и вами. Вы являе­тесь частью ее, поэтому нет необходимости в борьбе, в конфликте, в противодействии природе. Вы должны использовать природу; вы должны использовать что угодно на пути к запредельному.

В йоге, для того, чтобы выйти за пределы, вы должны сражаться с самим собой. В йоге мир и мокша, освобождение - вы, такой, какой вы есть, и вы, такой, каким вы должны быть - являются двумя противоположными вещами. Подавите, поборите, растворите то, чем вы являетесь, чтобы вы могли достигнуть того, чем вы можете быть. В йоге выход за пределы является смертью. Для того чтобы родилось ваше реальное существо, вы должны умереть.

В глазах тантры йога является крайне самоубийственной. Вы должны убить свое существо - свое тело, свои инстинкты, свои жела­ния, все. Тантра говорит вам принимать себя такими, каковы вы есть. Это сильная степень приятия. Не создавайте промежутка между вами и реальностью, между миром и нирваной. Не создавайте никакого промежутка. Для тантры нет никакого промежутка; никакой смерти не требуется. Для вашего повторного рождения не требуется никакой смерти - скорее нужна трансценденция, переход за пределы. Для этой трансценденции вы можете использовать самого себя.

Здесь, например, присутствует секс, основная энергия - основная энергия, при помощи которой вы были рождены. Основные клетки вашего существа и вашего тела являются сексуальными, поэтому человеческий ум крутится вокруг секса. Согласно йоге вы должны бороться с этой энергией. Посредством борьбы вы создаете в себе другой центр. Чем больше вы сражаетесь, тем больше вы собираетесь в единое целое в другом центре. Секс не является вашим центром. Сражение с сексом - конечно осознанное - создаст в вас новый центр существования, новую выразительность, новый центр кристаллиза­ции. Тогда секс перестанет быть вашей энергией. Вы будете создавать свою энергию в борьбе с сексом. В ваше существо придет другая энергия, в вас сформируется другой центр существования.

Согласно тантре вы должны использовать энергию секса. Не сражайтесь с ним, трансформируйте его. Не думайте в терминах враждебности, будьте дружественными к нему. Это ваша энергия. Это не дьявол, это не зло. Каждая энергия является только естественной. Она может быть использована для вас, она может быть использована против вас. Вы можете заблокировать ее, построить барьер перед ней, но вы можете и сделать ее ступенью вверх. Она может быть исполь­зована. Правильно используемая, она становится дружественной; неправильно используемая, она становится вашим врагом. Эта энер­гия просто естественна. Поскольку обычный человек использует секс, то она становится его врагом, она разрушает его; он просто растрачивается в ней.

Йога принимает противоположную точку зрения - противопо­ложную обычному уму. Обычный ум разрушается своими собствен­ными желаниями, поэтому йога призывает прекратить желания, призывает быть без желаний. Сражайтесь с желаниями и создавайте в себе целостность без желаний.

Тантра учит осознавать свои желания, не организовывать ника­кой борьбы. Войдите в свое желание с полным осознанием его, и когда вы войдете в желание с полным осознанием, вы переступите через него. Вы в нем, и все же вы не в нем. Вы проходите сквозь него, но остаетесь для него внешним.

Йога является весьма привлекательной, поскольку йога всего лишь противопоставлена обычному уму, вследствие чего обычный ум в состоянии понять язык йоги. Вы знаете, как секс разрушает вас - как он разрушил вас, как вы продолжаете вращаться вокруг него как раб, как марионетка. Вы знаете это из своего опыта. Поэтому, когда йога призывает вас сражаться с ним, вы сразу же понимаете ее язык. Эта легкость является привлекательной стороной йоги.

Тантре не так легко быть привлекательной. Она кажется сложной: как это можно войти внутрь желания, чтобы оно не овладело вами? Как быть в сексуальном акте сознательно, с полным осознанием? Обычный ум начинает бояться. Это кажется опасным. Не то, что это опасно, но все, что вы знаете о сексе, формирует в вас это чувство опасности. Вы знаете себя, вы знаете, как вы можете вводить себя в заблуждение. Вы знаете очень хорошо, что ваш ум является ковар­ным. Вы можете погрузиться в желание, в секс, во все, и вы можете убедить себя, что вы сделали это с полным осознанием. Вот в чем вы видите опасность.

Опасность не в тантре, она в вас. И привлекательность йоги обус­ловлена вами, вашим обычным умом, вашим умом с подавлением секса, с жаждой секса, с потаканием сексу. Йога является привлекатель­ной, поскольку обычный ум болен сексом. При здоровом человечестве, при здоровом сексе - естественном, нормальном - случай будет совсем другим. Мы не являемся нормальными и естественными. Мы абсолют­но ненормальны, нездоровы, мы на самом деле безумны. Но поскольку все вокруг похожи на нас, мы никогда не чувствуем этого.

Сумасшествие является настолько нормальным, что не быть су­масшедшим может показаться ненормальным. Среди нас Будда яв­ляется ненормальным, Иисус является ненормальным. Они не принадлежат нашему обществу. Эта «нормальность» является болез­нью. Этот «нормальный» ум делает привлекательной йогу. Если бы вы воспринимали секс естественно - без философствований вокруг него, без философствований за и против, - если бы воспринимали секс так, как вы воспринимаете свои руки, свои глаза; если бы он воспринимался тотально как совершенно естественная вещь, то тог­да бы привлекательной стала тантра. И только тогда тантра была бы полезной для многих.

Но дни тантры наступают. Рано или поздно тантра взорвется в массах первый раз, поскольку для первого раза время созрело - со­зрело, чтобы воспринимать секс естественно. Вполне возможно, что взрыв придет с Запада, поскольку Фрейд, Юнг, Райх уже подготовили почву. Они ничего не знали о тантре, но они заложили основные предпосылки для развития тантры. Западная психология пришла к выводу, что основная человеческая болезнь как-то связана с сексом, что основные душевные болезни человека ориентированы на секс.

Поэтому до тех пор, пока эта ориентация на секс не будет ликви­дирована, человек не сможет быть естественным, нормальным. Че­ловек ведет себя неправильно только из-за своей позиции по отношению к сексу. Нет необходимости, ни в какой позиции. Только тогда вы являетесь естественным. Какова ваша позиция относитель­но ваших глаз? Являются они порочными или божественными? Вы против своих глаз или за них? У вас в данном случае нет никакой позиции! Вот почему ваши глаза являются нормальными.

Примите какую-либо позицию - думайте, например, что ваши глаза являются порочными. Тогда возникнут трудности с процессом смотрения. Тогда по поводу смотрения возникнет такой же комплекс проблем, какой возникает в связи с сексом. Тогда вы будете хотеть смотреть, вы будете желать, вы будете страстно желать смотреть. Но тогда при смотрении у вас будет появляться чувство вины. Когда бы вы ни смотрели, вы будете чувствовать себя виноватым, вы будете думать, что вы делаете нечто плохое, что вы грешник. Вы хотели бы уничтожить сам ваш инструмент для смотрения; вы хотели бы разрушить ваши глаза. И чем больше бы вы хотели разрушить их, тем больше бы вы становились центрированными на глаза. Тогда бы вы стали заниматься совершенно абсурдной деятельностью: вы бы хотели смотреть все боль­ше и больше и, одновременно, вы бы имели все большее и большее чувство вины. То же самое случилось с сексуальным центром.

Тантра призывает вас воспринимать себя такими, какие вы есть. Это основное характерное свойство - тотальное приятие. Вы сможете расти только через тотальное приятие. Тогда можно использовать каждую энергию, которую вы имеете. Как их можно использовать? Принимайте их, затем выясняйте, что эти энергии собой представ­ляют - что является сексом, что представляет собой это явление? Мы с ним незнакомы. Мы имеем много сведений о сексе, полученных от других. Мы можем пройти через сексуальный акт, но с виноватым умом, с подавленной позицией, в нетерпении, в спешке. Что-то дол­жно быть сделано, чтобы облегчить ношу. Сексуальный акт не явля­ется любовным актом. Вы не счастливы в нем, но вы не можете оставить его. Чем больше вы стараетесь оставить его, тем более при­влекательным он становится. Чем больше вы хотите отрицать его, тем больше вы чувствуете себя склонным к нему.

Вы не сможете отрицать секс, но эта попытка отрицать и разру­шить его разрушает сам ум, саму осознанность, саму чувствитель­ность, которая могла бы постигнуть его. Поэтому секс продолжает существовать без всякой чувствительности в нем. Только глубокая чувствительность может понять что-либо; только глубокое понимание, глубокое проникновение может понять что-либо. Вы сможете понять секс только в том случае, если вы будете входить в него, как поэт входит в цветник - только тогда. Если у вас есть чувство вины по отношению к цветам, вы можете пройти сквозь сад, но вы пройдете с закрытыми глазами. И вы будете торопиться, вы будете в глубокой, сумасшедшей спешке. Кое-как вы сумеете выбраться из сада. Но как тогда вы сможете быть осознающим?

Итак, тантра говорит: «Принимайте себя такими, какие вы есть». Вы представляете собой великую мистерию многих многомерных энергий. Примите их и продолжайте движение с каждой энергией с глубокой чувствительностью, с осознанностью, с любовью, с понима­нием. Идите дальше с ними! Тогда каждое желание становится средст­вом для выхода за его пределы. Тогда каждая из энергий становится помощником. И тогда сам этот мир становится нирваной, само это тело становится храмом - священным храмом, святым местом.

Йога является отрицанием, тантра является утверждением. Йога рассуждает в терминах двойственности - в этом смысл слова «йога». Оно означает собирание двух вещей в единое целое, соединение (уоkе) двух вещей вместе. Но обе вещи присутствуют, имеет место двойствен­ность. Тантра утверждает, что двойственности не существует. Если име­ет место двойственность, то вы не можете объединить две вещи друг с другом. И как бы вы ни старались, они останутся двумя вещами, и борьба будет продолжаться, двойственность останется.

Если мирское и божественное являются двумя отдельными по­нятиями, то они не могут быть объединены в единое целое. Если же они в действительности не являются двумя отдельными сущностя­ми, если они только кажутся такими, то тогда они могут быть единым целым. Если ваше тело и ваша душа являются двумя понятиями, то они не могут быть объединены вместе. Если вы и Бог являетесь двумя различными понятиями, то нет возможности объединить вас вместе. Тогда вы остаетесь двумя различными сущностями.

Тантра утверждает, что двойственности нет; она только види­мость. Поэтому как видимость может помочь стать сильнее? Тантра спрашивает, почему эта видимость двойственности помогает стать сильнее? Уничтожьте ее сейчас же! Будьте единым целым! Вы стано­витесь единым целым через приятие, но не через борьбу. Примите окружающий мир, примите ваше тело, примите все, что свойственно им. Не создавайте внутри себя другого центра, поскольку для тантры этот другой центр является не чем иным, как вашим эго. Не созда­вайте эго. Просто осознавайте себя. Если вы сражаетесь, то там при­сутствует ваше эго.

Трудно поэтому найти йога, который не был бы эгоистом. И йоги могут продолжать говорить об отсутствии эго, но они не могут быть без эго. Сам процесс, который они приняли, порождает эго. Борьба является процессом. Если вы боретесь, вы вынуждены создать эго. И чем больше вы будете бороться, тем больше будет укрепляться ваше эго. И если вы выиграете свое сражение, то вы достигнете предельного эго.

Тантра призывает: «Не сражайтесь!» Тогда для эго не останется возможностей. Если вы понимаете тантру, то возникнет много про­блем, так как для нас при отсутствии борьбы имеет место только терпимость, снисходительность. Отсутствие борьбы для нас означает терпимость. Тогда мы начинаем бояться. Мы терпимы в совместной жизни и мы ничего не достигаем. Но для тантры терпимость не является той терпимостью, которую мы знаем. Тантра призывает к терпимости, но при наличии осознанности.

Вы гневаетесь... тантра не будет требовать от вас, чтобы вы не гневались. Тантра скажет вам, чтобы вы гневались от всего сердца, искренне, но полностью осознавали это. Тантра не против гнева, тантра всего лишь против духовной сонливости, духовной бессозна­тельности. Будьте осознающими и будьте сердитыми. И в этом весь секрет метода - что если вы осознаете, то гнев трансформируется; он становится состраданием. Поэтому тантра утверждает, что гнев не является вашим врагом; это сострадание в зачаточной форме. Тот же самый гнев, та же самая энергия превратятся в сострадание.

Если вы сражаетесь с гневом, то для сострадания не останется никаких возможностей. Поэтому, если вы преуспеете в борьбе, пре­успеете в подавлении, то вы омертвите себя. Не будет больше гнева, потому что вы подавили его, но не будет также и сострадания, по­скольку только гнев может трансформироваться в сострадание. Если вы преуспели в подавлении себя, - что на самом деле невозможно, - то не будет секса, но и любви тоже не будет, поскольку при мертвом сексе отсутствует энергия, которая должна была бы перерасти в любовь. Поэ­тому вы будете без секса, но и без любви тоже. И тогда теряется смысл всего, поскольку без любви нет никакой божественности, без любви нет никакого освобождения, без любви нет никакой свободы.

Тантра утверждает, что трансформироваться должны одни и те же энергии. Это можно сказать и таким образом: если вы против мирского, то не будет и нирваны - потому что сам этот мир должен быть трансформирован в нирвану. Тогда вы против всех основных энергий, которые являются первоисточником всего.

Итак, алхимия тантры призывает вас: не сражайтесь, относитесь дружественно ко всем энергиям, данным вам свыше. Приветствуйте их. Чувствуйте благодарность за то, что вы имеете гнев, что вы имеете секс, что вы имеете алчность. Чувствуйте благодарность, поскольку это скрытые источники, которые могут быть трансформированы, которые могут быть открыты. И когда секс трансформируется, он превращается в любовь. Теряется отрава, теряется уродство.

Семя кажется уродливым, но когда оно оживает, оно растет и расцветает. Тогда появляется красота. Не выбрасывайте семя, по­скольку в его лице вы выбросите цветы. Их еще нет здесь, нельзя еще утверждать, что вы можете видеть их. О них нельзя еще утверждать, но они здесь. Для того чтобы вы могли получить цветы, используйте это семя. Итак, сначала допустите приятие, чувствительное понима­ние и осознанность. Тогда будет допущена и терпимость.

Еще одна вещь, которая кажется очень странной, но которая на самом деле является одним из глубочайших открытий тантры, за­ключается в следующем: что бы вы ни воспринимали в качестве своих врагов - алчность, гнев, ненависть, секс и тому подобное - ваше отношение к ним как к врагам делает их врагами. Воспринимайте их как божественные дары и подходите к ним с благодарным сердцем. Тантра, например, разработала много методов для трансформации сексуальной энергии. Подходите к половому акту, как вы подходили бы к храму божественного. Относитесь к половому акту, как к молит­ве, как к медитации. Почувствуйте его святость.

Вот почему в Кхаджурахо, в Пури, в Конараке каждый храм имеет майтхуны, скульптуры людей, находящихся в половом сношении. Половой акт в стенах храмов кажется неуместным, особенно для христиан, мусульман, джайнов. Он кажется немыслимым, противо­речащим всему. Что общего между храмом и изображениями майт-хун? На внешних стенах храмов в Кхаджурахо в каменных изваяниях изображены все возможные типы полового акта. Почему? В храме для них нет места, в крайнем случае, только в нашем сознании. Хри­стианство не может представить себе стены церквей с изображения­ми из храма в Кхаджурахо. Это невозможно!

Современные индусы также ощущают чувство вины, поскольку сознание современного индуса сформировано христианством. Они являются «индусо-христианами» - и это плохо, поскольку быть хри­стианами хорошо, но быть индусо-христианами - это нелепо. Они чувствуют себя виновными. Один индуистский лидер, Пуршотамдас Тандон предложил даже разрушить эти храмы, утверждая, что они не принадлежат нам. И на самом деле, все выглядит так, как будто они не принадлежат нам, поскольку тантра отсутствовала в наших серд­цах очень долго, веками. Она не была основным течением жизни. Основным течением была йога, а для йоги Кхаджурахо является неприемлемым - он должен быть разрушен.

Тантра призывает относиться к половому акту как к вхождению в освященный храм. Вот почему тантристы изображали половой акт на стенах своих священных храмов. Они говорили: подходите к сексу так, как будто вы входите в священный храм. Таким образом, когда вы входите в священный храм, секс должен быть здесь же, поскольку в вашем уме эти вещи связаны друг с другом, ассоциированы друг с другом. Тогда вы сможете почувствовать, что мирское и божествен­ное не являются двумя сражающимися элементами, но являются единым целым. Они не являются взаимоисключающими, они толь­ко полярности, помогающие друг другу. И они могут существовать только благодаря этой полярности. Если эта полярность теряется, теряется весь мир. Поэтому во всем старайтесь увидеть глубокое единство. Нельзя видеть только полярные противоположности, нуж­но видеть внутренние процессы, которые делают их единым целым. Для тантры все является священным. Запомните это - для тантры все является священным; нет ничего несвященного. Смотрите на это таким образом: для нерелигиозного человека нет ничего священ­ного; для так называемых религиозных людей что-то является свя­щенным, что-то - нет.

Для тантры все является священным.

Один христианский миссионер был у меня несколько дней назад и сказал: «Бог создал мир».

Тогда я спросил его: «А кто создал грех?» Он сказал: «Дьявол».

Тогда я спросил его: «А кто создал дьявола?» Он был в растерянности. Он сказал: «Конечно, Бог создал дьяво­ла».

Дьявол создал грех, а Бог создал дьявола. Так кто же тогда явля­ется истинным грешником - дьявол или Бог? Но дуалистская кон­цепция всегда ведет к таким абсурдностям. Для тантры Бог и дьявол не являются двумя различными сущностями. Для тантры, на самом деле, не существует ничего, что можно было бы назвать дьявольским, все является божественным, все является священным. И это кажется правильной точкой зрения, самой глубокой точкой зрения. Если в этом мире есть что-либо несвященное, то откуда оно пришло и как оно может существовать?

Итак, имеются только две альтернативы. Первая альтернатива - это альтернатива атеиста, который утверждает, что нет ничего свя­щенного. С этой альтернативой все в порядке. Для атеиста нет двойственности; он не видит святости ни в чем в мире. Вторая альтерна­тива - альтернатива тантры, которая утверждает, что все священно. Для тантриста также нет двойственности. Но между атеистами и тантристами расположены так называемые религиозные люди, ко­торые на самом деле не являются религиозными. Они ни религиоз­ные, ни нерелигиозные, поскольку они всегда в конфликте. Вся их теология направлена на то, чтобы свести концы с концами, но она не может справиться с этим.

Если единственная клеточка, единственный атом в этом мире является несвященным, то и весь мир становится несвященным, потому что как может один подобный атом существовать в священ­ной вселенной? Как это может быть? Он поддерживается всем окру­жающим; чтобы существовать, он должен поддерживаться всем окружающим. И если несвященный элемент поддерживается всеми священными элементами, то какая же между ними разница? Итак, или весь мир тотально, безусловно священен, или он целиком несвя­щенен; промежуточного пути не может быть.

Тантра утверждает, что все является священным, вот почему мы не можем понять ее. Это глубочайшая недвойственная точка зрения - если это можно назвать точкой зрения. Это не точка зрения, по­скольку каждая точка зрения обязана быть двойственной. Она не против чего-то, поэтому она и не является точкой зрения в обычном понимании. Она есть ощущение целого, живущее единство.

Это и есть два пути - путь йоги и путь тантры. Тантра не может быть такой привлекательной из-за нашего искалеченного ума. Но для того, у кого внутри здоровье, а не хаос, тантра является прекрас­ной. Только он может понять, что такое тантра. Йога имеет привле­кательность, ею легко увлечься из-за извращенного ума.

Помните, в конце концов, только ваш ум делает что-либо привле­кательным или непривлекательным. Именно вы являетесь решаю­щим фактором.

Эти подходы являются различными. Я не утверждаю, что при помощи йоги нельзя достичь желаемого. При помощи йоги можно тоже достичь, но не при помощи той йоги, которая превалирует в настоящее время. Превалирующая в настоящее время йога на самом деле не является йогой, но является интерпретацией вашего больного разума. Йога действительно может быть путем к бесконечному, но это также возможно лишь в том случае, когда ваш ум здоров, когда он не болен. Тогда йога примет другую форму. Махавира, например, практиковал йогу, но он на самом деле не подавлял секс. Он знал его, он любил его, он был глубоко знаком с ним. Но он стал бесполезным для него и он его оставил. Будда был на пути йоги, но он жил, проходя сквозь мир, он был очень хорошо знаком с ним. Он не сражался.

Если вы знаете что-либо, вы становитесь свободным от этого. Оно просто опадает, как мертвые листья опадают с дерева. Это не самоотречение; в это совсем не вовлекается борьба. Посмотрите на лицо Будды - оно не похоже на лицо воина. Он не сражается. Он так расслаблен; его лицо является самим символом расслабления... не борьбы.

Посмотрите на ваших йогов. Борьба явно просматривается на их лицах. Глубоко внутри в них заключено смятение - непосредственно сейчас они сидят на вулканах. Вы можете заглянуть им в глаза, посмотреть на их лица - и вы почувствуете это. Где-то глубоко внутри они подавили все свои болезни; они не вышли за пределы.

В здоровом мире, где каждый живет своей подлинной, индиви­дуальной жизнью, не имитирующей другие жизни, а своей жизнью своим собственным способом, возможны два результата. Человек может научиться глубокой чувствительности, которая поможет пре­взойти его желания; он может также прийти к состоянию, когда все желания являются несущественными и отбрасываются. Йога тоже может привести к этим результатам, но, на мой взгляд, йога может привести к ним только в том же мире, где и тантра может привести к ним - помните это. Нам нужен здоровый ум, естественный человек. В мире, где человек является естественным, и тантра, и йога приведут к выходу за пределы желаний.

В нашем так называемом больном обществе ни йога, ни тантра не могут сделать этого, поскольку если мы выбираем йогу, то мы не выбираем ее, потому что желания стали бесполезными — нет! Они все еще имеют значение; они не отпали сами собой. Мы должны преодо­левать их. Если мы выбираем йогу, мы выбираем ее как технику подавления. Если мы выбираем тантру, мы выбираем ее как хитрую уловку, как глубокий обман - как разрешение снисходительности.

Итак, при нездоровом уме ни йога, ни тантра не будут работать. Они обе приведут к обману. Для того чтобы начать, требуется здоро­вый ум, особенно сексуально здоровый ум. Тогда нетрудно выбрать свой путь. Вы можете выбрать йогу, вы можете выбрать тантру.

Имеется два основных типа людей, мужской тип и женский тип. Я имею в виду психологические, а не биологические типы. Для тех, кто психологически является в основном мужчиной - агрессивным, насильственным, направленным вовне - лучшим путем является йога. Для тех, кто психологически является в основном женщиной - восприимчивым, пассивным, ненасильственным - лучшим путем является тантра. Поэтому вы можете заметить: для тантры важными являются, богиня Кали, спасительница Тара, и различные девис, бхаправис - женские божества. В йоге вы никогда не услышите упо­минания имени какого-либо из божеств женского рода. Тантра имеет женские божества; йога имеет Богов-мужчин. В йоге энергия направ­лена наружу; в тантре энергия направлена вовнутрь. Поэтому, поль­зуясь современными психологическими терминами, можно сказать, что йога является экстравертивной, а тантра - интровертивной. Итак, все зависит от личности. Если вы обладаете интровертивной личностью, то борьба не для вас. Если у вас экстравертивная личность, то вам борьба подходит.

Но мы в расстройстве, мы в беспорядке - вот почему ничего не помогает. Наоборот, все расстраивается. Йога будет расстраивать вас, тантра будет расстраивать вас. Каждое лекарство принесет вам новую болезнь, поскольку выбирающий болен; результатом подобного вы­бора будет болезнь. Поэтому я не имею в виду, что при помощи йоги вы не можете достигнуть. Я делаю упор на тантре только потому, что мы собрались понять, что же такое тантра.

 

Другой вопрос:

Как на пути самоотречения ищущий может выбрать из ста две­надцати методов правильную технику?

На пути желания достичь чего-то имеются методы - эти сто двенадцать методов. На пути самоотречения (surrender - отказ от своих прав или собственности, сдача себя в полную собственность другому, безоговорочная капитуляция, самоотречение), само самоотречение является методом и других методов нет. Запомните это. Во всех методах нет самоотречения, поскольку метод означает зави­симость от самого себя. Вы можете делать что-нибудь; есть техника, поэтому вы исполняете ее. На пути самоотречения, и отказа вас больше нет, вы не можете делать что-либо. Вы сделали предельное, послед­нее: вы отказались от самого себя. На пути к отказу единственным методом является отказ.

Все эти сто двенадцать методов требуют некоторого усилия воли; они требуют, чтобы вы делали что-нибудь. Вы манипулируете вашей энергией, вы уравновешиваете вашу энергию, вы создаете в вашем хаосе центр. Вы что-то делаете. Ваши усилия существенны, основа­тельны, они нужны. На пути отказа от себя необходима только одна вещь - ваш отказ. Вы глубоко погрузитесь в эти сто двенадцать методов, так что неплохо будет сказать что-нибудь об отказе, поскольку он не имеет метода.

В этих ста двенадцати методах ничего не будет об отказе, о само­отречении. Почему Шива ничего не говорил об отказе? Потому что ничего нельзя сказать. Сама Бхайрави, сама Дэви достигла Шивы без каких-либо методов. Она просто отказалась, сдалась, капитули­ровала перед Шивой. Следует заметить следующее. Она задает воп­росы не для себя, эти вопросы задаются для всего человечества. Она достигла Шивы. Она уже на его коленях, он уже обнимает ее. Она уже стала с ним одним целым, но все же еще спрашивает.

Поэтому запомните одно: она спрашивает не для себя, в этом нет нужды. Она спрашивает для всего человечества. Но если она достигла, почему она спрашивает Шиву? Не могла бы она сама говорить с человечеством? Она прошла по пути отказа, поэтому она ничего не знает о методе. Сама она прошла через любовь; любви достаточно самой по себе, любовь не нуждается в чем-либо еще. Она достигла посредством любви, поэтому она не знает о каких-либо методах, техниках. Вот почему она спрашивает.

Итак, к ста двенадцати методам имеет отношение Шива. Он также не говорит об отказе, поскольку самоотречение, отказ не яв­ляется на самом деле методом. Вы отказываетесь только тогда, когда каждый из методов оказывается бесполезным, когда вы не можете достичь ни одним из методов. Вы делаете все, что возмож­но. Вы стучите во все двери, и ни одна из них не открывается, вы проходите по всем путям, и ни один из них не ведет к достижению. Вы сделали все, что могли, и теперь вы ощущаете себя беспомощ­ным. В этой тотальной беспомощности может случиться отказ, сдача, капитуляция, самоотречение. Поэтому на пути отказа нет методов.

Но что такое самоотречение и как оно работает? И если оно работает, то какая имеется нужда в ста двенадцати методах? Тогда какая необходимость обращаться к ним? Тогда все в порядке! Если отказ срабатывает, то лучше использовать именно его. Зачем нужно продолжать думать о методах? И кто знает, подходит вам конкретный метод, или нет? А чтобы выяснить это, может потребоваться не одна жизнь. Так что отказ от самого себя хорош, но он труден. Это самая трудная вещь на свете. Методы не являются трудными. Они легкие; вы можете трени­роваться сами. Но для отказа от самого себя вы себя натренировать не сможете... нет такой тренировки. Вы не можете спросить, как осуществить отказ; сам вопрос является абсурдным. Как вы можете спросить о технике отказа от себя? Можете ли вы спросить, как любить?

Есть любовь или ее нет, но вы не можете спросить, как любить. И если кто-нибудь расскажет вам и научит, как любить, то помните - вы никогда не сможете любить. Раз вам дана техника для любви, то вы будете привязаны к этой технике. Вот почему актеры не могут любить. Они знают так много техник, так много методов - и вы все тоже актеры. Раз вы знаете трюк, как любить, то любовь не расцветет, потому что вы создали фасад, обман зрения. А при наличии обмана зрения вы вне игры, вы не вовлечены в нее. Вы защищены.

Любовь - сущность тотально открытая, ранимая. Если вы люби­те, вы в опасности, вы становитесь незащищенными. Мы не можем спрашивать - как любить, мы не можем спрашивать, как отречься от себя. Это случается! Любовь случается, самоотречение случается. Любовь и самоотречение глубоко едины. Но что эта единая сущность представляет из себя? И если мы не знаем, как совершить отказ, то, как минимум, мы можем знать, как мы поддерживаем себя, как мы предотвращаем свой отказ. Это может быть известно и это полезно.

Как так случилось, что вы еще не отреклись от себя? Какова ваша техника борьбы с самоотречением? Если вы еще не полюбили, то настоящая проблема не в том, что вы не знаете, как любить. Реальная проблема заключается в том, чтобы копать глубже и выяснить, как вы до сих пор жили без любви, в чем заключается ваш трюк, какова ваша техника, какова ваша структура - структура вашей защиты, как вы жили без любви. Это может быть понято, и это должно быть понято.

Первое: мы живем с эго, живем в эго, центрированы в эго. Я есть, не зная, кто я есть такой. Я продолжаю провозглашать: «Я есть». Это «я есть» является ложью, поскольку я не знаю, кто я такой. И пока я не узнаю, кто я такой, как могу я говорить «я»? Это «я» является ложным «я». Это ложное «я» является моим эго. Это защита. Это защищает вас от отказа.

Вы не можете совершить отказ, но вы можете осознать эти за­щитные меры. Если вы начнете осознавать это, они начнут разру­шаться. Шаг за шагом вы ослабляете эту защиту и в один прекрасный день вы придете к ощущению: «Меня нет». В тот момент, когда вы пришли к ощущению: «Меня нет», самоотречение случилось. Итак, попытайтесь выяснить, существуете ли вы. Действительно, есть ли в вас некоторый центр, который бы вы могли назвать «я»? Проникайте глубоко вовнутрь себя, продолжайте попытки выяснить, где распо­ложено это «я», где обитает это эго.

Риндзай пришел к своему мастеру и сказал: «Дай мне свободу».

Мастер сказал: «Принеси себя. Если ты существуешь, я освобожу тебя. Но если ты не существуешь, то, как я смогу освободить тебя? Ты уже свободен. И эта свобода не является твоей свободой. На самом деле, свобода есть свобода от своего «я». Поэтому иди и выясни, где расположено твое «я», где расположен ты, а затем приходи ко мне. Это медитация. Иди и медитируй."

Итак, ученик Риндзай ушел и медитировал в течение недель и месяцев, а затем пришел снова. Он сказал: «Я не являюсь телом. Я установил только это».

Тогда мастер сказал: «Та часть, которую ты понял, стала свобод­ной. Иди снова. Попытайся выяснить остальное».

Затем он снова испытывал себя, медитировал и выяснил: «Я не являюсь моим умом, потому что я могу наблюдать мои мысли. Наблюдающий отделен от наблюдаемого - значит, я не являюсь сво­им умом». Он пришел и сказал: «Я не являюсь своим умом».

Тогда его мастер сказал: «Теперь ты свободен на три четверти. А теперь иди снова и попытайся выяснить, кто ты такой».

Итак, он рассуждал: «Я не являюсь моим телом. Я не являюсь моим умом». Он много читал, изучал, он был хорошо информиро­ван, поэтому он думал: «Я не являюсь ни моим телом, ни моим умом, поэтому я должен быть своей душой, своим атманом». Но он меди­тировал и, в конце концов, обнаружил, что нет ни атмана, ни души, поскольку этот атман есть не что иное, как ваша ментальная инфор­мация - только доктрины, слова, философии.

Поэтому он однажды прибежал к учителю и сказал: «Теперь меня больше нет!»

Тогда его мастер сказал: «Должен ли я теперь учить тебя методам освобождения?»

Риндзай сказал: «Я свободен, поскольку меня больше нет. Нет никого, кто был бы в рабстве. Я лишь обширная пустота, ничто».

Только ничто может быть свободным. Если вы есть нечто, то вы будете в рабстве. Если вы существуете, то вы будете в рабстве. Свобод­ным может быть лишь вакуум, пустое пространство. Тогда вы не сможете связать его. Риндзай прибежал и сказал: «Меня больше нет. Меня нигде нельзя найти». Это свобода. И в первый раз он коснулся ног мастера - в первый раз. Не в буквальном смысле, потому что ранее он много раз прикасался к ним. Но мастер сказал: «В первый раз ты прикоснулся к моим ногам».

Риндзай спросил: «Почему ты говоришь о первом разе? Я касался твоих ног много раз».

 Мастер ответил: «Но ты был здесь, как же мог ты прикоснуться к моим ногам, когда ты был уже здесь? Пока ты здесь, как можешь ты прикоснуться к моим ногам?»

«Я» никогда не может прикоснуться к чьим-либо ногам. Даже если со стороны это выглядит как прикосновение к чьим-либо ногам, это прикосновение к своим собственным ногам, только окольным способом. «Ты прикоснулся к моим ногам в первый раз», - сказал мастер, - «поскольку теперь тебя нет больше. И это также и последний раз. Первый и последний раз».

Самоотречение случается, когда вас нет, так что вы не можете отречься от самого себя. Вот почему отказ от себя не может быть техникой. Вы не можете отказаться, вы сами являетесь препятстви­ем. Когда вас нет, имеет место отказ. Поэтому вы и отказ не можете жить вместе, между вами и отказом невозможно сосуществование. Или вы, или отказ от себя. Поэтому выясните, где вы и кто вы. Подобное выяснение создаст много удивительных результатов.

Рамана Махарши обычно говорил: «Спрашивайте себя 'Кто я такой?'» Его понимали неправильно. Даже его ближайшие ученики не понимали значения его слов. Они думали, что действительно следует выяснить: «Кто я такой?» Нет! Если вы продолжаете спрашивать: «Кто я такой?», то вы обязаны прийти к выводу, что вас нет. На самом деле это не вопрос, предназначенный установить, кто вы такой. На самом деле это вопрос, предназначенный для разрушения, растворения.

Я давал ученикам много техник, в процессе выполнения которых необходимо было спрашивать: «Кто я такой?» Затем, через месяц или два они приходили ко мне и говорили: «Я еще не установил, кто я такой. Вопрос остается тем же самым - ответа нет».

Тогда я говорил им: «Продолжайте. Однажды ответ придет». И они надеялись, что ответ придет. Но это не вопрос, на который должен быть ответ. Это вопрос, который должен растворять вас. Здесь не должно быть ответа типа: «Вы есть то-то и то-то». Сам вопрос будет растворять. Не будет никого, кто бы спрашивал даже: «Кто я такой?» И тогда вы узнаете.

Когда «я» не существует, открывается реальное «я». Когда исчеза­ет эго, вы впервые встречаетесь со своей сущностью. Эта сущность является пустотой. Тогда вы можете совершить отказ от себя, тогда вы уже отказались. Вы теперь находитесь в состоянии самоотрече­ния. Поэтому здесь не может быть никаких техник или может быть лишь отрицательная техника вроде этого вопроса: «Кто я такой?».

Как работает самоотречение? Если вы находитесь в состоянии самоотречения, то, что при этом случается? Мы придем к пониманию, как работают методы. Мы далеко углубимся в методы и узнаем, как они работают. Основа их действия является научной.

Когда вы находитесь в состоянии самоотречения, вы становитесь долиной; когда вы являетесь эго, вы подобны остроконечной верши­не. Эго означает, что вы над всеми, вы есть некто. Другие могут признавать вас или не признавать - это уже другое дело. Вы воспри­нимаете себя выше всех. Вы подобны остроконечной вершине; ничто не может войти в вас.

Когда кто-нибудь находится в состоянии самоотречения, он под­обен долине. Он становится глубоким, а не высоким. Тогда все сущест­вующее начинает вливаться в него отовсюду. Он всего лишь вакуум, всего лишь глубина, пропасть, бездонность. Все существующее начина­ет вливаться в него отовсюду. Можно сказать, что Бог вливается в него отовсюду, входит в него через все поры, тотально заполняет его.

Это самоотречение, это превращение в долину, в пропасть, мож­но почувствовать многими способами. Имеется минимальный отказ от самого себя; имеется максимальный отказ. Даже при минималь­ном отказе вы чувствуете его. Отказ от себя ради мастера является минимальным отказом, но вы начинаете чувствовать его, потому что мастер немедленно начинает втекать в вас. Если вы капитулировали перед мастером, вы вдруг почувствуете, как его энергия вливается в вас. Если вы не можете почувствовать вливающуюся в вас энергию, то знайте хорошо - вы не отказались от себя даже минимальным образом.

Имеется так много историй, которые становятся для нас лишен­ными смысла, поскольку мы не знаем, в каких условиях они проис­ходили. Махакашьяпа пришел к Будде, Будда просто прикоснулся ко лбу Махакашьяпы и это произошло. И Махакашьяпа начал танце­вать. Поэтому Ананда спросил Будду: «Что случилось с ним? Я ведь был рядом с тобой в течение сорока лет? Он сумасшедший? Или он просто дурачит других? Что случилось с ним? И я ведь прикасался к твоим ногам тысячи и тысячи раз».

Конечно, для Ананды этот Махакашьяпа выглядел или сума­сшедшим, или просто обманщиком. Ананда был рядом с Буддой в течение сорока лет, но там была проблема. Он был его старшим братом, старшим братом Будды; и в этом заключалась проблема, когда Ананда пришел к Будде сорок лет назад, он, прежде всего, сказал Будде следующее: «Я твой старший брат, и когда ты посвятишь меня, я стану твоим учеником. Поэтому, прежде чем я стану твоим учени­ком, пообещай мне три вещи, поскольку потом я не смогу требовать. Во-первых, я всегда буду с тобой. Дай мне обещание, что ты никогда не скажешь мне: 'Уходи отсюда'. Я буду всегда следовать за тобой.

Во-вторых, я всегда буду спать с тобой в одной комнате. Ты не можешь сказать мне: 'Уходи'. Я буду следовать за тобой как твоя тень. И, в-третьих, если я приведу кого-нибудь в любое время, даже в полночь, ты должен будешь ответить ему. Ты не можешь сказать: 'Сейчас не время этому'. И дай мне обещание выполнить эти три мои просьбы, пока я еще являюсь твоим старшим братом, поскольку, когда я стану твоим учеником, я должен буду подчиняться тебе. Ты пока еще младше меня, так что пообещай мне это".

Итак, Будда пообещал, и это стало проблемой. В течение сорока лет Ананда был рядом с Буддой, но не мог прийти к самоотречению, по­скольку его природа не соответствовала состоянию самоотречения.

Ананда спрашивал много, много раз: «Когда я достигну?»

Будда отвечал: «Когда я умру, ты достигнешь».

И Ананда смог достичь только после смерти Будды.

Что вдруг случилось с этим Махакашьяпой? Был ли Будда при­страстным - неравнодушным к Махакашьяпе? Нет! Он истекает, непрерывно истекает. Но чтобы принять его, вы должны быть доли­ной, женской маткой. Если вы над ним, то, как вы сможете прини­мать? Текущая энергия не сможет войти в вас, она пройдет мимо вас. Поэтому склонитесь, подчинитесь. Даже при минимальной отдаче мастеру энергия начнет течь в вас. Вдруг, внезапно вы становитесь носителем огромной силы.

Имеются тысячи и тысячи историй... только от прикосновения, только от взгляда кто-то становился просветленным. Нам они не кажутся рациональными. Как это возможно? Это возможно! Даже один взгляд мастера в ваши глаза изменит всю вашу сущность, но он может сделать это только в том случае, если ваши глаза явля­ются свободными, незанятыми, долиноподобными. Если вы смо­жете впитывать взгляд своего мастера, вы немедленно станете другим.

Итак, перед тотальным самоотречением случается такое мини­мальное отречение. И это минимальное отречение подготавливает вас к тотальному отречению. Раз вы знаете, что посредством самоот­речения вы получаете нечто неизвестное, невероятное, неожидан­ное, нечто, о чем вы не могли и мечтать, то вы готовы для максимального самоотречения. И в этом заключается работа ма­стера - помочь вам с минимальным отречением, так, чтобы вы набрались мужества для максимального самоотречения, для то­тального самоотречения.

 

И еще один последний вопрос:

Что является точным указанием того, что конкретная техника, которую вы практикуете, приведет к предельному результату?

Вот эти указания. Во-первых, вы должны почувствовать внутри себя другую личность. Вы больше не тот же самый. Если техника вам подходит, вы немедленно становитесь другой личностью. Если вы муж, вы больше не будете тем же самым мужем. Если вы владелец магазина, вы больше никогда не будете тем же самым владельцем магазина. Кем бы вы ни были, если техника вам подходит, вы станете другой личностью; это первое указание. Поэтому, если вы начнете чувствовать в себе что-то странное, знайте, что что-то случается с вами. Если вы остаетесь тем же самым и не чувствуете ничего стран­ного, значит ничего не случается. Это первое указание на то, что техника вам подходит. Если она подходит, то вы немедленно транс­портируетесь, трансформируетесь в другую личность. Это случается внезапно: вы начинаете смотреть на мир другим образом. Глаза те же самые, но глядящий ими является другим.

Во-вторых, все, что создает напряженность, конфликты, начина­ет отмирать. Это не значит, что после практикования метода в тече­ние нескольких лет ваши конфликты, волнения, напряженности начнут отмирать - нет! Если метод вам подходит, отмирание начнет­ся немедленно. Вы сможете почувствовать жизненные силы, влива­ющиеся в вас, вы почувствуете, что с вас снимают тяжелую ношу. Если техника вам подходит, вы почувствуете, что земное притяжение стало действовать в противоположном направлении. Теперь Земля не притягивает вас вниз. Скорее небо притягивает вас вверх. Как вы себя чувствуете, когда взлетает самолет? Все разрушено. Вдруг какой-то толчок и земное притяжение перестает иметь значение. Теперь Земля не притягивает вас, вы вырвались из гравитации.

Такой же толчок случается тогда, когда медитативная техника вам подходит. Вдруг вы взлетаете. Вдруг вы чувствуете, что Земля потеряла значение - гравитация исчезла. Она не притягивает вас вниз, вас тянет вверх. На языке религии это называется «благодать». Имеется две силы - гравитация и благодать. Благодать означает, что вас тянет вверх; гравитация означает, что вас тянет вниз.

Вот почему многие из медитирующих вдруг чувствуют, что у них нет веса. Вот почему многие люди чувствуют внутреннюю левитацию. Многие рассказывали это мне, когда техника им подходила: «Это что-то странное! Мы закрываем глаза и чувствуем, что мы маленькие частицы над Землей - одна нога, две ноги, даже четыре ноги над Землей. Когда мы открываем глаза, мы все еще на Земле; когда мы закрываем глаза, мы летим. Так что же это? Когда мы откры­ваем глаза, мы всего только на Земле! Мы никогда и не взлетали».

Тело остается на Земле, но вы левитируете. Эта левитация на самом деле представляет собой некоторую тягу сверху. Если техника подходит, вы испытываете эту тягу, поскольку действие техники в том и заклю­чается, чтобы сделать вас доступным для тяги вверх. Вот в чем смысл техники: сделать вас доступным для силы, которая тянет вас вверх. Итак, если техника годится, вы узнаете об этом - вы станете невесомым.

В-третьих, все, что бы вы сейчас ни делали, пусть что угодно, самое тривиальное, станет другим. Вы будете ходить другим обра­зом, вы будете сидеть другим образом, вы будете есть другим обра­зом. Все будет другим. Это отличие вы будете чувствовать везде. Иногда это странное переживание своего изменения вызывает страх. Некоторые из вас хотят вернуться назад и стать теми же самыми, прежними, потому что ваше бытие было так гармонично настроено на старое. Это был рутинный мир, наскучивший мир, но в нем вы были эффективными.

Теперь везде вы почувствуете некоторый пробел. Вы почувствуе­те, что эффективность ваших действий утеряна. Вы почувствуете, что ваша полезность уменьшилась. Вы почувствуете, что вы везде явля­етесь отстающим. Нужно пройти через этот период. Вы снова станете гармоничным. Изменились вы, а не мир, так что это вы не подходите. Итак, запомните третье: когда техника подошла вам, вы перестаете подходить окружающему вас миру. Вы становитесь неподходящими. Везде что-то теряется, какие-то болтики теряются. Везде вы чувству­ете, что здесь только что было землетрясение. Но все кругом остается тем же самым; только вы, вы становитесь другими. Но вы снова станете гармоничными на другом уровне, на более высоком уровне.

Подобное возмущение в жизни ощущается так же, как ощущает себя ребенок, который вырос и достиг половой зрелости. В возрасте четырнадцати или пятнадцати лет каждый мальчик чувствует, что с ним происходит что-то странное. В него вошла новая сила - секс. Ее не было раньше, или она была, но была спрятана. Теперь он впервые стал пригодным для воздействия силы нового вида. Вот почему мальчики чувствуют себя очень неловко; девочки, мальчики, когда они достигают половой зрелости, чувствуют себя очень неловко. Они не понимают, где они. Они уже не дети, но они еще и не взрослые, они где-то посередине, еще нигде не закрепились. Если они играют с маленьки­ми детьми, они чувствуют себя неловко - они уже стали взрослыми. Если они начинают заводить знакомства с взрослыми, они чувству­ют себя неловко - они еще дети. Они ни к чему не подходят.

То же самое случается в том случае, когда техника подходит вам. Становится доступным новый источник энергии, более сильной, чем энергия секса. Вы снова в переходном периоде. Теперь вы перестаете быть приспособленными к этому миру мирских людей. Вы уже не ребенок, но вы еще не подходите миру праведников, святых; а в промежутке каждый чувствует себя неловко.

Если техника подходит вам, появятся эти три комплекса явле­ний. Не ожидайте, что я скажу вам о них. Вы можете ожидать, что я скажу вам, что вы станете более молчаливыми, более спокойными, а я говорю совершенно обратное: вы станете более беспокойными. Когда техника годится, вы станете более беспокойными, а не более молчаливыми. Молчание придет позже. И если придет молчание, а не беспокойство, знайте, что дело не в технике; это просто приспособ­ление к старым структурам.

Вот почему большинство людей занимается молитвой, а не ме­дитацией - молитва дает вам утешение. Она годится для вас, приспо­соблена к вам, к вашему миру. Молитва, по существу, делает то же самое, что в настоящее время делает психоаналитик. Если вас что-то беспокоит, она уменьшит ваше беспокойство, приспособит вас к ок­ружающей структуре, к обществу, к семье. Поэтому, если вы ходите к психоаналитику один, два, три года, то вы не станете лучше, но вы будете более приспособленными. Молитва делает то же самое, и духовники делают то же самое - они делают вас более приспособленными.

Ваш ребенок умер, вы в горе и идете к священнику. Он говорит: «Не горюйте. Рано умирают только те дети, кого Бог больше любит. Он призывает их к себе». Вы чувствуете себя удовлетворенными. Ваш ребенок был «призван». Бог любит его больше. Или священник гово­рит что-либо вроде этого: «Не беспокойтесь, душа никогда не умира­ет. Ваш ребенок на небесах».

Несколько дней назад здесь была одна женщина. Месяц назад умер ее муж. Она была в горе. Она пришла ко мне и сказала: «Вы только гарантируйте мне, что он снова родится в хорошем месте, и тогда все будет в порядке. Дайте мне уверенность в том, что он не попадет в ад и не станет животным, что он на небесах или что он стал богом или чем-то в этом роде. Если вы сможете гарантировать мне это, то тогда все в порядке. Тогда я смогу это вынести; в противном случае я несчастна».

Священник скажет в этом случае: «О'кей! Ваш муж возродился в качестве бога на седьмом небе и он очень счастлив. И он ждет вас».

Эти молитвы, они приспосабливают вас к окружающим структу­рам... вы чувствуете себя лучше.

Медитация представляет собой науку. Она не собирается помо­гать вам в приспособлении, она собирается помочь вам в трансформа­ции. Вот почему я говорю, что эти три признака будут служить вам указанием. Молчание придет, но не как результат приспособления. Молчание придет как внутренний расцвет. Тогда молчание не будет приспособлением к обществу, к семье, к миру, к бизнесу - нет! Тогда молчание будет истинной гармонией с Вселенной.

Тогда между вами и тотальностью расцветет глубокая гармония, тогда будет молчание - но это придет позже. Сначала вы будете расстроены, сначала вы станете сумасшедшим - поскольку вы и есть сумасшедший, но не осознаете этого.

Если техника подходит, то это делает вас осознающими все, чем вы являетесь. Высветится все - ваша анархия, ваш ум, ваше сумасше­ствие. Вы представляете собой просто темный беспорядок. Когда техника подходит, то это выглядит так, как будто вдруг появился свет и весь этот беспорядок стал явным. Первый раз вы столкнетесь с самим собой таким, каковы вы есть. Вам хотелось бы убрать свет и снова заснуть - это пугает. Это тот самый момент, когда оказывается полезным мастер. Он говорит: «Не бойтесь. Это только начало. И не избегайте этого».

Сначала этот свет показывает вам, кто вы есть на самом деле, а если вы будете продолжать дальше, то он преобразует вас в то, чем вы можете быть.

На сегодня достаточно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 3

ДЫХАНИЕ - МОСТ ВО ВСЕЛЕННУЮ

 

3 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

 

Сутры:

Шива отвечает:

1. О лучезарная, это переживание может начаться между двумя дыханиями. После того, как дыхание войдет (внутрь) и как раз перед тем, как оно выйдет (наружу) - благотворность.

2. Когда дыхание поворачивает от вдоха к выдоху и когда оно снова поворачивает от выдоха к вдоху - при обоих этих поворотах осознай их.

3. Или, когда бы ни произошло смыкание вдоха и выдоха, в этот самый момент прикоснись к центру, пустому, но наполненному энергией.

4. Или, когда дыхание на выдохе полностью закончилось и приостановилось или когда на вдохе оно полностью закончилось и остановилось - в такие универсальные паузы малое «я» человека исчезает. Это трудно только для нечистых.

 

Истина всегда здесь. Она уже имеет место. Она не является чем-то, что должно быть достигнуто в будущем. Вы являетесь истиной именно здесь и сейчас, поэтому она не есть что-то, что должно быть создано, или что-то, что должно быть придумано, или что-то, что должно быть найдено. Поймите это очень ясно; тогда легче будет понимать, а также выполнять предлагаемые техники.

Ум есть механизм для выработки желаний. Ум всегда чего-то желает, всегда что-то ищет, всегда что-то спрашивает. Объект всегда находится в будущем, ум совсем не интересуется настоящим. Непос­редственно в данный момент ум не может двигаться - нет места. Ум нуждается в будущем, чтобы осуществлять движение. Он может дви­гаться либо в прошлое, либо в будущее. Он не может двигаться в настоящем - для этого нет места. Истина находится в настоящем, а ум всегда расположен в прошлом или в будущем, поэтому истина и ум никогда не встречаются.

Когда ум ищет мирские объекты, это не так трудно, проблема не является абсурдной, она может быть решена. Но когда ум начинает искать истину, сами эти усилия становятся бессмысленными, по­скольку истина расположена здесь и сейчас, а ум всегда ищет там и тогда. Они не встречаются. Поэтому поймите первую мысль: вы не можете искать истину. Помехой является сам процесс поиска.

В тот момент, когда вы начинаете поиск, вы удаляетесь от насто­ящего, удаляетесь от самого себя, поскольку вы всегда в настоящем. Ищущий всегда в настоящем, а поиск осуществляется в будущем; вы и не собираетесь встретить то, что вы ищете. Лао-цзы говорит: «Не ищите, в противном случае вы потеряете. Не ищите и вы найдете».

 Все эти техники Шивы просто являются методами поворота вашего ума от будущего и прошлого к настоящему. То, что вы ищете, уже здесь, оно уже имеет место. Ум должен быть повернут от поиска к непоиску. Это трудно. Если вы думаете об этом интеллектуально, это очень трудно. Как повернуть ум от поиска к непоиску? Но тогда ум делает своим объектом сам непоиск! Тогда ум говорит: «Не ищи». Тогда ум говорит: «Я не должен искать». Тогда ум говорит: «Сейчас моей целью является непоиск. Сейчас я желаю состояния нежела­ния». Снова начинается поиск, снова через заднюю дверь пришло желание. Вот почему имеются люди, которые ищут мирские объекты, и имеются люди, которые думают, что они ищут немирские объекты. Все объекты являются мирскими, поскольку «поиск» ведет­ся во внешнем мире.

Итак, вы не можете искать что-либо немирское. В тот момент, когда вы ищете, оно становится мирским. Если вы ищете Бога, наш Бог является частью мира. Если вы ищете мокшу - освобождение, нирвану, то ваше освобождение является частью мира, ваше осво­бождение не является чем-то, что выходит за пределы мира, потому что поиск осуществляется в мире, желание осуществляется в мире. Поэтому вы не можете желать нирвану, вы не можете желать нежела­ния. Если вы попытаетесь понять что-либо интеллектуально, то оно поставит вас в тупик.

Шива ничего не говорит об этом, он немедленно начинает давать техники. Они не являются интеллектуальными. Он не говорит Дэви: «Истина здесь. Не ищи ее, и ты найдешь ее». Он немедленно дает техники. Эти техники являются неинтеллектуальными. Выполняйте их, и ум повернется. Поворот является только следствием, только побочным результатом - но не целью. Поворот есть просто побочный результат.

Если вы выполняете технику, то ваш ум вернется из его путеше­ствия в будущее или прошлое. Вдруг вы обнаружите себя в настоя­щем. Вот почему Будда дал техники. Лао-цзы дал техники, Кришна дал техники. Но они всегда вводили свои техники при помощи ин­теллектуальных понятий. Только Шива поступает по-другому. Он немедленно дает техники, и никакого интеллектуального объясне­ния, никакого интеллектуального введения, потому что он знает, что ум хитер, что это очень коварная вещь. Он что угодно может превра­тить в проблему. Непоиск превратится в проблему.

Ко мне приходят люди и спрашивают, как избежать желаний. Они желают не желать. Кто-то сказал им, или они где-то прочитали, или они слышали болтовню на духовную тему, что если вы не имеете желаний, то вы достигнете блаженства, если вы не будете желать, вы будете свободными, если вы не будете желать, то не будет страданий. Сейчас их умы страстно желают достигнуть того состояния, когда нет страданий, поэтому они спрашивают, как избавиться от желаний. Их умы обманывают их. Они все еще желают, но теперь объект их жела­ний изменился. Они желали денег, они желали славы, они желали престижа, они желали власти. Теперь они желают ничего не желать. Только объект изменился, а сами они остаются теми же и их желания остались такими же. Но теперь желание стало более завуалирован­ным.

Именно поэтому Шива немедленно продолжает без каких-либо введений. Он немедленно начинает говорить о техниках. Если следо­вать этим техникам, то они внезапно поворачивают ваш ум: он при­ходит в настоящее. А когда ум приходит в настоящее, он останавливается, его больше нет. Вы не можете быть умом в настоя­щем, это невозможно. Именно сейчас, если вы находитесь здесь и сейчас, как вы можете быть умом? Мысли прекращаются, потому что они не могут двигаться. Настоящее не имеет места, в котором можно было бы двигаться; вы не можете думать. Если вы находитесь в этом самом моменте, то, как вы можете двигаться? Ум останавливается, вы достигаете состояния не-ума.

Итак, реальная проблема состоит в следующем: как быть здесь и сейчас. Вы можете попытаться, но усилия могут оказаться тщетны­ми - поскольку если вы выбираете нечто в качестве точки в настоя­щем, то эта точка будет перемещаться в будущее. Когда вы спрашиваете, как быть в настоящем, вы снова спрашиваете о буду­щем. Этот момент проходит вместе с вопросом: «Как быть в настоя­щем? Как быть здесь и сейчас?» Этот настоящий момент проходит вместе с вопросом, а ваш ум начинает покачиваться и создавать мечты в будущем: когда-то вы достигнете состояния ума, где не будет движения, не будет ничего движущегося, не будет поиска, и тогда там будет благодать - так как вы можете оказаться в настоящем?

Шива ничего не говорит об этом, он просто дает техники. Вы выполняете их, и вдруг вы обнаруживаете, что вы находитесь здесь и сейчас. И ваше пребывание здесь и сейчас является истиной, и ваше пребывание здесь и сейчас является свободой, и ваше пребывание здесь и сейчас является нирваной.

Первые девять техник относятся к дыханию. Поэтому давайте поймем кое-что о дыхании, а затем мы перейдем к техникам. Мы дышим непрерывно с момента рождения до момента смерти. Между этими двумя моментами все меняется. Все меняется, ничто не оста­ется тем же самым, и лишь дыхание остается неизменным между рождением и смертью.

Ребенок станет юношей; юноша станет старым. Он будет болеть, его тело станет безобразным, больным, все изменится. Он будет счастливым, несчастным, он будет страдать; все будет продолжать изменяться. Но что бы ни случилось между этими двумя момента­ми, человек должен дышать. Является он счастливым или несчаст­ным, молодым или старым, успешным или неудачником - кем бы он ни был, не имеет значения - одно является определенным: между моментами рождения и смерти он должен дышать.

Дыхание будет непрерывным процессом; недопустимы никакие перерывы. Если даже на короткое время вы забудете о дыхании, вас больше не будет. Вот почему вы дыханию не нужны, с вами одни трудности. Если забыть о дыхании хоть на один момент, то уже ничего нельзя будет поделать. Итак, на самом деле вы не являетесь дыханием, поскольку вы не нужны. Вы крепко спите, а дыхание про­должается; вы без сознания, а дыхание продолжается; вы в глубокой коме, а дыхание продолжается. Вы не являетесь необходимым; дыха­ние есть нечто, что продолжается независимо от вас.

Дыхание является одним из постоянных факторов в вашей лич­ности - это первое. Это нечто, что является очень существенным и основным для жизни - это второе. Без дыхания вы не сможете жить. Поэтому дыхание и жизнь стали синонимами. Дыхание является механизмом жизни, жизнь тесно связана с дыханием. Вот почему в Индии мы называем его праной. Мы дали одно слово для двух поня­тий - прана означает жизненную силу, жизненность. Ваша жизнь является вашим дыханием.

Третье: ваше дыхание является мостом между вами и вашим телом. Дыхание постоянно присоединяет вас к вашему телу, соеди­няет вас, связывает вас с вашим телом. Дыхание является мостом не только к вашему телу, но и мостом между вами и Вселенной. Тело и есть Вселенная, которая вошла в вас, которая ближе всего к вам.

Ваше тело является частью Вселенной. Все в теле является частями Вселенной - каждая частица, каждая клетка. Тело является максималь­ным приближением к Вселенной. Дыхание является мостом. Если мост сломан, вы не находитесь больше во Вселенной. Вы перемещаетесь в некоторое неизвестное измерение; тогда вас невозможно будет найти во времени и пространстве. Итак, третье заключается в том, что дыхание является также и мостом между вами и пространством и временем.

Дыхание, поэтому, становится очень важным - наиболее важной вещью. Поэтому первые девять техник связаны с дыханием. Если вы сможете сделать кое-что с дыханием, вы внезапно возвратитесь в настоящее. Если вы сможете сделать кое-что с дыханием, вы достиг­нете источника жизни. Если вы сможете сделать кое-что с дыханием, вы сможете выйти за пределы времени и пространства. Если вы сможете сделать кое-что с дыханием, вы будете одновременно и в мире, и за пределами его.

У дыхания есть две характерные точки. В одной из них оно со­прикасается с телом и со Вселенной, а в другой - с вами и с тем, что выходит за пределы Вселенной. Мы знаем только одну часть дыха­ния. Мы знаем движение дыхания во Вселенную, в тело. Но оно всегда движется из тела в «не-тело», из «не-тела» в тело. Другую точку мы не знаем. Если мы осознаем эту другую точку, то другая часть моста, другой полюс моста вдруг преобразуется, трансплантируется в другое измерение.

Но помните, то, что Шива собирается нам рассказать, не являет­ся йогой, оно является тантрой. Йога также работает над дыханием, но работа йоги и работа тантры принципиально различны. Йога пытается систематизировать дыхание. Если вы сумеете системати­зировать свое дыхание, то ваше здоровье улучшится. Если вы сумеете систематизировать свое дыхание, если вы узнаете секреты дыхания, то жизнь ваша станет длиннее; вы станете более здоровыми и будете жить дольше. Вы будете более сильными, более наполненными энер­гией, более жизненными, молодыми, свежими.

Но тантра не имеет к этому отношения. Тантра имеет дело не с какой-либо систематизацией дыхания, а с использованием дыхания только в качестве техники для обращения внутрь. Здесь не требуется практиковать конкретный стиль дыхания, конкретную систему ды­хания или конкретный ритм дыхания - нет! Дыхание следует восп­ринимать таким, каково оно есть. Следует только осознать в дыхании некоторые моменты.

В дыхании имеются некоторые моменты, которые мы не осозна­ем. Мы дышали, и мы будем продолжать дышать - с дыханием мы родились и с дыханием умрем, - но мы не осознаем некоторые моменты. И это странно. Человек исследует глубины пространства. Человек собирается на Луну, человек старается проникнуть в косми­ческое пространство подальше от Земли, и, в то же время, человек не узнал еще ближайшую часть своей жизни. В дыхании есть некоторые места, которые мы еще никогда не исследовали, и эти места являют­ся дверями - ближайшими к вам дверями, через которые вы можете войти в другой мир, в другое бытие, в другое сознание. Но они являются очень тонкими, неуловимыми.

Наблюдать Луну не очень трудно. Даже достичь Луны не очень трудно; это всего лишь большое путешествие. Вам нужны специаль­ные устройства, нужны технологии, нужна накопленная информа­ция, и тогда вы сможете достичь ее. Дыхание вам ближе всего, но чем ближе расположена вещь, тем труднее осознать ее. Чем ближе она расположена, тем более трудно; чем более очевидна она, тем более трудно. Она настолько близка к вам, что снова нет никакого проме­жутка между вами и вашим дыханием. Или там такой малый проме­жуток, что вам нужны очень тщательные наблюдения, только тогда начнете вы осознавать некоторые моменты.

Итак, теперь я рассмотрю каждую из техник.

1. Наблюдай промежуток между двумя дыханиями

Шива отвечает: О, лучезарная, это переживание может начать­ся между двумя дыханиями. После того, как дыхание войдет (внутрь) и как раз перед тем, как оно выйдет (наружу) - благотворность.

Это - техника: О, лучезарная, это переживание может начаться между двумя дыханиями.

После того, как дыхание войдет, то есть пройдет вниз, и как раз перед тем, как оно вернется обратно, то есть пойдет вверх - благотвор­ность. Осознайте момент между этими двумя точками... и случи­лось. Когда вы вдыхаете, наблюдайте. В течение одного мгновенья или тысячной доли мгновенья дыхания нет - перед тем, как повер­нуть вверх, перед тем, как повернуть наружу. Дыхание вошло внутрь; затем наступает некоторый момент, когда дыхание останавливается. Затем дыхание идет наружу. Когда дыхание вышло наружу, тогда снова на одно мгновенье или на долю мгновенья дыхание останавли­вается. Затем снова вдох.

Перед вдохом и перед выдохом имеется момент, когда дыхания нет. В этот момент и может случиться просветление, поскольку, когда вы не дышите, вы не находитесь в мире. Поймите это: когда вы не дышите, вы мертвы; вы все еще существуете, но вы мертвы. Но этот момент так краток, что вы его не наблюдаете.

Для тантры каждое законченное дыхание является смертью, а каждое новое дыхание является повторным рождением. Дыхание, идущее внутрь, является рождением; дыхание, идущее наружу, являет­ся смертью. Выдох - синоним смерти; вдох - синоним жизни. Итак, с каждым вздохом вы умираете и возрождаетесь вновь. Промежуток между этими двумя состояниями очень краток, но внимание и тон­кое, искреннее наблюдение могут позволить вам почувствовать этот промежуток. Как говорит Шива, если вы сможете почувствовать этот промежуток, то наступит благотворность. Тогда ничего больше не нужно. Вы благословлены, вас признали; это случилось.

Вы не должны тренировать свое дыхание. Оставьте его таким, какое оно есть. Почему эта техника так проста? Она выглядит такой простой. Такая простая техника для того, чтобы познать истину? Познать истину означает узнать то, что ни рождается, ни умирает, узнать тот вечный элемент, который существует всегда. Вы можете познать дыхание, идущее наружу, вы можете познать дыхание, идущее внутрь, но вы можете никогда не познать промежуток между ними.

Попытайтесь. Вдруг вы уловите момент, - а вы можете уловить его; он уже здесь. Ничего не нужно добавлять к вам или к вашей структуре, оно уже здесь. За исключением некоторой доли осознанно­сти все уже здесь. Поэтому как это сделать? Прежде всего, следует осоз­нать дыхание, идущее внутрь. Наблюдайте его. Забудьте все, только наблюдайте дыхание, идущее внутрь - сам процесс его прохождения.

Когда дыхание коснется ваших ноздрей, почувствуйте его здесь. Затем дайте дыханию войти. Полностью осознанно двигайтесь вме­сте с дыханием. Когда вы движетесь вместе с дыханием вниз, вниз и вниз, не потеряйте его. Не забегайте вперед и не плетитесь сзади, идите как раз вместе с ним. Помните это: не вырывайтесь вперед и не следуйте позади него, как тень - будьте с ним одновременными.

Дыхание и осознанность должны стать единым целым. Дыхание идет внутрь - вы идете внутрь. Только тогда будет возможно ухватить момент между двумя дыханиями. Это не будет легким делом. Дви­гайтесь внутрь с дыханием, двигайтесь наружу с дыханием: внутрь-наружу, внутрь-наружу.

Будда особенно старался использовать этот метод, поэтому этот метод стал методом буддистов. В буддийской терминологии он изве­стен как анапанасати-йога. И просветление Будды было основано как раз на этой технике - только на ней.

Все пророки мира, пророки всех религий достигали с помощью той или иной техники, и все эти техники будут среди этих ста две­надцати техник. Эта первая техника является буддистской. Она стала известной в мире, как техника Будды, поскольку Будда достиг своего просветления именно с помощью этой техники.

Будда говорил: «Осознайте ваше дыхание, когда оно идет внутрь и когда оно идет наружу - идущим внутрь, идущим наружу». Он никогда не указывал на промежуток, поскольку в этом нет необходи­мости. Будда думал и чувствовал, что если вы свяжетесь с промежут­ком, с промежутком между двумя дыханиями, то эта связь может помешать вашей осознанности. Поэтому он просто говорил: «Осоз­навайте. Когда дыхание идет внутрь, двигайтесь с ним, когда дыхание идет наружу, двигайтесь с ним. Делайте просто следующее: движение внутрь, движение наружу - вместе с дыханием». Он никогда ничего не говорил о последней части этой техники.

Причина этого заключается в том, что Будда говорил с самыми обычными людьми, и это могло породить желание достигнуть этого промежутка. Это желание достигнуть интервала станет барьером перед осознанностью, поскольку если вы желаете получить интервал, то вы будете несколько впереди. Дыхание будет входить внутрь, а вы будете двигаться впереди, потому что вы интересуетесь промежут­ком, который еще только будет в будущем. Будда никогда не указывал на это, поэтому техника Будды является лишь половиной техники. Но другая половина следует автоматически. Если вы продолжа­ете практиковать понимание дыхания, осознание дыхания, то вдруг, однажды, даже не ведая этого, вы окажетесь в промежутке. Это про­изойдет потому, что по мере того, как ваша осознанность будет ста­новиться более тонкой, более глубокой, более интенсивной, по мере того, как контуры вашей осознанности будут становиться все более очерченными - весь мир будет становиться более очерченным; ва­шим миром становится только дыхание, идущее внутрь, и дыхание, идущее наружу, вот вся арена для вашей осознанности - и вы обязаны вдруг почувствовать промежуток, в котором нет дыхания.

Когда вы ежесекундно отслеживаете свое дыхание, то когда дыха­ние исчезает, как вы можете не осознать это? Вы вдруг внезапно осознаете, что дыхания нет, и придет момент, когда вы почувствуете, что дыхание не выходит и не входит. Дыхание прекратилось полно­стью. В этой остановке - благотворность.

Одной этой техники достаточно для миллионов. В течение веков вся Азия испытывает эту технику и живет ею. Тибет, Китай, Япония, Бирма, Таиланд, Шри Ланка - вся Азия за исключением Индии испытывает эту технику. Всего одна техника и тысячи и тысячи достигших просветления с ее помощью. И это всего лишь первая техника.

Но, к несчастью, из-за того, что техника оказалась связанной с именем Будды, индусы старались избегать ее. Из-за того, что эта техника становилась все больше и больше буддийской, индусы со­вершенно забыли о ней. И не только это, они старались избегать ее и по другой причине. Поскольку эта техника является первой техни­кой, указанной Шивой, то многие буддисты объявили эту книгу, Вигьяна Бхайрава Тантра, буддийской, а не индуистской книгой.

Она ни индуистская, ни буддийская - техника есть просто техни­ка. Ее использовал Будда, но к тому времени она уже была готова для использования. Будда стал буддой, просветленным благодаря этой технике. Техника предшествовала Будде; техника уже существовала. Испытывайте ее. Она является наиболее простой техникой - простой по сравнению с другими техниками; я не говорю, что она является простой для вас. Другие техники будут более трудными. Вот почему она указана в качестве первой техники.

 

2. Наблюдай точку поворота между двумя дыханиями

Вторая техника, как и все эти девять техник, связана с дыханием.

Когда дыхание поворачивает от вдоха к выдоху и когда оно снова поворачивает от выдоха к вдоху - при обоих этих поворотах осознай их.

 

Это та же самая техника, но с небольшими изменениями. Теперь упор делается не на промежуток, а на поворот. Выдох и вдох представ­ляют собой замкнутую линию. Помните, это не две параллельные линии. Мы всегда думаем о них как о двух параллельных линиях - дыхание, идущее внутрь, и дыхание, идущее наружу. Думаете ли вы, что это две параллельные линии? Нет. Дыхание, идущее внутрь, является половиной замкнутой линии; дыхание, идущее наружу, яв­ляется ее второй половиной.

Итак, поймите следующее: во-первых, вдох и выдох составляют замкнутую линию. Это не параллельные линии, потому что парал­лельные линии нигде не встречаются. Во-вторых, дыхание, идущее внутрь, и дыхание, идущее наружу, не являются двумя дыханиями, это одно дыхание. То же самое дыхание, которое идет внутрь, идет и наружу, поэтому внутри должен быть поворот. Где-то дыхание долж­но поворачивать. Должна существовать точка, где входящее дыхание превращается в выходящее.

Почему делается такой упор на повороте? Потому что Шива говорит: Когда дыхание поворачивает от вдоха к выдоху и когда оно снова поворачивает от выдоха к вдоху - при обоих этих поворотах осознай их. Очень просто, но он говорит: осознайте повороты, и вы осознаете самих себя.

Почему поворот? Если вы водитель, то вы знаете о переключении передач. Каждый раз, когда вы меняете передачу, вы должны пройти через нейтральную передачу, которая совсем и не является переда­чей. С первой передачи вы переходите на вторую, со второй на третью, но всегда вы должны пройти через нейтральную передачу. Эта нейт­ральная передача является точкой поворота. В этой точке поворота первая передача превращается во вторую, а вторая становится третьей. Когда ваше дыхание входит внутрь и поворачивает, оно проходит через нейтральную передачу; в противном случае оно не сможет повернуть назад. Дыхание проходит через нейтральную территорию.

На нейтральной территории вы не являетесь ни телом, ни душой, ни физическим, ни ментальным, поскольку физическое есть одна передача вашего бытия, ментальное есть другая передача вашего бытия. Вы продолжаете двигаться от передачи к передаче, но вы должны иметь нейтральное состояние, где вы не являетесь ни телом, ни умом. В этом нейтральном состоянии вы просто есть: вы просто сущность - чистая, простая, без тела, без ума.

Вот почему здесь делается такой упор на повороте. Человек явля­ется машиной - большой, очень сложной машиной. В вашем теле имеется много передач, много передач имеется и в вашем уме. Вы не осознаете свой великий механизм, но вы есть великая машина. И это хорошо, что вы не осознаете; в противном случае вы могли бы сойти с ума. Тело является такой сложной машиной, что ученые говорят, что если бы мы создали предприятие с функциями, соответствую­щими функциям человеческого тела, то на это потребовалось бы четыре квадратные мили земли, и шум был бы такой, что он беспо­коил бы всех на территории в сотню квадратных миль.

Тело является великим механическим устройством - величай­шим. В вас миллионы и миллионы клеток, и каждая клетка является живой. Поэтому вы являетесь большим городом из приблизительно шестидесяти триллионов клеток; в вас приблизительно шестьдесят триллионов граждан, и весь город ведет себя очень спокойно, ровно. Механизм работает все время. Он является очень сложным. Эти техники связаны со многими механизмами вашего тела и механиз­мами вашего ума. Но упор всегда будет делаться на тех точках, где вы вдруг оказываетесь не частью этого механизма - запомните это. Вдруг вы оказываетесь не частью этого механизма. Это моменты, когда вы изменяете передачи.

Ночью, например, когда вы засыпаете, вы меняете передачу, поскольку в течение дня вы нуждались в другом механизме для бодрствующей осознанности - в другой части функций ума. Затем вы засыпаете, и эта часть становится нефункционирующей. Функциони­ровать начинает другая часть ума и появляется промежуток, интер­вал, поворот. Произошла смена передач. Утром, когда вы снова встаете, передача снова меняется. Вы молча сидите и вдруг кто-то что-то громко сказал и вы рассердились - вы перешли на другую передачу. Вот почему все меняется.

Если вы становитесь сердитым, ваше дыхание вдруг изменится. Ваше дыхание станет раздраженным, хаотичным. В ваше дыхание войдет дрожь; вы почувствуете удушье. Все ваше тело желало бы сделать что-нибудь, разбить что-нибудь, только тогда бы удушье могло исчезнуть. Ваше дыхание изменится; ваша кровь будет дви­гаться в другом ритме, по-другому. В теле должны будут вырабаты­ваться другие химические элементы, вся эндокринная система должна будет измениться. Когда вы сердитесь, вы становитесь дру­гим человеком.

Автомобиль остановился... вы запускаете его снова. Не включай­те никакую передачу, пусть он будет на нейтрали. Он будет продол­жать работать, вибрировать, дрожать, но он не сможет двигаться - он будет становиться горячим. Вот почему, когда вы сердитесь и не можете сделать что-нибудь, вы становитесь горячим. Механизм го­тов работать и делать что-нибудь, а вы ничего не делаете - он начнет разогреваться. Вы являетесь механизмом, но, конечно, не только механизмом. В вас есть что-то еще, но это «еще» должно быть найде­но. Когда вы включаете передачу, все внутри меняется. Когда вы меняете передачу, происходит поворот.

Шива сказал: Когда дыхание поворачивает от вдоха к выдоху и когда оно снова поворачивает от выдоха к вдоху - при обоих этих поворотах осознай их.

Осознайте этот поворот. Но длительность этого поворота очень мала; требуется очень тщательное наблюдение. А мы как раз и лише­ны способности к наблюдению; мы не умеем наблюдать что-либо. Если я говорю вам: «Наблюдайте за этим цветком; наблюдайте за цветком, который я даю вам», то вы не сможете наблюдать за ним. Какое-то время вы будете смотреть на него, а затем вы начнете думать о чем-то другом. Это может быть о цветке, но это будет не сам цветок. Вы можете думать о цветке, о том, как он прекрасен - и тогда вы находитесь в движении. Теперь в поле вашего наблюдения больше нет цветка, это поле изменилось. Вы можете сказать, что цветок красный, или голубой, или белый…тогда вы находитесь в движении. Наблюдение означает, что вы остались не со словами, не с вербализацией, не с каким-то журчанием внутри - а просто остались. Если вы сможете оставаться с цветком в течение трех минут, полностью, без какого-либо движения в уме, то это случится - благотворение. Вы осознаете.

Но мы совсем не наблюдатели. Мы появляемся осознающими, но мы не являемся бдительными; мы ни на чем не можем сконцентри­ровать свое внимание. Мы просто продолжаем прыгать. Эго часть нашего наследства, нашего обезьяньего наследства. Наш ум - это всего лишь выросший обезьяний ум, так что это движения обезьяны. Она продолжает прыгать с места на место. Обезьяна не может сидеть на одном месте. Вот почему Будда так настоятельно настаивает на том, чтобы сидеть без всякого движения, потому что тогда обезьяний ум не получает возможности продолжать свои движения.

В Японии имеется определенный тип медитации, который они называют дзадзэн. Слово «дзадзэн» в Японии означает просто сидение, неделание. Не допускается никакое движение. Вы просто сидите как статуя - мертвая, совсем без движений. Но нет никакой нужды сидеть как статуя в течение многих лет. Если вы сможете наблюдать поворот вашего дыхания без какого-либо движения ума, то вы вой­дете. Вы войдете в себя или за пределы своего внутреннего мира.

Почему так важны эти повороты? Они важны, потому что на повороте дыхание покидает вас, чтобы двинуться в другом направле­нии. Оно было с вами, когда шло внутрь; оно будет с вами снова, когда будет идти наружу. Но в точке поворота оно не с вами и вы не с ним. В этот момент дыхание отлично от вас и вы отличны от дыхания; если дыхание есть жизнь, то вы мертвы; если дыхание есть ваше тело, то вы есть не-тело; если дыхание есть ваш ум, то вы являетесь не­умом... в этот момент.

Интересно знать, наблюдали вы это или нет: если вы останавли­ваете ваше дыхание, ум вдруг останавливается. Если вы остановите свое дыхание прямо сейчас, то ваш ум вдруг остановится; ум не сможет функционировать. Внезапная остановка дыхания и ум прекращает ра­боту. Почему? Потому что они разъединены. Только движущееся ды­хание соединено с умом, с телом; недвижущееся дыхание отсоединено. Тогда вы находитесь на нейтральной передаче. Автомобиль движется, энергия расходуется, автомобиль производит шум - он готов двигаться вперед, - но передача не включена, поэтому тело автомобиля и его механизм не соединены друг с другом. Автомобиль разделен на две части. Он готов двигаться, но движущий механизм не соединен с ним. То же самое происходит, когда дыхание делает поворот. Вы не соединены с ним. В этот момент вы легко можете стать осознающим, кто вы есть. Что такое бытие? Что значит быть? Что находится внутри здания этого тела? Кто есть ваш мастер? Являюсь ли только я этим зданием или там в какой-то степени присутствует и мастер? Являюсь ли только я этим механизмом или в него проникает что-либо еще? За время поворота, говорит Шива, осознай это. Он говорит, что следует только осознать поворот, и вы станете осознавать свою сущность.

3. Наблюдай точку слияния двух дыханий

Третья дыхательная техника: Или, когда бы ни произошло слияние вдоха и выдоха, в этот самый момент прикоснись к центру, пустому, но наполненному энергией.

 

Мы разделены на центр и периферию. Тело является перифе­рией; мы знаем тело, мы знаем периферию. Мы знаем окрестности, но мы не знаем, где расположен центр. Когда выдох сливается с вдохом, когда они становятся единым целым, когда мы не можем сказать, вдох это или выдох... когда трудно разграничить и опреде­лить, идет дыхание наружу или внутрь, когда дыхание уже проникло внутрь и начинает двигаться наружу, тогда и происходит слияние. Это ни движение наружу, ни движение внутрь. Дыхание является статичным. Когда оно идет наружу, оно является динамичным; когда оно идет внутрь, оно является динамичным. Когда оно ни то, ни другое, когда оно молчит, не движется, тогда вы около центра. Точка слияния входящего и выходящего дыхания является вашим центром.

Взгляните на это таким образом: когда дыхание идет внутрь, куда оно идет? Оно идет в ваш центр, оно прикасается к вашему центру. Когда оно идет наружу, откуда оно идет? Оно движется из вашего центра. К вашему центру нужно прикоснуться. Вот почему мистики дао и мистики дзэна говорят, что голова не является центром, пупок является вашим центром. Дыхание идет к пупку, а затем от него. Оно идет к центру.

Как я уже говорил, дыхание является мостом между вами и вашим телом. Вы знаете тело, но вы не знаете, где расположен ваш центр. Дыхание постоянно идет к центру и от него, но мы недоста­точно отслеживаем свое дыхание. Таким образом, обычно оно не идет к центру - сейчас, во всяком случае, оно не идет к центру. Вот почему все чувствуют себя «вне центра». Во всем современном мире те, кто вообще в состоянии думать, чувствуют, что они потеряли свой центр.

Посмотрите на спящего ребенка, понаблюдайте за его дыханием. Дыхание идет внутрь; живот поднимается. Грудная клетка остается без движения. Вот почему ребенок не имеет грудной клетки, а только живот - очень динамичный живот. Дыхание идет внутрь и живот поднимается; дыхание идет наружу и живот опускается; живот дви­жется. Дети находятся в своем центре, около своего центра. Вот поче­му они так счастливы, так блаженны, так наполнены энергией, никогда не устают - все в них с избытком и всегда они находятся в настоящем без какого-либо прошлого, без какого-либо будущего.

Ребенок может сердиться. Когда он сердится, он тотально сердит; он становится гневным. Тогда и гнев его является прекрасным. Когда кто-либо является тотально сердитым, то гнев красив сам по себе, поскольку тотальность всегда имеет красоту.

Вы не можете быть сердитым и красивым, вы станете безобраз­ным, поскольку частичность всегда безобразна. И это относится не только ко гневу. Когда вы любите, вы безобразны, поскольку и здесь вы частичны, фрагментарны; вы не тотальны. Посмотрите на свое лицо, когда вы любите кого-нибудь, когда вы «делаете любовь». Де­лайте любовь перед зеркалом и посмотрите на свое лицо - оно будет безобразным, звероподобным. И в любви ваше лицо становится бе­зобразным. Почему? Любовь также является конфликтом, вы что-то утаиваете. Вы очень мало отдаете. Даже в любви вы не тотальны; вы не отдаете себя полностью, целиком.

Ребенок даже в гневе и возмущении является тотальным. Его лицо становится излучающим и прекрасным; он находится здесь и сейчас. Его гнев не связан ни с прошлым, ни с будущим, он не вычисляет, он просто сердится. Ребенок находится в своем центре. Когда вы находитесь в своем центре, вы всегда тотальны. Что бы вы ни делали, ваши действия всегда будут тотальными; плохие или хорошие, но они будут тотальными. Когда вы фрагментарны, когда ваш центр смещен, то каждое ваше действие должно быть фрагмен­том самого себя. Ваша тотальность не проявляется, только часть, и часть идет против целого - это порождает безобразность.

Мы все были детьми. Почему так случилось, что когда мы вырос­ли, наше дыхание стало поверхностным? Оно никогда не идет в живот; оно никогда не касается пупка. Если бы оно могло идти все дальше и дальше внутрь, то оно становилось бы все менее и менее поверхностным, но оно лишь касается грудной клетки и выходит. Оно никогда не идет к центру. Вы боитесь своего центра, поскольку если вы пройдете к центру, вы станете тотальным. Если вы хотите быть фраг­ментарным, то это механизм для достижения фрагментарности.

Вы любите - и если ваше дыхание будет идти от центра, вы будете любить тотально. Вы боитесь. Вы боитесь быть слишком уязвимы­ми, слишком открытыми кому-либо. Вы можете называть его своим любимым, вы можете называть ее своей любимой, но вы боитесь. Здесь есть другой. Если вы будете тотально уязвимы, открыты, то вы не знаете, что может случиться. Тогда вы являетесь единым целым в другом смысле. Вы боитесь так всецело быть отданным другому. Вы не можете дышать; вы не можете глубоко дышать. Вы не можете расслабить свое дыхание так, чтобы оно пошло к центру - потому что в тот момент, когда ваше дыхание пойдет к центру, ваши действия станут тотальными.

Вы дышите поверхностно, потому что вы боитесь стать тоталь­ными. Вы дышите по минимуму, а не по максимуму. Вот почему жизнь кажется такой безжизненной. Если вы дышите по минимуму, то жизнь становится безжизненной; вы живете по минимуму, а не по максимуму. Вы можете жить по максимуму - тогда жизнь станет переполненной. Но тогда появятся трудности. Если жизнь станет переполненной, то вы не сможете быть мужем, вы не сможете быть женой. Все станет трудным.

Если жизнь переполнена, то любовь тоже будет переполненной. Тогда вы не сможете приклеиться к кому-либо. Тогда вы будете переполнять все, все измерения будут заполнены вами. И тогда ум почувствует опасность, ему покажется, что лучше не быть живым. Чем более вы мертвы, тем больше вы в безопасности. Чем более вы мертвы, тем в большей степени все находится под вашим контролем. Вы можете контролировать, значит, вы остаетесь хозяином. Вы чув­ствуете себя хозяином, поскольку вы можете все контролировать. Вы можете контролировать свой гнев, вы можете контролировать свою любовь, вы можете контролировать все. Но этот контроль возможен только на минимальном уровне вашей энергии.

Когда-нибудь каждый должен почувствовать, что имеются мо­менты, когда он переходит от минимального уровня к максимально­му. Вы направляетесь на горную станцию. Вдруг вы вырываетесь из города и его тюрьмы. Вы чувствуете себя свободным. Небо огромно, лес зеленый и вершины гор касаются облаков. Вдруг вы начинаете глубоко дышать. Вы можете не заметить этого.

Если вы поедете на горную станцию, понаблюдайте. На самом деле не горная станция совершает эту перемену. Это ваше дыхание. Вы начинаете глубоко дышать. Вы говорите: «Ах! Ах!» Вы касаетесь центра, вы на мгновенье становитесь тотальными, вы ощущаете бла­женство. Это блаженство идет не от горной станции, это блаженство идет от вашего центра - вы внезапно прикоснулись к нему.

В городе вы боялись. Там кругом были другие и вы контролиро­вали себя. Вы не могли кричать, вы не могли смеяться. Что за несча­стье! Вы не могли петь на улицах, вы не могли танцевать. Вы боялись - где-то за углом был или полицейский, или священник, или судья, или политик, или моралист. Кто-то обязательно был за углом, поэ­тому вы не могли так просто танцевать на улице.

Бертран Рассел где-то сказал: «Я люблю цивилизацию, но мы стали цивилизованными слишком дорогой ценой». Вы не можете танцевать на улицах, но вы едете на горную станцию и вдруг вы можете танцевать. Вы одни перед небом, и небо не сдерживает пас Оно открытое, открытое и открытое - обширное, бескрайнее. Вдруг вы делаете глубокий вздох, он касается центра и наступает блаженство. Но это не надолго. Через час или два горная станция исчезнет. Вы по-прежнему можете быть там, но горная станция исчезнет.

Ваши тревоги вернутся. Вы будете думать о том, чтобы позвонить в город, чтобы написать письмо вашей жене, или вы начнете думать о том, что раз через три дня вы собираетесь обратно, то вы должны начать приготовления. Вы только что прибыли и вы уже собираетесь уезжать. Вы возвращаетесь.

Такое дыхание, на самом деле, идет не от вас; оно вдруг случается. Из-за изменения ситуации происходит смена передач. Вы были в новой ситуации, вы не могли дышать старым способом, поэтому на какое-то время пришло новое дыхание. Оно прикоснулось к центру и вы почувствовали блаженство.

Шива говорит, что вы каждый момент прикасаетесь к центру, или если вы не прикасаетесь, то вы можете прикоснуться к нему. Начни­те глубоко и медленно дышать. Прикоснитесь к центру; не дышите от груди - это обман. Цивилизация, образование, мораль - все они порождают поверхностное дыхание. Было бы хорошо проникнуть глубоко в центр, так как в противном случае вы не сможете осущест­влять глубокое дыхание.

Пока человечество не прекратит подавление секса, человек не сможет правильно дышать. Если дыхание спускается глубоко в жи­вот, то оно дает энергию сексуальному центру. Оно прикасается к сексуальному центру; оно массирует сексуальный центр изнутри. Сексуальный центр становится более активным, более живым. Ци­вилизация боится секса. Мы не разрешаем своим детям прикасаться к их сексуальным центрам, к их половым органам. Мы говорим: «Прекратите! Не прикасайтесь!»

Посмотрите на ребенка, когда он впервые прикоснется к своему сексуальному центру, затем скажите «Прекрати!», а затем понаблю­дайте за его дыханием. Когда вы говорите: «Прекрати! Не прикасайся к сексуальному центру!», дыхание немедленно становится поверхно­стным - поскольку не только его руки прикасаются к сексуальному центру, но и глубоко внутри дыхание также прикасается к нему. И если дыхание продолжает прикасаться к нему, то трудно удержать руки от этого. Если руки прекратили делать это, то станет необходи­мым, потребуется, чтобы и дыхание не касалось, чтобы оно не шло вглубь. Оно должно стать поверхностным.

Мы боимся секса. Нижняя часть тела является не только нижней физически, она и в ценностном отношении становится низшей. Она приговорена быть «низшей». Поэтому вы не должны идти глубоко и оставаться поверхностным. Наше несчастье в том, что мы можем вдыхать только вниз. Если бы некоторым проповедникам было по­зволено, то они изменили бы весь механизм дыхания. Они разреши­ли бы дыханию идти только вверх, в голову. Тогда бы вы абсолютно не чувствовали секса.

Если нам нужно создать человечество без секса, то мы должны будем изменить систему дыхания. Дыхание должно будет идти в голову, в сахасрару - седьмой центр в голове, - а затем возвращаться в рот. Здесь должен быть проход: ото рта к сахасраре. Он не должен вести глубоко вниз, потому что вести вниз опасно. Чем глубже вы идете, тем больше вы проникаете в глубинные слои биологии. Вы достигаете цен­тра, и этот центр расположен как раз около сексуального центра - как раз рядом. Это и должно быть так, потому что секс есть жизнь.

Посмотрите на это таким образом: дыхание есть жизнь сверху вниз; секс является жизнью совсем с другого конца - снизу вверх. Энергия секса течет и энергия дыхания течет. Проход для дыхания расположен в верхней части тела, для секса - в нижней. Когда они встречаются, они творят жизнь; когда они встречаются, они создают биологию, биоэнергию. Поэтому если вы боитесь секса, то вы долж­ны создать препятствие для них, вы должны не дать им встретиться. Цивилизованный человек на самом деле является кастрированным человеком; вот почему мы не знаем о дыхании, вот почему эта сутра будет сложна для понимания.

Шива говорит: Когда бы ни произошло слияние вдоха и выдоха, в этот самый момент прикоснись к центру, пустому, но наполненному энергией. Он использует очень противоречивые термины: «пустой, но наполненный энергией». Центр является пустым, поскольку ваши тела, ваши умы не могут дать ему никакой энергии. Энергии вашего тела там нет, энергии вашего ума там нет, и в той степени, в которой вы знаете свою сущность, он должен быть пустым, ненаполненным. Но он все-таки наполнен энергией, поскольку у него есть другие, космические источники энергии, а не только энергия вашего тела.

Энергия вашего тела является всего лишь энергией топлива. Это что-то вроде бензина. Вы едите что-нибудь, вы пьете что-нибудь - это создает энергию. Это всего лишь дает топливо для тела. Перестаньте есть и пить, и ваше тело умрет. Не сразу сейчас, это произойдет, как минимум, через три месяца, поскольку у вас имеются запасы горю­чего. Вы накопили много энергии; оно будет работать, как минимум, в течение трех месяцев без обращения на заправочную станцию. Тело будет работать; оно имеет запасы. В случае крайней нужды, в случае любой нужды они вам могут потребоваться.

Это энергия «топлива». Центр не получает никакой энергии топ­лива. Вот почему Шива говорит, что в нем нет энергии, что он пуст. Он не зависит от того, что вы едите и пьете. Он соединен с космиче­ским источником; он содержит космическую энергию. Вот почему Шива говорит, что центр пустой, но наполненный энергией. В тот момент, когда вы сможете почувствовать центр, из которого идет дыхание и в который оно приходит, ту самую точку, где оба дыхания сливаются - это центр, и если вы осознаете это, то наступит просвет­ление.

4. Осознай момент остановки дыхания

Четвертая дыхательная техника: Или, когда дыхание на выдохе полностью закончилось и приостановилось или когда на вдохе оно полностью закончилось и остановилось - в такие универсальные паузы малое «я» человека исчезает. Это трудно только для нечистых.

Но тогда это трудно для всех, потому что он сказал: Это трудно только для нечистых.

Но кто сейчас является чистым? Эта техника трудна для вас; вы не сможете практиковать ее. Но иногда внезапно вы сможете ощутить ее. Вы ведете автомобиль и вдруг вы чувствуете, что попали в аварий­ную ситуацию. Дыхание остановится. Если вы выдохнули, вы оста­новитесь на выдохе. Если вы вдохнули, вы остановитесь на вдохе. Вы не можете дышать в аварийной ситуации; вы не сможете преодолеть ее. Все останавливается, умирает.

Или, когда дыхание на выдохе полностью закончилось и приоста­новилось или когда на вдохе оно полностью закончилось и останови­лось - в такие универсальные паузы малое «я» человека исчезает: ваше малое «я» всего лишь ежедневная потребность. В аварийной ситуации вы забываете о ней. Все, что вы из себя представляете - имя, банков­ский счет, престиж, все - просто испаряется. Ваш автомобиль просто направляется на другой автомобиль; еще момент, и вы будете мерт­вы. В этот момент наступит пауза. Даже для нечистых в этой ситуа­ции наступит пауза. Вдруг дыхание прекратится. Если в этот момент вы сможете быть осознанным, вы сможете достичь цели.

Дзэнские монахи в Японии много практиковали эту технику. Вот почему их методы кажутся очень таинственными, абсурдными, странными. Они делали много непонятных вещей. Мастер выбрасы­вал кого-то из дома. Внезапно мастер начинал хлестать по щекам ученика без всякого смысла, без всякой причины.

Вы сидите со своим мастером и все о'кей. Вы только что разгова­ривали, а он начинает бить вас, чтобы создать паузу. Если бы была хоть какая-то причина, пауза не могла бы быть создана. Если бы вы оскорбили мастера, и он бы начал вас бить по этой причине, ваш ум бы понял: «Я обидел его, и он бьет меня».

В действительности ваш мозг уже ожидал этого, поэтому проме­жуток не возникает. Но помните, дзэнский мастер не будет бить вас, если вы обидите его, он будет смеяться, поскольку смех может со­здать паузу. Вы оскорбляли его, говорили ему какую-то чушь, и вы ожидаете гнева. Но он начинает смеяться или танцевать. Это проис­ходит неожиданно, внезапно; это создаст паузу. Вы не можете понять этого. Если вы не можете понять, то ум останавливается, а когда ум останавливается, останавливается дыхание. Возможен любой путь - если дыхание останавливается, останавливается ум; если ум останав­ливается, останавливается дыхание.

Мастер вас похвалил, вы чувствовали себя хорошо и думали: «Теперь мастер будет доволен». И вдруг он берет свой посох и начи­нает бить вас - и безжалостно, поскольку у мастеров дзэна нет жало­сти. Он начинает бить вас; вы не можете понять, что случилось. Ум останавливается, возникает пауза. Если вы знаете технику, то вы и сами можете достичь этого.

Имеется много историй о том, как кто-то достиг состояния буд­ды из-за того, что учитель внезапно избил его. Вы не можете понять этого - какая ерунда! Как можно достичь состояния будды, будучи избитым кем-то или будучи выброшенным из окна? Даже если кто-то убьет вас, вы не сможете достичь состояния будды. Но если вы поймете эту технику, то вы сможете понять и остальное.

За последние тридцать-сорок лет, особенно на Западе, дзэн стал широко распространенным - мода. Но пока люди не знали эту тех­нику, они не могли понять дзэн. Они могли имитировать его, но имитация бесполезна, даже опасна. Это совсем не то, что можно имитировать.

В целом методы дзэн основаны на четвертой технике Шивы. Но дела с этой техникой сложились неудачно. Теперь мы должны будем импортировать дзэн из Японии, поскольку мы утеряли всю соответст­вующую традицию; мы не знаем ее. Шива был величайшим экспертом этого метода. Когда он вместе с Дэви двигался в свадебной процессии, в барате, весь город должен был почувствовать паузу... весь город!

Отец Дэви не хотел отдавать свою дочь за этого «хиппи» - Шива был первым хиппи. Отец Дэви был всецело против него. И никакой отец не допустил бы такую женитьбу, так что мы ничего не можем сказать против отца Дэви. Ни один отец не позволил бы своей дочери выйти замуж за Шиву. Но Дэви настаивала, и он вынужден был согласиться - неохотно, с огорчением, но согласился, принял LSD, марихуану. Они уже были «в возвышенном состоянии». На самом деле LSD и марихуана - это только начало. Шива, его друзья и ученики знали самое лучшее психоделическое средство - сома раса. Олдос Хаксли назвал этот лучший психоделик «сомой» только из-за Шивы. Итак, они веселились, танцевали, кричали, сме­ялись. Весь город был в состоянии полета. Он должен был почувст­вовать паузу.

Для нечистого любое внезапное, неожиданное, невероятное со­бытие может создать паузу. Но для чистых нет нужды в таких собы­тиях. Для чистых пауза всегда здесь. Для чистых умов дыхание останавливается много раз. Если ваш ум чист - чистота означает отсутствие страстных желаний, отсутствие всяких поисков - молча­ливо чист, невинно чист, то вы можете сидеть, и вдруг ваше дыхание остановится.

Запомните: движение ума требует дыхания. Быстрое движение ума требует быстрого дыхания. Вот почему, когда вы в гневе, ваше дыхание учащается. При половом акте дыхание тоже учащается. Вот почему Аюрведа - система лечения травами в Индии - утверждает, что ваша жизнь укоротится, если в ней будет слишком много секса. Согласно Аюрведе ваша жизнь укоротится, потому что Аюрведа из­меряет вашу жизнь в количестве вдохов и выдохов. Если ваше дыха­ние является слишком частым, ваша жизнь укоротится.

Современная медицина утверждает, что секс помогает циркуля­ции крови, секс помогает расслабиться. И тот, кто подавляет свой секс, может попасть в беду - особенно это относится к болезням сердца. Медицина права и Аюрведа тоже права, но они кажутся противореча­щими друг другу. Но Аюрведа возникла на пять тысяч лет раньше. Тогда каждый человек много трудился; жизнь была трудом, поэтому тогда не было необходимости в расслаблении, не было необходимости в создании искусственных средств для ускорения кровообращения.

Но сейчас для тех, кто мало занимается физическим трудом, секс является единственным трудом. Вот почему современная медицина также права, но по отношению к современному человеку. Он не делает никаких физических упражнений, поэтому секс дает лишь упражне­ния: сердце бьется чаще, кровь циркулирует быстрее, дыхание становится глубже и идет к центру. Поэтому после полового акта вы чувствуете расслабление и можете легко заснуть. Фрейд говорит, что секс является лучшим транквилизатором, во всяком случае, для со­временного человека.

При половом акте дыхание становится более частым, в гневе дыхание становится более частым. В сексе ум наполнен желанием, вожделением, нечистыми мыслями. Когда ум чист - нет желаний в уме, нет поисков, нет мотивации; вы не собираетесь никуда, а просто остаетесь здесь и сейчас как спокойный пруд... нет даже ряби - тогда дыхание останавливается автоматически. В нем нет необходимости.

На этом пути малое «я» исчезает, и вы достигаете высшего «я», предельного «я».

Я думаю, этого достаточно на сегодня.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 4

ПРЕОДОЛЕНИЕ ИЛЛЮЗИЙ УМА

 

4 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

 

 

Вопросы:

 

Как может осознание промежутка в дыхании привести к просветлению?

Как работать и практиковать осознание дыхания одновременно?

 

Вопрос:

Как это возможно, чтобы путем простого осознания конкретного момента в процессе дыхания можно было достичь просветления? Как возможно стать свободным от неосознанности всего лишь осоз­нанием такого кратковременного промежутка в дыхании?

Этот вопрос является очень важным и, по всей вероятности, мно­гим приходит в голову. В связи с ним многое должно быть понято. Первое - это мысль о том, что божественности трудно достигнуть. Ни то и ни другое, то есть, нет ни трудности, ни достижения. Кто бы вы ни были, вы уже божественны. Ничего нового не нужно добавлять к вашему существу и ничего не нужно отнимать; вы настолько совер­шенны, насколько это возможно. Это не означает, что вы собираетесь быть совершенным когда-либо в будущем, это не означает, что вы должны сделать что-нибудь трудновыполнимое, чтобы стать самим собой. Это не путешествие в какую-то другую точку пространства; вы не должны отправляться куда-либо. Вы уже здесь. То, что вы должны достигнуть, уже достигнуто. Эта идея должна проникнуть глубоко внутрь, только тогда вы будете в состоянии понять, почему могут помочь такие простые техники.

Если божественность является некоторым достижением, тогда конечно оно должно быть трудным - не только трудным, но практи­чески невозможным. Если вы уже не являетесь божественными, то вы и не можете ими быть, вы никогда не сможете ими быть, потому что как небожественное может стать божественным? Если вы уже не являетесь божественными, то такой возможности и нет, нет никаких способов для достижения этого. И не имеет значения, какие усилия вы будете прилагать. Усилия того, кто уже не является божествен­ным, не могут создать божественность. Если вы не божественны, ваши усилия не могут создать божественного. Тогда это невозможно.

Но вся ситуация совершенно противоположна: вы уже являетесь тем, что хотели бы получить. Цель вашего страстного желания уже здесь, она присутствует в вас. Здесь и сейчас, в этот самый момент вы являетесь тем, что известно как божественное. Предельное здесь, оно уже имеет место. Вот почему простые техники могут помочь. Это не достижение, а обнаружение. Искомое спрятано, и оно спрятано в очень, очень маленьких вещах.

Ваша личность окутана одеждами. Ваше тело находится здесь, но спрятано в одежды; аналогичным образом ваша божественность здесь, но она также спрятана в одежды. Этими одеждами является ваша индивидуальность. Вы можете быть не прикрыты одеждами, как это имеет место здесь и сейчас, и таким же образом вы можете быть обнаженными в вашей божественности. Но вы не знаете, что является одеждами. Вы не знаете, как вы спрятаны в них; вы не знаете, как стать обнаженным. Вы были в этих одеждах так долго - вы были в этих одеждах в течение многих, многих жизней - и вы на­столько отождествили себя с этими одеждами, что как вы можете даже подумать, что это одежды. Вы думаете, что эти одежды и есть вы. Это только барьер.

Вы, например, имеете некоторое сокровище, но вы забыли или вы еще не узнали, что это сокровище, и вы продолжаете попрошай­ничать на улицах... вы нищий. Если кто-нибудь скажет: «Иди и по­смотри в своем доме. Ты не должен быть нищим, в этот самый момент ты можешь быть императором», то нищий должен отве­тить: «Какую чушь вы говорите. Как я могу быть императором в этот самый момент? Я был нищим в течение многих лет, сейчас я нищий и если я буду просить подаяние всю свою жизнь, я все равно не смогу стать императором. Как абсурдно и нелогично ваше утверждение о том, что я могу быть императором в этот самый момент».

Это невозможно. Нищий не может в это поверить. Почему? По­тому что нищенствующий ум представляет собой давнюю привычку. Но если сокровище всего лишь спрятано в доме, тогда простым копанием, удалением некоторого количества земли сокровище будет найдено. И немедленно он перестанет быть нищим, он станет импе­ратором.

Так же обстоит дело с божественным: это скрытое сокровище. Ничего не нужно достигать где-то в будущем. Вы еще не распознали его, но оно уже в вас. Вы являетесь сокровищем, но продолжаете попрошайничать.

Такие простые техники могут помочь. Вскапывание, удаление некоторого количества земли не является большим усилием, и вы можете стать императором немедленно. Вы должны покопать немно­го, чтобы удалить землю. А когда я говорю «удалить землю», то это имеет не только символическое значение. Буквально ваше тело явля­ется частью земли, а вы идентифицируете себя с телом. Удалите немного земли, создайте в ней отверстие, и вы придете к пониманию этого сокровища.

Вот почему этот вопрос многим приходит в голову. На самом деле все задают вопрос: «Такая простая техника как эта - осознать свое дыхание, осознать входящее дыхание и выходящее дыхание и уло­вить интервал между ними - и этого достаточно?» Такая простая вещь! Достаточно ли этого для просветления? Является ли это един­ственной разницей между вами и Буддой, - что вы не осознали промежуток между вдохом и выдохом, а он осознал его - только такая разница? Это кажется нелогичным. Между Буддой и вами огромная дистанция. Дистанция кажется бесконечной. Дистанция между ни­щим и императором является бесконечной, но нищий может немед­ленно стать императором, если сокровище уже спрятано.

Будда был нищим вроде вас; он не всегда был буддой. В некото­рый конкретный момент нищий умер и он стал мастером. На самом деле это не постепенный процесс; это не значит, что Будда продолжал накапливать некоторое богатство, а затем однажды он перестал быть нищим и стал императором. Нет, нищий никогда не сможет стать императором, если он собирается копить, он навсегда останется ни­щим. Он может стать богатым нищим, но он останется нищим. А богатый нищий является нищим в большей степени, чем бедный нищий.

Однажды, внезапно, Будда осознал свое внутреннее сокровище. Тогда он перестал быть нищим, он стал мастером. Расстояние между Гаутамой Сиддхартхой и Гаутамой Буддой бесконечно. Это то же расстояние, что между вами и Буддой. Но внутри вас спрятано столь­ко же сокровищ, сколько в Будде.

Возьмем другой пример... Человек родился слепым, с больными глазами. Для слепого человека мир совсем другой. Небольшая опе­рация может все изменить, потому что в порядок нужно привести только глаза. В тот момент, когда глаза приведены в порядок, где-то оказывается спрятанным провидец, и он начинает смотреть своими глазами. Провидец уже там, но окна закрыты. Вы живете в доме без окон. Вы можете пробить отверстие в стене и внезапно вы выглянете наружу.

Мы уже те, какими мы будем, какими мы должны быть. Будущее уже спрятано в настоящем; все возможности уже имеются здесь в зародыше. Нужно только проломить окно, нужна только небольшая хирургическая операция. Если вы сможете понять то, что божествен­ное уже здесь, уже имеет место, то не будет проблем относительно того, как могут помочь такие малые усилия.

На самом деле никаких больших усилий и не нужно. Нужны только малые усилия, и чем меньше, тем лучше. Еще лучше, если вы работаете вообще без усилий. Вот почему так получается, это случа­ется много раз, что чем больше вы стараетесь, тем труднее достичь. В барьер превращаются сами ваши усилия, ваше напряжение, ваша занятость, ваше страстное желание, ваши ожидания. Но при очень небольших усилиях, усилиях без усилий, как говорят в дзэне - дела­ние, как будто неделание - это случается легко. Чем больше вы схо­дите с ума по этому поводу, тем меньше вероятность, потому что там, где нужна игла, вы используете меч. Меч окажется бесполезным. Меч может быть большим по размеру, но там, где нужна игла, меч не сможет ничего сделать.

Пойдите к мяснику - у него очень большие инструменты. Пой­дите к нейрохирургу: у него вы не найдете таких больших инструмен­тов. А если найдете - бегите немедленно! Нейрохирург не мясник. Ему нужны очень тонкие инструменты - чем меньше, тем лучше.

Техники достижения божественного являются более тонкими; они не грубые. Они и не могут быть грубыми, поскольку здесь хирур­гия еще более тонкая. Нейрохирург еще имеет дело с грубой мате­рией, но когда вы работаете в духовном плане, хирургия становится все более и более эстетической. Здесь нет грубой материи. Она ста­новится тонкой - это первое.

Во-вторых, вопрос звучит так: «Если что-то является малым, то, как оно может привести к большим последствиям?» Этот взгляд является нерациональным, ненаучным. Сейчас наука знает, что чем меньше частицы, чем более они атомарны, тем более они взрывчаты - фактически больше. Чем они меньше, тем больше эффект. Могли ли вы осознать до 1945 года, что какой-нибудь поэт или мечтатель с воображением мог представить себе, что два атомных взрыва сотрут с лица Земли полностью два больших города в Японии - Хиросиму и Нагасаки? В течение нескольких секунд двести тысяч людей были просто стерты с лица Земли. И что было использовано в качестве взрывчатой энергии? Атом! Самая маленькая частица уничтожила два больших города. Вы не можете видеть атом. Вы не можете видеть его не только глазами, но и никакими другими средствами. Атом невозможно увидеть никаким инструментом; мы можем наблюдать лишь некоторые эффекты, вызванные атомом.

Поэтому не думайте, что Гималаи больше чего-либо другого, потому что у них такое большое тело. Гималаи бессильны перед атомным взрывом. Один маленький атом может уничтожить все Гималаи. В грубой материи размер не обязательно соответствует энергии. Наоборот, чем меньшим является что-либо, тем большей проникающей способностью оно обладает. Чем меньше что-либо, тем с большей интенсивностью оно наполняется энергией.

Эти малые техники являются атомными. Те, кто делает более крупные вещи, не знают науки об атоме. Вы думаете, что тот, кто работает с атомами, является маленьким человечком, работающим с маленькими вещами, а тот, кто работает с Гималаями, выглядит очень большим. Гитлер работал с большими массами; Мао работает с большими массами. А Эйнштейн и Планк работали в своих лабо­раториях с очень малыми частицами материи - с частицами энер­гии. Но, в конце концов, перед достижениями Эйнштейна политики оказались бессильными. Они работали над большими холстами, но они не знали секретов малых вещей.

Моралисты всегда работают над большими планами, но это гру­бо. Все выглядит очень большим. Они посвящают всю свою жизнь морализированию, практикуя то или иное для саньямы - самоконт­роля. Они продолжают контролировать - вся их величественная сис­тема выглядит очень большой.

Тантра не имеет дела с этим. Тантра имеет дело с атомными секретами человеческого бытия, человеческого ума, человеческого сознания. И тантра постигла эти атомные секреты. Ее методы явля­ются атомными методами. Если вы сможете постичь их, их резуль­тат будет взрывообразным, космическим.

Следует отметить еще один момент. Если вы можете сказать: «Как это может быть, чтобы от таких маленьких, простых упражнений кто-либо становился просветленным?», то вы говорите это, не делая самих упражнений. Если бы вы их делали, то вы бы не говорили, что они маленькие и простые. Они лишь выглядят такими, поскольку все уп­ражнение может быть описано двумя или тремя предложениями.

Знаете ли вы атомные формулы? Два или три слова - вот и вся атомная формула. А по этим двум или трем словам тот, кто может понять их, тот, кто может использовать их, может разрушить всю Землю. А формула очень мала.

Описания техник тоже являются формулами, поэтому если вы просто смотрите на формулу, то она покажется очень, очень малень­кой и простой. Это не так! Попытайтесь выполнить ее. Когда вы выполните ее, то вы узнаете, что это нелегко. Она выглядит простой, но это одна из глубочайших вещей. Мы проанализируем весь про­цесс, и тогда вы поймете.

Когда вы вдыхаете, вы никогда не чувствуете дыхания. Вы никог­да не чувствовали дыхания. Вы немедленно станете отрицать это. Вы скажете: «Это неправда. Мы, возможно, не осознаем его непрерывно, но мы чувствуем свое дыхание». Нет, вы не чувствуете дыхание, вы чувствуете прохождение воздуха.

Взгляните на море. На нем волны; вы видите волны. Но эти волны созданы воздухом, ветром. Вы не видите ветер, вы видите результат его действия на воде. Когда вы вдыхаете, воздух касается ваших ноздрей. Вы чувствуете ноздри, но вы не знаете своего дыха­ния. Дыхание идет вниз - вы чувствуете это прохождение. Оно воз­вращается обратно - и опять вы чувствуете прохождение. Вы никогда не чувствуете дыхание, вы чувствуете лишь прикосновение и прохождение.

Это совсем не то, что имеет в виду Шива, когда говорит: «Осоз­най». Сначала вы осознаете прохождение, а когда вы станете полно­стью осознающими прохождение, только тогда вы постепенно начнете осознавать само дыхание. И когда вы осознаете дыхание, вы в состоянии будете осознать промежуток, интервал. Это не так легко, как кажется.

Для тантры, для всех ищущих имеются различные уровни осоз­нанности. Если я обнимаю вас, то вы сначала осознаете мое прикос­новение к вашему телу, а не мою любовь - моя любовь не настолько грубая вещь. И обычно мы никогда не становимся осознающими лю­бовь. Мы осознаем только тело в движении. Мы знаем любовные дви­жения, мы знаем нелюбовные движения, но мы никогда не знаем саму любовь. Если я целую вас, вы осознаете прикосновение, а не мою лю­бовь; эта любовь является слишком тонкой вещью. А пока вы не осоз­наете мою любовь, поцелуй будет мертвым, он ничего не будет значить. Если вы сможете осознать мою любовь, то только тогда вы сможете осознать меня, так как это опять является еще более глубоким слоем.

Дыхание входит внутрь. Вы чувствуете прикосновение, а не ды­хание. Но вы не осознаете даже это прикосновение. Вы чувствуете его только в том случае, если что-то идет не так. Если у вас какие-то трудности с дыханием, то вы чувствуете его; в противном случае вы его не осознаете. Первым шагом является осознание проходов, где ощущается прикосновение дыхания; при этом будет расти ваша чув­ствительность. На то, чтобы стать таким чувствительным, чтобы узнать не прикосновение, а дыхание, потребуются годы. Тогда, гово­рит тантра, вы узнаете прану - жизненную энергию. И только тогда появится промежуток, где дыхание останавливается, где дыхание не движется - или центр, которого касается дыхание, или точка слия­ния, или точка поворота, где вдох переходит в выдох. Это будет труд­ным делом; это не будет таким легким.

Если вы делаете что-нибудь, если вы идете в этот центр, только тогда вы узнаете, как это трудно. Чтобы прийти к этому центру за пределами дыхания, Будде потребовалось шесть лет. Чтобы прийти к этому повороту, ему потребовалось длинное трудное путешествие длиной в шесть лет; затем это случилось. Махавира работал над этим в течение двенадцати лет; затем это случилось. Но формула является простой и теоретически это может случиться в любой момент - теоретически, запомните это. Теоретически здесь нет никаких пре­пятствий, так почему бы этому не случиться в этот самый момент? Препятствием являетесь вы. Если бы не было вас, это могло бы случиться в любой момент. Сокровище здесь; метод вам известен. Вы можете копать, но вы не будете копать.

Даже этот вопрос является трюком, направленным на то, чтобы не копать, потому что ваш ум говорит: «Такая простая вещь? Не будь дураком. Как можешь ты стать буддой при помощи такой простой вещи? Этого не может быть». И затем вы не собираетесь ничего делать, потому что как это может случиться? Ум хитер. Если я гово­рю, что это очень трудно, то ум говорит: «Это так трудно, это за пределами моих возможностей». Если я говорю, что это очень про­сто, ум говорит: «Это так просто, что только дурак может поверить в это». И ум продолжает рационализировать вещи, всегда пытаясь избежать делания.

Ум создает барьеры. Это становится барьером, если вы думаете, что это так просто, или что это слишком сложно - тогда что вы собираетесь делать? Вы не можете делать простую вещь, вы не можете делать сложную вещь. Что вы собираетесь делать? Скажите мне! Если вы хотите делать трудные вещи, я сделаю их трудными. Если вы хотите делать простые вещи, я сделаю их простыми. Здесь есть и то, и другое - все зависит от того, как это интерпретировать. Но необхо­димо одно - это то, что вы собираетесь делать. Если вы делать не собираетесь, то ум всегда предоставит вам соответствующие оправ­дания.

Теоретически все возможно здесь и сейчас; реальных барьеров нет. Но барьеры есть. Они могут быть не реальными, они могут быть просто психологическими - они могут быть просто вашими иллю­зиями, - но они существуют. Если я говорю вам: «Не бойтесь - вперед! Та вещь, о которой вы думаете, что она змея, не является змеей, это просто веревка», - то все равно страх остается. Вам кажется, что это змея.

Поэтому, что бы я ни говорил, это не может помочь. Вы дрожите; вы хотите спастись и убежать. Я говорю, что это просто веревка, а ваш ум скажет: «Этот человек может быть в сговоре со змеей. Здесь что-то не так. Этот человек толкает меня к змее. Он может быть заинтересо­ван в моей смерти или в чем-либо еще». Если я буду слишком долго убеждать вас, что это веревка, то это только покажет вам, что я как-то заинтересован в том, чтобы подтолкнуть вас к змее. Если я говорю вам, что теоретически возможно увидеть, что это веревка в этот са­мый момент, то ваш ум создаст много, много проблем.

В действительности здесь нет дилеммы; в действительности здесь нет проблем. Их никогда не было и никогда не будет. В вашем уме есть проблемы, и вы смотрите на действительность сквозь свой ум; таким образом, действительность становится проблематичной. Ваш ум действует как тюрьма. Он разделяет и создает проблемы. И не только это, он создает решения, которые становятся еще более глубокими проблемами, поскольку фактически здесь нет никаких проблем, которые должны были быть решены. Действительность является совершенно непроблематичной - в ней нет проблем. Но вы не можете видеть что-либо без проблем. Когда вы смотрите, вы со­здаете проблемы. Ваше «смотрение» является проблематичным. Я говорю вам об этих дыхательных техниках, и тогда ум говорит: «Это слишком просто». Почему? Почему ум говорит, что это слишком просто?

Когда был изобретен паровой двигатель, этому никто не поверил. Это выглядело слишком простым - невероятным. Тот самый пар, который вы знаете в своих кухнях, в своих котелках, работает в двигателе, перевозя сотни и сотни пассажиров и такой груз? Тот самый пар, который так хорошо вам знаком? Этого не может быть. Вы знаете, что было в Англии? При первом отправлении поезда ни один не был готов сесть в него, - ни один! Многих людей убеждали, давали деньги, чтобы они сели в поезд, но в последний момент они сбежали. Они говорили: «Во-первых, пар не может творить такие чудеса. Такая простая вещь, как пар, не может делать такие чудеса. А если двигатель и заработает, то это значит, что где-то в нем работает дьявол. Это дьявол все движет, а не пар. А где гарантия того, что если все начнется, то вы будете в состоянии остановить все это?»

Никаких гарантий не могло быть дано, поскольку это был пер­вый поезд. Он никогда еще не останавливался, это было лишь пред­положение. Не было опыта, поэтому наука не могла сказать: «Да, он остановится». Теоретически он остановится... но люди не интересо­вались теориями. Они интересовались тем, был ли некоторый фак­тический опыт остановки поезда: «Если он никогда не остановится, то, что будет с нами, сидящими в поезде?»

Поэтому в качестве пассажиров были посажены двенадцать пре­ступников из тюрьмы. Они все равно собирались умереть, они все равно были приговорены к смерти, поэтому не было бы проблем, если бы поезд не остановился. Тогда сумасшедший машинист, кото­рый думал, что поезд должен остановиться, ученый, который изобрел это, и двенадцать пассажиров, которые все равно должны были уме­реть, - только они решились на это, рискуя погибнуть. «Такая простая вещь, как пар» - говорили в то время. Но теперь никто не скажет этого, потому что теперь пар работает и все знают это.

Все является простым - реальность является простой. Она кажет­ся сложной только из-за невежества; в противном случае все было бы простым. Раз вы знаете это - это становится простым. Узнавание должно быть трудным не из-за реальности, а из-за вашего ума - запомните это. Эти техники являются простыми, но они не будут про­стыми для вас. Ваш ум создаст трудности. Так что испытывайте их с учетом этих трудностей.

 

Другой вопрос состоит в следующем:

Если я буду испытывать этот метод осознания своего дыхания, если я буду обращать внимание на свое дыхание, то я не смогу делать что-либо еще, все внимание уйдет на осознание. А если я буду вынуж­ден делать что-либо еще, то я не смогу осознавать свое дыхание.

Так и случится, поэтому в самом начале выберите конкретное время утром, вечером или в любое другое время. В течение одного часа делайте только упражнения, не делайте больше ничего. Делайте только упражнения. Если вы будете настроены на них, то не будет никаких проблем. Вы сможете ходить по улицам, и вы сможете быть осознающим.

Между «осознанием» и «вниманием» имеется разница. Когда вы обращаете внимание на что-нибудь, то это исключительность - вы лишаете своего внимания все остальное. Так что в действительности это какая-то напряженность. Вот почему это называется вниманием. Вы обращаете внимание па что-то одно за счет всего остального. Если вы обращаете внимание на ваше дыхание, то вы не можете обращать внимание на ходьбу или на вождение автомобиля. И не пытайтесь делать это во время вождения, поскольку вы не можете обращать внимание и на то, и на другое.

Внимание предполагает одну вещь исключительно. Осознание является совсем другим, оно не исключительно. Оно не означает обращение внимания, оно означает быть внимательным: это всего лишь значит быть сознающим. Вы являетесь сознающим, когда вы осознаете включительно. Ваше дыхание находится в сфере вашего осознания. Вы идете и кто-то еще идет, и вы также его осознаете. Кто-то производит шум на дороге, мимо вас проходят поезда, проле­тают самолеты - все включается в сферу действия сознания. Осозна­ние является включительным, внимание является исключительным. Но в начале осознание будет вниманием.

Поэтому сначала пытайтесь делать это только в назначенное время. В течение одного часа будьте всего лишь внимательны к ва­шему дыханию. Постепенно вы сможете превратить ваше внимание в осознанность. Тогда делайте простые вещи - например, ходите: ходите внимательно, с полным осознанием и ходьбы, и дыхания. Не создавайте никакого противопоставления между этими двумя дей­ствиями - ходьбой и дыханием. Будьте наблюдателем их обоих. Это не трудно.

Посмотрите! Я, например, обращаю внимание на одно лицо из присутствующих. Если я обращаю внимание на одно лицо, все ос­тальные лица для меня не существуют. Если я обращаю внимание на одно лицо, все остальные выходят из моего поля зрения. Если я обращаю внимание только на нос на этом лице, то все лицо, вся оставшаяся часть лица выходит из поля зрения. Я могу продолжать сужать свое внимание до одной точки.

Обратное также возможно. Я обращаю внимание на все лицо; тогда здесь и глаза, и нос, и все остальное. Затем я расширяю поле своего зрения. Я смотрю на вас не как на отдельные личности, а как на группу. Тогда объектом моего внимания является вся группа. Если я считаю вас чем-то отличным от шума на улице, то я вывожу за скобки улицу. Но я могу смотреть на вас и на улицу, как на единое целое. Тогда я могу осознавать и вас, и улицу. Я могу осознавать весь космос. Это зависит от вашего фокуса - оттого, что он становится все шире и шире. Но сначала начните с внимания и помните, что оно должно перерасти в осознанность. Итак, выберите небольшой период времени. Лучше всего утром, потому что утром вы свежи, ваши энергии полны жизни, все на подъеме; по утрам вы являетесь более жизнеспособными.

Физиолог скажет, что вы не только являетесь более жизнеспособ­ными, но и ваш рост несколько больше утром, чем вечером. Если ваш рост шесть футов, то утром в вас шесть футов и половина дюйма, вечером в вас опять шесть футов. Полдюйма теряются за счет того, что ваш позвоночник от усталости оседает. Поэтому утром вы свежи, молоды, полны жизненной энергии.

Делайте так: не ставьте медитацию последним пунктом своего дневного расписания. Сделайте ее первым пунктом. Тогда, когда вы почувствуете, что нет никаких усилий, когда вы сможете сидеть в течение часа подряд, полностью погруженные в дыхание - осознаю­щие, внимательные, - только тогда вы узнаете, что достигли внима­ния к дыханию без каких-либо усилий; когда вы расслаблены и наслаждаетесь этим без всяких усилий, тогда вы достигли этого.

Тогда добавьте что-нибудь еще - ходьбу, например. Помните об обоих, а затем продолжайте добавлять что-нибудь. Спустя некоторое время вы будете в состоянии осознавать свое дыхание непрерывно, даже во сне. И пока вы не сможете осознавать его даже во сне, вы не будете в состоянии познать его глубину. Но это придет, со временем это придет.

Следует быть терпеливым и следует правильно начать. Знайте это, потому что коварный ум всегда будет стараться придать вам неправильный старт. Тогда вы можете прекратить все после двух или трех дней и сказать: «Это безнадежно». Ум даст вам неправильный старт. Поэтому всегда помните, что следует правильно начать, по­скольку правильное начало означает половину дела. Но вы начинаете неправильно.

Вы очень хорошо знаете, что внимание является трудной вещью. Это потому, что вы тотально погружены в сон. Поэтому если вы пытаетесь быть внимательным к дыханию, делая при этом что-либо еще, вы не сможете сделать этого. И вы не стараетесь оставить другие дела, вы прекращаете усилия быть внимательными к дыханию.

Поэтому не создавайте для себя ненужных проблем. В двадцати четырех часах вы можете найти для себя небольшой уголок. Вас устроят сорок минут... делайте свои упражнения в течение этого от­резка времени. Но ум найдет много отговорок. Ум скажет: «Откуда брать время? Нужно сделать еще так много работы. Где взять время?» Или ум скажет: «Это невозможно сейчас, поэтому отложите это. Ког­да-нибудь в будущем, когда дела будут идти лучше, вы сделаете это». Остерегайтесь того, что говорит ваш ум. Не слишком доверяйте ему. А мы никогда не сомневаемся. Мы можем сомневаться в чем угодно, но мы никогда не сомневаемся в своем собственном уме.

Даже те, кто так много говорит о скептицизме, о сомнении, о причинности, даже они никогда не сомневаются в своем уме. А ваш ум привел вас в то состояние, в котором вы находитесь. Если вы находитесь в аду, то это ваш ум привел вас в этот ад, а вы никогда не сомневались в своем проводнике. Вы можете сомневаться в своем учителе, в своем мастере, но вы никогда не сомневаетесь в своем уме.

С неуклонной верой мы движемся за своим умом как за гуру. А ваш ум привел вас в тот беспорядок, в те несчастья, в которых вы находи­тесь. Если вы собираетесь в чем-нибудь сомневаться, усомнитесь, прежде всего, в своем собственном уме. И если ваш ум скажет что-ни­будь, подумайте дважды.

Это правда, что у вас совсем нет времени? Действительно? У вас нет времени на медитацию - вы не можете выделить один час на медитацию? Подумайте дважды. Спрашивайте свой ум снова и сно­ва: «Это действительно так, что у меня совсем нет времени?»

Я не понимаю этого. Я не видел человека, который не имел более чем достаточно времени. Я вижу людей, которые играют в карты и говорят: «Мы убиваем время». Они отправляются в кино и говорят: «Что делать?» Они убивают время, сплетничают, читают снова и снова одни и те же газеты, говорят о тех же вещах, о которых они говорили всю свою жизнь, и они же говорят: «У нас совсем нет времени». Для ненужных вещей у них всегда есть время. Почему?

В ненужных делах ум не находится ни в какой опасности. В момент, когда вы думаете о медитации, ум становится встревожен­ным. Сейчас вы движетесь в опасном направлении, поскольку меди­тация означает смерть ума. Если вы направляетесь в медитацию, то рано или поздно ваш ум должен будет раствориться, будет полностью отставлен. Ум становится встревоженным и начинает говорить вам много вещей: «Откуда взять время? А если и есть время, то должны быть сделаны более важные вещи. Сначала отложите это на более поздний срок. Вы сможете медитировать в любое время. Деньги более важны. Сначала накопите денег, а затем медитируйте в свобод­ное время. Как можете вы медитировать без денег? Итак, сначала обратите внимание на деньги, а потом медитируйте».

Медитацию легко можно отложить, вы чувствуете это, потому что она не связана с вашим непосредственным выживанием. Хлеб нельзя отложить - вы умрете. Деньги нельзя отложить - они нужны вам для удовлетворения ваших основных потребностей. Медитация может быть отложена, вы можете прожить и без нее. Действительно, вы легко можете прожить и без нее.

В тот момент, когда вы глубоко входите в медитацию, вы не живете, во всяком случае, вы не живете на этой Земле - вы исчезаете. Вы исчезнете из круга этой жизни, с этого колеса. Медитация подо­бна смерти, поэтому ум начинает бояться. Медитация подобна люб­ви, поэтому ум начинает бояться. «Отложи» - говорит он, и вы можете продолжать откладывать до бесконечности. Ваш ум всегда говорит что-то, подобное этому. И не думайте, что я говорю о других. Я говорю конкретно о вас.

Я встречал много интеллигентных людей, которые продолжали говорить интеллигентные вещи о медитации. Один человек приехал из Дели; он крупный правительственный чиновник. Он приехал только с целью научиться здесь медитации. Он приехал из Дели и оставался здесь семь дней. Я говорил ему приходить в утренний медитационный класс на пляже Чоупатти в Бомбее, но он сказал: «Но это трудно. Я не могу вставать так рано». И он никогда не подумал над тем, что сказал ему его ум. Разве это так трудно? Теперь вы будете знать: упражнения являются легкими, но ваш ум не является таким легким. Ум говорит: «Как я могу вставать утром в шесть часов?»

Я был в большом городе, и налоговый инспектор этого города пришел навестить меня в одиннадцать часов вечера. Я как раз соби­рался спать, но он пришел и сказал: «Нет! Это безобразие. Я очень взволнован». «Это вопрос жизни и смерти» - сказал он мне. «Поэтому, пожалуйста, уделите мне хотя бы полчаса времени. Научите меня медитации; в противном случае я могу совершить самоубийство. Я очень расстроен и так разочарован, что что-то может случиться в моем внутреннем мире. Мой внешний мир потерян полностью».

Я сказал ему: «Приходите утром в пять часов».

Он сказал: «Это невозможно». Это вопрос жизни и смерти, но он не может встать в пять часов. Он сказал: «Это невозможно. Я никогда не встаю так рано».

«О'кей», - сказал я ему. «Тогда приходите в десять».

Он сказал: «Это также будет трудно, поскольку в десять тридцать я должен присутствовать в своем учреждении».

Он не может взять однодневный отпуск, а это вопрос жизни и смерти. Поэтому я сказал ему: «Это вопрос вашей жизни и смерти или моей жизни и смерти? Чьей?» А он не был неинтеллигентным человеком, он был достаточно интеллигентен. Эти шутки были очень интеллигентными.

Поэтому не думайте, что ваш ум не разыгрывает с вами те же самые шутки. Он очень интеллигентен, и поскольку вы думаете, что это ваш ум, вы в нем никогда не сомневаетесь. Но это не ваш ум, это всего лишь продукт вашего общества. Он не ваш! Он был дан вам, он был навязан вам. Вы были обучены и обусловлены определенным образом. С самого детства ваш ум формировался другими - родите­лями, обществом, учителями. Прошлое формирует ваш ум, влияет на ваш ум. Мертвое прошлое непрерывно совершает насилие над живущим.

Учителя являются просто агентами - агентами прошлого, сражающегося против живущего. Они продолжают навязывать ва­шему уму различные вещи. Но ум так близок вам, промежуток между вами так мал, что вы начинаете отождествлять себя со своим умом. Вы говорите: «Я индус». Подумайте снова, пересмотрите это. Вы не являетесь индусом. Вам был дан ум индуса. Вы были рождены как простое невинное существо - не индус, не мусульманин. Но вам дали ум мусульманина, ум индуса. К вам было применено насилие, вы были лишены свободы, насильно помещены в конкретные условия, а затем жизнь добавляла свое к этому уму, и этот ум становился тяжелым - тяжелым для вас. Вы ничего не могли сделать сами; ум начинал насильно толкать вас по своему пути. На ваш ум наложился ваш жизненный опыт. Постоянно ваше прошлое обуславливает каж­дый момент вашего настоящего. Если я что-либо говорю вам, то вы не собираетесь думать об этом свежим способом, открытым спосо­бом. Ваш старый ум, ваше прошлое встанут между нами, начнут говорить и болтать за и против.

Помните, ваше тело не ваше - оно пришло от ваших родителей. Ваш ум тоже не ваш - он также пришел от ваших родителей. Кто же вы?

Каждый человек отождествляется со своим телом или со своим умом. Вы думаете, что вы молодой, вы думаете, что вы старый, вы думаете, что вы индус, вы думаете, что вы джайн, что вы парси. Нет! Вы были рождены как чистое сознание. Сейчас оно лишено свободы. Эти техники, которые кажутся вам такими простыми, не будут таки­ми простыми, потому что этот ум будет постоянно создавать много сложностей и проблем.

Как раз несколько дней назад ко мне пришел человек и сказал: «Я применяю ваш метод медитации, но скажите мне, в какой священ­ной книге он описан? Если вы сумеете убедить меня, что он описан в священных книгах моей религии, то для меня будет легче выпол­нять его». Но почему для него будет легче, если метод описан в священной книге? Потому что тогда ум не будет создавать проблему. Ум скажет: «О'кей! Этот метод принадлежит нам, поэтому делай его». Если он не описан ни в какой священной книге, то ум скажет: «Что ты делаешь?» Ум будет против этого.

Я сказал этому человеку: «Вы применяете этот метод в течение трех месяцев. Как вы себя чувствуете?»

Он сказал: «Прекрасно. Я чувствую себя очень прекрасно. Но скажите мне... дайте какой-нибудь авторитетный источник из свя­щенных книг». Его собственные ощущения совсем не являются для него авторитетом. Он говорит: «Я чувствую себя прекрасно. Я стал более молчаливым, более миролюбивым, более любящим. Я чувст­вую себя прекрасно». Но его собственные переживания для него не авторитет. Ум ищет авторитетов из прошлого.

Я сказал ему: «Эта техника не описана где-либо в ваших священ­ных книгах. Скорее там много написано против нее».

Его лицо стало печальным. И затем он сказал: «Тогда для меня будет трудно делать это и продолжать это».

Почему его собственный опыт не имеет никакого значения?

Прошлое порождает обусловленность, ум постоянно формирует вас и разрушает ваше настоящее. Поэтому помните это и будьте осознающими. Относитесь к вашему уму скептически и с сомнени­ем. Не доверяйте ему. Если вы сможете достичь достаточной зрело­сти, чтобы не доверять своему уму, то только тогда эти техники будут действительно простыми, полезными, функционирующими. Они будут порождать чудеса - они могут порождать чудеса.

Эти методы, эти техники невозможно понять интеллектуально. Я пытаюсь сделать невозможное, но тогда почему я пытаюсь делать это? Если их нельзя понять интеллектуально, то почему я говорю вам о них? Они не могут быть поняты интеллектуально, но у нас нет другого способа заставить вас осознать некоторые техники, которые могут тотально изменить вашу жизнь. Вы можете понимать только интеллект, и в этом вся проблема. Вы не можете понимать ничего другого - вы можете понимать только интеллект. А эти техники не могут быть поняты интеллектуально, так как же нам с вами общать­ся?

Или вы должны стать способными, понимать без участия интел­лекта, или должны быть найдены некоторые методы, которые бы сделали эти техники интеллектуально понятными. Второе невоз­можно, но возможно первое.

Вы должны будете начать интеллектуально, но не цепляйтесь за это. Когда я говорю: «Делайте», пытайтесь делать. Если что-то начнет происходить с вами, то вы будете в состоянии отбросить свой интел­лект и общаться со мной непосредственно без интеллекта, без каких-либо усилий, без посредника. Но начните делать что-нибудь. Мы можем продолжать говорить еще годы и годы, ваш ум может быть нафарширован многими вещами, но это вам не поможет. Скорее это может навредить вам, потому что вы станете знать слишком много. А если вы много знаете, то это будет смущать вас. Это не очень хорошо - знать много. Лучше знать немного и практиковать это. Полезной может оказаться одна-единственная техника; делание че­го-нибудь всегда полезно. Какова трудность в ее выполнении?

Где-то глубоко в вас сидит страх. Страх заключается в том, что если вы практикуете технику, то может быть обнаружено что-то, что будет пре­пятствовать вашей реализации - и в этом страх. Это может показать­ся парадоксальным, но я встречал так много людей, которые думают, что они хотят измениться. Они говорят, что они нуждаются в меди­тации, они спрашивают о глубокой трансформации, но где-то в глу­бине они также боятся. Они являются дуалистичными - двойственными; они имеют два ума. Они продолжают спрашивать о том, что им делать, но никогда не делают этого. Почему же тогда они продолжают спрашивать? Да просто для того, чтобы убедить самих себя, что они действительно интересуются своей трансформацией. Вот почему они спрашивают.

Это создает фасад, видимость того, что они на самом деле иск­ренне интересуются проблемой изменения себя. Вот почему они спрашивают, ходят от одного гуру к другому, выясняют, пытаются, но никогда ничего не делают. В глубине души они боятся.

Эрих Фромм написал книгу «Бегство от свободы». Название кажется противоречивым. Все думают, что им нравится свобода; все думают, что они стремятся к свободе - в этом мире и в «том мире» тоже. «Мы хотим мокши, освобождения, мы хотим быть свободными от всех ограничений, от всякого рабства. Мы хотим быть тотально свободными», - говорят они. Но Эрих Фромм утверждает, что человек боится свободы. Мы хотим ее, мы продолжаем говорить, что мы хотим ее, мы продолжаем убеждать себя, что мы хотим ее, но в глубине души мы боимся ее. Мы не хотим ее! Почему? Почему такая двойственность?

Свобода порождает страх, а медитация может дать наиболее глу­бокое освобождение. Вы освобождаетесь не только от внешних огра­ничений, вы освобождаетесь и от внутреннего рабства - от своего ума, от основного рабства. Вы освобождаетесь от всего прошлого. В тот момент, когда у вас нет ума, прошлое исчезает. Вы переступили границы истории; теперь для вас нет общества, нет религии, нет священных книг, нет традиций, потому что все они пребывали в вашем уме. Теперь нет ни прошлого, ни будущего, потому что про­шлое и будущее являются частью ума, памяти и воображения.

Тогда вы здесь и сейчас в настоящем. Теперь не предполагается никакого будущего. Теперь будет сейчас, сейчас и сейчас - вечное сейчас. Тогда вы освобождены полностью; вы перешли за пределы всех традиций, всей истории, тела, ума - всего. Вы освобождены от ужасного. Такая свобода - тогда где же будете вы? Можете ли вы существовать в такой свободе? В такой свободе, в таком просторе сможете ли вы иметь свое маленькое «я» - свое эго? Сможете ли вы сказать: «Я есть»?

Вы можете сказать: «Я нахожусь в рабстве», поскольку вы знаете свои границы. Но когда нет рабства, нет и границ. Вы становитесь просто состоянием, ничем больше... абсолютным ничто, пустотой. Это создает страх, поэтому вы продолжаете говорить о медитации, о том, как делать ее, и, в то же время, вы продолжаете обходиться без нее.

Все вопросы возникают из этого страха. Почувствуйте этот страх. Если вы узнаете его, он исчезнет. Если вы его не узнаете, он не исчезнет. Готовы ли вы умереть в духовном смысле? Готовы ли вы не быть!?

Кто бы ни приходил к Будде, он говорил: «Основной истиной является то, что вас нет. И поскольку вас нет, вы не можете умереть, вы не можете родиться; и поскольку вас нет, вы не можете страдать, не можете быть в рабстве. Готовы ли вы принять это?» Будда обычно говорил: «Готовы ли вы принять это? Если вы не готовы это принять, то не надо сейчас испытывать медитацию. Сначала попытайтесь выяснить, есть вы на самом деле или вас нет. Сначала медитируйте на это: существует ли ваше «я»? Имеется ли какая-то субстанция внутри или вы всего лишь некоторая комбинация?"

Если вам удастся выяснить это, то вы узнаете, что ваше тело является комбинацией. Кое-что пришло от вашей матери, кое-что пришло от вашего отца, а все остальное пришло из пищи. Это и есть ваше тело. В этом теле вас нет, в нем нет никакого «я». Поразмыш­ляйте о своем уме: что-то пришло отсюда, что-то пришло оттуда. Ум не имеет ничего своего, оригинального. Он просто некоторое скопле­ние.

Выясните, имеется ли какое-либо «я» в вашем уме. Если вы проникнете вглубь, то вы поймете, что ваша личность просто похожа на луковицу. Вы снимаете один слой, а под ним появляется другой. Вы продолжаете снимать слой за слоем и, наконец, приходите к тому, что можно назвать «ничто». Если снять все слои, то внутри не оста­нется ничего. И тело, и ум похожи на луковицу. Когда вы снимете все слои и с тела, и с ума, тогда вы вступите в ничто, в бездну, в бездонную пустоту. Будда называл эту пустоту шунья.

Возможность встретить эту шунью, эту пустоту порождает страх. Этот страх здесь. Вот почему мы никогда не практикуем медитацию. Мы говорим о ней, но мы никогда не делаем что-либо, связанное с ней. Этот страх здесь. В глубине души вы знаете, что здесь пустота, но вы не можете избежать этого страха. Что бы вы ни делали, страх будет оставаться до тех пор, пока вы не убедитесь в этом. Это единст­венный способ. Раз вы встретите ваше ничто, раз вы узнаете, что внутри вас всего лишь пустое пространство, шунья, то страха больше не будет. Тогда тут не может быть никакого страха, потому что эта шунья, эта пустота не может быть разрушена. Эта пустота не собира­ется умирать. Того, что собиралось умирать, уже нет здесь; это не что иное, как слои луковицы.

Вот почему много раз, когда вы находитесь в глубокой медита­ции и приближаетесь к этой пустоте, на вас находит страх и вы начинаете дрожать. Вы чувствуете, что вы сейчас умрете, вы хотите сбежать из этой пустоты обратно в мир. И многие возвращаются; тогда они никогда не поворачивают внутрь снова. Насколько я пони­маю это, каждый из вас испытал в одной из жизней ту или иную медитативную технику. Вы были около пустоты, а затем страх захватил вас и вы бежали. Это хранится глубоко в вашей прошлой памяти, а эта память здесь - это становится препятствием. Когда бы вы снова не думали о том, чтобы испытать медитацию, эта прошлая память, сидя­щая глубоко в вашем неосознающем уме, снова возбуждает вас и гово­рит: «Продолжай думать, не делай этого. Ты уже делал это однажды».

Трудно найти человека, а я заглядывал во многих, кто бы не испытывал медитацию раз или два в одной из своих жизней. Память здесь, но вы не осознаете ее, вы не осознаете, где находится эта память. Она здесь. Когда бы вы ни делали что-нибудь, это становится барьером, это и то начинает останавливать вас многими способами. Поэтому если вы действительно интересуетесь медитацией, выясни­те все о своем страхе перед ней. Ответьте искренне на вопрос: вы боитесь? Если вы боитесь, то, прежде всего что-либо, должно быть сделано с этим страхом, а не с медитацией.

Будда практиковал много способов. Иногда кто-нибудь говорил ему: «Я боюсь испытывать медитацию». Но так и должно быть: мас­теру следует говорить о том, что вы боитесь. Вы не можете решить за мастера... в этом и нет нужды - принимать самостоятельное решение. Поэтому когда кто-либо говорил: «Я боюсь медитации», Будда обыч­но говорил: «Вы выполнили первое требование». Если вы говорите себе, что вы боитесь медитации, то значит, что-то становится воз­можным. Тогда что-то может быть сделано, потому что вы обнару­жили глубинную вещь. Итак, что такое страх? Медитируйте на него. Идите и выкопайте его прочь, вот в чем источник всего.

Все страхи в основном ориентированы на смерть. Каковы бы ни были их внешний вид, имя, форма, все страхи имеют в виду смерть. Если вы продвинетесь вглубь, вы обнаружите, что вы боитесь смерти.

Если кто-нибудь приходил к Будде и говорил: «Я обнаружил, что я боюсь смерти», Будда обычно говорил: «Тогда идите на пристань для сожжений, идите на кладбище и медитируйте на погребальный костер. Люди умирают ежедневно - их сжигают. Всего лишь оставай­тесь на маргхате - кладбище - и медитируйте на погребальный кос­тер. Когда члены семьи покойника уйдут, оставайтесь там. Просто смотрите на огонь, на горящее тело. Когда все превратится в дым, вглядывайтесь в него поглубже. Не думайте, просто медитируйте на него в течение трех месяцев, шести месяцев, девяти месяцев.

Когда вы определенно убедитесь в том, что смерти невозможно избежать, когда станет абсолютно определенно известно, что смерть есть способ жизни, что смерть имплантирована в жизнь, что смерть будет обязательно, что нет другого пути и вы уже на этом пути, только тогда приходите ко мне».

После медитации на смерти, после ежедневного наблюдения - днем и ночью - сжигаемых мертвых тел, рассыпающихся в пепел, - только дым остается от них, да и тот исчезает - после медитации в течение нескольких месяцев подряд возникнет определенность: смерть неизбежна. На самом деле это единственная определенность. Единственной определенной вещью в жизни является смерть. Все остальное не является определенным: оно может быть, а может и не быть. Но по поводу смерти вы не можете сказать, что она может быть, а может и не быть. Она есть, она всегда будет. Она уже существует. В тот момент, когда вы вошли в жизнь, вы вошли и в смерть. И теперь с этим ничего нельзя поделать.

Когда смерть становится определенной, то страха нет. Страх всег­да живет вместе с вещами, которые могут быть изменены. Если смерть должна наступить, то страх исчезает. Если вы можете изме­ниться, если вы можете предпринять что-нибудь по отношению к смерти, то страх останется. Если же ничего нельзя поделать, если вы уже в ней, тогда абсолютно определенно страх исчезнет. Когда страх смерти исчез, Будда позволит вам медитировать. Он говорил: «Те­перь ты можешь медитировать».

И вы тоже забирайтесь глубоко в свой ум. Выслушивание бесед об этих техниках будет полезным лишь тогда, когда ваши внутренние барьеры сломаны, когда внутренний страх исчез и вы определенно поняли, что смерть является реальностью. Поэтому если вы умрете в медитации, то это не страшно - смерть предопределена. Даже если смерть наступит при медитации, страха нет. Только тогда сможете вы двигаться - и тогда вы сможете двигаться со скоростью ракеты, потому что барьеров больше нет.

Проблема не дистанция, а барьеры. Если барьеров нет, вы сможете двигаться сию же минуту. Вы все еще здесь из-за барьеров. Это барьерный бег, а вы продолжаете ставить все новые и новые барьеры. Вы чувствуете себя хорошо, когда преодолеваете барьер; вы чувствуете себя хорошо оттого, что только что преодолели барьер. А идиотизм этого, глупость этого заключается в том, что новый барьер ставится в том же месте, где стоял старый. Его здесь и не было. Вы продолжаете ставить барьеры, затем перепрыгиваете через них и чувствуете себя хорошо; затем вы продолжаете ставить еще барьеры и снова прыгаете. Вы движетесь по кругу и никогда, никогда не достигаете центра.

Ум создает барьеры, потому что он боится. Он даст вам много объяснений того, почему вы не делаете медитацию. Не верьте ему. Идите вглубь, выясните основную причину. Почему человек продол­жает говорить о пище и все же никогда не ест? В чем проблема? Человек кажется сошедшим с ума!

Иной человек продолжает говорить о любви и никогда не любит, а другой продолжает говорить о чем-то другом и тоже никогда не делает ничего, связанного с этим. Эти разговоры становятся навяз­чивой идеей; они становятся принужденными. Кто-то продолжает разговоры, а кто-то считает эти разговоры самим деланием. Разго­варивая, вы думаете, что что-то делаете, поэтому чувствуете облегче­ние. Вы делаете что-то - как минимум разговариваете, как минимум читаете, как минимум слушаете. Это не делание. Это заблуждение, - не вводите себя в заблуждение.

Я буду говорить здесь об этих ста двенадцати методах не для того чтобы дать пищу вашему уму, не для того, чтобы сделать вас более знающими, не для того, чтобы сделать вас более информированны­ми. Я не пытаюсь сделать из вас ученых мужей. Я говорю здесь для того, чтобы дать вам некоторые техники, которые могут изменить вас. Поэтому, какой бы метод ни показался вам привлекательным, не начинайте говорить о нем - делайте его! Молчите о нем и делайте его. Ваш ум поднимет много вопросов. Перед тем, как спрашивать меня запросите глубины самого себя. Спросите свои глубины, являются ли эти вопросы действительно важными или ваш ум просто вводит вас в заблуждение.

Делайте, потом спрашивайте. Тогда ваши вопросы приобретут практический смысл. А я знаю, какие вопросы задают вследствие делания, а какие просто из любопытства, просто из-за интеллекта. Поэтому время от времени я совсем не буду отвечать на ваши интел­лектуальные вопросы. Делайте что-нибудь - тогда ваши вопросы станут существенными. Вопросы вроде тех, что это упражнение яв­ляется слишком легким, не задаются после делания. Эти методы не являются такими простыми! И в конце я должен повторить снова:

Вы уже являетесь истиной.

Нужна только определенная осознанность.

Вы не должны идти куда-либо в другое место. Вы должны идти внутрь себя, и в путь можно отправиться сейчас же. Если вы сможете отбросить свой ум, вы сможете войти в здесь и сейчас.

Эти техники предназначены для того, чтобы отбросить свой ум. Эти техники, на самом деле, не для медитации; они для отбрасыва­ния ума. Если ума здесь нет, вы есть!

Я думаю, что этого достаточно на сегодня, даже более чем доста­точно.

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 5

 

ПЯТЬ ТЕХНИК НА ВНИМАТЕЛЬНОСТЬ

 

5 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

 

Сутры:

5. Внимание между бровями, пусть ум будет находиться перед мыслями. Дай форме заполниться сущностью дыхания до верхней части головы, а там - поток как свет.

6. Занимаясь мирской деятельностью, удерживай внимание между двумя дыханиями. Практикуя это, в несколько дней будешь рождена заново.

7. При наличии неосязаемого дыхания в центре лба, когда оно достигает сердца в момент засыпания, управляй своими сновидениями и самой смертью.

8. С предельной преданностью центрируйся на двух точках соединения дыхания и познай познающего.

9. Лежи как мертвая. Будучи взбешенной до ярости, оставайся в этом состоянии. Или пристально смотри, не моргая ресницами. Или соси что-нибудь и стань сосанием.

 

Когда один из великих греческих философов Пифагор прибыл в Египет, чтобы поступить в школу - секретную эзотерическую школу мистицизма - ему было отказано. А Пифагор был одним из величай­ших умов, когда-либо рожденных на Земле. Он не мог понять этого. Он обращался с просьбой снова и снова, но ему говорили, что пока он не пройдет специальную тренировку по голоданию и дыханию, ему не будет разрешено поступить в школу.

Известно, что Пифагор сказал: «Я приехал за знаниями, а не за какими-то тренировками». Но руководители школы сказали: «Мы не можем давать тебе знания, пока ты не станешь другим. И мы совсем не интересуемся, на самом деле, знаниями, мы интересуемся по­длинными переживаниями. Никакие знания не являются знаниями, пока они не пережиты и проверены на опыте. Поэтому ты должен будешь пройти сорокадневный пост, непрерывно дышать определен­ным образом с определенной осознанностью некоторых моментов».

Другого пути не было, поэтому Пифагор вынужден был пройти эти тренировки. После сорокадневного голодания и дыхания, осоз­нания и внимания, он был принят в школу. Говорят, что Пифагор сказал: «Вы не позволили войти в школу Пифагору. Теперь я совер­шенно другой человек, я рожден заново. Вы были правы, а я был не прав, потому что тогда моя точка зрения была интеллектуальной. Благодаря этому очищению центр моего существа изменился. Из ума он опустился в сердце. Теперь я могу все чувствовать. До этой тренировки я мог понимать все только с помощью интеллекта, толь­ко с помощью головы. Теперь я могу чувствовать. Теперь истина является для меня не концепцией, а жизнью. Это не философия, а, скорее, переживание - экзистенциальность».

Какую же тренировку он прошел? Эти пять техник и были теми техниками, которые были преподаны Пифагору. Они были препода­ны в Египте, но они из Индии.

 

5. Сфокусируй свое внимание на третьем глазе

Пятая дыхательная техника: Внимание между бровями, пусть ум будет находиться перед мыслями. Дай форме заполниться сущно­стью дыхания до верхней части головы, а там - поток как свет.

 

Это была техника, данная Пифагору. Пифагор поехал с этой техникой в Грецию и там, фактически, стал началом, источником всего западного мистицизма. Он является отцом всего мистицизма на Западе.

Эта техника является одним из самых глубоких методов. Попы­тайтесь понять это: Внимание между бровями... Современная физиология, научные исследования говорят, что между двумя бровями имеется железа, которая является наиболее таинственной частью нашего тела. Эта железа, называемая шишковидной, является согласно тибетским воззрениям третьим глазом - шиванетра; согласно тантрическим воззрениям - это глаз Шивы. Между двумя глазами существует третий глаз, но он не функционирует. Он здесь, он может функционировать в любой момент, но обычно он не функционирует. Вы должны сделать с ним нечто, чтобы открыть его. Он не является незрячим; он просто закрыт. Эта техника предназначена для того, чтобы открыть третий глаз.

Внимание между бровями... Закройте глаза, а затем сфокусируйте оба глаза как раз в середине между двумя бровями. Сфокусируйтесь как раз посередине, с закрытыми глазами, но так, как будто вы смот­рите двумя вашими глазами. Сконцентрируйте на этом все свое внимание.

Это один из простейших методов концентрации внимания. Вы не сможете так легко сфокусировать свое внимание на других частях тела. Эта железа очень сильно притягивает внимание. Если вы пере­ведете на нее свое внимание, то оба ваших глаза будут загипнотизи­рованы этим третьим глазом. Они зафиксируются; они не смогут двигаться. Если вы попытаетесь сфокусировать внимание на какой-нибудь другой части тела, то это будет трудно. Этот третий глаз схватывает внимание, насильно удерживает внимание; для внима­ния он является магнетическим. Этот факт используют все методы всего мира. Это простейший метод для тренировки вашего внима­ния, поскольку не только вы стараетесь быть внимательными, но и сама железа помогает вам; она является магнетической. Ваше вни­мание приковывается к ней насильно. Оно поглощается.

В старинных рукописях тантры утверждается, что внимание яв­ляется пищей для третьего глаза. Он голоден; он голодает в течение многих жизней. Если вы уделяете ему внимание, он оживает. Он оживает! Ему дали пищу. А раз вы знаете, что внимание является пищей, раз вы чувствуете, что ваше внимание магнетически притя­гивается, толкается самим третьим глазом, то это внимание не будет трудным делом. Нужно знать только правильную точку. Поэтому просто закройте глаза, пусть оба ваших глаза будут направлены к середине, попытайтесь почувствовать точку. Когда вы почувствуете точку, ваши глаза вдруг зафиксируются. Когда вам станет трудно двигать ими, знайте, что вы уловили правильную точку.

Внимание между бровями, пусть ум будет находиться перед мыс­лями... Если это внимание уже установлено, то в первый раз вы придете к переживанию странного явления. В первый раз вы увидите мысли, бегущие перед вами; вы превратитесь в очевидца, свидетеля. Это как экран кино: мысли бегут, а вы являетесь наблюдателем. Раз ваше внимание сфокусировано на середине третьего глаза, вы немед­ленно становитесь наблюдателем мыслей.

Обычно вы не являетесь наблюдателем, вы отождествляетесь со своими мыслями. Если в вас сидит гнев, вы становитесь гневом. Если мысли движутся, вы не являетесь наблюдателем, вы станови­тесь единым целым со своими мыслями, вы отождествлены с ними и вы движетесь вместе с ними. Вы становитесь мыслью; вы прини­маете форму мысли. Когда там есть секс, вы становитесь сексом, когда там есть гнев, вы становитесь гневом, когда там есть алчность, вы становитесь алчностью. Любое движение мыслей отождествляет­ся с вами. Между вами и мыслью нет никакого промежутка.

Но, сфокусировав внимание на третьем глазе, вы внезапно ста­новитесь наблюдателем. Благодаря третьему глазу вы становитесь наблюдателем. Благодаря третьему глазу вы можете наблюдать мыс­ли, бегущие, как облака в небе, или идущие, как люди по улице.

Вы сидите у своего окна, глядя на небо или на людей на улице; вы не отождествляетесь с ними. Вы в стороне, вы наблюдатель на холме - вы отличны от них. Теперь, если в вас сидит гнев, вы можете смотреть на него, как на объект. Теперь вы не чувствуете, что вы есть гнев. Вы чувствуете, что вы окружены гневом - облака гнева плавают вокруг вас, - но вы не являетесь гневом. А если вы не являетесь гневом, гнев становится бессильным, он не может воздействовать на вас; вы остаетесь неприкосновенными. Гнев придет и уйдет, а вы останетесь центрированными в самом себе.

Эта пятая техника является техникой поиска свидетеля. Внима­ние между бровями, пусть ум будет находиться перед мыслями. Те­перь посмотрите на ваши мысли, теперь встретьте ваши мысли. Пусть форма заполнится сущностью дыхания в верхней части головы, а там - поток как свет. Когда дыхание сфокусировано на третьем глазе, между двумя бровями, случается два события. Первое - это то, что внезапно вы превращаетесь в свидетеля.

Это может случиться двумя способами. Вы становитесь свидете­лем, и тогда вы будете центрированы на третий глаз. Попытайтесь быть свидетелем. Что бы ни случилось, пытайтесь быть свидетелем. Вы больны, тело болит и недомогает, вы в мучениях и страданиях, что бы там ни было - будьте свидетелем этого. Что бы ни случилось, не отождествляйте себя с ним. Будьте свидетелем, наблюдателем. Тогда, если свидетельство станет возможным, вы будете сфокусиро­ваны на третьем глазе.

Имеет также место и обратное. Если вы сфокусированы на треть­ем глазе, вы станете свидетелем. Это две части единого целого. Итак, первое: быть центрированным на третьем глазе означает быть свиде­телем самого себя. Теперь вы можете встретиться со своими мысля­ми. Это будет первое. А второе будет заключаться в том, что теперь вы сможете почувствовать тонкие, деликатные вибрации дыхания. Теперь вы можете почувствовать форму дыхания, самую суть дыха­ния.

Прежде всего, постарайтесь понять, что подразумевается под «формой» и под «сущностью дыхания». Когда вы дышите, вы вдыха­ете не только воздух. Наука утверждает, что вы дышите только возду­хом - только кислородом, водородом и другими газами, входящими в состав воздуха. Они говорят, что вы дышите воздухом! Но тантра утверждает, что воздух является только транспортным средством, а не самостоятельной сущностью. Вы дышите праной - жизненной силой. Воздух является просто посредником; прана является содер­жимым. Вы дышите праной, а не воздухом.

Современная наука все еще не в состоянии выяснить, имеется ли что-либо типа праны, но некоторые исследователи почувствовали что-то таинственное. Дыхание - это не просто воздух. Это также почувствовали многие современные исследователи. Следует указать, в частности, одно имя - Вильгельма Райха, немецкого психолога, который назвал это «оргонной энергией». Это то же самое, что прана. Он говорит, что во время дыхания воздух является просто сосудом, в котором переносится таинственное содержимое, которое может быть названо «оргоном», или праной, или жизненной силой. Но оно очень трудноуловимо. Фактически оно не является материальным. Воздух является материальным - сосуд является материальным, - но нечто неуловимое, нематериальное движется с его помощью.

Воздействие этого можно почувствовать. Если вы находитесь рядом с очень энергичным человеком, то вы почувствуете, что от него исходит некоторая энергия. Если вы находитесь рядом с очень вя­лым человеком, то вы почувствуете себя ослабленным, как будто из вас что-то было выкачано. Почему вы чувствуете себя таким усталым после посещения больницы? Из вас высасывают со всех сторон. Вся больничная атмосфера является больной, и каждый здесь нуждается в большем количестве жизненной энергии, в большем количестве праны. Поэтому, когда вы находитесь там, прана начинает вытекать из вас. Почему вы иногда чувствуете удушье, когда находитесь в толпе? Потому, что из вас выкачивают вашу прану. Когда вы один утром находитесь под небом, под деревьями, вы вдруг чувствуете в себе жизненную энергию - прану. Каждый человек нуждается в неко­тором пространстве. Если этого пространства нет, ваша прана отка­чивается.

Вильгельм Райх выполнил много экспериментов, но его считали сумасшедшим. Наука имеет свои собственные предрассудки, и она является очень ортодоксальной. Наука все еще не может почувство­вать здесь что-либо, кроме воздуха, но Индия экспериментирует с этим уже в течение многих столетий.

Вы, возможно, слышали об этом, или вы возможно даже видели кого-нибудь, кто собирается в самадхи, космическое сознание - в под­земное самадхи - в течение нескольких дней без доступа воздуха. Один человек отправился в такое подземное самадхи в Египте в 1880 году на сорок лет. Те, кто похоронил его, все умерли, потому что он должен был вернуться из своего самадхи в 1920 году, спустя сорок лет. В 1920 году никто не верил, что его можно найти живым, но он оказался живым. Он прожил после этого еще несколько десятков лет. Он стал совершенно бледным, но он был жив. А он совершенно не имел доступа воздуха.

Его спрашивали врачи и другие: «В чем секрет этого?»

Он отвечал: «Мы не знаем. Мы знаем только, что прана может входить во все и проникать везде». Воздух проникать не может, а прана может. Раз вы знаете, что вы можете поглощать прану непос­редственно, без какого-либо сосуда, то вы можете отправляться в самадхи даже на века.

Если вы сфокусируетесь на третьем глазе, то внезапно вы сможе­те наблюдать саму сущность дыхания - не само дыхание, а его сущ­ность, прану. А если вы можете наблюдать сущность дыхания, прану, то вы находитесь в точке, с которой случается прыжок, прорыв.

Сутра говорит: Дай форме заполниться сущностью дыхания до верхней части головы... А когда вы придете к ощущению сущности дыхания, праны, то только представьте себе, что ваша голова запол­нена ею - только представьте. Не требуется никакого усилия. Я объ­ясню вам, как работает воображение. Когда вы сфокусированы на третьем глазе, то представьте и это случится - тогда и там.

Сейчас ваше воображение просто ослаблено - вы продолжаете воображать и ничего не получается. Но иногда, в обычной жизни также случается нечто. Вы думаете о своем друге и вдруг - стук в дверь. Вы говорите, что это совпадение, что пришел ваш друг. Иногда ваше воображение срабатывает просто как совпадение. Но когда бы это у вас ни случалось, сейчас попытайтесь вспомнить и проанализи­ровать это. Когда бы это ни случилось, что ваше воображение стало реальностью, войдите внутрь этого явления и исследуйте его. Ваше внимание должно было быть где-то около третьего глаза. Когда бы это совпадение ни случилось, это не было совпадением. Это только так выглядит, поскольку вы не обладаете некоторыми тайными знаниями. Ваш ум, видимо, двигался около третьего глаза, не понимая этого. Если ваше внимание сосредоточено на третьем глазе, то одного воображения достаточно, чтобы создать любые явления.

Эта сутра говорит, что когда вы сфокусированы между бровями и можете почувствовать саму сущность дыхания, дайте форме на­полниться. Теперь представьте, что эта сущность заполняет всю вашу голову, особенно верхнюю часть головы, сахасрару - наивысший психический центр. И в тот момент, когда вы представите это, она наполнится. Там - в верхней части головы - поток как свет. Эта праническая сущность изливается из верхней части вашей головы как свет. И она действительно начнет изливаться, и под потоком света вы будете освежены, возрождены, станете совершенно другим. Вот что означает это внутреннее возрождение.

Итак, если ваше воображение сфокусировано на третий глаз, оно становится более сильным, более энергичным. Вот почему так много настоятельных просьб относительно чистоты. Перед выполнением этих практик следует очиститься. Для тантры чистота не является моральным понятием, чистота является существенной - поскольку если вы сфокусированы на третьем глазе и ваш ум нечист, то ваше воображение может стать опасным: опасным для вас, опасным для других. Если вы думаете о том, чтобы убить кого-нибудь, если эта идея находится в вашем уме, то одно воображение может убить чело­века. Вот почему столько настоятельных требований, чтобы, прежде всего вы были чистыми.

От Пифагора потребовали пройти через голодание и через спе­циальное дыхание - то, о котором мы сейчас говорим, - поскольку человек путешествует по очень опасным местам. Поскольку где сила, там и опасность, а если ум нечист, то где бы вы ни получили силу, ваши нечистые мысли тотчас же завладеют ею.

Вы много раз воображали убийство, но, к счастью, воображение не может совершать работу. Если бы оно работало, если бы оно мгновенно активизировалось, то оно бы стало опасным - не только для других, но и для вас, поскольку сколько раз вы думали о том, чтобы совершить самоубийство. Если же ум сфокусирован на треть­ем глазе, то одна мысль о самоубийстве превратится в самоубийство. У вас не будет времени что-либо изменить, это случится немедленно.

Вы, вероятно, наблюдали кого-либо, кого гипнотизируют. Когда кого-то гипнотизируют, гипнотизер может что-то приказать и гип­нотизируемый немедленно исполнит это. Каким бы абсурдным ни был приказ, каким бы нерациональным или даже невозможным, гипнотизируемый последует ему. Как это получается? Пятая техни­ка является основой всего гипнотизма. Когда кого-нибудь гипноти­зируют, его просят сфокусировать глаза на конкретную точку - на какой-нибудь источник света, на точку на стене или на чем-то другом или на глаза гипнотизера.

Когда вы фокусируете ваши глаза на какой-либо конкретной точке, то спустя не более трех минут ваше внутреннее внимание начинает струиться по направлению к третьему глазу. И в тот мо­мент, когда ваше внутреннее внимание потекло к третьему глазу, ваше лицо начинает меняться. И гипнотизер может определить, ког­да ваше лицо изменилось. Вдруг ваше лицо теряет жизненность. Оно становится мертвым, как будто бы глубоко засыпает. Гипнотизер немедленно замечает, когда ваше лицо потеряло румянец, жизнен­ность. Это означает, что сейчас ваше внимание притягивается треть­им глазом. Ваше лицо становится мертвым; вся энергия течет по направлению к третьему глазу.

Теперь гипнотизер знает, что все, что будет сказано, случится. Он говорит: «Сейчас вы засыпаете» - и вы немедленно засыпаете. Он говорит: «Теперь вы становитесь бессознательным» - вы немедленно становитесь бессознательным. Если он скажет: «Теперь вы Наполе­он», вы станете им. Вы начнете вести себя как Наполеон, говорить как Наполеон. Ваши жесты изменятся. Ваша бессознательность будет воспринимать приказы и будет формировать вашу деятельность. Если вы страдаете от некоторой болезни, то теперь можно скомандо­вать, чтобы болезнь исчезла, и она исчезнет. А можно создать и любую новую болезнь.

Вложив в вашу руку обыкновенный камень с улицы, гипнотизер может сказать: «В вашей руке огонь», - и вы почувствуете интенсив­ное тепло; ваша рука станет обожженной - и не только в уме, но и на самом деле. Действительно ваша кожа будет обожжена. Вы будете иметь ощущение ожога. Что произошло? Огня ведь нет, есть обыч­ный холодный камень. Как? Как случился этот ожог? Вы сфокусиро­ваны на третьем глазе, ваше воображение получило предложения от гипнотизера, и они осуществились. Если гипнотизер скажет: «Теперь вы мертвы», - вы немедленно умрете. Ваше сердце остановится. Оно действительно остановится.

Это происходит из-за третьего глаза. В третьем глазе воображе­ние и осуществление не являются различными сущностями. Вооб­ражение является фактом. Вообразите, и это осуществится. Между мечтой и реальностью нет промежутка. Между мечтой и реальностью нет никакого промежутка! Мечтайте и мечта станет реальностью. Вот почему Шанкара говорил, что весь мир есть не что иное, как мечта, сновидение божественного... видение божественного! Это потому, что божественное центрируется в третьем глазе - всегда, вечно - поэтому все, о чем мечтает божественное, становится реальностью. Если вы центрированы на третий глаз, то любая ваша мечта также станет реальностью.

Сарипутта пришел к Будде. Он много медитировал, а затем к нему стали приходить много видений, много явлений, как это слу­чается со всеми, кто глубоко входит в медитацию. Он начал видеть рай, он начал видеть ад, он начал видеть ангелов, богов, демонов. И они были реальными, настолько реальными, что он прибежал к Буд­де и рассказал ему, что к нему пришли такие-то и такие-то видения. Но Будда сказал: «Это все ничто - просто мечты. Просто мечты, видения!»

Но Сарипутта сказал: «Они так реальны. Как я могу сказать, что это видения? Если я в моем видении вижу цветок, то он более реален, чем какой-либо другой цветок в мире. От него распространяется благоухание; я могу ощущать его. Я вас не вижу так реально. Этот цветок является более реальным, чем вы, находящийся рядом, поэ­тому как мне установить различия между тем, что есть реальность, и тем, что есть видение?»

Будда сказал: «Сейчас, когда твое внимание сфокусировано на третьем глазе, видение и реальность - это одно целое. О чем бы ты ни мечтал, оно будет реальностью; верно также и обратное».

Для того, кто сфокусирован на третьем глазе, мечта будет стано­виться реальностью, а вся реальность станет просто мечтой, снови­дением, поскольку, когда ваша мечта становится реальностью, вы знаете, что между ней и реальностью нет никакой принципиальной разницы. Поэтому, когда Шанкара говорит, что весь этот мир есть просто майя, видение божественного, то это не теоретическое предположение, не философское утверждение. Это, скорее, внутреннее переживание того, кто сфокусирован на третьем глазе.

Когда вы сфокусированы на третьем глазе, только представьте себе, что прана изливается из верхней части головы, так, как если бы вы сидели под деревом и были осыпаемы цветами, или так, как если бы вы были под открытым небом и вдруг облака начали бы изливать­ся дождем, или как если бы вы сидели утром, а солнце поднялось и стало изливать на вас свои лучи. Вообразите себе это и немедленно появится поток - поток света, изливающийся из верхней части вашей головы. Этот поток восстановит вас, даст вам новое рождение. Вы возродились, получили новую жизнь.

 

6. Фокусируйся на промежуток в течение твоей дневной деятель­ности

Шестая дыхательная техника: Занимаясь мирской деятельно­стью, удерживай внимание между двумя дыханиями, и, практикуя это, в несколько дней будешь рождена заново.

Занимаясь мирской деятельностью, удерживай внимание между двумя дыханиями... Забудьте о дыхании - удерживайте внимание на промежутках между ними. Одно дыхание вошло внутрь: прежде, чем оно начнет возвращаться, прежде чем начнется выдох, возникнет некоторый промежуток, временной интервал. Одно дыхание полно­стью вышло; прежде, чем оно направится в обратную сторону - про­межуток. Занимаясь мирской деятельностью, удерживай внимание между двумя дыханиями, и, практикуя это, в несколько дней будешь рождена заново. Но это должно делаться непрерывно. Эта шестая техника должна исполняться непрерывно. Вот почему это подчерки­вается: занимаясь мирской деятельностью... Что бы вы ни делали, удерживайте свое внимание на промежутке между двумя дыхания­ми. Но это должно практиковаться во время обычной деятельности.

Мы уже обсуждали одну технику, которая похожа на эту. Сейчас здесь только то отличие, что она должна практиковаться во время мирской деятельности. Не практикуйте ее в изоляции. Эта практика предназначена для того, чтобы вы занимались ею в то время, когда вы заняты чем-либо другим. Вы едите – продолжайте есть и концентрируйте внимание на промежутке. Вы идете - продол­жайте идти и концентрируйте внимание на промежутке. Вы собира­етесь спать - ложитесь, позвольте сну прийти, но продолжайте быть внимательным к промежутку. Почему при другой деятельности?

Потому что деятельность отвлекает ум, деятельность взывает к ваше­му вниманию снова и снова. Не отвлекайтесь, будьте зафиксированы на промежутке. И не прекращайте свою деятельность, пусть она про­должается. У вас будет два слоя существования - делание и бытие.

Вы имеете два слоя существования: мир делания и мир бытия; окрестности и центр. Продолжайте работать на периферии, в окрест­ностях; не прекращайте эту деятельность. Но продолжайте также внимательно работать и в центре. Что при этом случится? Ваша деятельность станет игрой, как будто вы играете некоторую роль.

Вы играете некоторую роль - например, в спектакле. Вы станови­тесь Рамой или вы становитесь Христом. Вы действуете как Христос или как Рама, но все-таки остаетесь самим собой. В центре вы знаете, кто вы такой; на периферии вы продолжаете действовать как Рама, Христос или кто-нибудь другой. Вы знаете, что вы не Рама - вы играете роль. Вы знаете, кто вы на самом деле. Ваше внимание цент­рировано на вас самих; ваша деятельность продолжается на перифе­рии.

Если практикуется этот метод, то вся ваша жизнь превращается в долгий спектакль. Вы будете актером, играющим роль, но вы будете постоянно центрированы на промежутке. Если вы забудете про про­межуток, то вы перестанете играть роль, вы сами станете персонажем. Тогда это не спектакль; вы ошибочно принимаете это за жизнь. Вот что мы на самом деле делаем. Каждый думает, что он проживает жизнь. Это не жизнь, это просто роль - роль, которая была дана вам обществом, обстоятельствами, культурой, традициями, страной, си­туацией. Вам была выделена роль и вы играете ее; вы отождествили себя с нею. Эта техника для того и предназначена, чтобы сломать это отождествление.

Кришна имеет много имен. Кришна является одним из величай­ших актеров. Он постоянно центрирован на самом себе и играет - играет много ролей, много спектаклей, но совершенно несерьезно. Серьезность приходит вместе с отождествлением. Если вы в спектак­ле действительно становитесь Рамой, то должны появиться пробле­мы. Эти проблемы возникнут из-за вашей серьезности. Когда Сита украдена, вы можете получить сердечный приступ и весь спектакль будет остановлен. Если вы действительно стали Рамой, сердечный приступ неизбежен... возможен даже инфаркт.

Но вы всего лишь актер. Сита украдена, но ничего не украдено. Вы вернетесь домой и мирно заснете. Даже во сне вы не почувствуете, что Сита украдена. Когда Сита была на самом деле украдена, сам Рама плакал, кричал и спрашивал деревья: «Куда пропала моя Сита? Кто увел ее?» И этот момент следует понять. Если Рама действительно плачет и спрашивает деревья, то он стал отождествленным. Он не является больше Рамой; он не является больше божественной лич­ностью.

Следует помнить, что для Рамы его реальная жизнь также явля­ется всего лишь ролью. Вы видите других актеров, играющих Раму, но и сам Рама всего лишь играет роль - на величайшей сцене, конеч­но.

В Индии есть об этом прекрасная история. Я думаю, что эта история уникальна; такой истории нет ни в одной другой части мира. Говорят, что Валмики написал Рамаяну до того, как был рожден Рама, а Рама потом должен был следовать этой истории. Поэтому первые же действия Рамы были просто спектаклем. История была написана до того, как Рама был рожден, а потом Рама должен был следовать ей, поскольку, что ему оставалось делать? Когда человек, подобный Валмики, пишет историю, Рама должен следовать ей. Так что все было определенным образом предопределено. И Сита должна была быть украдена, и войны должны были вестись.

Если вы сможете понять это, то вы сможете понять теорию пред­определения, бхагьи - судьбы. Она имеет очень глубокое значение. А значение ее в том, если вы ее принимаете, что для вас все определено заранее, ваша жизнь становится спектаклем. Если вы играете роль Рамы в спектакле, то вы не можете изменить ее, все зафиксировано, даже ваши диалоги. Если вы говорите что-либо Сите, то все это повторение чего-либо уже зафиксированного. Вы не можете изме­нить ничего, если жизнь принимается как нечто предопределенное.

Если вы умираете, например, в определенный день, то это пред­определено. Если вы будете умирать, вас будут оплакивать, и это тоже предопределено. Такие-то и такие-то лица, которые окружают вас - это тоже зафиксировано. Если все зафиксировано, то все превраща­ется в спектакль. Если все зафиксировано, то это значит, что вы просто исполняете этот спектакль. Вас не просят прожить его, но вас просят сыграть его.

Эта шестая техника предназначена только для того, чтобы пре­вратить вашу жизнь в психологическую пьесу - просто в игру. Вы фокусируетесь на промежутке между двумя дыханиями, а жизнь продолжается, продолжается на периферии. Если ваше внимание обращено к центру, то на периферии его нет - это только «подвнимание»; это просто случается где-то около вашего внимания. Вы можете чувствовать его, вы можете знать о нем, но это не существенно. Это так, как будто оно и не случается с вами. Я снова повторяю: если вы практикуете эту шестую технику, то вся ваша жизнь как будто и не случается с вами, как будто она случается с кем-нибудь другим.

 

7. Техника для осознанности во сне

Седьмая дыхательная техника: При наличии неосязаемого дыха­ния в центре лба, когда оно достигает сердца в момент засыпания, управляй своими сновидениями и самой смертью.

Вы все больше и больше входите в более глубокие слои. При наличии неосязаемого дыхания в центре лба... Если вам стал известен третий глаз, то вы знаете о неосязаемом дыхании, о невидимой пране в центре лба, а тогда вы знаете и об излиянии - энергии световых потоков. Когда оно достигает сердца... Когда поток достигнет вашего сердца... в момент засыпания, управляй своими сновидениями и самой смертью.

Воспринимайте эту технику состоящей из трех частей. Во-пер­вых, вы должны быть в состоянии почувствовать в дыхании прану - неосязаемую часть его, невидимую часть его, нематериальную часть его. Это ощущение приходит тогда, когда вы сконцентрировали свое внимание между бровями; тогда оно легко приходит. Когда вы скон­центрировали свое внимание на промежутке, оно тоже приходит, но с меньшей легкостью. Если вы осознали центр своего пупка, куда дыхание приходит, касается и откуда оно идет обратно, то это ощу­щение тоже приходит, но с еще меньшей легкостью. Самым легким способом осознания невидимой части дыхания является концентра­ция внимания на третьем глазе. Но на чем бы вы ни сконцентриро­вались, это осознание придет, и вы начнете чувствовать втекающую прану.

Когда вы сможете чувствовать втекающую в вас прану, вы смо­жете заранее узнать день своей смерти. Если вы сможете чувствовать невидимую часть вашего дыхания, вы сможете узнать о дне своей смерти за шесть месяцев. Почему многие святые предсказывают день своей смерти? Это легко, поскольку, раз вы можете видеть содер­жимое своего дыхания, втекающую в вас прану, то вы сможете почув­ствовать и обратный процесс. Перед смертью, за шесть месяцев до смерти процесс становится обратным: прана начинает вытекать из вас. Тогда дыхание не вносит ее внутрь. Скорее наоборот, дыхание выносит ее - то же самое дыхание.

Вы не можете видеть этого, поскольку вы не познали невидимую часть дыхания - вы знаете только видимую часть, вы знаете только транспортное средство. Транспортное средство останется тем же са­мым. Сейчас дыхание несет прану внутрь и оставляет ее там; транс­порт возвращается обратно пустым. Снаружи он опять наполняется праной и идет внутрь. Так что входящее и выходящее дыхания не являются одним и тем же, запомните это. Входящее и выходящее дыхания являются одним и тем же, как транспортное средство, но входящее дыхание заполнено праной, а выходящее является пустым. Вы забираете прану внутрь, и дыхание становится пустым.

Когда вы приближаетесь к смерти, происходит обратное. Входя­щее дыхание приходит без праны, пустым, потому что ваше тело не может больше впитывать прану из космоса. Вы собираетесь умирать; в ней больше нет потребности. Весь процесс принимает обратный характер. И когда дыхание идет наружу, оно берет с собой прану. Тот, кто в состоянии видеть невидимое, может сразу же узнать день своей смерти. За шесть месяцев процесс становится обратным.

Эта сутра является очень, очень важной: При наличии неосязаемо­го дыхания в центре лба, когда оно достигает сердца в момент засы­пания, управляй своими сновидениями и самой смертью. Эта техника должна практиковаться только в момент засыпания - только тогда и ни в какое другое время. Когда вы засыпаете, и только тогда; это единственно правильный момент для использования этой техники. Вы засыпаете. Постепенно, шаг за шагом сон одолевает вас. За какие-то мгновенья ваше сознание растворится, исчезнет; вы перестанете быть осознающим. Прежде, чем наступит этот момент, станьте осоз­нающим - осознайте дыхание и его невидимую часть, прану, почув­ствуйте, как она идет к сердцу.

Продолжайте чувствовать, что она идет к сердцу. Из вашего сер­дца прана переходит в тело. Продолжайте ощущать, что прана идет в ваше сердце, и пусть во время этого непрерывного ощущения придет сон. Вы продолжаете ощущать, а сон пусть приходит и овладевает вами.

Если это случится - вы будете ощущать невидимую часть дыха­ния, идущую к сердцу, а сон одолеет вас, - то вы будете осознающим и в своих сновидениях. Вы будете знать, что вы видите сон. Обычно мы не осознаем, что мы видим сон. Мы принимаем сновидения за реальность. Это тоже случается, но благодаря третьему глазу. Наблю­дали ли вы за засыпающим человеком? Его глаза перемещаются вверх и фокусируются на третьем глазе. Если вы не видели, то пона­блюдайте.

Ваш ребенок спит... приоткройте его глаза и посмотрите, куда они глядят. Его куклы ушли и его глаза сфокусированы на третьем глазе.

Я говорю, понаблюдайте за детьми, не надо наблюдать за взрослыми - им нельзя доверять, поскольку их сон не бывает глубоким. Они будут только думать, что они спят. Посмотрите на детей, их глаза перемещаются вверх. Они фокусируются на третьем глазе. Из-за этой концентрации на третьем глазе вы воспринимаете свои сны как реальность, вы не можете ощущать, что это сновидения - они реаль­ны. Когда вы утром проснетесь, вы узнаете. Тогда вы сообразите, что вы видели сон. Но это будет позже, это будет ретроспективное пред­ставление. Во сне вы не можете осознать, что вы видите сон. Если вы это осознаете, то значит, здесь имеются два слоя: имеет место сон, но вы не спите, вы являетесь осознающим. Эта сутра является чудесной для тех, кто остается осознающим в своих сновидениях. Она говорит: управляй своими сновидениями и самой смертью.

Если вы сможете осознавать сновидения, то вы сможете делать две вещи. Вы сможете сами создавать свои сновидения - это первое. Обычно вы не можете влиять на свои сны. Как бессилен человек! Вы не можете создать даже сновидение, мечту. Если вы захотите увидеть во сне что-то конкретное, вы не сможете это сделать; это не в вашей власти. Как слаб человек! Не может создать даже сновидение. Вы являетесь не создателем, а жертвой снов. Сны случаются с вами, вы ничего не можете сделать сами. Вы не можете ни остановить сон, ни создать его.

Но если вы засыпаете, помня о том, что сердце наполняется праной, непрерывно соприкасается с праной при каждом вдохе, вы станете хозяином своих сновидений - и это очень редкое свойство. Тогда вы можете видеть любые сны, какие вам только понравятся. Отметьте только для себя, когда вы засыпаете: «Я хочу смотреть такой-то сон», - и этот сон придет к вам. Засыпая, только скажите: «Я не хочу смотреть этот сон», - и этот сон не сможет войти в ваш ум.

Но в чем польза того, что вы стали хозяином своих снов? Разве это не бесполезно? Нет, это не бесполезно. Раз вы стали хозяином своих снов, то вы перестанете видеть сны - это абсурдно. Если вы станете хозяином своих снов, сновидения прекратятся; в них нет необходимо­сти. А когда сновидения прекратятся, ваш сон приобретет совершенно другое качество, и это качество делает сон подобным смерти.

Смерть есть глубокий сон. Если ваш сон становится таким глу­боким, как смерть, то это означает, что сновидений больше не будет. Сновидения придают сну поверхностность. Из-за снов вы перемеща­етесь наружу, из-за цепляния за сны вы перемещаетесь на поверх­ность. Когда нет снов, вы просто погружаетесь в пучину моря, достигаете его дна.

Тем же самым является и смерть. Вот почему в Индии всегда говорили, что сон - это кратковременная смерть, а смерть - это долговременный сон, качественно же они являются одним и тем же. Сон есть смерть в промежутке между дневными бодрствованиями. Смерть есть явление, происходящее в промежутке между двумя жиз­нями. Каждый день вы устаете. Вы засыпаете и к утру вновь приоб­ретаете свою жизненную силу, свою жизнеспособность; вы рождаетесь заново. После жизни в течение семидесяти или восьми­десяти лет вы предельно устаете. Теперь такие короткие промежутки смерти не действуют; вы нуждаетесь в большой смерти. После этой большой смерти или этого большого сна вы рождаетесь заново в совершенно новом теле.

Если вы узнаете сон без сновидений и сможете быть осознаю­щим во сне, то у вас не будет больше страха смерти. Никто никогда не умирает, никто не может умереть - это единственная невозмож­ность.

Вчера я говорил, что смерть является определенностью, а сейчас говорю, что смерть невозможна. Никто никогда не умирает и никто не может умереть - это единственная невозможность, - потому что вселенная есть жизнь. Вы рождаетесь снова и снова, но сон является таким глубоким, что вы забываете свою старую личность. Из вашего ума начисто стирается память.

Думайте об этом таким образом. Сегодня вы собираетесь спать: это так, как будто бы существует некоторый механизм - и скоро мы поймем его, - подобный тому, который стирает с ленты магнитофо­на, который может сделать ленту чистой, так что все, что бы там ни было записано, исчезает. То же самое возможно с памятью, посколь­ку память есть на самом деле глубокая запись. Рано или поздно, но у нас будет устройство, которое можно будет ввести в голову и которое вычистит полностью ваш ум. Утром вы не будете больше той же самой личностью, потому что вы не будете в состоянии вспомнить того, кто засыпал вечером. Тогда ваш сон будет выглядеть как смерть. Здесь будет нарушение непрерывности; вы не будете в состоянии вспомнить того, кто засыпал. Это случается и естественно. Когда вы умираете и снова рождаетесь, вы не можете вспомнить того, кто умирал. Вы начинаете заново.

При использовании этой техники вы, прежде всего, станете хо­зяином своих сновидений - это значит, что сновидения прекратятся. Если же вы захотите видеть сны, то вы будете в состоянии их видеть, но сновидения станут подчиняться вашим желаниям. Они не будут иметь место помимо вашего желания, они не будут насиловать вас; вы больше не будете жертвой. Это качество вашего сна станет подоби­ем смерти. Тогда вы узнаете, что смерть есть сон.

Вот почему эта сутра говорит: управляй своими сновидениями и самой смертью.

Мы знаем, что смерть это всего лишь долгий сон - и, к тому же, полезный и приятный, потому что он дает вам новую жизнь; он дает вам все новое. Смерть перестает существовать... с прекращением сно­видений смерть перестает существовать.

Приобретение власти над смертью имеет и другое значение - управление собой за пределами смерти. Если вы сумеете прийти к осознанию того, что смерть есть всего лишь сон, то вы будете в состоянии управлять ею. Если вы можете управлять своими снови­дениями, то вы также сможете управлять собой в состоянии смерти. Вы сможете выбрать, где вы будете рождены снова, в ком, когда, в какой форме; вы станете также хозяином своего рождения.

Будда умер... я не говорю о его последней жизни, я имею в виду его предпоследнюю жизнь перед тем, как он стал Буддой. Перед смертью он сказал: «Я буду рожден у таких-то и таких-то родителей; таким-то будет мой отец, такой-то будет моя мать. Но моя мать немедленно умрет... когда я буду рожден, моя мать немедленно умрет. Перед моим рождением у моей матери будут определенные сновидения». Вы отнимаете власть не только у своих сновидений, вы отнимаете власть также и у сновидений других людей. Итак, Будда, например, сказал: «Должны быть определенные сновиде­ния. Когда я буду в утробе, моя мать будет видеть определенные сны. Поэтому, какая бы женщина ни видела эти сны в определен­ной последовательности, знайте хорошо, что у нее собираюсь ро­диться я».

И это случилось. Мать Будды видела сны в той же самой после­довательности. Эта последовательность была известна по всей Ин­дии, потому что это утверждение не было обычным. Оно было известно всем, особенно тем, кто интересовался религией и более глубокими явлениями жизни и ее эзотерическими путями. Это ут­верждение было известно, поэтому сны были определенным образом истолкованы. Фрейд не был первым толкователем снов и, конечно же, не самым глубоким. Он был первым только на Западе.

Поэтому отец Будды немедленно пригласил толкователей снов, Фрейдов и Юнгов того времени, и сказал им: «Что означает эта последовательность? Я боюсь. Эти сновидения являются редкими, и они продолжают повторяться в той же самой последовательности. Здесь непрерывно повторяются одно, два, три, четыре, пять, шесть сновидений. Повторяются одни и те же сновидения, как будто кто-то смотрит один и тот же фильм снова и снова. Что происходит?»

И они сказали ему: «Вы будете отцом великого человека - чело­века, который должен стать буддой. Но тогда ваша жена в опасности, потому что когда бы этот будда ни родился, его матери трудно будет выжить».

Отец спросил: «Почему?» Толкователи ответили: «Мы не знаем почему, но этот человек, который собирается родиться, утверждал, что когда он снова родится, его мать немедленно умрет».

Позже Будду спросил: «Почему ваша мать немедленно умерла?» Он сказал: «Дать жизнь Будде является таким огромным событием, что все остальное после этого становится пустым, бесполезным. По­этому мать не могла существовать. Она должна будет родиться снова, чтобы стать обновленной. Дать жизнь Будде - это такая кульминаци­онная точка, такая вершина, что мать после нее не могла существо­вать».

Поэтому мать умерла. Кроме того, находясь в своей предыдущей жизни, Будда сказал, что его рождение произойдет под пальмовым деревом - так и произошло. Мать стояла под пальмовым деревом - стояла, пока Будда рождался. Кроме того, он сказал: «Я буду рожден, когда моя мать будет стоять под пальмовым деревом, и я сделаю семь шагов. Я немедленно буду ходить. Это будет знаком, который я подам вам так, что вы будете знать, что родился будда». И все это он выполнил.

И так было не только с Буддой. Так было с Иисусом, так было с Махавирой, так было со многими другими. Каждый джайнский тиртханкара предсказывал в своей предыдущей жизни, как он собира­ется родиться. Они также задавали определенную последовательность сновидений, - что должны быть такие-то и та­кие-то признаки - и они рассказывали, как это случится.

Вы можете управлять. Раз вы можете управлять вашими снови­дениями, то вы можете управлять всем, поскольку сновидения явля­ются весьма материальными в этом мире. Эта жизнь составлена из материала сновидений. Раз вы можете управлять вашими сновиде­ниями, то вы можете управлять всем. Сутра говорит, что даже самой смертью. Тогда вы можете дать себе определенное рождение, опреде­ленную жизнь.

Мы являемся просто жертвами. Мы не знаем, почему мы рожда­емся, почему мы умираем. Кто управляет нами - и почему? Кажется, что этому нет объяснений. Все это кажется просто хаосом, просто случайностью. И это потому, что мы не являемся хозяевами. Раз мы являемся хозяевами, это будет не так.

 

 

8. Наблюдай точку поворота с преданностью

Восьмая дыхательная техника: С предельной преданностью центрируйся на двух точках соединения дыхания и познай познающего.

Здесь имеются небольшие отличия в техниках - небольшие мо­дификации. Но хотя эти отличия в техниках и небольшие, для вас они могут быть большими. Единственное слово может сделать раз­личие большим. С предельной преданностью центрируйся на двух точках соединения дыхания. Входящее дыхание имеет одну точку поворота, выходящее имеет другую точку поворота. По поводу этих двух поворотов, - а мы уже обсуждали эти повороты - сделано неболь­шое отличие: небольшое с точки зрения техники, но для ищущего оно может оказаться большим. Добавлено только одно условие: с предельной преданностью - и вся техника становится другой.

В первоначальной форме вопроса о преданности не было, это была чисто научная техника. Вы делали ее, и она работала. Но име­ются люди, которые не могут делать такую сухую, научную технику. Для тех, кто ориентирован на сердце, для тех, кто принадлежит миру религии, было сделано небольшое отличие: с предельной преданно­стью центрируйся на двух точках соединения дыхания и познай позна­ющего.

Если вы не имеете склонности к науке, к научным положениям, если ваш ум не является научным, то испытайте следующее: с пре­дельной преданностью - с верой, любовью, доверием - центрируйся на двух точках соединения дыхания и познай познающего. Как это делать? Как? Вы можете быть преданным по отношению к кому-либо другому: по отношению к Кришне, по отношению к Христу. Но как можете вы быть преданным по отношению к самому себе, по отно­шению к точке поворота дыхания? Это явление кажется не имеющим абсолютно никакого отношения к преданности. Но это зависит от того, как посмотреть...

Тантра утверждает, что тело есть храм. Ваше тело есть храм бо­жественного, место обитания божественного, так что не смотрите на свое тело, как на некоторый объект. Оно является священным, оно является святым. И когда вы воспринимаете идущее внутрь дыхание, это дыхание воспринимаете не только вы, но и божественное внутри вас. Вы едите, вы двигаетесь или ходите... посмотрите на это таким образом: это не вы, а божественное движется в вас. Тогда все станет абсолютно божественным.

О многих святых говорят, что они любили свои тела. Они отно­сились к своим телам так, как если бы это были тела их возлюблен­ных. Вы можете относиться к своему телу таким образом или можете рассматривать его как механизм - это снова вопрос вашего отноше­ния к этому. Вы можете относиться к нему с чувством вины, греха; вы можете смотреть на него, как на нечто грязное; вы можете смот­реть на него, как на нечто сверхестественное, как на чудо; вы можете относиться к нему, как к местопребыванию божественного. Это зави­сит от вас. Если вы можете относиться к своему телу, как к храму, то эта техника окажется полезной: с предельной преданностью...

Испытайте ее. Когда вы едите, испытайте ее. Не думайте, что это вы едите. Думайте, что это ест божественное, которое находится в вас, и наблюдайте за изменениями. Вы едите то же самое, вы являетесь тем же самым, но немедленно все становится совершенно другим. Вы отдаете пищу божественному. Вы принимаете ванну - обычная, три­виальная вещь, - но измените отношение: почувствуйте, что ванну принимает божественное в вас. Тогда эта техника окажется легкой: с предельной преданностью центрируйся на двух точках соединения дыхания и познай познающего.

 

9. а) Лежи как мертвый

б) Пристально смотри, не мигая

в) Соси что-нибудь и стань сосанием

Девятая техника: Лежи как мертвая. Будучи взбешенной до яро­сти, оставайся в этом состоянии. Или пристально смотри, не мор­гая ресницами. Или соси что-нибудь и стань сосанием…

Лежи как мертвая. Испытайте это: вы вдруг стали мертвым. Покиньте свое тело! Не двигайте им, потому что вы мертвы. Просто представьте, что вы мертвы. Вы не можете двигать своим телом, вы не можете двигать глазами, вы не можете плакать, вы не можете кричать, вы не можете делать ничего, вы просто мертвы. А затем почувствуйте, что вы ощущаете. Но не обманывайте. Вы можете обманывать, вы можете слегка двигаться. Не двигайтесь. Если вас кусают комары, все равно относитесь к своему телу, как к мертвому. Это одна из наиболее используемых техник. Рамана Махарши достиг просветления при помощи именно этой техники, но в жизни он использовал не эту технику. В его жизни она вдруг случилась, самопроизвольно. Но он должно быть упорно занимался ею в какой-нибудь из прошлых жизней, потому что ничто не совершается самопроизвольно. Все имеет причину, причинную связь. Однажды ночью Рамана почувствовал - он был молодым тогда, лет четырнадцать, пятнадцать, - что он должен умереть. И это было так определенно в его уме, что смерть должна была прийти. Он не мог двигать своим телом, он чувствовал себя так, как будто он был пара­лизованным. Затем он почувствовал внезапное удушье и понял, что его сердце сейчас остановится. Он не мог даже крикнуть и сказать кому-нибудь: «Я умираю».

Иногда это случается в каком-то кошмаре - вы не можете кри­чать, вы не можете двигаться. Даже если через несколько минут вы пробуждаетесь, вы не можете ничего делать. Это случилось. Он имел абсолютную власть над своим сознанием, но не имел никакой власти над своим телом. Он знал, что он здесь, что он присутствует, осознает, является бдительным, но он чувствовал, что он умирает. И это чув­ство стало таким определенным, что не было другой возможности, и он уступил. Он закрыл глаза и оставался там, ожидая смерти; он ожидал всего лишь смерти.

Постепенно тело становилось жестким. Тело умерло, но тут воз­никла проблема. Он знал, что тело умерло, но он был здесь и ощущал это. Он знал, что он жив, а его тело умерло. Затем он стал возвращать­ся к жизни. К утру тело пришло в порядок, но прежний человек никогда не возвращался - поскольку он познал смерть. Он узнал другое государство, другое измерение сознания.

Он ушел из дому. Это переживание смерти полностью изменило его. Он стал одним из немногих просветленных в таком возрасте.

Это техника. Это случилось с Раманой самопроизвольно, но это вряд ли случиться самопроизвольно с вами. Но испытайте ее. В какой-то из ваших жизней это может стать самопроизвольным. Это может случиться в то время, когда вы испытываете эту технику. А если это и не случится, то усилия все равно не будут напрасными. Это в вас; это останется в вас как семя. Когда-нибудь, когда время подо­спеет и пройдет дождь, оно прорастет.

Любая самопроизвольность, случайность действует таким же об­разом. Семя было заложено когда-то давно, но время еще не пришло; еще не было дождей. Время придет в другой жизни. Вы станете более зрелым, более опытным, более расстроенным окружающим миром - тогда внезапно, в некоторой ситуации пройдет дождь и семя взор­вется.

Лежи как мертвая. Будучи взбешенной до ярости, оставайся в этом состоянии. Когда вы умираете, то момент, конечно, не будет очень счастливым. Когда чувствуешь, что умираешь, не будешь испытывать блаженство. Вами овладеет страх, гнев может прийти в вашу голову, или раздражение, печаль, грусть, жалость, мука... все, что угодно. У каждого человека это происходит по-своему.

Сутра говорит: Будучи взбешенной до ярости, оставайся в этом состоянии. Если вы чувствуете себя взбешенным, оставайтесь таким. Если вы чувствуете себя печальным, оставайтесь таким. Если вы чувствуете беспокойство, страх - оставайтесь таким. Вы мертвы и не можете ничего сделать, так что оставайтесь такими. Что бы у вас ни было в голове, тело мертво, вы не можете ничего сделать, так что сдержитесь.

Это сдерживание прекрасно. Если вы сможете сдержаться на не­сколько минут, вы вдруг почувствуете, что все изменилось. Но вы начинаете двигаться. Если в уме имеются какие-нибудь эмоции, тело начинает двигаться. Вот почему мы называем это эмоцией (emotion) - она создает движение (motion) тела. Если вы сердитесь, ваше тело внезапно начинает двигаться. Если вы печальны, ваше тело начинает двигаться. Вот почему это называется эмоциями, это потому, что они вызывают в теле движение. Ощущайте себя мертвым и не позволяйте эмоциям двигать ваше тело. Пусть они будут в вас, но вы остаетесь в таком состоянии - зафиксированы, мертвы. Что бы там ни было... никакого движения. Оставайтесь! Никакого движения.

Или пристально смотри, не моргая ресницами. Это пристально смотри, не моргая ресницами, было методом Мехера Бабы. В течение нескольких лет подряд он просто пристально смотрел на потолок своей комнаты. В течение нескольких лет подряд он просто лежал мертвым на полу, пристально глядя на потолок и не моргая ресни­цами, не двигая глазами. Он лежал по много часов, просто глядя и ничего не делая. Пристальный взгляд оказывается весьма полезным, поскольку вы снова оказываетесь зафиксированными на третьем глазе. А раз вы зафиксированы на третьем глазе, то даже если вы и захотите двигать ресницами, вы не сможете; они будут зафиксирова­ны.

Мехер Баба достиг благодаря этому пристальному смотрению, а вы скажете: «Как при помощи такого маленького упражнения...?» Но он пристально смотрел в потолок, ничего не делая, в течение трех лет. Три года это долгий срок. Поделайте это три минуты и вы почувствуете себя так, как будто лежали три года. Три минуты станут очень, очень долгими. Будет казаться, что время не движется, и часы оста­новились.

Мехер Баба смотрел, смотрел и смотрел. Постепенно мысли ис­чезали, движение исчезало, и он становился просто сознанием, он становился просто пристальным смотрением. Затем он оставался молчаливым всю свою жизнь. При своем пристальном смотрении он стал таким молчаливым внутренне, что для него стало невозмож­ным снова придумывать слова.

Мехер Баба был в Америке. Там был один человек, который умел читать мысли других людей, он был одним из редчайших специали­стов по чтению чужих мыслей. Он сдвигал свои глаза, садился перед вами и через несколько минут, он становился настроенным в унисон с вами и начинал записывать то, что вы думали. Его проверяли тысячи и тысячи раз, и всегда он оказывался прав, всегда он правильно читал мысли. Поэтому кто-то привел его к Мехеру Бабе. Он сел перед ним, и это была единственная неудача в его жизни - единствен­ная неудача. Он все старался и старался прочитать мысли Бабы, он весь вспотел, но он не смог уловить ни единого слова.

Держа ненужную ручку в руке, он сказал: «Что это за человек? Я не могу ничего прочитать, потому что читать нечего. Этот человек абсолютно пуст. Я даже забыл, что кто-то сидит передо мной. После того, как я открыл глаза, я должен был снова открыть их, чтобы убедиться, что этот человек передо мной, а не исчез. Мне трудно сконцентрироваться, потому что как только я закрываю глаза, я чувствую, что меня обманывают - как будто человек исчез и передо мной никого нет. Я вынужден снова открывать глаза и убеждаюсь, что человек здесь. И у него совсем нет мыслей». Это пристальное смот­рение, это постоянное пристальное смотрение полностью прекрати­ло его умственную деятельность.

Или пристально смотри, не моргая ресницами. Или соси что-ни­будь и стань сосанием. Это уже некоторая модификация. Что-то будет делаться... вы мертвы - этого достаточно.

Будучи взбешенной до ярости, оставайся в этом состоянии. Даже эта часть может стать одной самостоятельной техникой. Вы в гневе лежите и оставайтесь в гневе. Не двигайтесь из него, не делайте ничего, просто оставайтесь неподвижным.

Кришнамурти продолжает говорить об этом. Вся его техника основывается только на этом: Будучи взбешенным до ярости, оста­вайся в этом состоянии. Если вы сердиты, будьте сердитым и оста­вайтесь сердитым. Не двигайтесь. Если вы сможете оставаться в таком состоянии, гнев уйдет и вы станете другим человеком. Если вы обеспокоены, не делайте ничего. Оставайтесь здесь. Беспокойство уйдет, вы станете другим человеком. А раз вы выглядели взволнован­ным, но это волнение не привело вас в движение, вы станете хозяи­ном.

Или пристально смотри, не моргая ресницами. Или соси что-ни­будь и стань сосанием. Эта последняя техника физически легка для выполнения, поскольку сосание - это то, что ребенок должен делать в первую очередь. Сосание является первым действием в жизни. Когда ребенок рождается, он начинает плакать. Вы, возможно, не пытались проникнуть в причину того, почему он плачет. Он на самом деле не плачет - это нам только кажется, что он плачет - он просто всасывает воздух. И если ребенок не сможет плакать, то через не­сколько минут он умрет, потому что плач является его первым уси­лием засосать воздух. Пребывая в утробе, ребенок не дышал. Он жил без дыхания. Он делал то же самое, что делают йоги, будучи закопан­ными в землю. Он просто получал прану без дыхания - чистую прану от своей матери.

Вот почему любовь между ребенком и матерью совершенно от­личается от всех остальных видов любви: потому что их соединяет чистейшая прана - энергия. После рождения этого никогда больше не случится. Мать давала ребенку свою прану, и ребенок совсем не дышал. Когда он рождается, он выбрасывается из матери в неизвест­ный мир. Теперь прана, энергия не будет больше поступать к нему так легко, он должен дышать сам.

Первый крик является усилием, направленным на сосание, а затем он будет сосать молоко из материнской груди. Это первое основное действие, которое вы исполнили. Все остальное, что вы будете делать, придет позже, это же было вашими первыми действи­ями в жизни. Эти действия можно практиковать и в дальнейшем. Эта сутра говорит: Или соси что-нибудь и стань сосанием. Сосите что-ни­будь - просто сосите воздух, но забудьте про воздух и станьте сосани­ем. Что это означает? Вы сосете что-нибудь; вы являетесь сосущим, но не сосанием. Вы стоите сзади и сосете.

Эта сутра говорит, чтобы вы не стояли сзади, а двигались внутрь самого действия и стали сосанием. Попробуйте что угодно, что сра­ботает. Вы бежите - станьте бегом, а не бегущим. Станьте бегом и забудьте о бегущем. Почувствуйте, что внутри вас нет бегуна, есть только сам процесс бега. Вы процесс, рекоподобный процесс бега. Внутри никого нет. Внутри спокойно, там существует только процесс.

Сосание является хорошим действием, но вы почувствуете, что это очень трудно, потому что мы забыли его полностью, - но на самом деле не совсем полностью, поскольку мы продолжаем находить за­мену для него. Материнская грудь заменена сигаретой; вы продолжа­ете ее сосать. Это не что иное, как сосок - материнская грудь и сосок. А когда теплый дым течет внутрь, это подобно теплому молоку.

Поэтому те, кому в детстве не дали возможностей вдоволь насо­саться материнской груди, впоследствии будут курить. Это суррогат, но он действует. В тот момент, когда вы курите сигарету, станьте сосанием. Забудьте про сигарету, забудьте про курящего; станьте курением.

Здесь имеется объект сосания, здесь имеется субъект, который является сосущим, и сам процесс сосания. Станьте сосанием, станьте процессом. Попробуйте это. Вы должны будете попробовать это со многими вещами; тогда вы поймете, что является правильным для вас. Вы пьете воду, холодная вода идет внутрь - станьте процессом питья. Не пейте воду. Забудьте про воду, забудьте о себе и о своей жажде, станьте питьем - самим процессом. Станьте охлаждением, прикосновением, входом, сосанием - тем, что может рассматривать­ся как процесс.

Почему? Что случится? Если вы станете сосанием, что случится? Если вы сможете стать сосанием, вы немедленно станете невинным, как однодневный новорожденный ребенок - потому что это его пер­вый процесс. Вы будете в некотором смысле регрессировать. Но здесь присутствует страстное желание. Само существо человека страстно жаждет сосания. Он испытывает многие вещи, но ничего не помога­ет, потому что упущена суть. Пока вы не станете сосанием, ничего не поможет. Поэтому попытайтесь.

Я дал этот метод одному человеку. Он испытал многое; он испы­тал много, много методов. Затем он пришел ко мне и я спросил его: «Если бы я позволил вам выбрать всего только одну вещь в мире, что бы вы выбрали?» И я попросил его немедленно закрыть глаза и сказать мне, и не думать об этом. Он боялся, колебался, но я сказал ему: «Не нужно бояться, не нужно колебаться. Будьте откровенны и скажите мне».

Он сказал: « Это абсурдно, но передо мной появилась грудь». А затем он стал чувствовать себя виноватым, поэтому я сказал ему: «Не чувствуйте себя виноватым. В груди нет ничего плохого; это одна из самых прекрасных вещей, так к чему же чувство вины?»

Но он сказал: «Это всегда было для меня навязчивой идеей». И еще он сказал: «Пожалуйста, скажите мне сначала, а затем вы сможе­те продолжить с вашим методом и техникой: сначала скажите мне, почему я так много интересуюсь женской грудью? Когда я смотрю на женщину, я, прежде всего, смотрю на грудь. Остальные части тела кажутся второстепенными».

И это так не только с ним, это так с каждым - почти с каждым. И это естественно, поскольку грудь матери была первым знакомством с вселенной. Это самое главное. Первый контакт с вселенной был осуществлен через материнскую грудь. Вот почему груди являются такими привлекательными. Они выглядят прекрасно; они привлека­ют, они обладают магнетической силой. Эта магнетическая сила идет от нашей неосознанности. Это была первая вещь, с которой вы вошли в контакт, и контакт был чудесным, он казался прекрасным. Он дал вам пищу, мгновенную жизненную силу, любовь, все. Контакт был мягким, восприимчивым, приглашающим. Так оно и осталось в уме человека.

Поэтому я сказал человеку: «Теперь я дам вам метод». И метод, который я дал ему, заключался в том, чтобы сосать и быть сосанием. Я сказал ему: «Просто закройте глаза. Представьте себе грудь матери или грудь кого угодно, кто вам нравится. Представьте и начинайте сосать, как будто перед вами настоящая грудь. Начинайте сосать». Он начал сосать. В течение трех дней он сосал так быстро, так безумно, он был совершенно очарован этим. Он сказал мне: «Это стало пробле­мой - мне хотелось сосать целый день. И это так прекрасно, этим создается такая глубокая тишина».

За три месяца сосание стало очень, очень молчаливым действи­ем. Губы застыли, вы не могли бы даже подумать о том, что они делают что-то. Но началось внутреннее сосание. Он сосал весь день. Это стало мантрой, джапой - повторением мантры.

После трех месяцев он пришел ко мне и сказал: «Со мной проис­ходит нечто странное. Что-то приятное постоянно притекает из го­ловы на язык. И это так приятно и так наполняет энергией, что мне не нужна никакая пища, голода больше нет. Еда превратилась в пус­тую формальность. Я ем что-нибудь, чтобы не создавать проблем в семье. Но что-то непрерывно втекает в меня. Это так приятно, это так наполняет жизнью».

Я просил его продолжать. Прошло еще три месяца, и однажды он пришел ко мне, безумный, танцующий, и сказал: «Сосание исчезло, но я стал другим человеком. Я больше не тот, кто приходил к вам. Во мне открылись какие-то двери. Что-то сломано и больше не осталось желаний. Сейчас я не хочу ничего - не хочу даже Бога, не хочу даже мокши, освобождения. Я не хочу ничего. Теперь все О’кей так, как оно есть. Я принимаю это и я полон блаженства».

Испытайте это. Просто сосите что-нибудь и станьте сосанием. Это может оказаться полезным для многих, потому что это основа.

На сегодня достаточно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 6

 

ПРИЕМЫ ДЛЯ ПРИОБРЕТЕНИЯ ВЛАСТИ

НАД СНОВИДЕНИЯМИ

 

6 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

Вопросы:

 

Как оставаться осознающим во время сновидений?

 

Зачем прилагать усилия, если мы всего лишь актеры, в уже написанном спектакле?

 

Один из друзей спрашивает:

Расскажите нам, пожалуйста, какие еще факторы могут помочь оставаться осознанными во время сновидений?

Это важный вопрос для всех, кто интересуется медитацией, по­скольку медитация на самом деле является процессом преодоления сновидений. Вы постоянно видите сны - и не только ночью, не только во время сна; вы имеете сновидения весь день. Это главное, что надо понимать. Когда вы бодрствуете, вы все еще во власти сновидений.

Просто закройте глаза в любое время дня. Расслабьте тело и вы почувствуете, что сновидение здесь. Оно никогда не исчезает, оно только подавляется нашей дневной деятельностью. Оно подобно звездам днем. Ночью вы видите звезды. Днем вы не можете их видеть, но они всегда здесь. Они просто подавлены дневным светом.

Если вы заберетесь в глубокий колодец, то вы сможете увидеть звезды на небе даже днем. Чтобы увидеть звезды, нужна определенная темнота. Поэтому отправляйтесь в глубокий колодец и посмотрите с его дна - вы будете в состоянии и днем увидеть звезды. Звезды здесь. Дело не в том, что ночью они здесь, а днем их нет, они всегда здесь. Ночью их легко увидеть. Днем вы их видеть не можете, поскольку дневной свет становится барьером.

То же самое истинно и по отношению к сновидениям. Это озна­чает, что вы имеете сновидения не только во время сна. Во сне вы их легко ощущаете, поскольку нет дневной деятельности; в этой ситуации, возможно увидеть и почувствовать внутреннюю деятельность. Когда вы встаете по утрам, сновидения продолжаются внутри, в то время как вы начинаете действовать снаружи.

Этот процесс деятельности, дневной деятельности просто подав­ляет сновидения. Сновидения здесь. Закройте ваши глаза, расслабь­тесь в кресле и внезапно вы сможете почувствовать: звезды здесь, они никуда не уходили. Сновидения всегда здесь. Это непрерывная дея­тельность.

Второе... Если сновидения продолжаются, то нельзя сказать, что вы на самом деле проснулись. Ночью вы спите в большей степени, днем вы спите в меньшей степени. Эти отличия относительны, поскольку если сновидения здесь, то вы не можете сказать, что вы действительно пробудились. Сновидения создают фильм поверх ее знания. Этот фильм подобен дыму - вы окружены им. Вы не можете реально пробудиться, пока имеются сновидения - независимо от того, день сейчас или ночь. Поэтому второе: вы сможете сказать о том, что пробудились, только тогда, когда сновидений не будет совсем.

Мы называем Будду пробудившимся. Что такое пробудившийся? Это пробуждение представляет собой на самом деле прекращение внутренних сновидений. Внутри нет сновидений. Ваши движения там есть, а сновидений нет. Это так, как будто на небе нет звезд; оно становится чистым пространством. Когда нет сновидений, вы стано­витесь чистым пространством.

Эта чистота, эта невинность, это сознание без сновидений и есть то, что известно как просветление - пробуждение.

Столетиями одухотворенные лица во всем мире, на Востоке и на Западе, утверждали, что человек спит. Иисус говорил это, Будда го­ворил это, Упанишады говорили об этом: человек спит. Поэтому когда вы спите ночью, вы спите в несколько большей степени; днем вы спите в меньшей степени. Но одухотворенные утверждают, что человек спит. Это следует понять.

Что это означает? Уже в нашем веке Гурджиев утверждал, что человек спит. «Фактически, - говорил он, - человек является некото­рым видом сна. Всё является глубоким сном».

В чем смысл сказанного? Вы не можете знать, вы не можете помнить, кто вы такой. Если вы встретите человека на улице и спро­сите его, кто он такой, а он не сможет ответить, то, что вы будете думать? Вы будете думать, что он или сумасшедший, или пьяный, или просто спит. Если он не сможет ответить на вопрос, кто он такой, что вы сможете подумать о нем? На путях божественного все подо­бны этому человеку. Вы не можете ответить, кто вы такой.

Это первое значение того, что говорил Гурджиев, или Иисус, или кто-либо другой о спящем человеке: вы не осознаете самого себя. Вы не знаете самого себя; вы никогда не встречали самого себя. Вы знаете много вещей в объективном мире, но вы не знаете субъекта. Состоя­ние вашего ума таково, как если бы вы смотрели фильм. На экране идет фильм, а вы так поглощены им, что единственная вещь, которую вы знаете, это фильм, история, что бы там ни появлялось на экране. Если тогда кто-то спросит вас, кто вы такой, вы не сможете ничего ответить.

Сновидения являются всего лишь фильмом - всего лишь филь­мом! Это ум, отражающий внешний мир. Мир отражается в зеркале ума; вот что такое сновидения. И вы так глубоко увлечены ими, так сильно отождествляете себя с ними, что вы полностью забыли, кто вы такой. Вот что означает быть спящим: видящий сны потерян в самих сновидениях. Вы видите все, кроме самих себя, вы чувствуете все, кроме самих себя, вы знаете все, кроме самих себя. Это незнание себя и является сном. Пока сновидения не прекратятся, вы не смо­жете пробудиться в самом себе.

Вы могли испытывать подобное иногда, когда в течение трех часов смотрели фильм и внезапно фильм кончился и вы вернулись в себя. Вы помните, что прошло три часа, вы помните, что это был просто фильм. Вы чувствуете слезы... вы плакали, потому что фильм был трагедией для вас, или вы смеялись, или делали что-либо еще, а теперь вы смеетесь над собой. Какую ерунду вы делали! Это был всего лишь фильм, всего лишь придуманная история. На экране ничего не было - просто игра света и тени, просто игра электричества. Теперь вы смеетесь: вы вернулись в себя. Но где вы были в течение этих трех часов?

Вы были не в своем центре. Вы двигались полностью по перифе­рии. Вы бродили там, где был фильм. Вы были не в своем центре, вы были не с самим собой. Вы были где-то в другом месте.

Это случается в сновидениях; это то, чем является наша жизнь. Фильм длился только три часа, но сновидения продолжаются жизни, жизни и жизни. Даже если сновидения внезапно прекратятся, вы не будете в состоянии распознать, кто вы такой. Вы вдруг почувствуете себя очень слабым, даже испуганным. Вы будете пытаться снова двигаться в фильме, поскольку вам известен только он. Вы знакомы с ним, вы хорошо приспособлены к нему.

Для тех случаев, когда происходит прекращение сновидений, имеется путь, особенно в дзэне, известный как путь внезапного про­светления. Среди этих ста двенадцати методов имеются техники, имеется много техник, которые могут дать вам внезапное пробужде­ние. Но это может оказаться слишком большим испытанием для вас, вы, возможно, будете не в состоянии выдержать это. Вы можете просто взорваться. Вы можете даже умереть, поскольку вы так долго жили со сновидениями, что у вас в памяти нет сведений о том, кто вы такой, если нет сновидений.

Если бы весь этот мир внезапно исчез и вы остались одни, это было бы таким большим шоком, что вы бы умерли. То же самое произошло бы, если бы внезапно все сновидения исчезли из вашего сознания. Ваш мир исчезнет, потому что ваш мир был вашими сновидениями.

Мы находимся не в реальном мире. Вернее, «мир» состоит не из вещей, внешних для нас, а из наших сновидений. Поэтому каждый живет в мире своих собственных сновидений.

Запомните, это не один мир, о котором мы продолжаем говорить. Географически это так, но психологически имеется столько же ми­ров, сколько и умов. Каждый ум является своим собственным миром. И если ваши сновидения исчезнут, ваш мир исчезнет. Без сновиде­ний вам трудно будет жить. Вот почему в общем случае внезапные методы не используются, используются только постепенные мето­ды.

Хорошо бы запомнить следующее: постепенные методы используются не потому, что есть некоторая потребность в постепенных процессах. Вы можете внезапно совершить прыжок в реализацию сию же минуту. Здесь нет барьеров; здесь никогда не было никаких барьеров. Вы уже есть эта реализация, вы можете совершить прыжок сию же минуту. Но это может оказаться опасным, фатальным. Вы можете оказаться не в состоянии вынести это. Это будет слишком многим для вас.

Вы приспособлены только к ложным сновидениям. Вы не можете видеть реальность, вы не умеете встречать ее. Вы как тепличное растение - вы живете в своих сновидениях. Они помогают вам мно­гими способами. Они не просто сновидения, для вас они являются реальностью.

Постепенные методы используются не потому, что для реализа­ции требуется время. Реализация не нуждается во времени! Для реа­лизации совсем не требуется время. Реализация не есть нечто, что должно быть достигнуто в будущем, но при использовании постепен­ных методов вы достигнете ее в будущем. Так что же делают посте­пенные методы? Они, на самом деле, помогают вам не «реализовать реализацию», но помогают вам выдержать ее. Они делают вас способ­ными, сильными, так что когда реализация случится, вы сможете ее вынести.

Имеется семь методов, при помощи которых вы можете немедленно преодолеть свой путь к просветлению. Но вы не в состоянии будете вынести это. Вы можете ослепнуть - слишком много света. Или вы можете внезапно умереть - слишком много блаженства.

Как можно преодолеть эти сновидения, этот глубокий сон, в котором вы находитесь? Этот вопрос важен с точки зрения такого преодоления: Расскажите нам, пожалуйста, какие еще факторы могут помочь оставаться осознанными во время сновидений? Я рас­скажу еще о двух методах. Один мы обсуждали вчера. Сегодня - еще два, которые даже легче.

Один из них заключается в том, чтобы действовать, вести себя так, как будто бы весь мир был просто сновидением. Что бы вы ни делали, помните, что это сновидение. Во время еды помните, что это сновидение. Во время ходьбы помните, что это сновидение. Пусть во время бодрствования ваш ум непрерывно помнит, что все является сновидением. В этом причина того, что мир называется майей, ил­люзией, сновидением.

Это не философский аргумент. К сожалению, когда Шанкару переводили на английский, немецкий, французский, на любые за­падные языки, то он воспринимался просто как философ. Это созда­ло много недоразумений. На Западе имеются философы, например, Беркли, которые утверждают, что мир - это только сновидение, про­екция ума. Но это философская теория. Беркли выдвигает это как гипотезу.

Когда Шанкара утверждает, что мир является сновидением, это не философия, не теория. Шанкара выдвигает это утверждение как помощь, как поддержку для определенной медитации. И вот эта медитация: если во время сновидения вы хотите помнить, что это сновидение, вы должны будете начать, когда вы еще бодрствуете. Обычно, когда вы видите сон, вы не можете помнить, что это сон; вы думаете, что это реальность.

Почему вы думаете, что это реальность? Потому что весь день вы думали, что все является реальностью. Это превратилось в отноше­ние, в фиксированную позицию. Во время бодрствования вы прини­мали ванну - это было реальным. Во время бодрствования вы ели - это было реальным. Во время бодрствования вы говорили с дру­гом - это было реальным. В течение всего дня, в течение всей жизни, что бы вы ни думали, вы относились к этому как к реаль­ности. Это зафиксировалось. Это стало фиксированной позицией в вашем уме.

Поэтому когда вы видите сон ночью, срабатывает та же самая позиция, и вы думаете, что это реальность. Поэтому давайте сначала порассуждаем. Должно быть некоторое сходство между сновидением и реальностью; в противном случае подобная позиция испытывала бы определенные трудности.

Я вижу вас. Затем я закрываю глаза, вхожу в сновидение и вижу вас в своем сне. Между обоими типами видения нет никакой разни­цы. Что я делаю, когда я действительно вижу вас? Ваше изображение отражается в моих глазах. Я не вижу вас. В моих глазах отражается лишь ваше изображение, а затем это изображение трансформирует­ся посредством некоторого таинственного процесса - и наука до сих пор не в состоянии понять, как это происходит. Это происходит не в глазах, глаза являются только окнами. Я вижу вас не глазами, я вижу вас через глаза.

В глазах вы только отражаетесь. Вы можете быть только картин­кой; вы можете быть реальностью, вы можете быть сновидением. Помните, сновидения являются трехмерными. Я могу распознать картинку, потому что картинка является двумерной. Сновидения являются трехмерными, поэтому они выглядят в точности так же, как и вы. И глаза не могут различить, является ли то, что они видят, реальным или нереальным. Нет никакого способа для такого сужде­ния; глаза не являются судьей.

Затем изображение трансформируется в химическое сообщение. Это химическое сообщение подобно электрическим сигналам; они поступают куда-то в голову. Пока неизвестно, где расположена та точка, с которой глаз вступает в контакт, чтобы передать видимую поверхность. Меня достигают только сигналы, и затем они расшиф­ровываются. Я декодирую их и таким образом я узнаю, что происхо­дит.

Я всегда внутри, а вы всегда снаружи, и мы с вами не встречаемся. Поэтому, являетесь вы реальным или сновидением - это проблема. Даже сию минуту нет способа судить о том, вижу ли я сон или вы действительно здесь. Слушая меня, как можете вы сказать, что вы слушаете меня, что вы не видите сон? Нет такого способа. Вот почему позиция, которую вы поддерживаете весь день, переносится и в ночь. И когда вы видите сны, вы принимаете их за реальность.

Испытайте противоположное; это то, что имеет в виду Шанкара. Он говорит, что весь мир является иллюзией; он говорит, что весь мир является сновидением - помните это. Но мы тупые люди. Если Шанкара говорит: «Это сновидение», то мы говорим: «Зачем делать что-нибудь? Если все это только сновидение, то нет необходимости есть. Зачем продолжать есть и в то же время думать, что это сновиде­ние? Не ешьте!» Но тогда помните - когда вы чувствует голод, это сон. Или ешьте, и когда вы почувствуете, что съели слишком много, вспомните, что это только сон.

Шанкара не призывает вас изменить сновидение, помните это, поскольку усилия по изменению сновидения тоже являются ложны­ми, основанными на вере в то, что они являются реальностью; в противном случае не было бы нужды в каком-либо изменении. Шанкара просто утверждает, что все, что нас окружает, это просто снови­дение.

Помните это: не делайте ничего, чтобы изменить это, просто постоянно помните об этом. Попытайтесь непрерывно в течение трех недель помнить: все, что бы вы ни делали, является просто сновиде­нием. Сначала это очень трудно. Вы будете снова и снова впадать в старую структуру вашего ума, вы будете начинать думать, что это реальность. Вы должны будете постоянно будить себя, чтобы напо­минать себе, что это сновидение. Если это отношение вы будете непрерывно поддерживать в течение трех недель, то на четвертой или пятой неделе каждую ночь во время сновидений вы будете вдруг вспоминать, что это сновидение.

Имеется один способ проникновения в сновидение с полным сознанием, с осознанием. Если вы сможете помнить ночью во время сновидения, что это сновидение, то и днем вам не нужны будут никакие усилия, чтобы помнить, что все кругом тоже является сно­видением. Тогда вы будете это знать.

В самом начале, когда вы будете практиковать это, это будет всего лишь притворство. Вы начнете всего лишь с веры в то, что это сновидение. Но когда вы сможете помнить во время сновиде­ния, что это сновидение, это станет реальностью. Тогда и днем, когда вы встанете, вы не будете ощущать, что вы пробудились ото сна, вы будете чувствовать, что вы просто пробудились от одного сновидения, чтобы попасть в другое. Тогда это станет реальностью. И если все двадцать четыре часа превратятся в сновидение, и вы сможете чувствовать и помнить это, то вы будете оставаться в своем центре. Тогда ваша осознанность будет направлена в обе стороны.

Вы ощущаете сновидения, а если вы ощущаете их как сновиде­ния, то вы начинаете ощущать видящего эти сны - субъекта. Если вы воспринимаете сновидения как реальность, то вы не можете ощу­щать субъекта. Если фильм становится реальностью, вы забываете самого себя. Когда фильм прекращается и вы знаете, что он не был реальностью, ваша реальность прорывается, взрывается; вы можете почувствовать самого себя. Это один путь.

Это был один из старейших индийских методов. Вот почему мы настаиваем на том, что мир является нереальным. Мы не имеем это в виду в философском смысле; мы не говорим, что этот дом является нереальным, и поэтому вы можете пройти через его стены. Мы не это имеем в виду! Когда мы говорим, что этот дом является нереальным, это некоторый прием. Это не аргумент против дома.

Итак, Беркли предположил, что весь мир является просто снови­дением. Однажды утром он прогуливался с доктором Джонсоном. Доктор Джонсон был закоренелый реалист, поэтому Беркли сказал: «Вы слышали о моей теории? Я работаю над ней. Я чувствую, что весь мир является нереальным, и невозможно доказать, что он реален. И тяжесть доказательства этого лежит на тех, кто утверждает, что он реален. Я говорю, что он нереален - он просто как сновидение».

Джонсон не был философом, но у него был очень проницатель­ный логический ум. Они были на улице, они просто гуляли утром по безлюдной улице. Джонсон взял в руку камень и ударил Беркли по ноге. Показалась кровь и Беркли вскрикнул. Джонсон сказал: «Поче­му вы кричите, если камень является всего лишь сновидением. Что бы вы ни говорили, вы верите в реальность этого камня. То, что вы говорите, это одно, а то, что вы делаете, это совершенно другое и противоположное. Если ваш дом всего лишь сновидение, то куда же вы возвращаетесь? Куда вы возвращаетесь после утренней прогулки? Если ваша жена всего лишь сновидение, то вы никогда больше ее не встретите».

Реалисты всегда аргументируют таким образом, но они не смо­гут спорить таким образом с Шанкарой, поскольку его слова не являются философской теорией. Он ничего не говорит о реально­сти; он ничего не предполагает относительно Вселенной. Это ско­рее прием, предназначенный для того, чтобы изменить ваш ум, чтобы изменить вашу основную зафиксированную позицию та­ким образом, чтобы вы могли смотреть на мир другим, совершен­но другим образом.

Это проблема, это постоянно является проблемой для индийской мысли - поскольку для индийской мысли все является лишь при­емом для медитации. Мы не думаем об этом как об истинном или неистинном. Мы относимся к этому как к вспомогательному средст­ву для трансформации человека.

Этот подход принципиально отличается от западного. Когда они предлагают теорию, они связывают ее с тем, истинна она или не­истинна, можно ли ее доказать логически или нельзя. Когда мы предлагаем что-нибудь, мы не связываем это с его истинностью; мы думаем о его полезности, мы думаем о его возможностях, о его способности трансформировать человеческий ум. Это может быть истинным, а может быть и не истинным. На самом деле это не то и не другое - это просто прием.

Снаружи я видел цветы. Утром встает солнце, и все становится таким прекрасным. Вы никогда не были за пределами дома, и вы никогда не видели цветов, вы никогда не видели утреннего солнца. Вы никогда не видели открытого неба; вы не знаете, что такое красота. Вы жили в запертой тюрьме. Я хочу вывести вас наружу. Я хочу, чтобы вы вышли под открытое небо, чтобы увидеть эти цветы. Как я должен сделать это?

Вы ничего не знаете о цветах. Если я расскажу о цветах, вы подумаете: «Он сошел с ума. Цветов не существует». Если я расскажу об утреннем солнце, вы подумаете: «Он фантазер. Он видит видения и сны. Он поэт». Если я расскажу об открытом небе, вы будете сме­яться. Вы начнете смеяться: «Где это открытое небо. Здесь только стены, стены и стены».

Так что же я должен делать? Я должен что-то изобрести, что вы могли бы понять и что помогло бы вам выйти наружу, поэтому я говорю, что дом в огне и начинаю бежать. Это становится зарази­тельным: вы бросаетесь за мной и выбегаете наружу. Потом вы поймете, что то, что я говорил, было ни истиной, ни ложью. Это был просто прием. Тогда вы узнаете цветы и тогда вы сможете простить меня.

Будда делал это, Махавира делал это, Шива делал это, Шанкара делал это. Мы можем простить их позже. Мы всегда прощаем их, поскольку раз мы вышли наружу, мы понимаем, что они сделали. И затем мы понимаем, что бесполезно было спорить с ними, потому что это не является предметом спора. Огня не было, но мы могли понять только этот язык. Цветы были, но мы не могли понимать язык цветов, их символика была для нас бессмыс­ленна.

Итак, это один путь. Кроме того, на другом полюсе имеется и второй путь. Этот метод составляет один полюс; другой метод состав­ляет другой полюс того же самого. Один метод заключается в том, чтобы начать чувствовать, помнить, что все является сновидением. Другой не связан с какими-либо мыслями о мире, а с тем, чтобы продолжать помнить, что вы есть.

Гурджиев использовал этот второй метод. Этот второй метод пришел из суфийской традиции, из ислама. Они разработали его очень глубоко. Помните о том, что вы есть, что бы вы ни делали. Вы пьете воду, вы едите свою пищу - помните: «Я есть». Продолжайте есть и продолжайте помнить: «Я есть, я есть». Не забывайте этого! Это трудно, потому что вы уже думаете, что вы знаете, что вы есть, поэтому какая нужда в непрерывном напоминании об этом? Вы никогда не вспоминаете об этом, а ведь это очень, очень многообе­щающая техника.

Когда вы идете, вспоминайте: «Я есть». Пусть ходьба будет здесь, продолжайте идти, но постоянно фиксируйте себя на напо­минании себе, что «я есть, я есть, я есть». Не забывайте этого. Вы слушаете меня и делайте это прямо здесь. Вы слушаете меня. Не будьте настолько уж слиты со мной, вовлечены, отождествлены. Что бы я ни говорил, вспоминайте, продолжайте вспоминать. Слушанье здесь, слова здесь, кто-то говорит, а вы: «Я есть, я есть, я есть». Пусть это «я есть» будет постоянным фактором вашей осоз­нанности.

Это очень трудно. Вы не можете непрерывно вспоминать даже в течение одной минуты. Попытайтесь. Положите часы перед глаза­ми и следите, как движутся стрелки. Одна секунда, две секунды, три секунды... продолжайте смотреть на них. Делайте две вещи: смотрите на движение секундной стрелки и непрерывно вспоми­найте: «Я есть, я есть». Каждую секунду вспоминайте: «Я есть». Через пять или шесть секунд вы почувствуете, что вы забыли. Вы вдруг вспомните, что прошло много секунд, а вы не вспоминали, что вы есть.

Такое вспоминание даже в течение одной минуты является чудом. И если вы можете вспоминать в течение одной минуты, то эта техника для вас. Тогда делайте ее. Благодаря ней вы станете способным выйти за пределы сновидений и узнаете, что сновидения являются сновидениями.

Как работает эта техника? Если весь день вы сможете вспоми­нать, что вы есть, то это также проникнет в ваш сон. И когда вы будете видеть сны, вы непрерывно будете помнить, что вы есть. Если в сновидениях вы сможете вспоминать, что вы есть, то вне­запно сновидение станет просто сновидением. Тогда сновидение не сможет обмануть вас, тогда сновидение невозможно будет при­нять за реальность. Это определенный механизм: сновидение вос­принимается как реальность, потому что вы не вспоминаете о себе; вы опускаете «я есть». Если нет напоминаний о самом себе, то сновидение становится реальностью. Если напоминание о себе имеется, то реальность, так называемая реальность становится просто сновидением.

Имеется различие между сновидением и реальностью. Для ме­дитативного ума или для науки о медитации это единственное раз­личие. Если вы есть, то вся реальность становится просто сновидением. Если вас нет, то сновидения становятся реальностью, Нагарьяна говорит: «Сейчас я есть, следовательно, мира нет. Ког­да меня не было, мир был. Может существовать только один из нас». Это не означает, что мир исчез. Нагарьяна не говорит об этом мире, он говорит о мире сновидений. Или вы можете быть, или мир может быть - оба быть не могут.

Итак, первым шагом будет непрерывное вспоминание: «я есть»; просто «я есть». Не говорите «Рама», не говорите «Шиам». Не исполь­зуйте никаких имен, потому что вы не это. Просто используйте: «Я есть».

Пытайтесь делать это при любой деятельности, а затем чувствуй­те это. Чем более реальным вы становитесь внутри, тем более нере­альным становится окружающий мир. Реальность превращается в «я», а мир становится нереальным. Или мир реален, или «я» реален - оба не могут быть реальными. Вы чувствуете, что вы теперь просто сновидение; тогда мир является реальным. Смените акценты. Стань­те реальным, и мир станет нереальным.

Гурджиев непрерывно продолжал работать над своим методом. Его главный ученик, П.Д.Успенский рассказывает, что когда Гурд­жиев применял к нему этот метод, и он практиковал его, непрерывно три месяца вспоминая: «Я есть, я есть, я есть», то после трех месяцев все прекратилось. Мысли, сновидения, все остановилось. Внутри ос­талась только одна нота, подобная вечной музыке: «Я есть, я есть, я есть, я есть». Но тогда это было уже без усилий. Это была непроиз­вольная деятельность, продолжающая это «я есть». Затем Гурджиев вызвал Успенского из дома. В течение трех месяцев он содержался в доме и ему не позволено было выходить.

Тогда Гурджиев сказал: «Пойдем со мной». Они жили тогда в российском городе Тифлисе. Гурджиев вызвал его из дома и они пошли по улице. Успенский пишет в своем дневнике: «В первый раз я смог понять, что имел в виду Иисус, когда говорил о том, что человек спит. Весь город казался мне спящим. Люди двигались во сне, владельцы магазинов продавали во сне, их клиенты покупали во сне. Весь город спал. Они сердились, они дрались, они любили, по­купали, продавали, делали все.

Успенский говорит: «Теперь я мог видеть их лица, их глаза: они спали. Они были не здесь. Внутренний центр был потерян, он был не здесь». Успенский сказал Гурджиеву: «Мне не хочется больше гулять. Что случилось с городом? Все кажутся спящими, наркома­нами».

Гурджиев сказал: «С городом ничего не случилось, нечто случи­лось с вами. Вы не принимали наркотики, город тоже. Это то же самое место, по которому вы гуляли три месяца назад, но вы не видели, что другие люди спят, потому что вы сами спали. Теперь вы можете видеть, потому что в вас появилось некоторое количество осознанно­сти. Через три месяца непрерывного практикования этого «я есть», вы в очень небольшой степени стали осознающим. Вы стали осозна­ющим! Часть вашего сознания вышла за пределы сновидений. Вот почему вы можете видеть, что все спят, мертвы, движутся, как загип­нотизированные или принявшие наркотик».

Успенский сказал: «Я не могу вынести это явление - все спят! Что бы они ни делали, они не отвечают за это. Они не отвечают за это. Как они могут быть ответственными?» Он вернулся и спросил Гурджиева: «Что это? Обманут ли я каким-то образом? Сделали ли вы со мной что-то такое, что для меня весь мир кажется спящим? Я не могу поверить своим собственным глазам».

Но это случится с любым. Если вы сможете вспоминать о себе, то вы узнаете, что никто не вспоминает о себе, и таким образом каждый продолжает двигаться. Весь мир спит. Но начните, пока вы не проснетесь. В любой момент, когда вы вспомните, начинайте «я есть».

Я не имею в виду, что вы должны повторять слова «я есть», скорее вы должны ощущать это. Принимая ванну, ощущайте это «я есть». Пусть будет прикосновение холодного душа, и пусть вы сами будете где-то позади, ощущая его и вспоминая: «Я есть». Вспоминайте, я не говорю, что вы словесно должны повторять «я есть». Вы можете повторять эти слова, но их повторение не даст вам осознанности. Повторение может даже еще больше усыпить вас. Многие люди по­вторяют некоторые слова. Они продолжают повторять: «Рама, Рама, Рама», и если они просто повторяют без осознанности, то эти «Рама, Рама, Рама» становятся наркотиком. При их помощи они могут крепко спать.

Вот почему на Западе так привлекателен Махеш Йоги - он дает людям для повторения мантры. А на Западе сон стал одной из наи­более серьезных проблем. Сон полностью расстроен. Естественный сон исчез. Вы можете спать только при помощи транквилизаторов и наркотиков; в противном случае сон стал невозможным. Вот в чем причина привлекательности Махеш Йоги. Потому что если вы по­стоянно повторяете что-нибудь, то это повторение дает вам глубокий сон; в этом все дело.

Таким образом, так называемая трансцендентальная медитация есть ни что иное, как психологический транквилизатор. Это ни что иное - просто транквилизатор. Он помогает, но он хорош для сна, а не для медитации. Вы можете хорошо спать, ваш сон будет более спокойным. Это хорошо, но это совсем не медитация. Если вы постоянно повторяете некоторое слово, то это порождает скуку, а скука способствует сну.

Итак, что-нибудь монотонное, повторяющееся может помочь заснуть. Ребенок в утробе матери спит непрерывно девять месяцев, и вы можете не знать причину этого. Причиной этого является «тук-тук, тук-тук», произносимое сердцем матери. Непрерывно слышны эти удары, удары сердца. Это одна из наиболее монотонных вещей на свете. Непрерывным повторением одних и тех же ударов ребенок наркотизируется. Он продолжает спать.

Вот почему, когда ребенок плачет, кричит, создает какие-либо проблемы, мать прикладывает его головку к своему сердцу. Тогда он сразу же чувствует себя хорошо и засыпает. И в этом случае причиной этого является сердцебиение. Он снова становится частью матери. Вот почему, даже если вы не ребенок, но ваша жена или ваша люби­мая кладет вашу голову себе на грудь, вы почувствуете себя засыпа­ющим от монотонных ударов.

Психологи предлагают, чтобы в случае, когда вы не можете за­снуть, вы концентрировали свое внимание на часах. Просто концен­трируйтесь на тиканьи часов. Оно повторяет биение сердца и вы можете заснуть. Помочь может любое повторение.

Итак, это «я есть», постоянное напоминание «я есть» не является словесной мантрой. Это не должно повторяться словесно - чувствуйте это! Будьте чувствительны к своему существованию. Когда вы при­касаетесь к чьей-либо руке, то не только прикасайтесь к ней, почув­ствуйте также и свое прикосновение, почувствуйте также и самого себя - что в этом прикосновении присутствуете вы, присутствуете тотально. Когда вы едите, то не только ешьте, но ощутите также себя, принимающего пищу. Это ощущение, эта чувствительность должна проникать все глубже и глубже в ваш ум.

Однажды, внезапно, вы пробудитесь в своем центре, функциони­рующем в первый раз. И тогда весь мир станет сновидением, тогда вы сможете узнать, что ваши сновидения являются сновидениями. И когда вы узнаете, что ваши сновидения являются сновидениями, сновидения прекратятся. Они могут продолжаться только в том слу­чае, если вы ощущаете их как реальность. Если вы будете восприни­мать их как нереальные, они прекратятся.

А когда сновидения прекращаются, вы становитесь другим чело­веком. Старый человек умер; спящий человек умер. Того человека, которым вы были, больше нет. В первый раз вы стали осознающим; в первый раз в мире, который спит, вы пробудились. Вы стали буд­дой, вы стали пробужденным.

При этом пробуждении больше нет страдания, после этого про­буждения больше нет смерти, после этого пробуждения больше нет страха. В первый раз вы становитесь свободным от всего. Быть сво­бодным ото сна, быть свободным от сновидений, означает быть сво­бодным от всего. Вы достигли освобождения. Ненависть, гнев, алчность исчезли. Вы стали просто любовью. Вы не стали любящим, вы стали самой любовью!

 

Еще один вопрос и он относительно тот же самый:

Если мы все являемся актерами в пьесе, которая уже написана, то как медитация может трансформировать нас без того, что уже сама пьеса содержит главу, в которой описана наша трансформация в определенное время? А если такая глава уже существует, ожидая своего прочтения в должное время, то зачем медитация? Зачем во­обще прилагать какие-либо усилия?

Это то же самое; это содержит те же самые заблуждения. Я не утверждаю, что все предопределено. Я не предлагал это как теорию, объясняющую устройство вселенной. Это прием.

Индия всегда работала с этим приемом, связанным с судьбой. Этот прием не предполагает, что все заранее определено. Он совсем не предполагает этого! Единственной причиной для такого предпо­ложения является то, что если вы будете считать, что все заранее определено, то все станет сновидением. Если вы будете все воспри­нимать таким образом, если вы поверите в этот способ - что все определено заранее, что, например, вы должны умереть в определен­ный день, - то все станет сновидением. Оно не определено, оно не зафиксировано! Никто особенно и не интересуется вами. Вселенная совершенно не воспринимает вас и не знает, когда вы должны уме­реть. Это так бесполезно. Ваша смерть не имеет отношения к вселен­ной.

Не думайте, что вы настолько важны, что вся вселенная опреде­ляет день вашей смерти - время, минуты, секунды - нет! Вы не являетесь центром. Для вселенной не имеет значения, существуете вы или нет. Но это заблуждение продолжает работать в умах. Оно формируется в детстве и становится частью бессознательного.

Родился ребенок. Он ничего не может дать миру, но взять ему нужно многое. Он не может заплатить, он не может вернуть что-либо обратно. Он такой бессильный - просто беспомощный. Он нуждается в пище, он нуждается в любви, он нуждается в крове, он нуждается в тепле. Ему должно быть предоставлено все.

Ребенок рождается абсолютно беспомощным - особенно ребенок человека. Никакое животное не является таким беспомощным. Вот почему никакое животное не создает семью - в этом нет необходимо­сти. Но человеческое дитя настолько беспомощно, так абсолютно беспомощно, что оно не может существовать без защиты матери, без отца, без семьи, без общества. Оно не может существовать в одиночку. Оно немедленно умрет.

Ребенок является таким зависимым. Он будет нуждаться в люб­ви, он будет нуждаться в пище, он будет нуждаться во всем и он будет требовать всего. И мать будет давать ему, отец будет давать ему, семья будет давать ему. Ребенок начинает думать, что он центр всего мира. Все ему предоставляется; ему остается только требовать. Достаточно только требовать, не нужно никаких других усилий.

Поэтому ребенок начинает думать о себе как о центре, думать, что все вращается вокруг него и для него. Ему кажется, что все вокруг создано для него. Все вокруг ждет, чтобы он пришел и потребовал, и все будет выполнено. Это необходимо, чтобы все его требования были выполнены; в противном случае он умрет. Но эта необходимость становится очень опасной.

Он становится взрослым с мнением, что он является центром всего. Постепенно он начинает требовать больше. Детские запросы просты, их можно удовлетворить. Но когда ребенок становится взрослым, его запросы и требования становятся все более и более сложными. Иногда их невозможно предоставить, невозможно вы­полнить их. Иногда они могут быть абсолютно невозможными. Он может потребовать луну или что-нибудь в этом роде....

Чем больше он взрослеет, тем более сложными, невозможными становятся его требования. Тогда приходит разочарование, и ребенок начинает думать, что он обманут. Он принимал как само собой разу­меющееся, что он является центром вселенной. Теперь же появятся проблемы и он постепенно будет развенчиваться. Когда он станет взрослым, он будет полностью развенчан. Тогда он узнает, что он не является центром. Но где-то в глубине бессознательного ума он про­должает думать о себе как о центре.

Люди приходят ко мне и спрашивают, является ли их судьба предопределенной. Они спрашивают, являются ли они настолько важными, настолько значительными для вселенной, что их судьба должна быть определенной заранее. «В чем мое предназначение? - спрашивают они. - Для чего я был создан?» Детские представления о том, что вы являетесь центром, и порождают вопросы вроде этого: «Для какой цели я родился?»

Вы не были рождены для какой-либо цели. И это хорошо, что вы не рождены для какой-то цели; в противном случае вы были бы машиной. Машина создается для некоторой цели. Человек не созда­ется для некоторой цели, для чего-либо конкретного - нет! Человек есть лишь вытекающее, льющееся через край создание. Все просто есть. Цветы есть, звезды есть и вы есть. Все является всего лишь переполнением, радостью, празднованием существования без вся­кой цели.

Но эта теория судьбы, предопределенности создает проблемы, потому что мы воспринимаем ее как теорию. Мы думаем, что все предопределено, но ничего не предопределено. Эта техника, однако, использует это как прием. Когда мы говорим, что все предопределе­но, то мы не говорим об этом, как о теории. Цель этого одна: если вы воспринимаете жизнь как предопределенный спектакль, то она ста­новится сновидением. Если я знаю, например, что днем или вечером я собираюсь говорить с вами и уже заранее определено, какие слова я должен говорить сегодня, и если это так зафиксировано, что ничего нельзя изменить, - что я не могу произнести ни одного нового слова, - тогда я вдруг становлюсь не относящимся ко всему этому процессу, поскольку я не являюсь источником действия.

Если все определено, и если каждое слово должно быть произне­сено самой Вселенной или Богом, или какое там еще имя вы можете выбрать, то я больше не являюсь источником этих слов. Тогда я могу стать наблюдателем - простым наблюдателем.

Если вы воспринимаете жизнь как предопределенную, то вы мо­жете наблюдать ее, тогда вы не вовлечены в нее. Если вы потерпите неудачу, это было предопределено; если у вас будет успех, это было предопределено. Если и то, и другое предопределено, то их ценность становится одинаковой - они становятся синонимами. Тогда один является Раваной, другой Рамой и все предопределено. Равана не должен чувствовать свою вину, Рама не должен чувствовать свое превосходство. Все предопределено, поэтому вы просто актеры, вы просто на сцене и играете свою роль.

Этот прием для того и используется, чтобы дать вам ощущение того, что вы играете роль, чтобы дать вам ощущение того, что это только предопределенная схема, в которую вы должны уложиться, чтобы дать вам ощущение того, что вы можете выйти за ее пределы. Это очень трудно, поскольку мы настолько привыкли думать о судьбе как о теории - не только как о теории, но как о законе. Мы не в состоянии понять эти положения, что законы и теории нужно восп­ринимать как приемы.

Я объясню вам это. Будет полезным один пример. Я был в городе. Ко мне пришел один человек; он был мусульманин, но я не знал этого, я не был уверен в этом. И он был одет так, что выглядел как индус. Он не только выглядел как индус, но и говорил как индус. Он не был похож на мусульманина.

Он задал мне один вопрос. Он сказал: «Мусульмане и христиане говорят, что существует только одна жизнь. Индусы, буддисты и джайны утверждают, что имеется множество жизней - длинная по­следовательность жизней, так что пока человек не освободится, он будет продолжать рождаться снова и снова. Так что вы скажете? Если Иисус был просветленным человеком, он должен был знать. Или Мухаммед, или Моисей, они тоже должны были знать, раз они были просветленными, что имеется много жизней, а не всего лишь одна. А если вы говорите, что они правы, то, как же быть с Махавирой, Кришной, Буддой и Шанкарой? Одно является определенным - все одновременно они не могут быть просветленными.

Если христиане правы, то Будда неправ, то Кришна неправ, то Махавира неправ. А если Махавира, Кришна и Будда правы, то не­правы Мухаммед, Иисус и Моисей. Так скажите мне. Я озадачен, я смущен, сконфужен. А и то, и другое не может быть правильным. Как может и то, и другое быть правильным? Имеется или много жизней, или одна. Как и то, и другое может быть правильным?" Он был очень интеллигентный человек, он многое изучил, поэтому он сказал: «Вы не можете просто избежать ответа и сказать, что и то, и другое пра­вильно. Этого не может быть. Логически это так - не может быть правильным и то, и другое».

Но я сказал: «Этого и не должно быть; ваш подход абсолютно неправилен. И то, и другое является приемом. Ни правильным, ни неправильным - только приемом». Для него невозможно было по­нять, что я имею в виду под приемом.

Мухаммед, Иисус и Моисей обращались к одному типу ума, а Будда, Махавира, Кришна обращались к другому типу ума. Имеется фактически два источника религий - индуизм и иудаизм. Поэтому все религии, возникшие в Индии, все религии, выросшие из инду­изма, верят в повторное рождение, в многократное рождение; а все религии, рожденные еврейским образом мышления - мусульман­ство, христианство - верят в одну жизнь. Это два различных при­ема.

Попытайтесь понять это. Поскольку наши умы зафиксированы, то мы все воспринимаем как теории, а не как приемы. Поэтому много раз люди приходили ко мне и говорили: «Сегодня вы говорите, что это правильно, а вчера говорили, что то правильно, но и это, и то не может быть правильным одновременно». Конечно, и то, и другое не может быть правильным, но этого никто и не утверждает. Меня совсем не интересует, что является правильным, а что - неправиль­ным. Меня интересует только то, какой из приемов действует.

В Индии используется прием, связанный со многими жизня­ми. Почему? Для этого имеется много причин. Все религии, рож­денные на Западе, особенно вытекающие из еврейского образа мышления, были религиями бедных людей. Их пророки были необразованными. Иисус был необразованным, Мухаммед был необразованным, Моисей был необразованным. Все они были не­образованными, естественными, простыми, и они говорили с мас­сами, которые были совсем простыми, которые были бедными, не богатыми.

Для бедного человека одной жизни более чем достаточно, бо­лее чем достаточно! Он голодает, умирает. Если вы скажете ему, что имеется так много жизней, что он будет продолжать рождаться снова и снова, что он будет крутиться в этом колесе из тысячи и одной жизни, то бедный человек будет себя чувствовать просто расстроенным. «Что вы говорите, - скажет бедняк. - Одной жизни слишком много, так что не говорите о тысяче и одной жизни, о миллионах жизней. Не говорите этого. Дайте нам небеса немед­ленно после этой жизни». Бог становится реальностью только в том случае, если его можно достигнуть после этой жизни - немед­ленно.

Будда, Махавира и Кришна обращались к очень богатому обще­ству. Сегодня это трудно понять, потому что все колесо сделало обо­рот. Теперь Запад богатый, а Восток бедный. Тогда же Запад был бедным, а Восток богатым. Все индуистские аватары, все тиртханкары - всемирные учителя джайнов, все будды - пробужденные, - все были принцами. Они принадлежали к королевским семьям. Они были культурными, образованными, изощренными, благородными во всех смыслах. Вы не сможете еще больше облагородить Будду. Он был абсолютно благородным, культурным, образованным; к нему нечего было добавить. Даже если Будда явится сегодня, к нему нечего будет добавить.

Итак, они обращались к обществу, которое было богатым. По­мните, у богатого общества свои проблемы. Для богатого общества удовольствия имеют меньшее значение, небеса имеют меньшее зна­чение. Для бедного общества небеса имеют очень большое значение. Если общество живет на небесах, небеса перестают иметь значение, поэтому вы не можете предлагать их. Вы не сможете убедить делать что-либо ради небес: они уже там - и им надоело.

Поэтому Будда, Махавира и Кришна говорят не о небесах, они говорят о свободе. Они не говорят о некотором другом приятном мире, они говорят о трансцендентальном мире, где нет ни боли, ни удовольствий. Небеса Иисуса для них не будут привлекательными - они уже там. Кроме того, для богатого человека проблемой явля­ется скука. Бедному человеку следует обещать удовольствия в бу­дущем. Для бедного человека проблемой является страдание. Для богатого человека страдание не является проблемой; для богатого человека проблемой является скука. Ему надоели все удовольст­вия.

Махавира, Будда и Кришна использовали эту скуку и говорили: «Если вы не будете ничего делать, вы будете рождаться снова и снова. Это колесо будет вращаться. Помните, будет повторяться одна и та же жизнь. Тот же самый секс, то же самое богатство, та же самая пища, те же самые дворцы снова и снова: тысячу и один раз вы прокрутитесь в этом колесе».

Для богатого человека, познавшего все удовольствия, такое по­вторение не являлось хорошей перспективой. Повторение является проблемой. Это для него страдание. Он хочет чего-то нового, и Махавира и Будда говорят: «Нет ничего нового. Этот мир стар. Ничто не ново под небом, все является старым. Вы уже попробо­вали все это раньше, и вам предстоит продолжать пробовать это. Вы в колесе, в движении. Выйдите за пределы этого, выпрыгните из колеса».

Если вы создадите прием, который усиливает ощущение скуки, то только тогда богатый человек сможет двигаться по направлению к медитации. Если вы говорите о скуке бедному человеку, то вы говорите бессмысленные вещи. Бедный человек никогда не скучает - никогда! Скучает только богатый человек. Бедный человек никогда не скучает; он всегда думает о будущем. Что-то должно будет случить­ся и все будет в порядке. Бедный человек нуждается в обещании, но если обещается очень длительный выход, то он становится бессмыс­ленным. Это должно случиться немедленно.

Пишут, что Иисус говорил: «В моей жизни, в вашей жизни вы увидите царство Божье». Это утверждение является любимым мес­том всего христианства в течение двадцати веков, поскольку Иисус говорил: «В вашей жизни, немедленно, вы увидите царство Божье». А царства Божьего все еще нет, так что же это значит? И он говорил: «Скоро придет конец света, так не тратьте время! Времени нет». Иисус говорил: «Времени очень мало. Глупо расходовать его. Скоро насту­пит конец света, и вы будете держать ответ за себя, так что покайтесь».

Иисус создал ощущение незамедлительности при помощи кон­цепции одной жизни. Он знал, и Будда и Махавира тоже знали. Что бы они ни знали, они об этом не говорили. То, что они предлагали, известно. Это были приемы для создания ощущения незамедлитель­ности, безотлагательности, так чтобы вы могли начать действовать.

Индия была старой страной, богатой. В обещаниях будущего не мог возникнуть вопрос о безотлагательности. Для создания безотла­гательности был возможен только один путь - создание еще большей скуки. Если человек узнает, что он будет рождаться снова и снова, снова и снова, бесконечно, он немедленно придет и спросит: «Как мне освободиться от этого колеса? Это слишком много. Сейчас я не могу продолжать это больше, поскольку все, что я мог познать, я уже познал. Если это должно повторяться, это будет кошмаром. Я не хочу повторения этого, я хочу чего-нибудь нового».

Поэтому Будда и Махавира говорят: «Нет ничего нового под луной. Все старо и все повторяется. Вы повторяли все в течение многих, многих жизней и будете продолжать повторять в течение многих, многих жизней. Остерегайтесь повторения, остерегайтесь вашей скуки. Делайте прыжок».

Приемы различные, но цель одна и та же. Делайте прыжок! Дви­гайтесь! Преобразуйте себя! Чем бы вы ни были, трансформируйте себя.

Если мы будем воспринимать религиозные догмы как приемы, то не будет никакого противоречия. Тогда Иисус и Кришна, Мухам­мед и Махавира имеют в виду одно и то же. Они создают различные маршруты для различных людей, различные техники для различных умов, различную привлекательность для различных взглядов. Но это не принципы, по поводу которых нужно сражаться и спорить. Это приемы, которые должны быть использованы, через которые следует перешагнуть и которые потом нужно отбросить.

На сегодня достаточно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 7

 

ТЕХНИКИ ДЛЯ ВАШЕГО УСПОКОЕНИЯ

 

7 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

Сутры:

10. Во время ласки, дорогая принцесса, входи в ласку, как в вечную жизнь.

11. Закрой двери чувств, когда почувствуешь ползанье муравья. Тогда.

12. Лежа или сидя стань невесомой, выйди за пределы ума.

Человек имеет центр, но он живет вне него - вне центра. Это создает внутреннее напряжение, постоянное смятение, страдание. Вы не там, где вы должны быть; вы неуравновешены. Вы неуравновешены, и это нарушение равновесия, это смещение центра является основой пси­хического напряжения. Если эта неуравновешенность велика, вы сходите с ума. Сумасшедший - это тот, кто вышел из себя полностью. Просветленный человек просто противоположен сумасшедшему. Он центрирован в самом себе.

Вы находитесь между ними. Вы не полностью вышли из себя, но вы и не в своем центре. Вы где-то между этими состояниями. Иногда вы очень далеко уходите от центра, так что бывают моменты, когда вы временно являетесь сумасшедшим. Тогда между вами и сума­сшедшим нет никакой разницы. Различие только в том, что он в этом состоянии постоянно, а вы временно. Вы вернетесь обратно.

Когда вы находитесь в гневе, это сумасшествие, но это не посто­янно. Качественно здесь нет разницы; количественно разница есть. Качество то же самое, поэтому иногда вы прикасаетесь к сумасшест­вию, иногда, когда вы расслаблены и совершенно спокойны, вы при­касаетесь и к своему центру. Это моменты блаженства. Они случаются. Тогда вы подобны Будде или Кришне, но только времен­но, преходяще. Вы не останетесь в этом состоянии. На самом деле в тот момент, когда вы осознаете, что вы счастливы, вы уже движетесь обратно. Это настолько кратковременно, что к тому времени, когда вы распознаете блаженство, оно уже кончится.

Мы продолжаем двигаться между этими двумя состояниями, но это движение опасно. Это движение опасно, потому что в этом случае вы не в состоянии сформировать свой личный образ, свой фиксиро­ванный личный образ. Вы не знаете, кто вы есть. Если вы постоянно движетесь между сумасшествием и своим центром, если это движе­ние не прекращается, то вы не можете иметь фиксированный образ самого себя. Вы будете строить непостоянный образ. Тогда вы не знаете, кто вы такой. Это очень трудно. Вот почему вы даже чего-то боитесь, когда ожидаете счастливых моментов, и, поэтому, стреми­тесь зафиксировать себя где-то посередине.

Вот что мы подразумеваем под нормальным человеческим суще­ством: он никогда не прикасается к своему сумасшествию в гневе, но он также никогда не прикасается к этой тотальной свободе, к этому экстазу. Он никогда не выходит из некоторого фиксированного об­раза. На самом деле нормальный человек является мертвым челове­ком, живущим между этими двумя точками. Вот почему все те, кто в чем-то исключительны - великие артисты, художники, поэты - не являются нормальными. Их психика очень подвижна. Иногда они касаются центра, иногда они идут к сумасшествию. Они быстро перемещаются между этими двумя точками. Конечно, их страдания велики, в них большое напряжение. Они вынуждены жить между двумя мирами, постоянно перестраивая самих себя. Вот почему они чувствуют, что у них отсутствует личность. Они чувствуют, по словам Колина Вильсона, что они посторонние. В нашем мире нормально­сти они чувствуют себя посторонними.

Полезно будет определить эти четыре типа людей. Во-первых, это нормальный человек с зафиксированной, постоянной лично­стью, который знает, кто он - врач, инженер, профессор, святой, - кто знает, кто он есть, и никогда не сдвинется с этого. Он навсегда при­креплен к своей индивидуальности, к своему образу.

Вторыми являются те, кто имеет плавающие образы - поэты, артисты, художники, певцы. Они не знают, кто они есть. Иногда они становятся просто нормальными, иногда они приближаются к сума­сшествию, иногда они прикасаются к восторгу, к которому прикаса­ются будды.

Третьими являются те, кто постоянно безумен. Они вышли из себя; они никогда не возвратятся в свой дом. Они даже не помнят, что у них есть дом.

А четвертые - это те, кто достиг своего дома... Будда, Христос, Кришна.

Представители этой четвертой категории - те, кто достиг своего дома - тотально расслаблены. В их сознании нет никакого напряже­ния, никакого усилия, никакого желания. Другими словами, они не должны становиться. У них нет желания становиться чем-либо. Они есть, они уже есть. Не нужно никем становиться! И они чувствуют себя свободно по отношению к своему бытию. Чем бы они ни были, они легко к этому относятся. Они не желают изменить это, они не хотят перемещаться куда-то. Они не имеют будущего. Данный мо­мент является для них вечностью... ни стремлений, ни желаний. Это не означает, что будда не будет есть или будда не будет спать. Он будет есть, он будет спать, но это не желания. Будда не проектирует эти желания: он не будет есть завтра, он будет есть сегодня.

Помните это. Вы продолжаете есть завтра, вы продолжаете есть в будущем; вы продолжаете есть в прошлом, вы продолжаете есть вче­ра. Редко случается, чтобы вы ели сегодня. Пока вы едите сегодня, ваш ум перемещается куда-либо еще. Пока вы будете пытаться за­снуть, вы начнете есть завтра или придет воспоминание о прошлом.

Будда ест сегодня. Он живет текущим моментом. Он не проекти­рует свою жизнь в будущее; для него нет будущего. Когда бы будущее ни пришло, оно приходит как настоящее. Для него всегда сегодня, всегда сейчас. Поэтому будда ест, но он никогда не ест в своем созна­нии - запомните это. У него нет мысленного приема пищи. Вы же продолжаете есть в уме. Это абсурдно, потому что ум не предназначен для еды. Все ваши центры приведены в замешательство; все устрой­ство вашего тела-ума перепутано, это сумасшествие.

Будда ест, но он никогда не думает о еде. И это применимо ко всему. Поэтому, когда будда ест, он такой же обычный, как и вы. Не думайте, что будда не ест, или что при жарком солнце он не потеет, или при холодном ветре он не испытывает холода. Он будет это чувствовать, но он всегда будет чувствовать в настоящем, и никогда в будущем. Ему не нужно ничем становиться. Если ему не нужно становиться, то нет напряжения. Поймите это отчетливо. Если не нужно ничем становиться, то как может быть какое-либо напряже­ние? Напряжение означает, что вы желаете быть чем-то другим, чем вы не являетесь.

Вы есть А, а хотите быть Б; вы бедный, а хотите быть богатым; вы безобразны, а хотите быть прекрасным; вы глупы, а хотите быть мудрецом. Что бы ни хотелось, каково бы ни было желание, форма его всегда такая: А хочет быть Б. Чем бы вы ни были, вы не удовлет­ворены этим. Для удовлетворенности нужно что-то еще - такова постоянная структура ума, который желает. Когда вы получите жела­емое, ум снова скажет, что этого недостаточно, что необходимо что-то еще.

Ум всегда движется все дальше и дальше. Чтобы вы ни получили, это становится бесполезным. В тот момент, когда вы получаете не­что, оно становится бесполезным. Это желание. Будда называл это тришна: желание стать чем-то.

Вы движетесь от одной жизни к другой, от одного мира к другому и это продолжается. Оно может продолжаться до бесконечности. Это­му нет конца, нет конца желанию. Но если нет потребности стать, если вы тотально принимаете себя таким, каковы вы есть - безобраз­ным или прекрасным, мудрым или глупым, богатым или бедным, - каким бы вы ни были, если вы принимаете это во всей его тотальности, то становление прекращается. Тогда нет никакого напряжения, тогда напряжение не может существовать. Тогда нет никакого стра­дания. Вы свободны, вы не обеспокоены. Этот ум, у которого нет потребности стать чем-то, является умом, центрированным в самом себе.

На совершенно противоположном полюсе находится сумасшед­ший. У него нет бытия, у него есть только становление. Он забыл, кто он есть. А забыто полностью, и он пытается быть Б. Он больше не знает, кто он такой; он знает только свою желаемую цель. Он не живет здесь и сейчас, он живет где-то в другом месте. Вот почему он выгля­дит для нас безумным, сумасшедшим, ведь мы живем в этом мире, а он живет в мире своих сновидений. Он не является частью нашего мира, он живет где-то в другом месте. Он полностью забыл свою реальность здесь и сейчас. А вместе с собой он забыл и окружающий его реальный мир. Он живет в нереальном мире - для него этот мир является единственной реальностью.

Будда живет в текущий момент своего бытия, а сумасшедший совершенно противоположен этому. Он никогда не живет здесь и сейчас, в бытии, но всегда находится в процессе становления - где-то там, на горизонте. Это две полярные противоположности.

Помните, сумасшедший не противоположен вам, он противопо­ложен будде. И помните также, что будда не противоположен вам, он противоположен сумасшедшему. Вы посредине. Вы и то, и другое, вы смесь; вы имеете некоторое количество сумасшествия, вы имеете моменты просветления, но все это перемешано.

Иногда вдруг случается кратковременное попадание в центр - если вы расслаблены. Имеются моменты, когда вы расслаблены. Вы влюблены: в течение нескольких мгновений, на одно мгновенье, ва­ша любимая, ваша возлюбленная с вами. Было долгое желание, были долгие усилия и, наконец, ваша любимая с вами. На мгновение ум смещается. Было долгое усилие, чтобы быть с любимой. Ум страстно желал, желал и желал, он думал, думал и думал о любимой. Теперь любимая здесь и внезапно ум не может думать. Прежний процесс не может быть продолжен. Вы искали любимую и теперь она здесь, так что ум просто остановился.

В тот момент, когда любимая здесь, нет никаких желаний. Вы расслаблены; вы вдруг отброшены обратно к себе. Если любящий не может отбросить вас к себе, это не любовь. Если вы не становитесь самим собой в присутствии любимой, это не любовь. Если ум не перестает полностью функционировать в присутствии любящего или любимой, это не любовь.

Иногда случается так, что ум останавливается, и на мгновенье у вас нет желаний. Любовь есть отсутствие желаний. Попытайтесь понять это: вы можете желать любви, но сама любовь-это отсутствие желаний. Когда случается любовь, желаний нет; ум спокоен и рас­слаблен. Не надо ничем становиться, не надо никуда идти.

Но это случается только на несколько мгновений, если вообще случается. Если вы действительно любите кого-то, то это случится на несколько мгновений. Это шок. Ум не может работать, поскольку все его функции стали бесполезными, абсурдными. Тот, кого вы так долго желали, здесь, и ум не знает, что теперь делать.

На несколько мгновений весь механизм останавливается. Вы расслаблены в самом себе. Вы прикоснулись к своей сути, к своему центру, и вы чувствуете, что вы являетесь источником благополучия. Благословение снизошло на вас, вас окружает благоухание. Внезапно вы становитесь не тем, кем были раньше.

Вот почему любовь совершает такие большие преобразования. Если вы любите, вы не можете скрыть это. Это невозможно! Если вы любите, это будет видно. Ваши глаза, ваше лицо, ваша походка, то, как вы сидите - все будет показывать это, потому что вы уже не тот же самый. Здесь нет желающего ума. В течение нескольких мгнове­ний вы подобны будде. Это не может продолжаться долго, потому что это просто шок. Ум немедленно начнет искать способы и причины, чтобы снова думать.

Ум, например, может начать думать, что вы достигли своей цели, вы приобрели вашу любовь, и что же теперь? Что вы собираетесь делать? Тогда начинаются предсказания, начинаются рассуждения. Вы начинаете думать: «Сегодня я получил свою любимую, но будет ли то же самое и завтра?» Ум начал работать. И в тот момент, когда ум снова заработал, вы снова окунулись в задачу стать чем-нибудь.

Иногда даже без любви, просто от усталости, изнуренности же­лания исчезают. Тогда человек также отбрасывается к самому себе. Когда вы не выходите из себя, вы обязаны быть в самом себе, неза­висимо от причины этого. Когда кто-то тотально устал, измучен, когда он даже не испытывает потребности думать или желать, когда он полностью расстроен, без какой-либо надежды, тогда внезапно он чувствует себя дома. Сейчас он не может никуда идти. Все двери закрыты; надежда исчезла - и с ней желание, с ней потребность чем-то становиться.

Это будет длиться недолго, потому что ваш ум имеет определен­ное устройство. Он может выйти из строя на несколько мгновений, но он вдруг снова оживет, потому что вы не можете существовать без надежды, вы должны найти какую-то надежду. Вы не можете сущест­вовать без желаний. Поскольку вы не знаете, как существовать без желаний, вы должны будете создать некоторое желание.

В любой ситуации, когда случается так, что ум прекращает свое функционирование, вы в своем центре. Вы на каникулах, в лесу, или на горной станции, или на пляже: вдруг ваш шаблонный ум не рабо­тает. Здесь нет конторы, нет жены или мужа. Вдруг здесь совершенно новая ситуация, и уму требуется некоторое время, чтобы начать фун­кционировать, чтобы приспособиться. Ум ощущает себя неприспо­собленным. Ситуация настолько нова, что вы расслабляетесь и вы в своем центре.

В эти моменты вы становитесь буддой, но это только мгновения. Потом эти мгновения будут преследовать вас, потом вы будете хотеть воспроизвести их снова и снова и повторить их. Но помните, они случаются внезапно, так что вы не можете повторить их. И чем больше вы пытаетесь повторить их, тем больше становится невоз­можным, чтобы они пришли к вам.

Это случается с каждым. Вы любили кого-нибудь и при первой встрече ваш ум приостановился на несколько мгновений. Затем вы поженились. Почему вы поженились? Чтобы повторять эти прекрас­ные мгновения снова и снова. Но когда они случались, вы не были женаты, а они и не могут случиться с женатым, потому что это совсем другая ситуация. Когда два человека встречаются в первый раз, вся ситуация является новой. В этой ситуации их умы не могут функци­онировать. Они так ошеломлены этим - так наполнены новыми переживаниями, новой жизнью, новым цветением! Затем ум начи­нает функционировать и они думают: «Это такой прекрасный мо­мент! Я хочу продолжать повторять это каждый день, поэтому я должен жениться».

Ум разрушит все. Женитьба означает ум. Любовь является спон­танной; женитьба является расчетливой. Вступление в брак является математическим процессом. И затем вы ждете этих моментов, но они никогда не приходят снова. Вот почему каждый женатый муж­чина и каждая замужняя женщина расстроены - поскольку они ожи­дали некоторых вещей, которые случались в прошлом. Почему они не случаются снова? Они не могут случиться, потому что вы упусти­ли всю ситуацию. Теперь вы не являетесь новым; теперь нет спон­танности; теперь любовь является рутиной. Теперь все ожидается и все требуется. Теперь любовь становится долгом, а не забавой. Она была забавой в самом начале; теперь она долг. А долг не может дать вам то же самое блаженство, которое может дать забава. Это невозможно! Все это создал ваш ум. Теперь вы продолжаете ожидать, и чем больше вы ожидаете, тем меньше вероятность того, что это случить­ся.

Такое случается везде, не только при женитьбе. Вы приходите к мастеру, и ваше переживание является новым. Его присутствие, его слова, его образ жизни являются для вас новыми. Вдруг ваш ум перестает функционировать. Тогда вы думаете: «Это тот человек, ко­торый мне нужен, поэтому я должен ходить к нему каждый день». Затем вы вступаете с ним в тесный контакт. Но постепенно приходит крушение ваших надежд, потому что вы сделали это долгом, рутиной. Теперь то же самое переживание уже не придет. Тогда вы начинаете думать, что этот человек обманул вас или что вас дурачат каким-либо образом. Тогда вы думаете: «Первое переживание было галлюцина­цией. Я, должно быть, был загипнотизирован или что-то в этом роде. Это не было реальным».

Это было реальным. Ваш шаблонный ум сделал это нереальным. Ваш ум пытается ожидать, а первый раз, когда это случилось с вами, вы не ожидали. Вы пришли без всяких ожиданий, вы были просто открыты для получения того, что случилось.

Теперь вы приходите каждый день с ожиданиями, с закрытым умом. Это не может случиться. Это всегда случается в открытом уме; это всегда случается в новой ситуации. Это не означает, что вы дол­жны менять ситуацию ежедневно, это только означает: не позволяйте вашему уму создавать шаблоны. Тогда ваша жена будет новой каж­дый день, ваш муж будет новым каждый день. Но не позволяйте вашему уму создавать шаблоны ожиданий; не позволяйте уму дви­гаться в будущее. Тогда ваш мастер каждый день будет новым, ваш друг каждый день будет новым. И все в мире является новым, за исключением ума. Ум - единственная вещь, которая является старой. Он всегда старый.

Солнце каждый день встает по-новому. Это не старое солнце. Луна является новой; день, ночь, цветы, деревья... все является но­вым, за исключением вашего ума. Ваш ум всегда стар - запомните, всегда, - потому что ум нуждается в прошлом, в накопленном опыте, в проектировании опыта. Ум нуждается в прошлом, а жизнь нужда­ется в настоящем. Жизнь всегда благословенна - ум никогда. Когда бы вы ни позволили своему уму войти, с ним приходит страдание.

Эти спонтанные моменты не повторятся снова, так что же делать? Как быть в расслабленном состоянии непрерывно? Эти три сутры как раз для этого. Эти три техники имеют отношение к ощущению рас­кованности, покоя, это техники для расслабления нервной системы.

Как оставаться в бытии? Как избежать желания стать чем-то? Это трудно, очень трудно, но эти техники могут помочь. Эти техники отбросят вас к самому себе.

 

10. Стань лаской

Первая релаксационная техника: Во время ласки, дорогая прин­цесса, входи в ласку, как в вечную жизнь.

Шива начинает с любви. Первая техника имеет дело с любовью, поскольку любовь - это самое близкое из вашего жизненного опыта, в котором вы испытываете расслабление. Если вы не можете любить, для вас невозможным будет и расслабление. Если вы можете расслаб­ляться, ваша жизнь будет наполнена любовью.

Напряженный человек не может любить. Почему? Напряжен­ный человек всегда живет целенаправленно. Он может зарабатывать деньги, но он не может любить, потому что любовь не имеет цели. Любовь не является предметом потребления. Вы не можете копить ее; вы не можете выписать на нее банковский счет; вы не можете при ее помощи усилить свое эго. Действительно, любовь является самым нелепым действием, без какого-либо значения, без какой-либо цели. Она существует сама по себе, а не для чего-либо другого.

Вы зарабатываете деньги для чего-либо - деньги являются сред­ством. Вы строите дом, чтобы в нем кто-то жил - дом является средством. Любовь не является средством. Почему вы любите? Для чего вы любите? Цель любви - в самой себе. Вот почему ум, который является вычисляющим, логическим, ум, который рассуждает в тер­минах цели, не может любить. Кроме того, ум, который всегда рас­суждает в терминах цели, будет напряженным, потому что цель может быть достигнута только в будущем, но никогда здесь и сейчас.

Вы строите дом - вы не можете жить в нем непосредственно сейчас, вы должны его сначала достроить. Вы сможете жить в нем в будущем, а не сейчас. Вы зарабатываете деньги - банковский счет появится в будущем, а не сейчас. Средства вы должны использовать сейчас, а цели будут достигнуты в будущем.

Любовь всегда здесь; в ней нет будущего. Вот почему любовь так близка к медитации. Вот почему и смерть так близка к медитации - потому что смерть также всегда здесь и сейчас, она никогда не может случиться в будущем. Можете ли вы умирать в будущем? Вы можете умирать только в настоящий момент. Никто никогда не умер в буду­щем. Как вы можете умирать в будущем? Или как вы можете умирать в прошлом? Прошлое прошло, его больше нет, так как вы можете умирать в нем? Будущее еще не пришло, так как вы можете умирать в нем?

Смерть всегда происходит в настоящем. Смерть, любовь, меди­тация - все они имеют место в настоящем. Поэтому если вы боитесь смерти, вы не можете любить. Если вы боитесь любви, вы не можете медитировать. Если вы боитесь медитации, ваша жизнь будет беспо­лезной. Бесполезной не в смысле какой-либо цели, а бесполезной в том смысле, что вы никогда не сможете почувствовать в ней блаженство. Она будет бесполезной.

Объединение этих трех понятий - любви, медитации и смерти - может показаться странным. Это не так! Это сходные переживания. Поэтому, если вы сможете войти в одно их них, вы сможете войти и в два других.

Шива начинает с любви. Он говорит: Во время ласки, дорогая принцесса, входи в ласку, как в вечную жизнь. Что это означает? Мно­гое! Первое: пока вас любят, прошлое исчезает, будущего нет. Вы движетесь в измерении настоящего. Вы движетесь в сейчас. Любили ли вы кого-нибудь? Если вы когда-либо любили, то вы знаете, что ума здесь больше нет.

Вот почему так называемые мудрые люди утверждают, что лю­бящие являются слепыми, безумными, сумасшедшими. По сущест­ву, то, что они говорят, является правильным. Любящие действительно слепы, потому что у них нет глаз для будущего, для вычисления того, что они должны делать. Они слепы; они не могут видеть прошлое. Что происходит с любящими? Они просто находят­ся здесь и сейчас без какого-либо рассмотрения прошлого и будуще­го, без какого-либо рассмотрения последствий. Вот почему их называют слепыми. Они действительно слепые! Они являются сле­пыми для тех, кто вычисляет, и они являются провидцами для тех, кто не вычисляет. Тот, кто не вычисляет, будет видеть любовь реаль­ными глазами, реальным зрением.

Итак, первое: в момент любви прошлое и будущее отсутствуют. Тогда следует понять один тонкий момент. Когда нет прошлого и нет будущего, можете ли вы назвать данный момент настоящим? Он является настоящим только между двумя другими - между про­шлым и будущим. Он относителен. Если нет ни прошлого, ни буду­щего, то имеет ли смысл называть его настоящим? Смысла нет. Вот почему Шива не использует слово «настоящее». Он говорит: вечная жизнь. Он имеет в виду вечность... войдите в вечность.

Мы разделяем время на три части - прошлое, настоящее, буду­щее. Время это действительно прошлое и будущее. Но настоящее не является частью времени. Настоящее есть часть вечности. То, что прошло, является временем, то, что придет, является временем. То, что есть, не является временем, потому что оно никогда не проходит - оно всегда здесь. Сейчас всегда здесь. Оно всегда здесь! Это «сейчас» является вечностью.

Если вы движетесь из прошлого, вы никогда не попадете в насто­ящее. Из прошлого вы всегда перемещаетесь в будущее; вы не прохо­дите никакого момента, который был бы настоящим. Из прошлого вы всегда попадаете в будущее. Из настоящего вы никогда не движе­тесь в будущее. Из настоящего вы идете все глубже и глубже, в еще более и более настоящее. Это и есть вечность.

Мы можем сказать это таким образом: линия из прошлого в будущее есть время. Время означает движение по плоскости, по пря­мой линии. Мы можем назвать ее горизонталью. В тот момент, когда вы находитесь в настоящем, измерение меняется: вы движетесь вер­тикально - вверх или вниз, к вершинам или к глубинам. Но тогда вы не движетесь горизонтально. Будда, Шива жили в вечности, а не во времени.

Иисуса спросили: «Что будет в вашем царстве Божьем?» Человек, который спрашивал его, не спрашивал о времени. Он спрашивал, что случится с его желаниями, как они будут выполняться. Он спраши­вал, будет ли жизнь вечной или наступит смерть; будет ли там стра­дание, будут ли там высшие и низшие люди. Когда он задавал этот вопрос, он спрашивал о понятиях этого мира.

И Иисус ответил - его ответ в духе дзэнского монаха - «Там больше не будет времени».

Человек, которому ответили таким образом, не мог ничего по­нять: «Там больше не будет времени». Иисус сказал только одно это: «Там больше не будет времени», потому что время горизонтально, а царство Божье на вертикали... в вечности. Оно всегда здесь! Вы дол­жны только выйти из времени и войти в него.

Итак, любовь - это первая дверь. Через нее вы можете выйти из времени. Вот почему все хотят быть любимыми, все хотят любить. И никто не знает, почему такое большое значение придается любви, почему существует такое страстное и глубокое желание любви. И пока вы не поймете этого, вы не сможете ни любить, ни быть люби­мым, потому что любовь - это одно из глубочайших явлений на этой Земле.

Мы продолжаем думать, что каждый способен любить, оставаясь таким, каков он есть. Это не так. Вот почему вы разочарованы. Любовь находится в другом измерении, и если вы пытаетесь любить где-то во времени, ваши усилия будут безуспешными. Во времени любовь невозможна.

Я вспоминаю один анекдот. Мира была влюблена в Кришну. Она была домашней хозяйкой - женой принца. Принц стал ревновать к Кришне. Кришны здесь не было, Кришна отсутствовал, Кришна не был физическим телом. Между физическим существованием Криш­ны и физическим существованием Миры был промежуток в пять тысяч лет. Поэтому как, на самом деле, Мира могла влюбиться в Кришну? Временной интервал был слишком велик.

Однажды принц, ее муж, спросил Миру: «Ты продолжаешь гово­рить о своей любви, ты продолжаешь петь и танцевать вокруг Криш­ны, но где он? В кого ты так сильно влюблена? С кем ты все время разговариваешь?» Мира разговаривала с Кришной, пела, смеялась, дралась. Она выглядела сумасшедшей - в наших глазах она и была сумасшедшей. Принц сказал: «Ты сошла с ума? Где твой Кришна? Кого ты любишь? С кем ты беседуешь? Я здесь, но ты полностью забыла меня».

Мира сказала: «Кришна здесь, а ты не здесь, потому что Кришна вечен, а ты - нет. Он всегда будет здесь, он всегда был здесь, он сейчас здесь. Ты не будешь здесь; ты не был здесь. Ты был не здесь когда-то в прошлом, ты будешь не здесь когда-то в будущем, так как же я могу поверить, что между этими двумя несуществованиями ты нахо­дишься здесь? Как может быть существование между двумя несуще­ствованиями?»

Принц находится во времени, а Кришна - в вечности. Поэтому вы можете быть около принца, но дистанция между вами не может быть разрушена. Вы будете на расстоянии. Вы можете быть очень, очень далеко по времени от Кришны, но быть к нему ближе. Это, однако, уже в другом измерении.

Я гляжу перед собой и вижу стены; я перевожу свои глаза и вижу небо. Когда вы смотрите во времени, вы всегда видите стены. Когда вы смотрите вне времени, вы видите открытое небо... бесконечность. Любовь отпирает бесконечность, вечность существования.

Итак, если вы влюблены, то любовь можно превратить в технику медитации: Во время любви, дорогая принцесса, входи в любовь, как в вечную жизнь.

Не будьте любовником, стоящим в отдалении, снаружи. Станьте любовью и двигайтесь в вечность. Когда вы любите кого-нибудь, находитесь ли вы здесь как любовник? Если вы здесь, то вы находи­тесь во времени и ваша любовь просто фальшь, ложь. Если вы еще здесь и можете сказать: «Я есть», то физически вы можете быть близко, но духовно вы на различных полюсах.

Во время любви вас не должно быть - только любовь. Станьте любовью. Во время ласки любящий вас или ваш любимый становит­ся лаской. Во время поцелуя не будьте целующим или целуемым - будьте поцелуем. Полностью забудьте об эго, растворите его в дейст­вии. Проникните в действие настолько глубоко, чтобы действующего не стало. А если вы не сможете проникнуть в любовь, то вам трудно будет проникнуть в еду или в ходьбу - очень трудно, потому что любовь является самым легким методом растворения своего эго. Вот почему эгоисты не могут любить. Они могут говорить о любви, они могут петь о ней, они могут писать о ней, но они не могут любить. Эго не может любить!

Шива говорит, чтобы вы стали любовью. Когда вы в объятиях, станьте объятием, станьте поцелуем. Забудьте себя настолько тоталь­но, чтобы вы могли сказать: «Меня нет здесь. Существует только любовь». Тогда стучит не сердце, но стучит любовь. Тогда циркули­рует не кровь, но циркулирует любовь. И видят не глаза, а любовь. Тогда прикасаются не руки, а любовь.

Станьте любовью и войдите в вечную жизнь. Любовь внезапно меняет ваше измерение. Вы выпадаете из времени и стаете лицом к лицу с вечностью. Любовь может совершить глубокую медитацию - самую глубокую возможную медитацию. Любящие иногда знают такое, чего не знают святые. И любящие прикасаются к тому центру, который теряют многие йоги. Но это будет только кратковременно, если вы только не трансформируете свою любовь в медитацию. Тантра имеет в виду именно это: трансформацию любви в медитацию. И теперь вы можете понять, почему тантра так много говорит о любви и сексе. Почему? Потому что любовь является ближайшей естественной дверью, через которую вы можете выйти за пределы этого мира, за пределы горизонтального измерения.

Посмотрите на Шиву и его супругу Дэви. Посмотрите на них! Они не кажутся двумя существами - они одно. Это единство настоль­ко глубокое, что оно даже превратилось в символ. Мы все видели шивалингу. Это фаллический символ - половой орган Шивы, - но он не один, он находится во влагалище Дэви. Древние индусы были очень смелыми. Сейчас, когда вы видите шивалингу, вы никогда не вспоминаете, что это фаллический символ. Мы забыли; мы стараем­ся полностью забыть это.

В своих воспоминаниях, в своей автобиографии Юнг вспоминает очень красивый и смешной случай. Он приехал в Индию и отправил­ся посмотреть Конарак, а в храме Конарака имеется много, много шивалинг, много фаллических символов. Ученый индус, который водил его, объяснял ему все, кроме шивалинг. А их было так много, так трудно было избежать разговора о них. Юнг обо всем был хорошо осведомлен, но чтобы испытать своего гида, он все время спрашивал: «А что это такое?»

И индус сказал, наконец, на ухо Юнгу: «Не спрашивайте меня здесь, я расскажу вам потом. Это вещи, не подлежащие широкой огласке».

Юнг должно быть внутренне смеялся - вот он современный ин­дус. Затем уже вне храма индус подошел ближе и сказал: «Нехорошо, что вы спрашивали об этом в присутствии других. Я сейчас скажу вам. Это тайна». И затем он снова сказал Юнгу на ухо: «Это наши секретные, не подлежащие оглашению знания».

Когда Юнг вернулся, он повстречал одного великого исследова­теля - исследователя восточного мышления, мифологии, филосо­фии - Генриха Циммера. Он рассказал об этом случае Циммеру. Циммер был одним из наиболее одаренных умов, когда-либо пытав­шихся проникнуть в индийское мышление, он любил Индию и ее образ мышления - восточный, нелогический, мистический подход к жизни. Когда он услышал этот рассказ от Юнга, он рассмеялся и сказал: «Это хорошо для разнообразия. Я всегда слышал о великих индийцах - Будде, Кришне, Махавире. То, что вы рассказываете, говорит не о великих индийцах, но просто об индийцах».

Любовь для Шивы является величайшими вратами. И для него секс не есть нечто, подлежащее осуждению. Для него секс есть семя, а любовь есть цветение этого семени, и если вы осуждаете семя, то вы осуждаете и цветок. Секс может стать любовью. Если он не становит­ся любовью, это уродство. Осуждайте уродство, а не секс. Любовь должна цвести, секс должен становиться любовью. Если он не стано­вится любовью, это не его вина, это ваша вина.

Секс не должен оставаться сексом - так учит тантра. Он должен быть трансформирован в любовь. И любовь также не должна оста­ваться любовью. Она должна быть трансформирована в свет, в меди­тативное переживание, в последнюю, предельную мистическую вершину. Как преобразовать любовь? Будьте действием и забудьте про действующего. Во время любви будьте любовью - просто любо­вью. Тогда это будет не ваша любовь, не моя любовь, не чья-то еще любовь - это будет просто любовь. Когда вы не здесь, когда вы в руках предельного источника или потока, когда вы полностью в любви, тогда это не вы в любви. Когда любовь поглотила вас, вы исчезли; вы просто стали энергией цветения.

Д.Г. Лоуренс, один из наиболее творческих умов этого века, воль­но или невольно был приверженцем тантры. Он всецело осуждался на Западе, его книги были запрещены. Было много дел в судах только потому, что он говорил: «Сексуальная энергия является только энер­гией, и если вы осуждаете ее и подавляете ее, то вы против природы. Тогда вы никогда не будете в состоянии познать высшее цветение этой энергии. А когда она подавляется, она становится безобразной - это порочный круг».

Священники, моралисты, так называемые религиозные люди - шанкарачарья и другие - продолжают осуждать секс. Они утвержда­ют, что это безобразно. А когда вы подавляете его, он и становится безобразным. Поэтому они говорят: «Смотрите! То, что мы говорим, является правдой. Вы сами это доказали. Смотрите! Все, что вы делаете, является безобразным, и вы знаете, что это безобразно».

Но дело не в сексе, который якобы безобразен, а в тех, кто делает его безобразным. Раз они сделали его безобразным, они оказались правы. А раз они оказались правы, то вы продолжаете делать его все более и более безобразным.

Секс является невинной энергией - жизнь расцветает в вас, суще­ствование живет в вас. Не калечьте его! Позвольте ему двигаться к вершинам. Это значит, что секс должен перерасти в любовь. В чем различие между ними? Когда ваш ум сексуален, вы эксплуатируете других; другие являются просто инструментом, который нужно ис­пользовать и выбросить. Когда секс становится любовью, другой перестает быть инструментом, другой не эксплуатируется; другой перестает быть другим. Когда вы любите, это уже не самоцентриро­вание. Наоборот, существенным и уникальным становится другой.

Это не значит, что вы эксплуатируете его - нет! Наоборот, вы оба объединяетесь в глубоком переживании. Вы партнеры в глубоком переживании, а не эксплуататор и эксплуатируемый. Вы помогаете друг другу войти в совершенно другой мир любви. Секс является эксплуатацией. Любовь является совместным движением в другой мир.

Если это движение не является мгновенным, и если это движение становится медитативным - то есть если вы забываете себя полно­стью, любящий и любимый исчезают и остается только цветущая любовь, - тогда, как говорит Шива, вечная жизнь становится вашей.

 

11. Закрой свои чувства, стань подобным камню

Вторая релаксационная техника: Закрой двери чувств, когда по­чувствуешь ползанье муравья. Тогда.

Эта сутра кажется очень простой, но она не так проста. Я прочи­таю ее снова: Закрой двери чувств, когда почувствуешь ползанье му­равья. Тогда. Это только пример; ничего не нужно делать. Закрой двери чувств, когда почувствуешь ползанье муравья и тогда - тогда это случится. Что Шива имеет в виду?

В вашу ногу вонзилась колючка - это болезненно, вы страдаете. Или муравей ползет по вашей ноге. Вы чувствуете это ползанье и вдруг хотите сбросить его. Возьмите любое переживание такого рода! У вас рана - она болит. У вас головная боль или боль в теле. В качестве объекта может быть что угодно. Это только пример - ползанье му­равья. Шива говорит: закрой двери чувств, когда почувствуешь пол­занье муравья. Что бы вы ни почувствовали, закройте двери всех чувств.

Что нужно делать? Закройте глаза и думайте, что вы слепы и не можете видеть. Закройте уши и думайте, что вы не можете слышать. Закройте все пять органов чувств. Как вы можете закрыть их? Это легко. На мгновенье прекратите дыханье: все ваши чувства будут закрыты. Когда дыхание прекратилось и все чувства закрыты, где ползанье? Где муравей? Вы вдруг устранены - вы далеко.

Один из моих друзей, мой старый друг, весьма пожилой, упал на лестнице, и врачи сказали ему, что теперь он не будет в состоянии вставать с постели в течение трех месяцев, что он должен будет лежать три месяца. А он был очень беспокойным человеком; это было очень трудно для него. Я пришел проведать его, и он сказал: «Молись за меня и благослови меня, чтобы я мог умереть, потому что эти три месяца больше чем смерть. Я не могу оставаться подобным камню. А мне говорят, чтобы я не двигался».

Я сказал ему: «Это хорошая возможность. Просто закройте глаза и думайте, что вы просто камень, что вы не можете двигаться. Как вы можете двигаться? Вы камень - просто камень, статуя. Закройте глаза. Почувствуйте, что вы теперь камень, статуя».

Он спросил меня, что при этом будет. Я сказал ему: «Только попробуйте. Я сижу здесь и ничего нельзя сделать. Ничего нельзя сделать! Вы в любом случае должны быть здесь в течение трех меся­цев, так попытайтесь».

Он никогда бы не попробовал, но ситуация была такой невозмож­ной, что он сказал: «О'кей! Я попытаюсь, так как что-то может слу­читься. Но я не верю этому. Я не верю, что что-то может случиться только оттого, что я думаю, что я подобен камню, мертв как статуя. Но я попробую». И он попробовал.

Я тоже не думал, что что-нибудь случится, потому что такой уж это был человек. Но иногда, когда вы в невозможной, безнадежной ситуации, что-то начинает случаться. Он закрыл глаза. Я ждал, пото­му что я думал, что через две или три минуты он откроет их и скажет: «Ничего не получилось». Но он не открывал глаза, и прошло тридцать минут. Я мог видеть и чувствовать, что он превратился в статую. С его лба сошло всякое напряжение. Его лицо изменилось.

Я должен был уходить, но он не мог открыть глаза. И он был так молчалив, как мертвый. Его дыхание успокоилось. Поскольку я дол­жен был уходить, я вынужден был сказать ему: «Я должен сейчас уходить, так что откройте, пожалуйста, глаза и расскажите мне, что же случилось».

Он открыл глаза другого человека. И он сказал: «Это чудо. Что вы сделали со мной?»

Я сказал ему: «Я совершенно ничего не делал».

Он сказал: «Вы, должно быть, сделали что-то, потому что это было чудесно. Когда я начал думать, что я просто камень, что я просто статуя, тогда ко мне вдруг пришло ощущение, что если я и захочу двинуть рукой, то это невозможно будет сделать. Я много раз пытался открыть глаза, но они были как камень, и я не мог их открыть».

У него были жестокие боли; он не мог спать ночью без транкви­лизаторов. Но боль исчезла. Я спросил его, как он ощущал, что боль исчезает.

Он сказал: «Сначала я почувствовал, что она как-то отдалилась. Боль была, но очень далеко, как будто бы она была у кого-то другого. А затем постепенно, шаг за шагом, как будто кто-то уходил прочь и вы переставали видеть его, она исчезла. Боль исчезла! Минимум через десять минут боль исчезла. Как может испытывать боль тело из камня?»

Эта сутра говорит: закрой двери чувств. Стань подобным камню, закрытым для мира. Когда вы закрыты для мира, вы, на самом деле, закрыты и для своего тела, потому что ваше тело не является вашей частью, оно является частью мира. Когда вы полностью закрыты для мира, вы также полностью закрыты и для своего собственного тела. Тогда, говорит Шива, это случится.

Итак, испытайте это со своим телом. Что бы вы ни делали, вам для этого не нужно, чтобы какой-то муравей ползал по вам. В про­тивном случае вы будете думать: «Когда поползет муравей, я буду медитировать». А таких полезных муравьев очень трудно найти, по­этому подействует что угодно. Вы лежите в постели, вы ощущаете холодные простыни - станьте мертвым. Вдруг простыни пойдут прочь, прочь, прочь и исчезнут. Ваша постель исчезнет, ваша спальня исчезнет; весь мир исчезнет. Вы закрыты, мертвы как камень, как монада Лейбница без окон снаружи - без окон! Вы не можете двигать­ся!

А затем, когда вы не можете двигаться, вы отбрасываетесь к само­му себе, вы центрируетесь в самом себе. Тогда в первый раз вы сможете посмотреть из своего центра. А раз вы можете смотреть из своего центра, вы никогда уже не будете тем же самым человеком.

 

12. Позволь себе стать невесомым

Третья релаксационная техника: Лежа или сидя стань невесомой, выйди за пределы ума.

Вы сидите здесь. Просто почувствуйте, что вы стали невесомы­ми, что веса нет. Вы почувствуете, что в том или ином месте вес есть, но продолжайте пытаться почувствовать невесомость. Она придет. Придет момент, когда вы почувствуете, что вы невесомы, что веса нет. Когда веса нет, вы не являетесь больше телом, потому что вес идет от тела, а не от вас. Вы невесомы.

Вот почему было проделано столько экспериментов. Кто-то умер... Многие ученые по всему миру пытались взвесить умершего человека. Если бы была хоть какая-нибудь разница, если бы живой человек весил хоть чуть-чуть больше, чем мертвый, тогда ученые могли бы сказать, что что-то удалилось из тела, что души, или чего-то там еще больше нет - потому что для науки ничто не может быть невесомым, ничто!

Вес является основой всей материи. Даже солнечные лучи имеют вес. Они очень, очень легкие, ничтожно легкие, их трудно взвесить, но ученые взвесили их. Если вы сможете собрать все солнечные лучи с участка площадью в пять квадратных миль, то их вес будет равен весу волоса. Но солнечные лучи действительно имеют вес; они взве­шены. Для науки ничто не может быть невесомым. И если что-то может быть невесомым, то оно нематериально, оно не может быть материей. А наука в течение последних двадцати или двадцати пяти лет считала, что нет ничего, кроме материи.

Поэтому, если человек умирает и если что-то покидает его тело, то вес должен измениться. Но он никогда не изменяется; он остается тем же самым. Иногда он даже становится больше - это проблема. Живой человек весит меньше; мертвый человек становится несколь­ко более весомым. Это создает новые проблемы, потому что они пытались выяснить, теряется ли вес; тогда бы они могли сказать, что что-то улетучилось. Но, оказывается, наоборот, что-то добавляется. Что происходит? Вес является материальным, но вы не являетесь весом. Вы нематериальны.

Если вы испытаете эту технику приобретения невесомости, вы просто должны будете представить себя как невесомость - и не просто представить, но и почувствовать, что ваше тело становится невесо­мым. Если вы будете продолжать чувствовать, чувствовать и чувст­вовать, придет момент, когда вы осознаете, что вы невесомы. Вы уже невесомы, поэтому вы можете осознать это в любой момент. Вы должны только создать ситуацию, в которой вы сможете снова почув­ствовать, что вы невесомы.

Вы должны разгипнотизировать себя. Это гипноз, вера в то, что «я есть тело, и вот почему я ощущаю вес». Если вы сможете разгипнотизировать себя и представить себе, что вы не есть тело, вы не будете чувствовать веса. А когда вы не чувствуете веса, вы находитесь за пределами своего ума, говорит Шива: Лежа или сидя стань неве­сомой, выйди за пределы ума. Тогда может случиться нечто. Ум также имеет вес; ум различных людей имеет различный вес.

Одно время были предположения, что чем тяжелее мозг, тем более он умен. И в общем это так, хотя и не абсолютно, так как иногда очень великие люди имели очень маленький мозг, а иногда мозг тупого идиота весил очень много. Но, в общем, это правильно, так как если у вас более крупный механизм ума, то он и весит больше. Мозг имеет вес, но ваше сознание невесомо. Чтобы почувствовать это сознание, вы должны почувствовать невесомость. Поэтому испытай­те это: вы можете испытать это при ходьбе, при сидении, во сне.

Некоторые наблюдения... Почему мертвое тело иногда становит­ся более тяжелым? Потому что в тот момент, когда сознание поки­дает тело, тело становится незащищенным. В него мгновенно может войти многое. Оно не входит в тело благодаря вам. Многие вибрации могут войти в мертвое тело - они не могут войти в вас. Вы там, тело живет и сопротивляется многому. Вот почему когда вы заболеваете, это превращается в долгую последовательность; одно заболевание, затем другое, третье - потому что когда вы больны, вы становитесь незащищенным, уязвимым, несопротивляющимся. Тогда в вас мо­жет войти что угодно. Ваше присутствие защищает тело. Поэтому иногда мертвое тело может увеличить свой вес. Если вы покинули тело, что-то может войти в него.

Во-вторых, когда вы счастливы, вы всегда чувствуете невесо­мость; когда вы печальны, вы всегда ощущаете больший вес, как будто что-то тянет вас вниз. Сила гравитации увеличивается. Когда вы печальны, вы весите больше. Когда вы счастливы, вы становитесь более легким. Вы чувствуете это. Почему? Потому что когда вы счастливы, когда вы почувствовали момент блаженства, вы полно­стью забываете о своем теле. Когда вы печальны, вы страдаете, вы не можете забыть свое тело, вы чувствуете его вес. Оно тянет вас вниз, вниз к земле, как будто у вас вырастают корни. Тогда вы не можете двигаться; ваши корни в земле. В счастье вы становитесь невесомым. В несчастье, в печали ваш вес увеличивается.

В глубокой медитации, когда вы полностью забываете про свое тело, вы можете левитировать. Даже тело может подняться вместе с вами. Это случалось много раз. Ученые наблюдали одну женщину в Боливии. Во время медитации она поднимается вверх на четыре фута, и теперь это было исследовано научными способами; было снято много фильмов, сделано много фотографий. Перед тысячами и тысячами наблюдателей женщина вдруг поднимается вверх и гра­витация становится нулевой, исчезает. До сих пор нет объяснения, что при этом происходит, но та же самая женщина не может поднять­ся вверх, не будучи в состоянии медитации. И если ее медитации мешают, она вдруг падает вниз.

Что происходит? В глубокой медитации вы забываете свое тело полностью, и ваше отождествление себя с ним разрушается. Тело является очень малым; вы являетесь очень большим, у вас бесконеч­ная энергия. Тело ничто по сравнению с вами.

Это так, как будто император отождествил себя со своим рабом, поэтому, когда раб идет попрошайничать, император идет попро­шайничать; когда раб плачет, император тоже плачет. Когда раб го­ворит: «Я не один», император говорит: «Я не один». Но если император осознает свою собственную сущность, если он узнает, что он император, а тот человек просто раб, то внезапно все изменится.

Вы есть бесконечная энергия, отождествленная с небольшим ко­нечным телом. Раз вы осознали свое «я», то невесомость увеличива­ется и вес тела становится меньше. Тогда вы можете левитировать, тело может подниматься вверх.

Имеется много, много случаев, которые еще не могут быть объяснены наукой, но они будут объяснены... потому что если одна жен­щина может подняться на четыре фута, то здесь нет барьеров. Другой может подняться на тысячу футов, а кто-то может совсем удалиться в космос. Теоретически здесь нет проблем: четыре фута, или четыре сотни футов, или четыре тысячи футов - нет никакой разницы.

Имеются истории о Раме и о многих других, кто полностью исчезал вместе со своим телом. Их тела никогда не были найдены мертвыми на этой земле. Мухаммед исчез полностью - и не только вместе с телом; говорят, что он исчез вместе со своей лошадью. Эти рассказы кажутся нереальными, они кажутся мифами, но это не обязательно так.

Если вы познаете силу невесомости, вы станете хозяином грави­тации. Вы сможете использовать ее; она зависит от вас. Вы сможете исчезнуть полностью вместе со своим телом.

Но для нас невесомость будет проблемой. Техника сиддхасана - таким образом сидит Будда - является лучшим способом, чтобы стать невесомым. Сидите на земле - не в каком-либо кресле или в чем-либо другом, а просто на полу. И было бы хорошо, чтобы пол не был цементным или чем-то искусственным. Сидите просто на земле, чтобы вы были ближе к природе. Будет хорошо, если вы сможете сидеть обнаженным. Просто сидите обнаженным на земле в позе Будды, в сиддхасане - потому что сиддхасана является лучшей позой для достижения невесомости. Почему? Потому что вы ощущаете больший или меньший вес в зависимости от того, каким образом опирается ваше тело. Тогда большая площадь вашего тела подверга­ется действию гравитации. Если я сижу в этом кресле, то большая часть моего тела подвержена действию гравитации.

Когда вы стоите, то гравитация воздействует на меньшую пло­щадь, но вы не можете стоять слишком долго. Махавира всегда ме­дитировал стоя - всегда, потому что тогда человек занимает меньшую площадь. Земли касаются только ваши ступни. Когда вы стоите на ногах, прямо, меньшее количество гравитации действует на вас - а гравитация есть вес.

Помогает пребывание в позе Будды, в замыкании - ваши ноги замкнуты, ваши руки замкнуты, - потому что тогда для вашего внут­реннего электричества образуется цепь. Пусть спина ваша будет пря­мой.

Теперь вы уже понимаете, почему такой упор делается на прямую спину - потому что при прямой спине покрывается меньшая пло­щадь, и гравитация действует на вас в меньшей степени. Закройте глаза, уравновесьте себя полностью, центрируйте себя. Наклонитесь вправо и почувствуйте гравитацию; наклонитесь влево и почувствуй­те гравитацию; наклонитесь вперед и почувствуйте гравитацию; на­клонитесь назад и почувствуйте гравитацию. Затем найдите центральное положение, где ощущается наименьшая тяга гравита­ции, где ощущается наименьший вес, и останьтесь в этом положе­нии. Затем забудьте про тело и почувствуйте отсутствие веса - вы невесомы. Затем продолжайте ощущать эту невесомость. Вдруг вы станете невесомым; вдруг вы перестанете быть телом; вдруг вы в другом мире, в мире бестелесности.

Невесомость есть бестелесность. Тогда вы выйдете также и за пределы ума. Ум также является частью тела, частью материи. Мате­рия имеет вес; вы не имеете никакого веса. В этом основа этой тех­ники.

Испытайте эту технику, но занимайтесь ею в течение нескольких дней, так чтобы вы могли почувствовать, работает она или нет.

На сегодня достаточно.

 

 

 

 

 

 

 

Глава 8

ТОТАЛЬНОЕ ПРИЯТИЕ И НЕРАЗДЕЛЕНИЕ: ЗНАЧЕНИЕ

ТАНТРИЧЕСКОЙ ЧИСТОТЫ

 

8 октября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

 

Вопрос:

Что понимает тантра под чистотой?

 

Один из присутствующих спросил о следующем:

Что понимает тантра под очищением ума, под чистотой ума, как об основном условии дальнейшего развития?

Что бы обычно ни понимали под чистотой, это не то, что имеет в виду тантра. Обычно мы разделяем все на плохое и хорошее. Деле­ние может быть по любому признаку. Это может быть гигиениче­ский, моральный или любой другой способ, но мы делим жизнь на две части - хорошее и плохое. И обычно, когда мы говорим о чистоте, мы имеем в виду хорошие свойства - «плохие» свойства не должны позволяться, «плохих» свойств не должно быть. Но для тантры это деление на плохие и хорошие свойства не имеет значения. Тантра не смотрит на жизнь сквозь призму дихотомии, или двойственности, или разделения. Поэтому вопрос о том, что понимает тантра под чистотой, является весьма уместным.

Если вы спросите святого, то он скажет, что гнев - это плохо, секс - это плохо, алчность - это плохо. Если вы спросите Гурджиева, то он скажет, что отрицательность - это плохо, какие бы то ни были отри­цательные эмоции - это плохо, а быть положительным - хорошо. Если вы будете спрашивать джайнов, буддистов, индуистов, христи­ан или мусульман, то они могут различаться в своих определениях хорошего и плохого - но это все всего лишь определения. Что-то они называют хорошим, а что-то плохим. Поэтому для них не трудным является определить, что такое чистота. Что бы они ни принимали за хорошее, будет чистым, что бы они ни принимали за плохое, будет нечистым.

Но для тантры это является глубокой проблемой. Тантра не де­лает никакого поверхностного деления на плохое и хорошее. Тогда что такое чистота? Тантра утверждает, что разделение не является чистотой, а неразделение - является. Так что для тантры чистота означает невинность - недифференцированную невинность.

Вот ребенок; вы называете его чистым. Он сердится, он жадный, так почему же вы называете его чистым? Что же за чистота в детстве? Невинность, наивность, простодушие! В уме ребенка нет разделения. Ребенок не осознает никакого деления на плохое и хорошее. Эта неосознанность и есть невинность. Даже если он сердится, он не понимает, что он сердится, это чистое и простое действие. Это случа­ется, и когда гнев уходит, то он действительно уходит. Не остается ничего. Ребенок снова тот же самый, как будто гнева и не было. Чистота осталась неприкосновенной; чистота та же самая. Итак, ре­бенок чист, поскольку в его эмоции не вмешивается ум, у него еще нет ума.

Чем больше растет ум, тем в большей степени ребенок становит­ся нечистым. Тогда гнев будет возникать в нем не спонтанно, а как осознаваемая вещь. Тогда ребенок иногда будет подавлять свой гнев - если ситуация будет не допускать его. А когда гнев станет подавлен­ным, не проявится, то иногда он будет передан вместо этого в другую ситуацию. Когда в гневе никакой нужды не будет, он вдруг возникнет, так как подавленный гнев будет нуждаться в каком-то выходе. Тогда все станет нечистым, - потому что вошел ум.

Для вас ребенок может быть вором, но сам ребенок никогда не является вором, поскольку сама идея о том, что вещи кому-то при­надлежат, в его уме отсутствует. Если он берет ваши часы, ваши деньги или что-либо еще, то это не воровство для него, потому что для него не существует знания о том, что вещи принадлежат кому-то. Его воровство является чистым, в то время как ваше неворовство является нечистым - здесь присутствует ваш ум.

Тантра утверждает, что когда кто-либо снова становится подо­бным ребенку, то он чист. Конечно, он не ребенок - он только подобен ребенку. Здесь имеется различие и сходство. Сходство заключается в восстановленной невинности. Снова вы становитесь подобным ребен­ку. Ребенок стоит обнаженным - никто не ощущает его наготу, потому что ребенок не осознает свое тело. Его нагота является качеством, отличным от вашей наготы. Вы осознаете свое тело.

Мудрый человек должен снова приобрести эту невинность. Махавира снова стоит обнаженный. Эта обнаженность снова имеет то же самое качество невинности. Он забыл про свое тело; он не является больше телом. Но одно отличие осталось, и это отличие велико: ребенок просто невежествен, потому и невинен. А мудрец является мудрым и в этом причина его невинности.

Однажды ребенок осознает свое тело и почувствует себя обнаженным. Он будет пытаться скрыть его, он почувствует себя виноватым, он будет чувствовать стыд. Он придет к осознанию. Поэтому его невинность является невинностью невежества. Знания разрушат ее. В этом смысл библейской истории об Адаме и Еве, изгнанных из садов Эдема. Они были нагие как дети. Они не осознавали свое тело; они не знали гнева, алчности, вожделения, секса или чего-либо по­добного. Они не были осознающими. Они были невинны как дети.

Но Бог запретил им есть фрукты с дерева познания. Дерево по­знания было запрещено, но они ели с него, потому что все запретное является притягивающим. Все запретное является привлекатель­ным! Они жили в большом саду с огромным количеством деревьев, но дерево познания стало наиболее важным и значительным, по­скольку оно было запрещено. Эта запрещенность стала привлека­тельностью, приглашением. Они были, как будто магнетизированы, загипнотизированы этим деревом. Они должны были съесть с него, они не могли избежать этого.

Но эта история прекрасна, потому что дерево названо деревом познания. В тот момент, когда они съели фрукт знания, они переста­ли быть невинными. Они стали осознающими; они пришли к пони­манию, что они голые. Немедленно Ева попыталась укрыть свое тело. Познав свое тело, они узнали все - гнев, вожделение, алчность - все. Они стали взрослыми, поэтому они были изгнаны из сада.

Итак, по Библии знание является грехом. Из-за знания они были вышвырнуты из сада, они были наказаны. Пока они снова не станут подобными детям - невинными, незнающими - они не смогут войти в сад. Они снова смогут войти в царство Божье только в том случае, если они выполнят условие, заключающееся в том, чтобы снова стать невинными.

Все это всего лишь история человечества в целом. Каждый ребенок изгоняется из сада, не только Адам и Ева. Каждый ребенок в детстве живет в невинности, не зная ничего. Он чист, но его чистота есть невежество. Она не может продолжаться. Пока она не превратит­ся в чистоту мудрости, вы не можете на это надеяться. Она должна уйти, рано или поздно вы должны съесть фрукт с дерева познания.

Каждый ребенок должен будет съесть фрукт с дерева познания. Это легко было сделать в райском саду - там было просто дерево. В качестве замены этого дерева мы имеем школы, колледжи и универ­ситеты. Каждый ребенок должен будет пройти через это, должен стать не-невинным, должен потерять свою невинность. Сам мир нуждает­ся в знаниях, само существование нуждается в знаниях. Вы не можете существовать в мире без знаний. А когда приходят знания, приходит и разделение. Вы начинаете все делить на плохое и хорошее.

Таким образом, для тантры разделение всего на хорошее и плохое является нечистым. До этого вы чисты; после этого вы чисты; в этом вы нечисты. Но знание является необходимым злом, вы не можете избежать его. Через него нужно пройти; это часть жизни. Но в нем не нужно оставаться навсегда, нужно перешагнуть через него, трансцендировать его. Эта трансценденция снова сделает вас чистым и невин­ным. Если разделение потеряет свое значение, если знания, различающего плохое и хорошее, больше нет, то вы снова сможете смотреть на мир глазами невинности.

Иисус сказал: «Пока вы не станете подобны детям, вы не сможете войти в мое царство Божье». Пока вы не станете подобны детям... это и есть чистота тантры.

Лао-цзы говорит: «Разделение на один дюйм - и небеса и ад расходятся в разные стороны». Неразделение - в этом ум мудреца - совсем никакого разделения! Мудрец не знает, что является хоро­шим, а что является плохим. Он подобен ребенку, но и отличен от него, поскольку он знал это разделение. Он прошел через это разде­ление и переступил через него; он вышел за его пределы. Он знал темноту и свет, но теперь он вышел за их пределы. Теперь он видит темноту как часть света, а свет - как часть темноты, теперь нет разде­ления. Свет и темнота стали одним - степенями одного и того же явления. Теперь он все видит как степени одного; насколько бы по­лярно противоположными они ни были, он не смотрит на них, как на две сущности. Жизнь и смерть, любовь и ненависть, добро и зло, все является частью единого явления, одной энергии. Различия толь­ко в степенях проявления этих свойств - они никогда не могут быть разделены. Невозможно обозначить точку, с которой начинается другая часть, где происходит разделение. Разделения не существует. Что является хорошим? Что является плохим? С какого места вы сможете определить их, обозначить как точку деления? Они всегда одно. Они только различные степени одного и того же. Если вы познали и почувствовали это, ваш ум снова становится чистым. Это и есть та чистота, которую имеет в виду тантра. Поэтому я определю тантрическую чистоту как невинность, а не как «хорошесть».

Но невинность может быть невежественной - тогда она бесполез­на. Она должна быть утеряна, вы должны быть выброшены из нее; в противном случае вы не сможете быть зрелым. И отказ от знания, и перешагивание через него являются частями зрелости, частями ре­альной взрослости. Поэтому пройдите через них, но не оставайтесь там. Двигайтесь! Продолжайте двигаться! Придет день, когда вы окажетесь за их пределами.

Вот почему тантрическую чистоту трудно понять и можно попять неправильно. Это тонкая вещь! Поэтому распознать тантрического мудреца практически невозможно. Обычные святые и мудрецы мо­гут быть распознаны, потому что они следуют вам - вашим стандартам, вашим определениям, вашей морали. Тантрического мудреца трудно даже распознать, поскольку он перешагнул через все разделе­ния. И на самом деле, в течение всей истории человеческого развития мы ничего не слышали о мудрецах тантры. О них нет никаких упо­минаний и записей, потому что их так трудно распознать.

Конфуций пришел к Лао-цзы. Ум Лао-цзы был умом мудреца, тантрически настроенного. Он никогда не слышал слова «тантра»; слова не имели для него значения. Он никогда ничего не знал о тантре, но что бы он ни говорил, было тантрой. Конфуций является представителем нашего ума, он его архипредставитель. Он постоян­но думает в терминах добра и зла, о том, что должно быть сделано и что не следует делать. Он законник - величайший из когда-либо существовавших законников. Он пришел проведать Лао-цзы и спро­сил его: «Что такое добро? Что следует делать? Что такое зло? Дай четкое определение».

Лао-цзы сказал: «Определения создают путаницу, потому что определения подразумевают разделение: это есть это, а то есть то». Вы делите и говорите, что А есть А, а Б есть Б... вы разделили. Вы говорите, что А не может быть Б; затем вы совершили разделение, дихотомию, а существование одно. А всегда становится Б, А всегда движется к Б. Жизнь всегда становится смертью, жизнь всегда дви­жется к смерти, так как же вы сможете определить? Детство движется в юность, а юность движется к старости; здоровье движется к болезни, а болезнь движется к здоровью. Так, где же вы проведете демаркаци­онную линию, чтобы разделить их?

Жизнь является единым движением, и в тот момент, когда вы даете определение, создается путаница, потому что определения бу­дут мертвы, а жизнь всегда в движении. Поэтому определения всегда ложны. Лао-цзы сказал: «Определение порождает неправду, так что не определяйте. Не говорите, что есть добро, а что - зло».

Тогда Конфуций сказал: «Что вы говорите? Тогда как можно вести и направлять людей? Тогда как их можно научить? Как их сделать моральными и хорошими?»

Лао-цзы ответил: «Когда кто-то пытается сделать другого хоро­шим, в моих глазах это кажется грехом. Кто вы такой, чтобы вести? Кто вы такой, чтобы руководить? И чем больше ведущих, тем больше беспорядок. Предоставьте каждого самому себе. Кто вы такой?»

Подобная позиция кажется опасной. Она действительно опасна! Общество не может быть основано на этой позиции. Конфуций про­должает спрашивать, а Лао-цзы только и говорит: «Природы доста­точно, не нужно никакой морали. Природа непринужденна, стихийна. Природы достаточно, не нужны никакие привнесенные извне законы и учения. Достаточно невинности; не нужно никакой морали. Природа непринужденна, природы достаточно. Не нужны никакие привнесенные законы и учения. Невинности достаточно. Знания не нужны».

Конфуций вернулся домой очень смущенный. Он не мог спать всю ночь. А его ученики просили: «Расскажите нам что-нибудь о встрече. Что произошло?» Конфуций отвечал: «Это не человек, это опасность, это дракон. Он не человек. Никогда не ходите туда, где он. Где бы вы ни услышали о Лао-цзы, просто бегите из этого места. Он полностью расстроит ваш ум».

И это правда, потому что вся тантра направлена на то, чтобы выйти за пределы ума, перешагнуть его. Она должна разрушить ум. Ум живет с определениями, с законами и с дисциплиной; ум есть порядок. Но помните, тантра не является беспорядком, и следует понять этот очень тонкий момент.

Конфуций не мог понять Лао-цзы. Когда Конфуций ушел, Лао-цзы долго смеялся, так что ученики спросили его: «Почему вы так смеетесь? Что случилось».

Говорят, что Лао-цзы ответил: «Ум является таким барьером для понимания. Даже ум Конфуция является барьером. Он совсем не понял меня, и что бы он ни сказал впоследствии обо мне, будет неправильным. Он думает, что он создаст порядок в мире. Он не может создать порядок в мире. Порядок присущ миру; он всегда здесь. Когда вы пытаетесь создать порядок, вы создаете беспорядок». Лао-цзы сказал: «Он будет думать, что я создаю беспорядок, а на самом деле именно он создает беспорядок. Я против любого привне­сенного порядка, поскольку я верю в непринужденный порядок, ко­торый устанавливается и изменяется автоматически. Нет необходимости вносить его».

Тантра смотрит на все именно таким образом. Для тантры не­винность является непринужденностью, сахаджатой - быть самим собой без внешнего принуждения, быть просто самим собой, расти как дерево. Не дерево в вашем саду, а дерево в лесу, растущее непри­нужденно; не направляемое кем-то, потому что любое направление является неправильным. Не ведомое, не охраняемое, не управляе­мое, не убеждаемое, но просто растущее.

Достаточно внутреннего закона; никакие другие законы не нуж­ны. И если вы нуждаетесь в каком-либо ином законе, то это только показывает, что вы не знаете внутреннего закона, что вы потеряли контакт с ним. Так что реальные вещи не есть нечто искусственное.

Реальные вещи снова восстанавливают равновесие, снова движутся к центру, снова возвращаются домой, так что вы можете постигнуть реальный внутренний закон.

Но для морали, для религий - для так называемых религий - порядок должен быть навязан, добро должно быть насаждено сверху, снаружи. Религии, моральные учения, священники, попы - все они принимают вас изначально плохими, запомните это. Они не верят в хорошие свойства человека; они не верят в его внутренние хорошие свойства. Они считают, что вы зло, что если вас не научить, как быть хорошим, вы не сможете быть хорошим; пока добро не будет навяза­но вам извне, для вас не будет возможности прийти к нему изнутри.

Итак, для священников, для религиозных людей, для морали­стов вы являетесь естественно плохими. Хорошие качества должны быть дисциплиной, навязанной извне. Вы есть хаос, а они должны привнести в вас порядок; они принесут порядок. И они сделали весь мир путаницей, мешаниной, домом для умалишенных, потому что они наводили порядок в течение многих веков, дисциплинировали все в течение многих веков. Они так много учили, что от одного учения можно было сойти с ума.

Тантра верит в ваши врожденные добродетели - запомните эту разницу. Тантра утверждает, что каждый рожден хорошим, что до­бродетели являются свойством вашей природы. И это так! Вы уже добродетельны! Вы нуждаетесь в естественном росте, вы не нуждае­тесь в каком-либо навязывании; вот почему ничто в человеке не считается плохим. Если имеется гнев, если имеется секс, если име­ется алчность, то тантра говорит, что они также хороши. Не хватает только одного - вы не центрированы в самом себе; вот почему вы не можете использовать их.

Гнев не является плохим. Проблемой, на самом деле, является то, что вы не находитесь внутри, вот почему гнев производит разру­шения. Если бы вы присутствовали внутри, гнев стал бы энергией здоровья, гнев стал бы здоровьем. Гнев трансформируется в энер­гию, он становится добром. Что бы в вас ни было - это хорошо. Тантра считает, что добродетели присущи всему. Все является священным, нет ничего посвященного, и ничто не является злом. Для тантры не существует дьявола, все является божественным.

Религии не могут существовать без дьявола. Они нуждаются в Боге, но они нуждаются и в дьяволе. Так что не обманывайтесь, если вы видите в их храмах только Бога. Непосредственно за Богом спря­тан дьявол, потому что ни одна религия не может существовать без дьявола.

Что-то должно осуждаться, с чем-то нужно сражаться, что-то должно разрушаться. Все целиком не принимается, только часть. Это очень существенно. Никакая религия не принимает вас тотально только частично. Они говорят: «Мы принимаем вашу любовь, но не вашу ненависть. Уничтожьте ненависть». А это очень глубокая про­блема, потому что когда мы полностью разрушаем ненависть, мы разрушаем и любовь - потому что это не две сущности. Они говорят: «Мы принимаем ваше молчание, но не принимаем ваш гнев». Раз­рушьте гнев и вы разрушите вашу жизненность. Тогда вы будете молчаливым, но вы не будете больше живым - вы будете мертвым. Это молчание не жизнь, это просто смерть.

Религии всегда разделяют вас на две части: на дьявольское и божественное. Они принимают божественное и выступают против дьявольского - зло должно быть разрушено. И если бы кто-то дейст­вительно следовал им, он пришел бы к выводу, что в тот момент, когда вы разрушили дьявола, вы разрушили и Бога. Но никто в действительности не следует им - никто не может следовать им, потому что само учение является абсурдным. Так что же все делают? Все просто обманывают. Вот почему так много лицемерия. Это лице­мерие было создано религией. Вы не можете делать то, чему они вас учат, поэтому вы становитесь лицемерами. Если вы будете следовать им, вы умрете; если вы не будете следовать им, вы будете чувствовать вину за то, что вы нерелигиозны. Так что же делать?

Хитрый ум идет на компромисс. Он продолжает неискренне уве­рять их в преданности, говоря: «Я следую за вами», но, в то же время, делает все, что ему хочется. В вас остается гнев, в вас остается секс, в вас остается алчность, но вы продолжаете говорить о том, что гнев - это плохо, секс - это плохо, алчность - это плохо, что все это грех. Это лицемерие. Весь мир стал лицемерным, нет ни одного честного че­ловека. Пока эти разделяющие религии не исчезнут, ни один человек не сможет быть честным. Это кажется противоречивым, поскольку все религии учат быть честными, но все они являются фундаментом для всего нечестного. Они заставляют вас быть нечестным; посколь­ку они учат вас делать невозможные вещи, которые вы не можете делать, вы становитесь лицемерами.

Тантра принимает вас во всей вашей тотальности, во всей вашей целостности, поскольку тантра говорит, что нужно или принимать целиком, или отвергать целиком; не может быть ничего промежуточ­ного. Человек является единым целым, органичным целым. Вы не можете разделить его. Вы не можете сказать: «Мы не можем принять это», потому что-то, что вы отвергаете, органически связано с тем, что вы принимаете.

Это похоже на следующее... Вот мое тело. Кто-то приходит и говорит: «Мы принимаем наше кровообращение, но нам не нравится шум в вашем сердце. Это непрерывное биение вашего сердца мы не принимаем. Мы принимаем ваше кровообращение. С ним все в по­рядке, оно не шумит». Но моя кровь проходит через сердце, а его биение как раз и связано с кровообращением; оно происходит благо­даря сердцу. Так что же мне делать? Мое сердце и мое кровообраще­ние являются органичной целостностью. Это не две сущности, это одна сущность.

Поэтому или принимайте меня тотально, или отвергайте меня тотально, но не пытайтесь разделить меня, потому что тогда вы породите нечестность, глубокую нечестность. Если вы продолжаете осуждать мое сердцебиение, то я тоже начну осуждать мое сердцеби­ение. Но кровь моя не в состоянии будет циркулировать, и я не смогу жить без этого. Так что же делать? Продолжайте быть такими, какие вы есть, и продолжайте говорить о чем-то, чем вы не являетесь, чем вы не можете быть.

Нетрудно увидеть, как связаны сердце и кровообращение, труд­нее увидеть связь между любовью и ненавистью. Они есть одно целое. Когда вы любите кого-нибудь, что вы делаете? Вы выходите из себя, чтобы увидеть его, это дыхание, выходящее из вас, выдох. Когда вы ненавидите кого-нибудь, это дыхание, возвращающееся обратно, вдох.

Когда вы любите, вы являетесь притягательным для кого-то. Когда вы ненавидите, вы являетесь отталкивающим. Притяжение и отталкивание являются двумя волнами одного и того же движения. Притяжение и отталкивание не две сущности; вы не можете разде­лить их. Вы не можете сказать: «Вы можете вдыхать, но не можете выдыхать, или вы можете выдыхать, но не можете вдыхать. Вам позволено только одно. Продолжайте или только вдыхать, или только выдыхать, но не то и другое вместе». Как вы сможете дышать, если вам не позволено выдыхать? А если вам не будет позволено ненави­деть, то вы не сможете любить.

Тантра говорит: «Мы принимаем всего человека, потому что человек является органическим единством». Человек есть глубокое единство; вы ничего не можете отделить от него. И так и должно быть - потому что если бы человек не был органическим единством, то ничто в этой вселенной не могло бы быть органическим единством. Человек является вершиной органической целостности. Камень, лежащий на дороге, является целостным. Дерево является целостным. Цветок и птица являются целостными. Все является целостным, так почему же человеку не быть таким? А человек является вершиной - великим единством, очень сложным органичным целым. Вы, на самом деле, не сможете отвергнуть в человеке ничего.

Тантра говорит: «Мы принимаем вас таким, каков вы есть. Это не означает, что нет никакой нужды в вашем изменении; это не означа­ет, что теперь вы должны перестать расти. Скорее наоборот, это озна­чает, что мы принимаем вас как основу для роста». Теперь вы можете расти, но этот рост не означает какого-либо выбора. Этот рост будет ростом без выбора.

Посмотрите! Когда, например, будда становится просветленным, мы можем спросить: «Куда ушел его гнев - куда? У него был гнев, у него был секс, так куда же ушел секс? Куда ушел гнев? Где его алчность?» Мы теперь не можем распознать в нем никакого гнева. Когда он просветлен, мы не можем обнаружить в нем никакого гнева. Можете ли вы обнаружить грязь в лотосе? Лотос вышел из грязи. Если вы никогда не видели растущего из грязи лотоса и вам принесут цветок лотоса, сможете ли вы представить себе, что этот прекрасный цветок лотоса вырос из обычной грязи пруда? Этот прекрасный ло­тос, вырастающий из безобразной грязи! Сможете ли вы обнаружить в нем грязь? Она присутствует, но в трансформированном виде. Аромат лотоса происходит из той же самой безобразной грязи. Сок лепестков также происходит из той же самой безобразной грязи. Если вы спрячете этот цветок лотоса в грязи, то за несколько дней он снова исчезнет в своей матери. И тогда снова вы не сможете понять, куда девался лотос. Куда? Где его аромат? Где эти прекрасные лепе­стки?

Вы не можете распознать себя в будде, но вы там - в более высо­ком плане, конечно, трансформированные. Секс здесь, гнев здесь, ненависть здесь. Все, что принадлежит человеку, здесь. Будда чело­век, но он пришел к своему окончательному росту. Он стал цветком лотоса; вы не можете распознать грязь, но это не значит, что ее там нет. Она там, но не в виде грязи. Она превратилась в более высокую сущность. Вот почему в Будде вы не почувствуете ни ненависти, ни любви. Это еще более трудно понять, потому что Будда появляется тотально любящим - никакой ненависти, всегда молчание, никакого гнева. Но его молчание отлично от вашего молчания. Оно не может быть тем же самым.

Что такое ваше молчание? Когда-то Эйнштейн сказал, что мир есть не что иное, как приготовление к войне. Между двумя войнами мы имеем промежуток мира, но этот мир не является реальным миром. Это только промежуток между двумя войнами, так что он превращается в холодную войну. Мы, таким образом, имеем два типа войны - горячую и холодную.

После второй мировой войны Россия и Америка начали холод­ную войну. Они не в мире - они просто готовятся к следующей войне. Они готовятся. Каждая война вносит беспокойства, разрушения. Вы должны быть снова готовы, поэтому вам нужен промежуток, интер­вал. Но если войны на земле действительно полностью исчезнут, то этот тип мира, который означает холодную войну, также исчезнет, поскольку он всегда имеет место между двумя войнами. Если войны полностью исчезнут, то и холодная война, которую мы называем миром, не сможет существовать.

Что означает ваше молчание? Всего лишь подготовка между дву­мя проявлениями гнева. Когда вы кажетесь спокойным, что это на самом деле? Вы действительно спокойны, вы действительно рас­слаблены, или это только подготовка к следующей вспышке гнева, к следующему взрыву? На гнев затрачивается энергия, поэтому вам требуется некоторое время. После вспышки гнева вы не сможете немедленно снова гневаться. Когда вы совершили половой акт, вы не сможете сделать это снова немедленно. Вам потребуется время, вам нужен будет период брахмачарьи - безбрачия, - минимум на два или три дня. Это будет зависеть от вашего возраста. Это безбрачие не является реальным безбрачием, это только период приготовления к новому половому акту.

Между двумя половыми актами может и не быть брахмачарьи. Вы продолжаете называть промежуток между двумя приемами пищи постом (fast). Вот почему утром мы имеем завтрак (breakfast - пре­рывание поста), но где же здесь пост? Вы всего лишь готовились. Вы не можете вталкивать в себя пищу непрерывно, вам нужен промежу­ток, но этот промежуток не является постом. Это, на самом деле, только подготовка к следующему приему пищи, но не пост.

Поэтому когда мы молчаливы, то это всегда состояние между двумя вспышками гнева. Когда мы спокойны, это всегда состояние между двумя пиками напряжения. Когда мы воздерживаемся от сек­са, это всего лишь состояние между двумя половыми актами. Когда мы любим, это всегда состояние между двумя периодами ненависти - запомните это.

Поэтому, когда молчит Будда, не думайте, что это ваше молча­ние. Когда исчезает ваш гнев, исчезает также и ваше молчание. Они существуют вместе; они не могут быть разделены. Поэтому, когда Будда является брахмачарьей - безбрачным, - не думайте, что это ваше безбрачие. Когда секс исчезает, исчезает также и брахмачарья. Они оба являются частью одного, поэтому они исчезают вместе. Будда совершенно другой человек, не такой, какого вы могли бы вообразить. Вы можете представить себе только дихотомию, деление на две части, которое вы знаете. Вы не можете себе представить этот тип человека, не можете представить, что произошло с ним.

Вся энергия перешла на другой уровень, на другую плоскость существования. Грязь стала лотосом, но она все еще здесь. Грязь неотделима от лотоса; она была преобразована.

Итак, тантра принимает все энергии внутри вас. Тантра предназ­начена не для отторжения чего-либо, а для трансформации. И тантра утверждает, что первым шагом является приятие. Первый шаг явля­ется очень трудным - принять. Вы можете становиться гневным много раз каждый день, но принять ваш гнев очень трудно. Гневаться очень легко; принять ваш гнев очень трудно. Почему? Вы не испы­тываете каких-либо трудностей, чтобы гневаться, так почему же вы должны испытывать много трудностей при приятии гнева? Гнев кажется не таким плохим, как его приятие. Все думают, что они хорошие люди, а гнев является временным явлением, он придет и уйдет. Он не разрушает ваш собственный образ. Вы продолжаете оставаться хорошим. Вы говорите, что это просто случайность. Это не является разрушительным для вашего эго.

Итак, те, кто хитер, немедленно раскаются. Они будут гневаться и они же будут каяться, они будут просить прощения. Они являются хитрецами. Почему я называю их хитрецами? Потому что их гнев колеблет построенный ими образ. Они начинают чувствовать себя неспокойно. Они начинают чувствовать: «Я сержусь? Я такой плохой, что сержусь?» Так что образ хорошего человека заколебался. Он дол­жен попытаться восстановить его. Немедленно он говорит: «Это было плохо. Я никогда не буду делать этого снова. Простите меня». После того, как он попросил прощения, его образ снова восстанавливается. Он в порядке - снова в своем прежнем состоянии, когда гнева не было. Он анулировал свой гнев, попросив прощения. Он назвал себя пло­хим только для того, чтобы оставаться хорошим.

Вот почему вы можете пройти через много жизней подряд, оста­ваясь сердитым, оставаясь сексуальным, оставаясь стяжателем, ос­таваясь тем и этим, но никогда не приемля ничего. Это трюк вашего ума. Все, что бы вы ни делали, находится на периферии. В центре вы остаетесь хорошим. Если вы примете это «я сержусь», то в центре вы станете плохими. Тогда дело не в том, что вы внезапно рассердились, это не мгновенное явление. Тогда гнев является частью вас. Тогда это не то, что раздражает вас, когда вы сердитесь. Даже если вы один, гнев с вами. Когда вы не сердитесь, гнев все равно с вами, потому что гнев есть энергия, частица вас.

Дело не в том, что иногда гнев вспыхивает, а затем уходит - нет! Он не сможет вспыхивать, если он не присутствует всегда. Вы можете выключить этот свет, вы можете включить этот свет; но электриче­ский ток всегда должен оставаться здесь. Если тока здесь нет, вы не сможете включить его и выключить. Ток гнева всегда здесь; ток секса всегда здесь, ток алчности всегда здесь. Вы можете включить его, вы можете выключить его. В различных ситуациях вы меняетесь, но внутри вы остаетесь тем же самым.

Приятие означает, что гнев не является действием. Скорее, вы являетесь гневом. Секс не только действие - вы являетесь сексом. Алчность не только действие - вы являетесь алчностью. Приятие означает отбрасывание собственного образа. А мы все выстроили прекрасный собственный образ. Каждый выстроил прекрасный соб­ственный образ - абсолютно прекрасный. И что бы вы ни делали, вы не прикасаетесь к нему, вы продолжаете защищать его. Образ защи­щен, поэтому вы чувствуете себя хорошо. Вот почему вы можете стать сердитым, вы можете стать сексуальным, но не расстраиваетесь. Но если вы примете все это и скажете: «Я есть секс, я есть гнев, я есть алчность», то ваш собственный образ будет немедленно разрушен.

Тантра утверждает, что это первый и самый трудный шаг: при­нять себя такими, каковы вы есть. Иногда мы пытаемся принять, но когда мы принимаем, мы снова делаем это очень расчетливым обра­зом. Наша хитрость глубока и утонченна, и ум имеет очень тонкие способы введения в заблуждение. Иногда вы принимаете и говорите: «Да, я гнев». Но если вы принимаете это, вы принимаете только тогда, когда думаете о том, как перешагнуть через гнев. Тогда вы принима­ете и говорите: «О'кей, я гнев. Теперь скажите мне, как перешагнуть через него». Вы принимаете секс только для того, чтобы стать несексуальным. Когда бы вы ни пытались быть чем-либо, вы сможете принять это, потому что ваш собственный образ снова восстанавли­вается в будущем.

Вы насильственны, а вы очень не хотите быть насильственными, поэтому вы принимаете свою насильственность и творите: «О'кей, я насильственный, но завтра, однако, я уже не буду насильственным». Как вы станете ненасильственными? Вы откладываете этот свой об­раз на будущее. Вы не думаете о себе в настоящем. Вы всегда рассуж­даете в терминах идеала - ненасильственности, любви и сострадания.

Тогда вы в будущем. Это настоящее просто становится прошлым, ваше реальное «я» находится в будущем, поэтому вы продолжаете отождествлять себя с идеалами. Эти идеалы тоже являются способа­ми неприятия реальности. Вы совершили насилие - это происходит сейчас. А настоящее является единственным существующим; буду­щего нет. Ваши идеалы просто сон. Они являются трюками для отстранения ума, для фокусирования его на чем-то другом.

Вы насильственны; это имеет место, так примите это. И не пы­тайтесь быть ненасильственными. Насильственный ум не может стать ненасильственным. Как это возможно? Взгляните на это по­глубже. Вы насильственны, так как же вы можете стать ненасильст­венным? Что бы вы ни делали, это будет делаться насильственным умом - что бы вы ни делали! Даже в то время, когда вы желаете быть ненасильственными, соответствующее усилие делается насильст­венным умом. Вы насильственны, поэтому в попытках быть нена­сильственными вы будете насильственны. В самих усилиях стать ненасильственными вы будете испытывать все типы насилия.

Вот почему вы идете к этим борцам за ненасилие. Они могут не быть насильственными с другим, но над собой они совершают наси­лие. Они очень насильственны с собой - убийственно насильственны. И чем больше они разъяряются против самих себя, тем больше они радуются. Когда они становятся полностью сумасшедшими, само­убийственными, тогда общество называет их мудрецами. Но они просто трансформировали объект приложения насилия и больше ничего. Они были насильственными с кем-то другим, а теперь они насильственны с самим собой - но насилие остается. Но когда вы совершаете насилие над кем-то другим, его может защитить закон, ему может помочь суд, общество может осудить вас. А когда вы совершаете насилие против самих себя, закона нет. Никакой закон не может защитить вас от самого себя.

Когда человек выступает против самого себя, защиты нет, ничто не может помочь. Никто и не осмелится делать это, потому что это ваше дело. Никто другой не вовлечен в это: это ваше дело. Так назы­ваемые монахи, так называемые святые, они в ярости против самих себя. Никто ими не интересуется. Все говорят: «О'кей, продолжайте делать это. Это ваше дело».

Если ваш ум является алчным, то как же вы можете не быть алчным? Алчный ум останется алчным. Не поможет ничто, что бы вы ни делали для того, чтобы перешагнуть через алчность. Мы, ко­нечно, можем создать новые виды алчности. Спросите жадного чело­века: «О чем вы думаете, накапливая свои богатства? Вы умрете и не сможете взять свои богатства с собой». Это логика так называемого религиозного проповедника - что вы не сможете взять свое богатство с собой. Но если бы кто-нибудь мог взять его с собой, то вся эта логика потерпела бы крах.

Алчный человек, конечно, понимает логику. Он говорит: «Как я могу взять с собой богатство». Но в действительности он хочет взять его. Вот почему священник становится влиятельным. Он говорит, что бессмысленно накапливать вещи, которые невозможно взять с собой после смерти. Он говорит: «Я научу тебя, как накопить вещи, которые можно взять с собой. Может быть взята добродетель, может быть взята пунья - добрые дела, может быть взята доброта, но не богатство. Так что жертвуйте свое богатство».

Но это обращение к его жадности. Это все равно, что сказать ему: «Сейчас мы дадим вам более хорошие вещи, которые можно будет взять с собой после смерти». Это обращение достигает своей цели. Алчный человек чувствует: «Они правы. Смерть существует, и против нее ничего не поделаешь, поэтому я должен сделать что-то, что мож­но унести с собой. Я должен создать в другом мире некоторое подобие банковского счета. Этот мир, этот банковский счет не могут быть со мной всегда». Он продолжает рассуждать подобными терминами.

Просмотрите священные книги... они взывают к вашей алчности. Они говорят: «Что вы делаете, растрачивая свое время на преходящие удовольствия?» Упор делается на кратковременности. Так найдите какие-нибудь вечные удовольствия; тогда все будет в порядке. Они не против удовольствий, они просто против того, что они кратковременны. Взгляните на алчность!

Может случиться так, что вы найдете неалчного человека, кото­рый наслаждается кратковременными удовольствиями, но вы не сможете найти среди ваших святых человека, который бы не просил, не требовал вечных удовольствий. Их алчность больше обычной. Вы можете найти неалчного человека среди обычных людей, но вы не сможете найти не алчного человека среди так называемых святых. Они тоже хотят удовольствий, но они более алчны, чем вы. Вы удов­летворяетесь кратковременными удовольствиями, а они - нет. Их алчность больше. Их алчность может быть удовлетворена только вечными удовольствиями.

Бесконечная алчность требует бесконечных удовольствий - за­помните это. Конечная алчность удовлетворяется конечными удо­вольствиями. Они будут спрашивать вас: «Что вы делаете, любя женщину? В ней нет ничего, кроме мяса и костей. Вглядитесь поглуб­же в женщину, которую вы любите. Что она из себя представляет?»

Они не против женщины, они против костей, против крови, против тела. Но если женщина из золота, тогда все в порядке. Они ищу женщину из золота.

Они не от мира сего, поэтому они создают другой мир. Они говорят: «На небесах имеются золотые девицы - апсары, - которые прекрасны и никогда не стареют». У индусов небесные апсары, небес­ные девушки всегда остаются шестнадцатилетними. Они никогда не стареют, им всегда шестнадцать - ни больше, ни меньше. Поэтому что вы делаете, растрачивая свое время на этих обыкновенных жен­щин? Думайте о небесах. Они не против удовольствий. Они, на самом деле, против кратковременных удовольствий.

Если по некоторому капризу Бог даст этому миру вечное удо­вольствие, то все здание религии немедленно рухнет; будет потеряна вся ее привлекательность. Если каким-либо образом банковские сче­та смогут переноситься за пределы смерти, то никто не будет заин­тересован в создании банковских счетов в другом мире. Поэтому смерть является большой помощницей для священнослужителей.

Алчный человек всегда привлекается другой алчностью. Если вы скажете ему и убедите его, что его алчность является причиной его страданий и что если он оставит свою алчность, то он достигнет состояния блаженства, он может попытаться - потому что теперь вы, на самом деле, не против его алчности. Вы даете его алчности новые пастбища. Он может двинуться в новые измерения алчности.

Итак, тантра утверждает, что алчный ум не может стать неалч­ным, насильственный ум не может стать ненасильственным. Но это выглядит слишком безнадежным. Если это так, то ничего нельзя поделать. Тогда для чего создана тантра? Если алчный ум не может стать неалчным, насильственный - ненасильственным, а преследуе­мый сексом ум не может перешагнуть через секс, если ничего не может быть сделано, то для чего же создана тантра? Тантра не гово­рит, что ничего не может быть сделано. Что-то может быть сделано, но соответствующее измерение является совершенно другим.

Алчный ум должен понять, что это алчность и принять ее - но не пытаться быть неалчным. Алчный ум должен войти глубоко в самого себя, чтобы представить глубину своей алчности. Не двигаться из нее, но оставаться с ней; не двигаться в идеалы - в противоречащие идеалы, в противоположные идеалы, - но оставаться в настоящем, проникать в алчность, узнавать алчность, понимать алчность и ни­коим образом не пытаться убежать от нее. Если вы сможете оставать­ся со своею алчностью, то многое может случиться. Если вы сможете оставаться со своей алчностью, со своим сексом, со своим гневом, то ваше эго будет растворяться. Это случится первым - и что это за великое чудо!

Многие люди приходят ко мне и спрашивают, как избавиться от эго. Вы не сможете избавиться от эго, пока вы не изучите его корни. Вы алчны, но думаете, что неалчны - это эго. Если вы алчны и вы знаете и тотально принимаете, что вы алчны, то где сможет оставать­ся ваше эго? Если вы сердитесь и вы говорите, что вы сердитесь - вы не говорите это другим, но вы чувствуете это в глубине, вы чувствуете беспомощность - тогда где сможет укрыться ваш гнев? Если вы сексуальны, примите это. Каким бы вы ни были, примите это.

Неприятие природы, неприятие вашей «такости» - вашей тат-хаты, того, что вы есть - создает эго. Если вы все принимаете, эго исчезнет. Если вы не принимаете это, если вы отвергаете это, если создаете вместо этого идеалы, то эго будет. Идеалы - это материал, из которого сделано эго.

Примите себя. Но тогда вы будете выглядеть подобно животно­му. Вы не будете выглядеть человеком, потому что ваше представле­ние о человеке взято из ваших идеалов. Вот почему мы продолжаем поучать других, не быть подобными животным, а все являются жи­вотными. Что вы можете сделать? Вы являетесь животным. Примите вашу животность. И в тот момент, когда вы примете свою животно­сть, вы сделаете первый шаг, чтобы выйти за пределы этого животно­го - потому что ни одно животное не знает, что оно животное, только человек может знать это. Это выход. Вы не можете выйти за пределы путем отрицания.

Принимайте! Когда все принимается, вы вдруг почувствуете, что вы выходите за пределы, трансцендируете. Кто является принимаю­щим? Кто принимает все в целом? Те, кто принимает, выходят за пределы. Если вы отвергаете, вы остаетесь в той же плоскости. Если вы принимаете, вы выходите за пределы. Приятие есть трансценденция. А если вы принимаете себя тотально, то внезапно вы будете отброшены к своему центру. Тогда вы уже не сможете никуда сдви­нуться. Вы не сможете уйти от своей «такости», от своей природы, так что вы будете отброшены к своему центру.

Все эти тантрические техники, которые мы обсуждаем и пытаем­ся понять, являются различными способами отбрасывания вас к своему центру, отбрасывания вас от периферии. А вы пытаетесь убежать от центра многими способами. Хорошими выходами являются идеалы. Идеалисты являются наиболее тонкими эгоистами.

Многое случается... Вы насильственны и вы создаете идеи ненасильственности. Тогда для вас нет необходимости углубляться в самого себя, в свою насильственность; в этом нет необходимости. Тогда имеется единственная необходимость - продолжать думать о ненасилии, читать о ненасилии и пытаться практиковать ненасилие. Вы говорите себе: «Не прикасайся к насильственности» и остаетесь насильственными. Так вы можете убежать от себя, так вы можете идти на периферию, но так вы никогда не придете в центр. Это первое.

Во-вторых, когда вы создаете идеал ненасильственности, вы можете осуждать других. Теперь это становится очень легким делом. Вы имеете идеал, при помощи которого вы можете судить обо всех, и вы можете сказать каждому: «Вы насильственны». Индия создала много идеалов; вот почему Индия продолжает непрерывно осуждать весь мир. Весь индийский ум является осуждающим. Он продолжает осуждать весь мир; все другие насильственны, только Индия нена­сильственна. Никто не кажется здесь ненасильственным, но идеал хорош для осуждения других. Он никогда не изменит вас, но вы можете осуждать других, потому что у вас есть идеал, критерий. А когда насильственны вы, вы можете логически обосновать это - ваша насильственность является чем-то совершенно другим.

За эти последние двадцать пять лет, мы применяли насилие мно­го раз, но мы никогда не осуждали нашу насильственность и наше насилие. Мы всегда защищали и логически объясняли это прекрас­ными терминами. Если мы применяем насилие в Бенгалии, в Банг­ладеш, то мы говорим, что это для того, чтобы помочь людям приобрести свободу. Мы насильственны в Кашмире, это для того, чтобы помочь кашмирцам. Но знаете, все милитаристы говорят одно и то же. Если Америка применяет насилие во Вьетнаме, то это «для этих бедных людей». Никто не применяет насилие для самого себя никто и никогда. Мы всегда насильничаем в помощь кому-либо. Даже если я убью вас, это будет для вашего добра, это для того, чтобы помочь вам. И даже если вы убиты, если я убил вас, вы только взгляните на мое сострадание. Для вашей же пользы я могу убить вас. Так продолжайте осуждать весь мир.

Когда Индия напала на Гоа, когда Индия воевала с Китаем, Бертран Рассел критиковал Неру, говоря: «Где теперь ваше ненасилие? Вы все последователи Ганди. Где теперь ваше ненасилие?» Неру от­ветил запрещением книг Бертрана Рассела в Индии. Книги, написанные Расселом, были запрещены. Это наш ненасильственный ум.

Это была хорошая дискуссия. Книги должны были бы распрост­раняться свободно, потому что он прекрасно аргументировал. Он говорил: «Вы насильники. Ваше ненасилие просто политика. Ваш Ганди был не мудрец, он был просто дипломатом. А вы все говорите о ненасилии, а приходит подходящий момент, и вы начинаете при­менять насилие. Когда другие сражаются, вы стоите на своем высо­ком алтаре и осуждаете весь мир как насильственный».

Это случается с отдельными личностями, с обществами, с куль­турами, с нациями. Если вы имеете идеалы, вы не должны трансфор­мировать самого себя. Вы всегда можете надеяться, что будете трансформированы в будущем самими идеалами, и вы легко можете осуждать других.

Тантра призывает оставаться самим собой. Каким бы вы ни были, примите это. Не осуждайте себя, не осуждайте других. Осуж­дение бесполезно, осуждениями энергии не меняются.

Первым шагом является приятие. Оставайтесь с явлением - это очень научно - оставайтесь с явлением гнева, алчности и секса. И знайте явление во всей его тотальной явности. Не прикасайтесь к нему только снаружи, с поверхности. Знайте явление во всей её тотальности, в её тотальной явности. Входите в него до самых кор­ней. И помните, если вы сможете дойти до корней чего-либо, вы перешагнете через него. Если вы сможете узнать свой секс до самых корней, вы станете его хозяином. Если вы сможете узнать свой гнев до самых корней, вы станете его хозяином. Тогда гнев станет просто инструментом - вы сможете использовать его.

Я помню многое о Гурджиеве. Гурджиев учил своих учеников правильно сердиться. Вы слышали о словах Будды: правильная ме­дитация, правильное мышление и правильное созерцание. Мы слы­шали об учении Махавиры: о правильном видении и правильном знании. Гурджиев учил правильному гневу и правильной алчности, и это учение было навеяно старыми традициями тантры. Гурджиев очень много осуждался на Западе, потому что на Западе он был живым символом тантры.

Он учил правильному гневу, он учил вас быть сердитыми тоталь­но. Если вы сердились, он говорил вам: «Продолжайте. Не подавляй­те это, пускай оно выйдет во всей своей тотальности. Проникните в это. Станьте гневом. Не останавливайте это, не стойте в стороне. Сделайте в это глубокий прыжок. Пусть все ваше тело станет пламе­нем, огнем».

Вы никогда не входили в это глубоко, и вы никогда не видели никого, кто бы делал так, потому что все являются более или менее окультуренными. Ни один не является оригинальным; все являются в большей или меньшей степени имитаторами. Никто не является оригинальным! Если вы сможете войти в гнев тотально, то вы станете просто огнем, горением. Огонь будет настолько глубоким, пламя будет настолько глубоким, что и прошлое, и будущее немедленно исчезнут. Вы станете просто пламенем в настоящем. А когда каждая ваша клетка горит, когда каждая часть вашего тела становится пожа­ром, и вы становитесь просто гневом - не гневным, - тогда Гурджиев скажет: «Теперь будьте осознающими. Не подавляйте. Теперь будьте осознающими. Теперь вдруг осознайте, чем вы стали, что такое гнев». В этот момент тотального присутствия в настоящем вы можете внезапно стать осознающим, и вы можете начать смеяться над абсур­дностью всего этого, над глупостью, над тупостью всего этого. Но это не подавление - это смех. Вы можете смеяться над собой, потому что вы перешагнули через себя. Никогда больше гнев не сможет властво­вать над вами.

Вы узнали гнев во всей его тотальности, и вы все еще можете смеяться и вы все еще можете перешагнуть через него. Вы можете посмотреть на свой гнев снаружи. Раз вы увидели его во всей тоталь­ности, то вы знаете, что такое гнев. И теперь вы знаете также, что если даже вся энергия трансформируется в гнев, вы все еще сможете быть наблюдателем, свидетелем. Тогда не будет страха. Помните: то, что неизвестно, всегда вызывает страх. То, что является темным, всегда вызывает страх. Вы боитесь своего собственного гнева.

Итак, люди продолжают говорить, что мы подавляем гнев, пото­му что гневаться нехорошо, это может ранить других. Но в действи­тельности это не так. В действительности они боятся своего гнева. Если они действительно сердятся, они не знают, что может случить­ся. Они боятся самих себя. Они никогда не знали, что такое гнев. Это очень страшная вещь, спрятанная внутри, поэтому они боятся ее. Вот почему они становятся в одну шеренгу с обществом, с культурой, с образованием и говорят: «Мы не должны сердиться. Сердиться пло­хо. Это ранит других».

Вы боитесь вашего гнева, вы боитесь вашего секса. Вы никогда не были в сексе тотально. Вы никогда не были в сексе настолько тоталь­но, что вы могли забыть самого себя. Вы всегда были здесь; ваш ум всегда был здесь. А если ум присутствует в половом акте, то этот акт является кажущимся, фальшивым. Ум должен раствориться, вы дол­жны стать просто телом. Здесь не должно быть никаких мыслей. Если есть мысли, вы разделены. Тогда половой акт есть не что иное, как освобождение от избыточной энергии. Это освобождение и ничего больше. Но вы боитесь быть тотально в сексе. Вот почему вы стано­витесь в одну шеренгу с обществом и говорите, что секс плох. Вы боитесь!

Почему вы боитесь? Потому что если вы входите в секс тотально, вы не знаете, что вы можете сделать, вы не знаете, что может случить­ся, вы не знаете, какая животная сила может возникнуть, вы не знаете, во что может вовлечь вас ваша бессознательность. Вы не знаете! Тогда вы не будете хозяином; вы будете не в состоянии управлять. Ваш собственный образ может быть разрушен. Поэтому вы управляете половым актом. А способ управления им заключается в том, чтобы оставаться в своем уме. Пусть половой акт происходит, не локально.

Попытайтесь разобраться в этой «локальности» и «тотальности». Тантра говорит, что половой акт является локальным, когда в него вовлечен только ваш сексуальный центр. Он локален, это локальное освобождение. Сексуальный центр продолжает накапливать энер­гию. Когда он переполняется, вы должны освободить его; в против­ном случае возникнет тяжесть, возникнет напряжение. Вы освобождаете его, но это локальное освобождение. Все ваше тело, все ваше «я» не вовлечено. Нелокальное, тотальное вовлечение означает, что в половом акте участвуют все фибры вашего тела, каждая клеточ­ка вашего тела, все, что в нем есть. Все ваше существо становится сексуальным. Не только ваш сексуальный центр, но все ваше суще­ство становится сексуальным.

Но тогда вы боитесь, потому что, что-то может случиться. И вы не знаете, что может случиться, потому что вы никогда не знали тотальности. Вы можете сделать что-то, что вы не в состоянии по­стигнуть.

Ваше бессознательное взорвется. Вы станете не одним живо­тным, а многими животными, потому что вы прошли через много жизней, через много тел животных. Вы можете начать выть, вы мо­жете начать кричать, вы можете начать реветь как лев. Вы не знаете.

Возможно все - и это порождает страх. Вам нужен постоянный контроль, чтобы вы никогда не потеряли себя в чем-либо. Вот почему вы никогда ничего не знаете. А пока вы не узнаете, вы не сможете трансцендировать, перешагнуть через себя.

Принимайте, проникайте глубоко, идите к самым корням. Это тантра. Тантра за глубокие переживания. Все, что пережито, можно перешагнуть; то, что подавлено, перешагнуть невозможно.

На сегодня достаточно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 9

ТЕХНИКИ ДЛЯ ЦЕНТРИРОВАНИЯ

 

12 ноября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

Сутры:

13. Или представь, что пять цветных кругов на павлиньем хвосте являются твоими пятью органами чувств в беспредельном пространстве. Теперь пусть их красота сплавится внутри. То же самое в любой точке в пространстве и на стене, - пока точка не растворится. Тогда твое устремленное на другое желание станет истиной.

14. Размести все свое внимание в тонком, как нить лотоса, нерве, расположенном в центре позвоночного столба. В таком состоянии будешь трансформирована.

 

Человек рождается с центром, но в течение жизни он совершенно не вспоминает о нем. Человек может жить, не зная о своем центре, но он не может быть без центра. Центр является связью между челове­ком и экзистенцией, существованием, жизнью; он является корнем. Вы можете не знать об этом, знание не является существенным для существования центра, но если вы не знаете его, вы ведете жизнь без корней - как если бы она была без корней. Вы не будете чувствовать никакого фундамента, вы не будете чувствовать под собой основы; вы не будете чувствовать себя дома во вселенной. Вы будете бездомным. Центр, конечно, никуда не исчез, но без знания его ваша жизнь будет просто дрейфом - бессмысленной, пустой, бесцельной. Вы бу­дете чувствовать себя так, как будто бы вы живете без жизни, дрейфуя и просто ожидая смерти. Вы будете продолжать откладывать смерть с одного момента на другой, но вы очень хорошо знаете, что это откладывание не приведет вас никуда. Вы просто проводите время, и это ощущение глубокого расстройства и крушения будет следовать за вами как тень. Человек рождается с центром, но не со знанием этого центра. Это знание нужно приобрести.

У вас есть центр. Центр здесь - без него вы не можете существо­вать. Как вы можете существовать без центра? Как вы можете суще­ствовать без моста между вами и экзистенцией, существованием?.. или, если вы любите это слово, Богом. Вы не можете существовать без этой глубокой связи. Вы имеете корни в божественном. Всю жизнь вы живете благодаря этим корням, но эти корни под землей. Так же, как и у любого дерева, эти корни расположены под землей; дерево не осознает свои собственные корни. Эта укорененность явля­ется вашим центром. Когда я говорю, что человек рождается с ним, то я имею в виду, что имеется возможность стать осознающим свою укорененность.

Если вы становитесь осознающим, ваша жизнь становится ре­альной; в противном случае ваша жизнь будет просто подобна глубо­кому сну, будет сновидением. То, что Абрахам Мэслоу называл «самореализацией», является на самом деле не чем иным, как осоз­нанием своего внутреннего центра, посредством которого вы связа­ны с тотальной вселенной, осознанием своих корней: вы не одиноки, вы не атомарны, вы часть этого космического целого. Эта вселенная не есть чуждый вам мир. Вы не чужой для нее. Эта вселенная является нашим домом. Но пока вы не найдете свои корни, свой центр, эта вселенная останется чем-то чужим, чем-то посторонним.

Сартр говорит, что человек живет так, как будто он вброшен в этот мир. Конечно, если вы не знаете своего центра, то вы ощущаете эту «вброшенность», как будто вы вброшены в мир извне. Вы посторон­ний; вы не принадлежите этому миру и этот мир не принадлежит вам. Тогда результатом этого должен быть страх, беспокойство, страда­ние.

Человек, будучи посторонним во вселенной, должен ощущать глубокое беспокойство, страх, страдание. Вся его жизнь будет просто сражением, борьбой, и это борьба, которая обречена на поражение. Человек не может победить, потому что часть никогда не может победить целое.

Вы не можете преуспеть против существования. Вы можете пре­успеть вместе с ним, но никак не против него. И в этом разница между религиозным и нерелигиозным человеком. Нерелигиозный человек против вселенной; религиозный человек вместе со вселенной. Рели­гиозный человек чувствует себя дома. Он не чувствует себя вброшен­ным в мир, он чувствует себя выросшим в мире. Помните о разнице между вброшенным и выросшим.

Когда Сартр говорит, что человек вброшен в мир, то само слово, сама формулировка этого показывает, что вы не принадлежите миру. И само слово «вброшен» означает, что это произошло принудитель­но, без вашего согласия. Тогда этот мир кажется враждебным. Тогда результатом будет страдание.

По-другому может быть только в том случае, если вы не вброше­ны в мир, но выросли как часть его, как органическая часть. Было бы на самом деле, лучше сказать, что вы являетесь вселенной, выросшей в отдельное измерение, которое мы называем «человек». Вселенная развивается во многих измерениях - в деревьях, в холмах, в звездах, в планетах... во многих измерениях. Человек тоже является одним из измерений этого развития. Вселенная реализует себя через многие, многие измерения. Человек также является измерением со всеми своими вершинами и возможностями. Ни одно дерево не может осознать свои корни, ни одно животное не может осознать свои корни. Вот почему для них не существует никаких беспокойств.

Если вы не осознаете свои корни, свой центр, то вы никогда не сможете осознать свою смерть. Смерть существует только для чело­века. Смерть существует только для человека, поскольку только человек может стать осознающим свои корни, осознающим свои центр, осознающим свою тотальность и свою укорененность во вселенной.

Если вы живете без центра, если вы чувствуете себя посторонним, то результатом этого будет страдание. Если вы чувствуете, однако, что вы дома, что вы есть рост, реализация потенциальных возмож­ностей самого существования - как будто само существование стало осознанным в вас, как будто оно добавило вам осознанности - если вы так чувствуете, если вы действительно все представляете себе таким образом, тогда результатом будет блаженство, счастье.

Блаженство является результатом органического единства со вселенной, а страдание является результатом враждебности. Но пока вы не узнаете свой центр, вы должны будете чувствовать вброшен­ность, как будто жизнь была насильно навязана вам. С этим центром, который уже здесь, хотя человек и не осознает его, связаны те сутры, которые мы будем обсуждать. Но прежде, чем мы углубимся в Вигьяну Бхайраву Тантру и в ее техники, имеющие отношение к центру, рассмотрим еще два-три вопроса.

Первое: когда человек рождается, он укоренен в конкретном ме­сте, в конкретной чакре - центре - и это есть пупок. Японцы называют это хара; отсюда термин харакири. Харакири означает самоубийство. Буквально это означает убийство хары - основы, центра. Хара явля­ется центром; разрушение центра означает харакири. Но мы все совершаем, в некотором смысле, харакири. Мы не убиваем центр, но мы забываем о нем, или мы никогда не вспоминаем о нем. Он здесь и ждет, а мы все ползем прочь и прочь от него.

Когда ребенок рождается, он укоренен в пупке, в харе; он живет через хару. Понаблюдайте за дыханием ребенка - его пупок поднима­ется и опускается. Он дышит при помощи живота, он живет при помощи живота, а не при помощи головы или сердца, но постепенно он должен будет сползать прочь от центра.

Прежде всего, он создаст другой центр - это сердце, центр эмоций. Он научится любить, он будет любимым, и будет создан еще один центр. Этот центр не является реальным центром; этот центр являет­ся побочным продуктом. Вот почему психологи говорят, что если ребенка не любили, то он никогда не будет в состоянии полюбить.

Если ребенок развивается в обстановке нелюбви - в холодной обстановке, где никто не любит и не дает тепло, то он сам никогда в своей жизни не сможет никого полюбить, потому что у него не будет создан сам центр любви. Созданию этого центра способствуют: лю­бовь матери, любовь отца, семьи, общества. Этот центр является побочным продуктом; вы не родились с ним. Так что если ему не помогать расти, он и не будет расти. Многие, многие люди живут без центра любви. Они продолжают говорить о любви, они продолжают верить, что они любят, но у них нет центра, так как они могут любить? Трудно получить любящую мать, очень редко вы получаете любяще­го отца. А если с самого начала у ребенка не будет любви, то сам он никогда не будет в состоянии любить.

Вот почему все человечество живет без любви. Вы продолжаете производить детей, но вы не знаете, как дать им центр любви. Скорее наоборот, чем более цивилизованным становится общество, тем больше усилий оно прикладывает для создания третьего центра, цен­тра интеллекта. Первоначальным центром является пупок. Ребенок с ним рождается; он не является побочным продуктом чего-либо. Без него жизнь невозможна, поэтому он просто дается при рождении. Второй центр является побочным продуктом. Если ребенок получает любовь, он реагирует на это. Реакция заключается в том, что этот центр растет в человеке: это сердечный центр. Третий центр пред­ставляет из себя рассудок, интеллект, голову. Третий центр создается образованием, логическими рассуждениями и упражнениями; он также является побочным продуктом.

Но мы живем в третьем центре. Второй центр почти отсутствует - даже если он присутствует, он является нефункционирующим; даже если он функционирует иногда, он функционирует нерегулярно. Но третий центр, голова, становится в жизни основной силой, потому что вся жизнь зависит от этого третьего центра. Он является утили­тарным. Вы нуждаетесь в нем для размышлений, логических рассуж­дений, думанья. Поэтому все рано или поздно становятся ориентированными на голову; вы начинаете жить в голове.

Голова, сердце, пупок - это три центра. Пупок является данным вам центром, первоначальным центром. Сердце может быть развито и его хорошо развивать по многим причинам. Рассудок тоже следует развивать, но не за счет сердца, потому что если рассудок развивается за счет сердца, то вы теряете связь и не можете снова прийти к пупку. Развитие осуществляется от рассудка к существованию, бытию. Да­вайте попытаемся понять это следующим образом.

Пупочный центр является бытием; сердечный центр является чувством; головной центр является знанием. Знание расположено дальше от бытия - чувство ближе. Если вы потеряете центр чувства, то трудно будет создать мост между рассудком и бытием - очень трудно. Вот почему любящий человек более легко может себе пред­ставить, что в этом мире он дома, чем человек, который живет только рассудком.

Западная культура делает основной упор на головной центр. Вот почему на Западе глубокое беспокойство вызывают чувства человека. Кроме того, глубокое беспокойство вызывают его бездомность, его пустота, его неукорененность. Симон Вейл написал книгу «Потреб­ность в корнях». Западный человек ощущает неукорененность, как будто у него нет корней. Причиной этого является то, что центром становится только голова. Сердечный центр не тренируется, он поте­рян.

Биение сердца не является вашим сердцем, это просто физиоло­гическая функция. Поэтому если вы ощущаете сердцебиение, то не думайте, что вы имеете сердце. Сердце - это нечто другое. Сердце означает способность чувствовать; голова означает способность знать. Сердце означает способность чувствовать и способность быть единым - быть единым с чем-либо... способность быть единым с чем-нибудь.

Религия имеет дело с бытием; поэзия имеет дело с сердцем; философия и наука имеют дело с головой. Эти два центра, сердце и голова, являются периферийными центрами, нереальными центра­ми, просто ложными центрами. Реальным центром является пупок, хара. Как достичь его снова? Или как представить себе его?

В обычных ситуациях вы подходите близко к харе лишь иногда - это случается редко, случайным образом. Этот момент становится моментом очень глубокого блаженства. В сексе, например, вы иногда подходите близко к харе, потому что при сексе ваш ум, ваше сознание снова движется вниз. Вы должны покинуть свою голову и опуститься вниз. Иногда случается, что в глубоком сексуальном оргазме вы оказываетесь около своей хары. Вот почему так много очарования в сексе. На самом деле не секс дает вам переживание блаженства - его дает хара.

Опускаясь по направлению к сексуальному центру, вы проходите через хару, вы касаетесь ее. Но для современного человека даже это становится невозможным, потому что для современного человека даже секс является деятельностью мозга, умственной деятельностью. Даже секс ушел в голову; человек думает о нем. Вот почему так много фильмов, так много романов, так много литературы, порнографии и тому подобного. Человек думает о сексе, но это абсурд. Секс является переживанием; вы не можете думать о нем. А если вы начинаете думать о нем, то для вас все труднее и труднее будет пережить его, потому что он не имеет совершенно никакого отношения к голове. Рассудок здесь не нужен.

И чем больше современный человек ощущает невозможность погружения в секс, тем больше он думает о нем. Это становится порочным кругом. И чем больше он думает о сексе, тем более он становится рассудочным. Тогда даже секс становится поверхност­ным. На Западе он становится поверхностным, повторяющейся вещью, скукой. Вы ничего не получаете, вы просто повторяете по старой привычке. И, в конце концов, вы чувствуете себя разочарован­ным - как будто вас обманули. Почему? Потому что на самом деле ваше сознание не опустилось обратно к центру.

Вы ощущаете блаженство только при прохождении через хару. Поэтому, что бы ни было причиной, всегда, когда вы проходите через хару, вы испытываете блаженство. Воин на поле боя иногда проходит через хару, но не современный воин, потому что он совсем не явля­ется воином. Человек, который бросает бомбу на город, является спящим. Он не является воином; он не является сражающимся; он не кшатрий - он не сражается как Арджуна.

Иногда человек, находящийся на краю гибели, отбрасывается к харе. Для воина, сражающегося мечом, смерть возможна в любой момент, в любой момент его может не стать. Кроме того, во время сражения на мечах вы не в состоянии думать. Если вы будете думать, вас больше не будет. Вы должны действовать без раздумий, потому что для раздумий требуется время; если вы сражаетесь мечом, вы не можете думать. Если вы думаете, то победит другой и вас больше не будет. Здесь нет времени на раздумья, а ум требует времени. По­скольку на раздумья времени нет, а размышления будут означать смерть, то сознание выпадает из головы - оно идет к харе и воин испытывает переживание блаженства. Вот почему в войне так много очарования. Секс и война являются двумя видами очарования и причина заключается в том, что в обоих случаях вы проходите через хару. Вы проходите через нее при любой опасности.

Ницше призывает нас жить опасно. Почему? Потому что при опасности вы отбрасываетесь к харе. Вы не можете думать; вы не можете вырабатывать что-либо при помощи своего ума. Вы должны действовать немедленно.

Ползет змея. Вдруг вы видите змею и делаете прыжок. Нет ника­кого взвешенного осмысливания, что это змея. Здесь нет силлогиз­мов; вы не рассуждаете при помощи своего ума: «Вот змея, а змея является опасной и, поэтому, я должен прыгнуть». Нет никаких ло­гических рассуждений, вроде этих. Если бы вы рассуждали таким образом, вас бы уже не было в живых. Вы не можете рассуждать. Вы должны действовать самопроизвольно, мгновенно. Сначала приходит действие, а затем его осмысливание. После того, как вы прыгну­ли, вы можете подумать.

В обычной жизни, когда нет опасности, вы сначала думаете, а затем действуете. При опасности весь процесс становится обратным: сначала вы действуете, а затем думаете. Это действие, которое прихо­дит первым, без рассуждений, отбрасывает вас к вашему первона­чальному центру - харе. Вот в чем это очарование опасности.

Вы едете на автомобиле все быстрее, быстрее и быстрее и вдруг наступает ситуация, когда каждое мгновенье является опасным. В любой момент вы можете лишиться жизни. В этот момент тревож­ного ожидания, когда смерть и жизнь максимально близки друг к другу, просто две точки, близкие друг к другу, и вы между ними, ум прекращает свою деятельность: вы отбрасываетесь к харе. Вот почему так много очарования связано с автомобилями, с вождением - быс­трым вождением, сумасшедшим вождением. Или вы играете в азар­тную игру и в качестве ставки поставили все, что у вас есть - ум останавливается, налицо опасность. В следующую минуту вы можете стать нищим. Ум не может функционировать; вы отбрасываетесь к харе.

Опасности имеют свою привлекательность, поскольку при опас­ности ваше ежедневное, обычное сознание не может функциониро­вать. Опасность идет вглубь. Ваш ум не нужен; вы становитесь не-умом. Вы просто есть! Вы являетесь осознающим, но не думаю­щим. Этот момент становится медитативным. В азартных играх игроки, фактически, ищут медитативного состояния ума. В опасно­сти - в драке, в дуэли, в войнах - человек всегда искал медитативных состояний.

В вас внезапно извергается, взрывается блаженство. Это превра­щается в некоторый поток изнутри. Но это случайное, самопроиз­вольное явление. Определенно известно только одно: всегда, когда вы испытываете блаженство, вы находитесь ближе к харе. Это наверняка и причина не имеет значения; причина к этому не имеет никакого отношения. Всегда, когда вы проходите мимо своего первоначально­го центра, вы наполняетесь блаженством.

Эти сутры связаны с созданием укорененности в харе, в центре научным, заранее обдуманным способом - не случайно, не на мгно­венье, а постоянно. Вы можете непрерывно оставаться в харе, это может стать вашей укорененностью. Эти сутры как раз и посвящены тому, как это сделать.

Теперь мы возьмем первую сутру, которая является одним из способов возвращения в центр.

 

13. Тотально концентрируйся на одном объекте

Первая сутра: Или представь, что пять цветных кругов на павлинь­ем хвосте являются твоими пятью органами чувств в беспредельном пространстве. Теперь пусть их красота сплавится внутри. То же самое в любой точке в пространстве и на стене - пока точка не растворится. Тогда твое устремленное на другое желание станет истиной.

Все эти сутры говорят о том, как достичь внутреннего центра. Основной используемый механизм, основная используемая техника заключаются в том, что если вы можете создать центр снаружи - где угодно: в уме, в сердце, или даже снаружи на стене - и если вы тотально сконцентрированы на нем и отбросили весь остальной мир, забыли про весь остальной мир и только одна точка остается в вашем сознании, то вдруг вы будете отброшены в свой внутренний центр.

Как это работает? Сначала поймите следующее: Ваш ум являет­ся бродячим, блуждающим. Он никогда не находится в одной точке. Он всегда идет, двигается, достигает чего-то, но никогда не находится в одной точке. Он перескакивает с одной мысли на другую, от А к В. Но он никогда не находится в А, он никогда не находится в В. Он всегда в движении. Запомните это: ум всегда в движении, надеясь достичь чего-то, но никогда не достигая. Он не может достичь! Сама структура ума представляет собой движение. Он может только дви­гаться; это внутренняя природа ума. Сам процесс движения - от А к В, от В к С... все продолжается и продолжается.

Если вы остановитесь в А, или в В, или в любой другой точке, то ум будет сражаться с вами. Ум будет говорить: «Двигайся», потому что если вы останавливаетесь, ум немедленно умирает. Он может жить только в движении. Ум означает процесс. Если вы останавлива­етесь и не двигаетесь, ум вдруг становится мертвым, его больше нет; остается только сознание.

Сознание является вашей природой; ум является вашей деятель­ностью, как, например, ходьба. Это трудно осознать, потому что мы думаем, что ум является чем-то вещественным. Мы думаем, что ум является субстанцией; но нет, ум - это просто деятельность. Поэтому его лучше называть «умничанием», а не умом. Это процесс, точно так же, как и ходьба. Ходьба является процессом; если вы остановитесь, ходьбы не будет. Ноги есть, а ходьбы нет. Ноги могут ходить, но если вы останавливаетесь, то ноги будут здесь, а ходьбы здесь не будет.

Сознание подобно ногам - это ваша природа. Ум подобен ходьбе - это просто процесс. Когда сознание движется с одного места на другое, этот процесс является умом. Когда сознание движется от А к В, от В к С, то это движение является умом. Если вы прекратите движение, ума не станет. Вы являетесь сознающим, но ума нет. Вы имеете ноги, но не ходите. Ходьба является функционированием, деятельностью; ум также является функционированием, деятельно­стью.

Если вы остановитесь в любой точке, ум будет бороться. Ум будет говорить: «Продолжай!» Ум изо всех сил будет стараться толкнуть вас вперед, или назад, или в любом другом направлении - но: «Продол­жай! Делай что угодно, но не оставайся в одной точке».

Если вы настаиваете и если вы не подчиняетесь уму... это трудно, потому что вы всегда подчиняетесь. Вы никогда не приказываете уму; вы никогда не являетесь хозяином. Вы и не можете быть хозяином, потому что вы, на самом деле, никогда не отделяете себя от своего ума. Вы думаете, что вы и есть ум. Это заблуждение, что вы являетесь умом, дает уму полную свободу, потому что тогда никто не является его хозяином, никто не управляет им. Нет никого! Ум сам становится хозяином. Он может стать хозяином, но его господство является кажущимся. Попытайтесь когда-нибудь и вы сможете сломить это господство - оно является ложным.

Ум является просто рабом, притворяющимся хозяином, но он притворялся так долго, в течение многих жизней, что даже хозяин поверил в то, что раб является хозяином. Это просто вера. Испытайте противоположное и вы убедитесь, что эта вера является беспочвен­ной.

Эта сутра говорит: Представь, что пятицветные круги на павлинь­ем хвосте являются твоими пятью органами чувств в беспредельном пространстве. Теперь пусть их красота сплавится внутри. Думайте, что пять ваших чувств являются пятью цветами и эти пять цветов заполняют все пространство. Просто представьте себе ваши пять чувств, как пять цветов - прекрасные цвета, живые, распространяю­щиеся в бесконечном пространстве. Затем двигайтесь внутрь вместе с этими цветами. Переместитесь внутрь и почувствуйте центр, где все эти пять цветов встречаются с вами. Это просто воображение, но оно помогает. Только представьте себе пять цветов, проникающих внутрь вас и встречающихся в точке.

Конечно, эти пять цветов встретятся в точке: весь мир растворит­ся. В вашем воображении имеются только пять цветов - так же, как на хвосте павлина - распределенные по всему пространству, входящие глубоко внутрь вас, встречающиеся в точке. Подойдет любая точка, но самой лучшей точкой является хара. Думайте, что они встречаются в пупке - что весь мир превращается в цвета, и эти цвета встречаются в вашем пупке. Смотрите на эту точку, концентрируйте свое внимание на этой точке, концентрируйте до тех пор, пока точка не растворится. Если вы концентрируетесь на точке, она растворяет­ся, потому что это всего лишь ваше воображение. Помните, что бы мы ни сделали, все является нашим воображением. Если вы концен­трируетесь на ней, она растворится. А когда точка растворяется, вы отбрасываетесь к своему центру.

Мир растворился. Для вас мира не существует. В этой медитации имеется только цвет. Вы забыли про весь мир; вы забыли про все его объекты. Вы выбрали только пять цветов. Выберите любые пять цве­тов. Это важно для тех, кто имеет очень острый глаз, очень глубокую цветовую чувствительность. Эта медитация окажется полезной не для каждого. Если вы не имеете глаза художника, если вы не осозна­ете цвета, если вы не можете представлять себе цвета, то эта техника будет трудной для вас.

Отмечали ли вы когда-нибудь, что ваши сны являются цветны­ми? Цветные сны может видеть только один человек из сотни. Вы видите только белое и черное. Почему? Весь мир является цветным, а ваши сны являются бесцветными. Если кто-то из вас помнит, что его сны являются цветными, то эта медитация для него. Если кто-то помнит, что хотя бы иногда он видит во сне цвета, то эта медитация будет для него.

Если вы скажете человеку, нечувствительному к цветам: «Вооб­разите себе мир, наполненный цветами», то он ничего не сможет вообразить. Даже если он будет пытаться вообразить, если он будет думать «красное», то он будет видеть слово «красное», но он не сможет увидеть цвет. Он скажет «зеленое», и слово «зеленое» будет здесь, но самой зелени не будет.

Испытайте этот метод, если вы имеете цветовую чувствитель­ность. Вот пять цветов. Весь мир является просто пятью цветами, и эти цвета встречаются внутри вас. Где-то глубоко внутри вас эти пять цветов встречаются. Сконцентрируйте внимание на этой точке и продолжайте его концентрировать. Не сдвигайтесь с точки, оставай­тесь в ней. Не допускайте действия ума. Не пытайтесь думать о зеленом, красном, желтом, о цветах вообще - не думайте. Просто смотрите, как они встречаются в вас. Не думайте о них! Если вы думаете, ум двигается. Будьте просто наполнены цветами, встречающимися в вас, а затем сконцентрируйтесь на точке встречи. Не ду­майте! Концентрация не является думаньем; это не размышление.

Если вы действительно наполнены цветами и вы стали просто радугой, павлиньим хвостом, и все пространство тоже заполнено этими цветами, то это даст вам глубокое чувство красоты. Но не думайте о ней; не говорите, что это прекрасно. Не начинайте думать. Сконцентрируйте внимание на точке, где встречаются все эти цвета и продолжайте концентрироваться на ней. Она исчезнет, она раство­рится, потому что все это лишь игра воображения. И если вы будете поддерживать эту концентрацию, то воображаемое не может оста­ваться здесь, оно растворится.

Мир уже растворился; здесь были только цвета. Эти цвета были вашим воображением. Эти воображаемые цвета встречались в точке. Эта точка, конечно, была воображаемой - и теперь, при глубокой концентрации, эта точка растворилась. Где вы теперь? Где вы будете? Вы будете отброшены к своему центру.

Объекты растворены посредством воображения. Теперь вообра­жение будет растворено посредством концентрации. В качестве субъ­ективности остаетесь вы один. Объективный мир растворился; мысленный мир растворился. Вы находитесь здесь в виде чистого сознания.

Вот почему эта сутра говорит: в любой точке в пространстве и на стене... Это поможет. Если вы не сможете вообразить цвета, то помо­жет любая точка на стене. Вы берете что-нибудь просто как объект концентрации. Если она окажется внутренней, будет лучше, но, кро­ме того, имеется два типа личностей. Для интровертов легче будет представить себе все в виде цветов, встречающихся внутри. Но име­ются экстраверты, которые не могут представить себе что-либо внут­ри. Они могут вообразить себе что-либо только снаружи. Их умы движутся только наружу; они не могут двигаться внутрь. Для них нет ничего, подобного внутреннему миру человека.

Английский философ Давид Юм сказал: «Когда бы я ни погру­жался внутрь самого себя, я никогда не встречал никакого «я». Все, что я встречаю, является всего лишь отражением внешнего мира: мысли, некоторые эмоции, некоторые чувства. Я никогда не встре­чаю внутренний мир, я встречаю там только отраженный внешний мир». Это экстравертный ум во всей его красе, а Давид Юм был одним из наиболее экстравертных умов.

Поэтому, если вы не можете почувствовать что-либо внутри, и если ваш ум спрашивает: «Что означает этот внутренний мир? Как войти внутрь?», то попробуйте использовать вместо этого любую точку на стене. Встречаются люди, которые приходят ко мне и спра­шивают, как войти внутрь. Это проблема, поскольку, если вы знаете только внешний мир, если вы знаете только движение наружу, то трудно представить себе, как идти внутрь.

Если вы являетесь экстравертом, то не берите эту точку внутри, берите ее снаружи. Результат будет тем же самым. Сделайте точку на стене; сконцентрируйтесь на ней. Тогда вы должны будете сконцент­рироваться на ней открытыми глазами. Если вы создаете внутрен­ний центр, создаете точку внутри, то вы должны будете сконцентрироваться на ней с закрытыми глазами.

Сделайте точку на стене и сконцентрируйтесь на ней. Реальные события будут происходить благодаря концентрации, а не благодаря точке. Будет она внутри или снаружи - не имеет значения. Это зави­сит от вас. Если вы смотрите на внешнюю стену, сконцентрируйтесь на ней и продолжайте концентрироваться до тех пор, пока точка не растворится. Это следует подчеркнуть: пока точка не растворится! Не мигайте глазами, потому что мигание создает промежуток, в котором ум снова сможет двигаться. Не мигайте, потому что тогда ум начнет думать. Образуется разрыв; при мигании происходит потеря концентрации. Поэтому не мигайте.

Вы, вероятно, слышали о Бодхидхарме, одном из величайших мастеров медитации во всей истории человечества. О нем рассказы­вают очень красивую историю.

Он концентрировался на чем-нибудь - на чем-нибудь снаружи. Его глаза обычно мигали и концентрация пропадала, поэтому он оторвал свои веки. Это прекрасная история: он оторвал свои веки, выбросил их и концентрировался. Через несколько недель он увидел какие-то растения, выросшие на том месте, куда он бросил свои веки. Это произошло на горе в Китае, а гора называлась Та. Отсюда пошло название растения tea - чай. Растение, которое выросло, стало чаем, вот почему чай помогает вам бодрствовать.

Когда ваши глаза мигают и вы засыпаете, выпейте чашку чая. Это веки Бодхидхармы. Вот почему дзэнские монахи считают чай свя­щенным. Чай не является какой-то обыкновенной вещью, он свяще­нен - это веки Бодхидхармы. В Японии имеется обычай проведения чайных церемоний, каждый дом имеет чайную комнату, а чай под­ают с религиозными церемониями; он священен. Чай следует пить в очень медитативном расположении духа.

В Японии вокруг питья чая созданы прекрасные церемонии. Они войдут в чайную комнату так, как они входили бы в храм. Затем будет приготовляться чай, и все будут сидеть молча, слушая бульканье самовара. Идет пар, самовар шумит и все просто слушают. Это не простая обычная вещь... веки Бодхидхармы. И поскольку Бодхидхарма старался быть бодрствующим и осознающим с открытыми гла­зами, то чай помогает. Поскольку все это произошло на горе Та, появилось название - чай. Правда это или нет, но эта история пре­красна.

Если вы концентрируетесь внешним образом, то нужны немига­ющие глаза, как будто бы у вас не было век. Вот в чем значение отбрасывания век. У вас имеются только глаза без век, которые могли бы закрывать их. Концентрируйтесь, пока точка не растворится. Если вы настойчиво продолжаете, если вы настаиваете и не позволяете уму двигаться, точка растворяется. И когда точка растворяется, если вы концентрировались на точке, и для вас была только одна эта точка в мире, если весь мир уже растворился, если осталась только эта точка, а теперь и она растворилась, то сознание не сможет никуда двигаться. Нет объекта, к которому можно было бы двигаться - все измерения закрыты. Ум отбрасывается на самого себя, сознание отбрасывается на самого себя, и вы входите в центр.

Поэтому, независимо от того, расположена точка внутри или снаружи, концентрируйтесь до тех пор, пока точка не растворится. Эта точка растворится по двум причинам. Если она расположена внутри, она является воображаемой - она растворится. Если она рас­положена снаружи, то она не воображаемая, она реальная. Вы сделали точку на стене и сконцентрировались на ней. Тогда почему же эта точка растворится? Можно понять, как она растворяется внутри - ее там вообще не было, вы просто представили себе ее, - но на стене она присутствует, так как же она может раствориться?

Она растворяется по определенной причине. Если вы концентри­руетесь на точке, реальная точка и не должна растворяться, растворя­ется ум. Если вы сконцентрировались на внешней точке, ум не может двигаться. Без движения он не может жить, он умирает, он останав­ливается. А когда ум останавливается, вы не можете быть связанным с чем-либо снаружи. Вдруг все мосты сломаны, потому что ум явля­ется мостом. Когда вы концентрируетесь на точке на стене, то ваш ум постоянно перепрыгивает от вас к точке, от точки к вам, от вас к точке. Происходит постоянное прыганье; это процесс.

Когда ум растворяется, вы не можете видеть точку, потому что на самом деле вы никогда не видите точку глазами; вы видите точку через ум и через глаза. Если ум исчез, глаза не могут функциониро­вать. Вы можете продолжать пристально смотреть на стену, но точка не будет видна. Ума нет; мост сломан. Точка является реальной – она здесь. Когда ум вернется, вы снова ее увидите; она здесь. Но сейчас вы не можете видеть ее. А когда вы не можете видеть, вы не можете двигаться наружу. Вы вдруг оказываетесь в своем центре.

Подобное центрирование позволит вам осознать ваши экзистен­циальные корни, основу вашего существования. Вы узнаете, в каком месте вы соединены с экзистенцией, существованием, жизнью. В вас имеется точка, которая связана с тотальной экзистенцией, всеобщим существованием, которая является единым целым с этой тотальной экзистенцией. Раз вы знаете этот центр, то вы знаете, что вы дома. Этот мир не является чужим для вас. Вы не посторонний в нем. Вы внутри его, вы принадлежите ему. Нет необходимости ни в какой борьбе, ни в каких сражениях. Между вами и тотальной экзистенцией нет никакой вражды. Эта тотальная экзистенция, эта всеобщая сущ­ность становится вашей матерью.

Именно эта всеобщая сущность входит в вас и именно ее вы можете осознать. Именно эта всеобщая сущность расцветает в вас. Это ощущение, это представление, это происшествие... и больше не будет страданий.

Тогда блаженство не является некоторым феноменом; это не нечто, что случается и уходит. Тогда наполненность блаженством станет свойством вашего естества. Когда некто укоренен в своем центре, наполненность блаженством является естественной. С кем-то может случиться блаженство и постепенно он даже может пере­стать осознавать, что он наполнен блаженством, поскольку такая осознанность нуждается в контрастах. Когда вы несчастны, то вы легко сможете почувствовать блаженство. Когда несчастья больше нет, то постепенно вы полностью забываете о нем. И вы забываете также о вашем блаженстве. И только тогда, когда вы сможете забыть и о своем блаженстве, вы будете действительно наполнены блажен­ством. Это естественно. Как светят звезды, как текут реки, так и вы наполнены блаженством. Само ваше бытие наполнено блаженством. Это не то, что случается с вами: теперь это и есть вы.

Что касается второй сутры, то механизм ее действия тот же са­мый, научные основания те же самые, рабочая структура та же самая.

 

14. Помести свою осознанность в свой позвоночник

Размести все свое внимание в тонком, как нить лотоса, нерве, расположенном в центре позвоночного столба. В таком состоянии будешь трансформирована.

Для выполнения этой сутры, этой техники медитации следует закрыть глаза и представить себе свой позвоночный столб, свой позвоночник. Хорошо было бы познакомиться с устройством тела, просмотрев какие-нибудь книги по физиологии человека, или схо­дить в какой-нибудь медицинский колледж или в больницу и по­смотреть устройство человеческого тела. Затем закройте глаза и представьте себе позвоночник. Пусть позвоночник будет расположен вертикально и будет прямым. Представьте его, смотрите на него, а как раз в середине его представьте себе нерв, тонкий как нить лотоса, расположенный в центре вашего позвоночного столба. В таком со­стоянии будешь трансформирована. Если вы сможете, сконцентри­руйте внимание на позвоночном столбе, а затем на ниточке в его середине, на проходящем сквозь него очень тонком нерве, подобном лотосной нити. Сконцентрируйте свое внимание на этом, и сама эта концентрация отбросит вас к своему центру. Почему?

Позвоночный столб является основой костной структуры всего вашего тела. Все подсоединяется к нему. Ваш мозг, на самом деле, не что иное, как один из полюсов вашего позвоночного столба. Физио­логи говорят, что он является не чем иным, как отростком позвоноч­ного столба; ваш мозг является, на самом деле, выростом позвоночного столба.

Ваш позвоночник соединен со всем вашим телом - все присоеди­нено к нему. Вот почему он называется спинным хребтом, основой. В этом хребте действительно расположена нитеподобная вещь, но физиологи ничего не скажут о ней, потому что она не является мате­риальной. В позвоночнике, как раз в его середине расположена сереб­ряная струна - очень тонкий нерв. В действительности это не нерв в физиологическом смысле. Вы не сможете найти его и оперировать его; его там не найти.

Но при глубокой медитации его можно видеть. Он здесь; он является нематериальным. Это энергия, а не материя. На самом деле эта энергетическая струна в вашем позвоночном столбе является вашей жизнью. Через нее вы связаны с невидимой экзистенцией, с существованием, и через нее вы связаны также с видимым телом. Это мост между видимым и невидимым. Через эту нить вы связаны с телом и через нее же вы связаны также с вашей душой.

Прежде всего, представьте себе позвоночный столб. Сначала вы будете ощущать нечто странное, вы будете в состоянии представить себе его, но как нечто воображаемое. И если вы будете продолжать свои усилия, то это перестанет быть просто вашим воображением. Вы будете в состоянии увидеть свой позвоночный столб.

Я работал с человеком, изучавшим эту технику. Я дал ему для концентрации внимания изображение человеческого тела, чтобы он мог начать чувствовать, как представить себе позвоночный столб изнутри. Затем он начал медитировать. Спустя неделю он пришел и сказал: «Очень странно. Я пытался увидеть изображение, которое вы мне дали, но много раз это изображение исчезало и я видел другой позвоночник. И он не совсем такой, как на картинке, данной мне вами».

Тогда я сказал ему: «Теперь вы на правильном пути. Полностью забудьте про картинку и продолжайте смотреть на позвоночный столб, который становится видимым для вас».

Человек может рассматривать устройство своего собственного тела изнутри. Мы не пытаемся делать это, потому что это очень страшно и противно; потому что когда вы смотрите на ваши кости, кровь, вены, вам становится страшно. Ваши умы фактически полно­стью заблокированы от того, чтобы видеть изнутри. Мы смотрим на свое тело снаружи, как будто на него смотрит некто посторонний. Это так, как если бы вы вышли из этой комнаты и смотрели на нее - тогда вы знали бы только внешние стены. Войдите внутрь и посмотрите на дом - тогда вы сможете смотреть на внутренние стены. Вы смотрите на свое тело снаружи, как будто на него смотрит кто-то другой. Вы не видите свое тело изнутри. Вы можете делать это, но из-за вашего страха это становится чем-то странным, неестественным.

В книгах по индийской йоге приводится много подробностей о строении человеческого тела, подтвержденных современными науч­ными исследованиями, и наука не в состоянии объяснить это. Как они могли узнать? Хирургия и другие методы, изучающие изнутри человеческое тело, разработаны совсем недавно. Как могли они знать обо всех этих нервах, обо всех центрах, обо всех внутренних структурах? Они знали даже о самых последних открытиях; они говорили о них и использовали их. Йога всегда все знала о самых существенных, основных элементах устройства человеческого тела. Но они не раз­резали тела, так как же они могли знать?

В действительности имеется другой способ рассматривания сво­его собственного тела - изнутри. Если вы сможете сконцентрировать­ся внутри, то вдруг вы начнете видеть свое тело - внутреннее построение тела. Это хорошо для тех, кто глубоко ориентирован па тело. Если вы ощущаете себя материалистом, если вы чувствуете, что вы являетесь только телом, то эта техника будет очень полезной для вас. Если вы чувствуете, что вы есть тело, если вы являетесь верую­щим в учения Чарваки или Маркса, если вы считаете, что человек есть не что иное, как тело, то эта техника будет очень полезной для вас. Тогда идите и рассматривайте устройство скелета человека.

В старых школах тантры и йоги использовалось много костей. Даже сейчас у тантриков можно обнаружить некоторые кости, чело­веческие черепа. Они помогают осуществлять концентрацию изнут­ри. Сначала медитирующий концентрируется на этом черепе, а затем закрывает глаза и пытается увидеть свой собственный череп. Он пытается увидеть внешний череп изнутри и постепенно он начина­ет чувствовать свой собственный череп. Его сознание начинает фо­кусироваться. Этот внешний череп, концентрация на нем и визуализация его являются только помощью. Раз вы сконцентриро­ваны изнутри, вы можете перемещаться от кончиков пальцев ног до головы. Вы можете двигаться изнутри - а это большая вселенная. Ваше маленькое тело является большой вселенной.

Эта сутра использует позвоночный столб, потому что внутри позвоночного столба тянется нить жизни. Вот почему мы так наста­иваем на прямом позвоночнике, потому что если позвоночник не является прямым, то вы не сможете рассматривать внутреннюю нить. Она очень тонкая, она очень неуловимая - она мельчайшая. Это поток энергии. Поэтому если позвоночный столб является прямым, абсолютно прямым, только в этом случае вы сможете взглянуть на эту нить.

Но наш позвоночный столб не является прямым. Все индусы с самого детства пытаются сделать свой позвоночный столб прямым. Все их способы сидения, их способы спанья, их способы хождения предполагают, в основном, наличие прямого позвоночника. Если позвоночный столб не является прямым, то очень трудно увидеть внутреннюю струну. Она является очень тонкой - фактически она является нематериальной. Она нематериальна - это сила. Когда по­звоночный столб является абсолютно прямым, эту нитеподобную силу можно увидеть.

...В таком состоянии будешь трансформирована. Раз вы смогли почувствовать эту нить, сконцентрировать на ней свое внимание и представить ее, то вы будете наполнены новым светом. Свет будет исходить из вашего позвоночного столба. Он будет распространиться по всему вашему телу; он может даже выходить за пределы вашего тела. Когда он выходит за пределы тела, видна аура.

Все имеют ауру, но обычно ваши ауры есть не что иное, как тени без какого-либо света в них - просто темные тени вокруг вас. И эти ауры отражают состояние вашей души. Когда вы сердитесь, ваша аура становится как будто наполненной кровью; она наполняется красным, выражением гнева. Когда вы печальны, ослаблены, подав­лены, то ваша аура наполняется темными тонами, как будто бы вы близки к смерти - все является мертвым, тяжелым.

Когда вы представляете себе эту нить позвоночного столба, то ваша аура светлеет. Поэтому Будда, Махавира, Кришна, Христос изображаются с аурами не для украшения, а потому, что они дейст­вительно существуют. Ваш позвоночный столб начинает излучать свет. Вы становитесь освещенным внутри - все ваше тело превраща­ется в тело из света - затем этот свет проникает наружу. Поэтому нет необходимости спрашивать будду, просветленного, кто он такой. Аура все покажет. И когда кто-нибудь становится просветленным, мастер знает это, потому что все раскрывает аура.

Я расскажу вам одну историю. Эно, китайский мастер, работал под руководством своего мастера. Когда Эно пришел к своему масте­ру, тот сказал: «Зачем ты пришел сюда? Нет необходимости прихо­дить ко мне?» Эно не мог ничего понять. Он думал, что он недостаточно готов, чтобы быть принятым, но мастер увидел нечто другое. Он увидел его увеличенную ауру. Он сказал: «Даже если бы ты не пришел ко мне, это в любом случае должно было случиться, рано или поздно. Ты уже в этом, так что нет нужды приходить ко мне».

Но Эно просил: «Не отвергай меня». Поэтому мастер принял его и направил его за пределы монастыря, на монастырскую кухню. Это был большой монастырь с пятьюстами монахами. Мастер сказал Эно: «Иди на кухню и помогай там и не приходи ко мне снова. Когда будет нужно, я приду к тебе».

Эно не назначили никаких медитаций, ему не дали для изучения никаких священных книг. Его ничему не учили, его просто выброси­ли на кухню. Весь монастырь работал. Там были ученые мужи, уче­ники, там были медитаторы, там были йоги, и все они сгорали от любопытства. Все над чем-то работали, а этот Эно просто очищал рис и исполнял работы по кухне.

Прошло двенадцать лет. Эно больше не приходил к мастеру, так как ему не было это позволено. Он ждал, ждал, ждал... он просто ждал. Он был взят просто как прислужник. Приходили ученики, приходи­ли медитаторы, но никто не обращал на него никакого внимания. В этом монастыре были большие ученые.

Затем мастер объявил, что его смерть близка и что он хотел бы назначить кого-нибудь на свое место. Поэтому он сказал: «Те, кто считает себя просветленным, должны сочинить небольшую поэму из четырех строк. В этих четырех строках вы должны изложить все, что вы узнали. И если я одобрю какую-либо поэму и увижу, что строки показывают, что случилось просветление, то я выберу кого-нибудь в качестве своего преемника».

В этом монастыре был один очень великий ученый, и никто и не пытался писать поэму, потому что все знали, что он выиграет. Он был большим знатоком священной литературы, поэтому он сочинил тре­буемые четыре строки. Эти четыре строки представляли нечто вроде этого... их значение было приблизительно такое: «Ум подобен зерка­лу, на нем собирается пыль. Удали пыль и ты будешь просветлен».

Но даже этот великий ученый боялся, потому что мастер должен знать. Он уже знал, кто является просветленным, а кто - нет. Хотя все, что он написал, было прекрасным, это была самая суть всех священ­ных рукописей - ум подобен зеркалу, на нем собирается пыль; удали пыль и ты будешь просветлен - это была вся суть всех Вед, но он знал, что это было все, что он узнал. Он больше ничего не знал, поэтому он боялся.

Он не пошел прямо к мастеру, но ночью пробрался к его дому, к дому мастера, и написал все четыре строки на стене без подписи - без какой-либо подписи. Таким образом, если мастер одобрит и скажет: «О'кей, все в порядке», то он тогда скажет: «Это написал я». Если же он скажет: «Нет! Кто написал эти строки?», то он будет хранить молчание.

Но мастер одобрил. Утром мастер сказал: «О'кей!» Он рассмеялся и сказал: «О'кей! Человек, который написал это, является просвет­ленным».

Итак, весь монастырь стал говорить об этом. Все знали, кто это написал. Они обсуждали и оценивали, а строки были прекрасными - действительно прекрасными. Затем какие-то монахи пришли на кухню. Они пили чай и разговаривали, а Эно прислуживал им. Он слышал о том, что случилось.

В тот момент, когда он услышал эти четыре строчки, он рассме­ялся. Поэтому кто-то спросил: «Почему ты смеешься, глупец? Ты же ничего не знаешь; в течение двенадцати лет ты прислуживал на кухне. Почему ты смеешься?»

Никто никогда не слышал раньше, чтобы он смеялся. Он восп­ринимался просто как идиот, который даже не разговаривает. Но он сказал: «Я не умею писать, и я не просветленный, но эти строки неправильны. Поэтому, если кто-то пойдет со мной, я сочиню эти четыре строчки. Если кто-то пойдет со мной, то он сможет написать их на стене. Я не могу написать - я не умею писать».

И кто-то пошел с ним - просто шутки ради. Собралась толпа и Эно сказал: «Пишите: Нет никакого ума и нет никакого зеркала, поэтому, на чем может собираться пыль? Тот, кто знает это, является просветленным».

Но мастер вышел и сказал Эно: «Ты не прав». Эно поклонился до земли и вернулся на свою кухню.

Ночью, когда все спали, мастер пришел к Эно и сказал: «Ты прав, но я не мог сказать это перед этими идиотами - а все они ученые идиоты. Если бы я сказал, что ты назначаешься моим преемником, то они бы убили тебя. Поэтому беги отсюда! Ты являешься моим преемником, но не говори об этом никому. И я знал это уже в тот день, когда ты пришел. Твоя аура была увеличенной; вот почему я не назначил тебе никакой медитации. В ней не было необходимости. Ты уже был в медитации. И это двенадцатилетнее молчание - без дейст­вий, без медитации - полностью освободило тебя от твоего ума и аура стала полной. Ты стал полной луной. Но беги отсюда! В противном случае они убьют тебя.

Ты был здесь двенадцать лет и от тебя непрерывно исходил свет, но никто не заметил этого. А они приходили на кухню, каждый из них приходил на кухню каждый день - три, четыре раза. Все проходят через это; вот почему я послал тебя на кухню. Но ни один не распоз­нал твою ауру. Так беги отсюда".

Когда вы прикасаетесь к этой нити позвоночного столба, видите ее, представляете ее, вокруг вас начинает расти аура. ...В таком со­стоянии будешь трансформирована. Вы будете заполнены этим све­том и будете трансформированы. Это тоже центрирование - центрирование на позвоночном столбе. Если вы ориентированы на тело, эта техника поможет вам. Если вы не ориентированы на тело, вам будет трудно, вам будет очень трудно представить себя изнутри. Тогда рассматривание своего тела изнутри будет трудным.

Эта сутра будет более полезна для женщин, чем для мужчин. Они более ориентированы на тело. Они в большей степени живут в теле; они больше живут чувствами. Они в большей степени могут предста­вить свое тело. Женщины в большей степени ориентированы на тело, чем мужчины, но для каждого, кто может чувствовать тело, кто чув­ствует тело, кто может визуализировать тело, кто может закрыть глаза и ощутить свое тело изнутри, эта техника будет очень полезной. Итак, представьте себе позвоночный столб, а в середине - прохо­дящую сквозь него серебряную струну. Сначала это будет выглядеть как нечто воображаемое, но постепенно вы почувствуете, что вообра­жаемое исчезает, а ваш ум остается сфокусированным на этом по­звоночном столбе. И тогда вы увидите свой собственный позвоночник. В тот момент, когда вы увидите внутреннее ядро, вы вдруг почувствуете взрыв света внутри вас.

Иногда это может случиться и без всяких усилий. Это иногда случается. Это иногда случается в глубоком половом акте. Тантра знает: в глубоком половом акте вся ваша энергия концентрируется около позвоночника. На самом деле в глубоком половом акте позво­ночник начинает разряжаться электричеством. Прикасаясь к позво­ночнику, вы иногда даже можете получить удар, шок. Если половое сношение является очень глубоким и длительным и осуществляется в состоянии сильной любви - если, фактически, два любовника на­ходятся просто в глубоких объятиях, молчаливы, не движутся, а просто наполнены друг другом, просто остаются в глубоких объяти­ях, - то это случается. Так случалось много раз, что темная комната вдруг наполнялась светом и оба тела были окружены голубой аурой.

Такое случается очень часто. Это могло случаться даже в ваших переживаниях, но вы могли не заметить, что в темной комнате, в состоянии глубокой любви вы вдруг ощущаете свет вокруг ваших тел, и этот свет распространяется и заполняет всю комнату. Много раз случалось так, что вдруг вещи падали со стола без всякой видимой причины. А сейчас психологи говорят, что при половом акте возни­кают электрические разряды. Это электричество может проявлять много эффектов и воздействий. Вещи могут внезапно падать, дви­гаться или разбиваться; были даже сделаны фотографии, на которых видно это световое излучение. Но этот свет всегда концентрируется вокруг позвоночного столба.

Поэтому иногда, в глубоком половом акте - и тантра это хорошо знает и работает над этим - вы можете стать осознающим, если вы сможете взглянуть изнутри на нить, идущую в середине позвоночно­го столба. И тантра использует половой акт для реализации этого, но тогда половой акт должен быть совершенно другим, качество его должно быть другим. Это не нечто, с чем нужно разделаться; это не нечто, что делается для освобождения; это не нечто, что должно быть быстро закончено; тогда это совсем не телесный акт. Тогда это глу­бокая духовная общность. Тогда посредством двух тел происходит встреча двух внутренних сущностей, двух субъективностей, происхо­дит глубокое проникновение друг в друга.

Поэтому я предлагаю вам испытать эту технику в глубоком по­ловом акте - так будет легче. Просто забудьте о сексе. Когда вы находитесь в глубоких объятиях, оставайтесь внутри. Забудьте также про другого, просто идите внутрь и представляйте себе свой позво­ночный столб. Это будет сделать легче, потому что тогда около позвоночного столба будет протекать большее количество энергии, а нить будет более видимой, потому что вы молчаливы, потому что ваше тело находится в покое. Любовь является глубочайшим расслаблени­ем, а мы сделали любовь величайшим напряжением. Мы сделали ее беспокойством, тяжкой ношей.

В тепле любви, наполненные, расслабленные, закройте глаза. Но мужчина обычно не закрывает глаза. Обычно женщина закрывает глаза. Вот почему я говорю, что женщина в большей степени ориен­тирована на тело, чем мужчина. В глубоких объятиях в половом акте женщина закроет свои глаза. Они, на самом деле, не могут любить с открытыми глазами. С закрытыми глазами они в большей степени чувствуют свое тело изнутри.

Закройте глаза и почувствуйте свое тело. Расслабьтесь. Сконцен­трируйтесь на позвоночном столбе. И эта сутра говорит очень просто: В таком состоянии будешь трансформирована. И посредством этого вы будете трансформированы, преобразованы.

Достаточно на сегодня.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 10

 

САМОРЕАЛИЗАЦИЯ: ОСНОВНЫЕ ПОТРЕБНОСТИ

 

 

13 ноября1972 года, Бомбей, Индия

 

 

 

 

Вопросы:

 

Является ли самореализация основной потребностью?

Будьте любезны, объясните такие понятия, как созерцание, концентрация и медитация.

Как умственный процесс может помочь в достижении состояния не-ума?

Каким образом упражнения для развития пупочного центра отличаются от упражнений для развития сердечного и головного центров?

Являются ли все просветленные пупочно-ориентированными?

 

 

 

Имеется много вопросов. Первый из них:

Является ли самореализация основной потребностью человека?

Прежде всего, постарайтесь понять, что подразумевает слово са­мореализация. Этот термин использовал А.Г. Мэслоу. Человек рож­дается как потенциальная возможность. Он не является реальным - он только потенциальный, возможный. Человек рождается как воз­можность, а не как реальность. Он может стать чем-нибудь; он может достичь реализации своих потенциальных возможностей, а может и не достичь. Возможности могут быть использованы или не исполь­зованы. А природа не принуждает вас к реализации. Вы свободны. Вы можете выбрать путь реализации; вы можете выбрать путь бездействия. Человек рождается как семя. Таким образом, никто не рождается исполненным - только с потенциальной возможно­стью исполнения.

Если это так - а это действительно так, - то самореализация становится основной потребностью. Потому что пока вы не будете исполнены, пока вы не станете тем, чем вы можете быть или чем нам предназначено быть, пока ваша цель не будет достигнута, пока вы действительно не достигнете, пока ваше семя не станет исполненным деревом, вы будете чувствовать, что вы что-то упустили. Это ощуще­ние упущения является реальным и это потому, что вы еще не реа­лизованы.

Это на самом деле не то, что вы теряете богатства или обществен­ное положение, престиж или власть. Даже если вы получили что-то, что вы требовали - богатство, власть, престиж, что угодно - вы будете ощущать внутри себя это постоянное чувство какого-то упущения, потому что это что-то упущенное не связано ни с чем во внешнем мире. Это связано с вашим внутренним ростом. Пока вы не станете исполненным, пока вы не придете к реализации, к расцвету, пока вы не придете к внутреннему удовлетворению, в котором вы чувствуете: «Теперь я то, чем я должен быть», это чувство упущения чего-то не оставит вас. И вы не можете устранить это ощущение упущения чем-нибудь другим.

Итак, самореализация означает, что человек стал тем, чем он должен был стать. Он был рожден как семя, а теперь он расцвел. Он пришел к полному росту, ко внутреннему росту, ко внутреннему завершению. С того момента, когда вы почувствуете, что все ваши потенциальные возможности стали реальностью, вы будете нахо­диться на вершине своей жизни, любви, самого существования.

Абрахам Мэслоу, который использовал термин «самореализа­ция», ввел также другой термин: «высшее переживание». Когда чело­век достигает самого себя, он достигает вершины - верха блаженства. Тогда нет никакого страстного желания чего-либо. Он полностью удовлетворен самим собой. Теперь нет ничего недостающего; там нет желаний, нет потребностей, нет движения. Кем бы он ни был, он полностью удовлетворен собой. Самореализация становится вы­сшим переживанием, и только человек, реализовавший себя, может достичь высшего переживания. Тогда к чему бы он ни прикасался, что бы он ни делал - даже просто ничего не делал, просто существовал - является для него высшим переживанием, просто является блажен­ством. Тогда блаженство не связано с чем-либо снаружи, тогда оно является следствием внутреннего роста.

Будда является человеком, реализовавшим себя. Вот почему мы рисуем и воспроизводим в виде скульптур Будду, Махавиру и других сидящими на полностью распустившемся цветке лотоса. Этот пол­ностью расцветший лотос является вершиной расцвета изнутри. Они расцветают изнутри и становятся полностью расцветшими. Этот внутренний расцвет дает излучение, они постоянно излучают от себя поток блаженства. Даже те, кто прошел через их тень, те, кто оказался близко к ним, ощущают окружающие их тишину и покой.

Имеется интересный рассказ о Махавире. Это миф, но мифы прекрасны и они много говорят такого, что не может быть сказано другим способом. Говорят, что когда Махавира направлялся куда-нибудь, то вокруг него в радиусе около двадцати четырех миль рас­цветали все цветы. Даже в сезон, когда цветов не должно было быть, расцветали цветы. Это просто поэтическое восприятие, но если кто-то, даже еще не реализовавший себя, входил в контакт с Махавирой, то он заражался его цветением и ощущал также и свой внутренний расцвет. Даже если для этого человека был не его сезон, даже если он не был готов, он все равно отражал состояние Махавиры, он чувствовал эхо. Если Махавира находился вблизи кого-нибудь, то тот ощущал эхо внутри себя и получал намек о том, чем бы он мог быть.

Самореализация является основной потребностью человека. И когда я говорю «основной», то я имею в виду то, что когда все ваши потребности будут удовлетворены, все, за исключением самореали­зации, то вы будете чувствовать себя неудовлетворенными. На самом деле, если произошла самореализация и больше ничего не исполнено, то вы все равно будете ощущать глубокое, тотальное удовлетворение. Вот почему Будда был нищим и, в то же время, императором.

Когда Будда стал просветленным, он пришел в Каши. Царь Каши пришел проведать его и спросил: «Я не вижу, чтобы у тебя было что-нибудь, ты просто нищий, и все же я чувствую себя нищим по сравнению с тобой. У тебя нет ничего, но то, как ты ходишь, то, как ты говоришь, то, как ты смеешься, создает впечатление, как будто бы весь мир был твоим царством. А у тебя нет ничего видимого - ничего! Так в чем секрет твоей силы? Ты выглядишь как император». На самом деле ни одни император никогда не выглядел так - как будто бы весь мир принадлежал ему. «Ты царь, но в чем твоя сила, где ее источник?»

И Будда ответил: «Они во мне. Моя сила, источник моей силы, что бы вы там не чувствовали вокруг меня, находится внутри меня. У меня нет ничего, кроме самого себя, но этого достаточно. Я удов­летворен; сейчас я ничего не желаю. Я стал человеком без желаний».

Итак, самореализованный становится человеком без желаний. Запомните это. Обычно мы говорим, что если у вас исчезли желания, то вы узнаете самого себя. Обратное верно в еще большей степени: если вы знаете себя, то исчезают ваши желания. А тантра делает упор не на отсутствие желаний, а на самореализацию. Из нее и следует отсутствие желаний.

Желание означает, что внутри вы не удовлетворены, что вы упу­скаете что-то и страстно желаете этого. Вы переходите от одного желания к другому в поисках удовлетворения. Этот поиск никогда не кончается, потому что одно желание порождает другое. Одно жела­ние, на самом деле, порождает десять желаний. Если вы будете про­являть желание найти состояние блаженства без желаний, то ваши поиски не увенчаются успехом. Но если вы испытаете что-либо дру­гое - методы самореализации, методы реализации ваших внутрен­них потенций, превращения их в реальность - тогда, чем более реализованными вы будете становиться, тем меньше и меньше же­ланий вы будете чувствовать, потому что они ощущаются только тогда, когда вы пусты внутри. Когда вы не пусты внутри, желания исчезают.

Так что же с самореализацией? Следует понять две вещи. Первое: самореализация - это не значит стать великим художником, или великим музыкантом, или великим поэтом. Конечно, часть вас при этом реализуется и даже это дает большое чувство удовлетворения. Если у вас была потенциальная возможность стать хорошим музыкан­том, и если вы реализовали ее и стали музыкантом, то часть вас должна быть удовлетворена - но не тотально. Другая часть вашей личности остается неудовлетворенной. Вы будете односторонним. Одна ваша часть вырастет, а другая останется камнем, подвешенным к вашей шее.

Посмотрите на поэта. Когда он в своем поэтическом вдохнове­нии, он выглядит как будда. Он полностью забывается - как будто в нем больше нет обычного человека. Поэтому, когда поэт вдохновлен, он достигает вершины - частичной вершины. А иногда поэты дости­гают такого прозрения, которое возможно только для просветлен­ных, буддоподобных умов. Калил Джибран, например, говорит как будда, но он не будда. Он поэт - великий поэт.

Поэтому если вы посмотрите на Калила Джибрана сквозь приз­му его поэзии, то он выглядит как Будда, Христос или Кришна. Но если вы встретите человека Калила Джибрана, то он окажется совер­шенно обыкновенным. Он так прекрасно говорит о любви - даже будда может не говорить так прекрасно. Но будда знает любовь всем своим существом. Калил Джибран знает любовь в своем поэтиче­ском полете. Когда он находится в своем поэтическом полете, он может иметь проблески любви - прекрасные проблески. Он выражает их с редкой проницательностью. Но если вы захотите увидеть реаль­ного Калила Джибрана, человека, то вы почувствуете несоответствие. Поэт и человек далеки друг от друга. Поэт - это то, что иногда случа­ется с этим человеком, но этот человек не поэт.

Вот почему поэты чувствуют, что когда они создают свои произ­ведения, кто-то еще участвует в этом; они не сами создают их. Они ощущают себя как бы инструментом в руках некоторой другой энер­гии, некоторой другой силы. Их больше нет. Это ощущение приходит на самом деле оттого, что они тотально не реализованы - реализована только часть их, некоторый фрагмент.

Вы не прикоснулись к небу. Только один ваш палец прикоснулся к небу, а вы остались укорененными на земле. Иногда вы подпрыги­ваете и на мгновение оказываетесь не на земле; притяжение исчезает. Но в следующий момент вы снова на земле. Когда поэт чувствует себя реализованным, он имеет кратковременное прозрение - частичное прозрение. Когда музыкант чувствует себя реализованным, он имеет лишь частичное прозрение.

О Бетховене говорят, что когда он был на сцене, он становился совершенно другим человеком, совершенно другим. Гете говорил, что когда Бетховен был на сцене и руководил своим оркестром, он выглядел подобным божеству. Нельзя было сказать, что он был обык­новенным человеком. Он вообще не был человеком; это был сверхче­ловек. И то, как он смотрел, и то, как он поднимал руки, - все было от сверхчеловека. Но когда он уходил со сцены, он становился просто обыкновенным человеком. Человек на сцене, казалось, обладал чем-то еще, как будто Бетховена там больше не было, и какая-то другая сила входила в него. Спустившись со сцены, он снова становился Бетховеном, человеком.

В силу этого поэты, музыканты, большие артисты, творческие люди являются более напряженными - поскольку они имеют два типа существования. Обычный человек не так напряжен, потому что он всегда живет в одном месте: он живет на земле. Но поэты, музы­канты, большие артисты делают прыжки - они преодолевают грави­тацию. В некоторые моменты они не на этой земле, они не являются частью человечества. Они становятся частью мира будд - земли будд. Затем они снова возвращаются сюда. У них два пункта существова­ния; их личности расщеплены.

Поэтому каждый творческий человек, каждый великий худож­ник является в некотором смысле душевнобольным. Напряжение столь велико! Разрыв, промежуток между этими двумя типами су­ществования так велик - непоправимо велик. Иногда он обыкновен­ный человек, иногда он становится буддоподобным. Он разделен между этими двумя состояниями, но его прозрения кратковременны.

Когда я говорю о вашей самореализации, я не имею в виду, что вы должны стать великим поэтом или великим музыкантом. Я имею в виду, что вы должны стать тотальным, полным человеком. Я не говорю великим человеком, потому что великий человек всегда частичен. Величие в чем угодно всегда является частичным. Человек все движется и движется в одном направлении, а во всех других измере­ниях, во всех других направлениях он остается тем же самым - он становится односторонним.

Когда я говорю о том, что нужно стать тотальным человеком, я не имею в виду стать великим человеком. Я имею в виду, что надо создать равновесие, что надо быть центрированным, что надо быть реализованным в качестве человека, а не в качестве музыканта, поэта, артиста - нужно быть реализованным в качестве человека. Что значит быть реализованным в качестве человека? Великий поэт является великим поэтом благодаря великой поэзии. Великий музыкант яв­ляется великим благодаря великой музыке. Великий человек являет­ся великим человеком благодаря каким-то его поступкам - он может быть великим героем. Любой великий человек является частичным. Величие является частичным, фрагментарным. Вот почему великие люди должны встречаться с большими страданиями, чем обыкно­венные люди.

Что такое тотальный человек? Что значит быть цельным челове­ком, тотальным человеком? Во-первых, это означает быть центриро­ванным, не существовать без центра. В один момент вы являетесь одним, в другой момент - чем-то другим. Люди приходят ко мне и я их спрашиваю: «Где вы ощущаете свой центр - в голове, в уме, в пупке, где? В сексуальном центре? Где? Где вы ощущаете свой центр?»

Обычно они говорят: «Иногда я чувствую его в голове, иногда в сердце, иногда я совсем не чувствую его». Тогда я прошу их закрыть глаза прямо передо мной и попытаться почувствовать это на месте. В большинстве случаев происходит следующее - они говорят: «Пря­мо сейчас, в данный момент, я чувствую, что центрирован в голове». Но в следующий момент они уже не там. Они говорят: «Я в сердце». А в следующий момент центр снова сдвинулся куда-нибудь еще, в сексуальный центр или в другое место.

На самом деле вы не центрированы - вы центрируетесь момен­тами. В каждый конкретный момент вы имеете свой, другой центр, и этот центр все время перемещается. Когда функционирует ум, вы ощущаете, что центром является голова. Когда вы находитесь в со­стоянии любви, вы ощущаете его в сердце. Когда вы ничего особен­ного не делаете, вы в некотором замешательстве - вы не можете понять, где расположен ваш центр, потому что вы можете обнару­жить его только тогда, когда вы работаете, делаете что-нибудь. Тогда некоторая конкретная часть тела становится центром. Но вы не цен­трированы. Если вы ничего не делаете, вы не можете обнаружить, где расположен центр вашего существа.

Тотальный, целостный человек является центрированным. Что бы он ни делал, он остается в своем центре. Если функционирует его ум, он думает; размышления происходят в голове, а он остается в своем центре, в пупке. Центр никогда не теряется. Он использует голову, но никогда в голову не перемещается. Он использует сердце, но никогда в сердце не перемещается. Все эти органы становятся инструментами, а человек остается центрированным.

Во-вторых, он уравновешен, сбалансирован. Когда человек явля­ется центрированным, он, конечно же, является уравновешенным. Его жизнь является глубоким равновесием. Он никогда не является односторонним, он никогда не на пределе в чем-либо - он остается в середине. Будда называл это средним путем. Он всегда остается по­средине.

Человек, который не центрирован, всегда движется к предель­ным состояниям. Когда он ест, он будет есть много, он будет пере­едать, или он будет есть быстро, но правильно есть он не сможет. Быстро есть - легко, переесть - очень просто. Он может быть в мире, принимать на себя обязательства, быть вовлеченным в мир­ские дела, он может и отказаться от мира, но он никогда не будет уравновешенным. Но он никогда не останется в середине, потому что, если вы не центрированы, то вы и не знаете, что означает середина.

Центрированный человек всегда в середине всего, он ни в чем не становится крайним, предельным. Будда говорит, что он всегда ест правильно; его еда не является ни чрезмерной, ни быстрой. Его труд является правильным - никогда не слишком много, никогда не слишком мало. Что бы он ни делал, он всегда сбалансирован.

Во-первых: самореализованный человек всегда центрирован.

Во-вторых: он всегда уравновешен.

В-третьих: если случились центрированность и уравновешен­ность, то за ними последует многое другое. Человек всегда будет спокоен. Это спокойствие не будет утеряно ни в какой ситуации. Я подчеркиваю, безусловно, в любой ситуации спокойствие не будет утеряно, потому что тот, кто находится в своем центре, всегда споко­ен. Он будет спокоен даже тогда, когда придет смерть. Он примет смерть так же, как любого другого гостя. Если придет несчастье, он примет его. Что бы ни случилось, оно не сможет сместить его из своего центра. Это спокойствие также является следствием центри­рованности.

Для такого человека ничто не является тривиальным, ничто не является великим; все становится сокровенным, прекрасным, свя­щенным - все! Что бы он ни делал, все для него представляет повы­шенный интерес. Ничто не является тривиальным. Он не скажет: «Это является тривиальным, а это - великим». На самом деле ничто не является великим и ничто не является малым и тривиальным. Прикосновение человека является существенным. Самореализован­ная личность, уравновешенная, центрированная личность все изме­няет. Само прикосновение становится великим.

Если вы будете наблюдать за буддой, вы увидите, что он ходит пешком и он любит ходить пешком. Если вы пойдете в Бодхгайю к берегу реки Нираньяны, где Будда достиг просветления - к тому месту, где он сидел под деревом бодхи - вы увидите, что следы его ног на земле обозначены. Он медитировал в течение часа, а затем гулял вокруг. В буддийской терминологии это называется чакраман. Он сидел под деревом бодхи, затем он гулял. Но он гулял с таким мол­чаливым видом, как будто был в медитации.

Кто-то спросил Будду: «Почему вы делаете это? Иногда вы сиди­те с закрытыми глазами и медитируете, а затем ходите».

Будда отвечал: «Сидеть с целью быть молчаливым легко, поэтому я хожу. Но внутри я сохраняю то же молчание. Я сижу, но внутри я тот же самый - молчащий. Я хожу, но внутри я тот же самый - молчащий».

Внутреннее свойство является тем же самым... Когда будда встречает императора и когда встречает нищего - он всегда один и тот же, он всегда имеет одно и то же внутреннее качество. Когда он встречает нищего, он не меняется, когда он встречает императора, он не меняется; он один и тот же. Нищий не является ничем и импера­тор не является чем-то. На самом деле, встречая будду, император чувствует себя как нищий, а нищий чувствует себя как император. Характер общения, сам человек и его качества являются теми же самыми.

Когда Будда был жив, то каждый день утром он говорил своим ученикам: «Если у вас есть, что спросить, спрашивайте». В тот день, когда он умирал, утром было то же самое. Он позвал своих учеников и сказал: «Если вы сейчас хотите спросить что-нибудь, вы можете спросить. И помните, что это последнее утро. Прежде, чем этот день кончится, меня больше не будет». Он был тем же самым. Это был его ежедневный вопрос по утрам. Он был тем же самым! День был по­следним, но он был тем же самым. Так же, как и в любой другой день, он сказал: «О'кей, если у вас есть вопросы, вы можете спросить - но это последний день».

Его тон не изменился, но ученики начали плакать. Они забыли спросить что-либо.

Будда сказал: «Почему вы плачете? Если бы вы плакали в другие дни, то все было бы в порядке, но это последний день. К вечеру меня не будет, так что не тратьте зря время на плач. В другой день это будет нормальным; вы сможете тратить время. Не тратьте ваше время на плач. Почему вы плачете? Спрашивайте, если у вас есть что спро­сить». Он был одним и тем же в жизни и смерти.

Итак, в-третьих, самореализованный человек находится в покое. Жизнь и смерть являются одним и тем же; блаженство и несчастье являются одним и тем же. Ничто его не беспокоит, ничто не смещает его из его дома, из его центрированности. К такому человеку вы ничего не можете добавить. Вы не можете ничего отнять у него, вы не можете ничего дать ему - он реализовался, он удовлетворен. Каждый его вдох является исполненным, молчаливым, блаженным. Он до­стиг. Он достиг экзистенции, существования, бытия; он расцвел как тотальный, целостный человек.

Это не частичный расцвет. Будда не великий поэт. Конечно, что бы он ни говорил, является поэзией. Он совсем не поэт, но даже когда он движется, ходит - это поэзия. Он не художник, но что бы он ни говорил, становится живописью. Он не музыкант, но все его сущест­вование является чудесной музыкой. Человек реализован как нечто тотальное, целостное. Так что теперь что бы он ни делал или вообще не делал ничего... когда он сидит в молчании, ничего не делая, даже в молчании его присутствие работает, творит; он становится творя­щим.

Тантра не имеет отношения к какому-то частичному росту, она имеет отношение к вам как к тотальному существу. Так что основны­ми являются три цели: вы должны быть центрированы, укоренены и уравновешены; то есть всегда должны быть в середине - и, конечно, без каких-либо усилий. Если для этого нужны усилия, то вы неурав­новешены. И вы должны быть в покое - в покое во вселенной, дома в существовании, в экзистенции, и из этого будет следовать многое другое. Это основные потребности, потому что если эти потребности не удовлетворены, то вы являетесь человеком только по названию. Вы являетесь человеком, как потенциальная возможность, а не как реальность. Вы можете им быть, вы имеете соответствующий потен­циал, но потенциальность должна стать реальностью.

 

Второй вопрос:

Будьте любезны, объясните такие понятия, как созерцание, кон­центрация и медитация.

Созерцание означает направленное мышление. Мы все думаем; это не созерцание. Это думанье является ненаправленным, нечетким, никуда не ведущим. Наше мышление, на самом деле, является не созерцанием, а тем, что Фрейд называл ассоциациями. Одна мысль ведет к другой мысли без всякого направления вами. Сама мысль по ассоциации приводит к другой мысли.

Пересекая улицу, вы видите собаку. В тот момент, когда вы ви­дите собаку, ваш ум начинает думать о собаках. К этой мысли вас привела собака, а затем уже ум использует много ассоциаций. Когда вы были ребенком, вы боялись какой-то конкретной собаки. В ваш ум пришла собака, а затем в него пришло детство. Затем собаки забыты; тогда просто по ассоциации начинается сон наяву о вашем детстве. Затем детство продолжает соединяться с другими вещами, и вы движетесь кругами.

Когда вы находитесь в покое, попытайтесь вернуться назад от того, о чем вы сейчас думаете, к тому месту, где эта мысль возникла. Вернитесь назад, отследите все шаги. Тогда вы увидите, что первона­чально была другая мысль, и она привела к этой, последней. И они логически не связаны, потому что как собака на улице может быть связана с вашим детством?

Здесь нет логической связи - только ассоциации вашего ума. Если бы я пересекал улицу, то та же самая собака не привела бы меня к моему детству, она привела бы к чему-нибудь другому. Кого-ни­будь другого она привела бы еще к чему-нибудь другому. Каждый имеет в уме какую-нибудь цепь ассоциаций. Для каждой личности любое происшествие, любой случай ведет к цепочке. Тогда ум начи­нает функционировать как компьютер. Тогда одна вещь ведет к дру­гой, вторая - к третьей и так далее, и весь день вы этим занимаетесь.

Записывайте на листочке бумаги все, что бы ни пришло вам в голову, только честно. Вы будете просто поражены тем, что происхо­дит в вашем уме. Между двумя мыслями нет никакой связи, а вы продолжаете применять этот тип мышления. Вы называете это мышлением? Это только ассоциации одной мысли с другой и они ведут себя... вас ведут.

Думанье становится созерцанием, когда оно осуществляется не по ассоциации, но направленно. Вы работаете над конкретной про­блемой - тогда вы отбрасываете все ассоциации. Вы обдумываете только эту проблему, вы управляете своим умом. Ум старается убе­жать по любому побочному пути, по любому иному маршруту, к некоторой ассоциации. Вы обрезаете все эти боковые маршруты; вы направляете свой ум только по одной дороге.

Работа ученого над некоторой проблемой является созерцанием. Работа логика над проблемой, работа математика над проблемой является созерцанием. Поэт размышляет о цветке. Тогда весь мир выводится за скобки, и остаются только этот цветок и поэт, и он движется вместе с цветком. Многие вещи с боковых маршрутов будут привлекать его внимание, но он не позволяет своему уму двигаться куда-либо в сторону. Ум движется по одной линии, он направляется. Это созерцание.

Наука построена на созерцании. Любое логическое рассуждение является созерцанием: мысли управляемы, думанье направляется. Обычное думанье является абсурдом. Созерцание является логиче­ским, рациональным.

Далее идет концентрация. Концентрация представляет собой удерживание внимания в одной точке. Это не думанье, это не созер­цание. Это просто нахождение в одной точке, где уму совсем не позволяется двигаться. При обычном думании ум движется как су­масшедший. При созерцании этот сумасшедший является ведомым, направляемым; он не может сбежать куда-нибудь. При концентра­ции уму не позволяется двигаться. При обычном думании ему по­зволяется двигаться куда угодно; при созерцании ему позволяется двигаться в определенном направлении; при концентрации ему не позволяется двигаться, ему позволяется находиться в одной точке. Вся энергия, все движения прекращаются, направлены в одну точку.

Йога имеет дело с концентрацией, обычный ум имеет дело с ненаправленным мышлением, научный ум имеет дело с направлен­ным мышлением. Йогический ум имеет сфокусированное мышле­ние, зафиксированное в одной точке; никакое движение не допускается.

И, наконец, о медитации. При обычном думаньи уму позволяет­ся двигаться куда угодно; при созерцании ему позволяется двигать­ся только в одном направлении, все остальные направления отрезаны. При концентрации ему не позволяется двигаться даже и одном направлении; допускается лишь концентрация в одной точке.

А при медитации сам ум не допускается. Медитация есть состо­яние не-ума.

Имеется четыре уровня состояния ума: обычное мышление, со­зерцание, концентрация, медитация.

Медитация означает отсутствие ума - даже концентрация не до­пускается. Самому уму не позволяется существовать! Вот почему медитацию невозможно понять умом. Вплоть до концентрации ум все может постигнуть, всего достичь. Ум может понять концентра­цию, но ум не может понять медитацию. При медитации ума вообще не должно быть. При концентрации уму разрешается быть в одной точке. При медитации даже эта точка убирается. При обычном мыш­лении все направления открыты. При концентрации открыта только одна точка - направлений нет. При медитации даже эта точка не является открытой: сам ум не допускается.

Обычное мышление является обычным состоянием ума, а меди­тация является высочайшей возможностью. Наинизшим является обычное мышление, ассоциации, а наивысшим, вершиной являет­ся медитация - состояние не-ума.

 

В связи со вторым вопросом спрашивают также:

Созерцание и концентрация являются умственными процесса­ми. Как может умственный процесс помочь достижению состояния не-ума?

Этот вопрос является очень важным. Ум спрашивает, как может сам ум выйти за пределы ума? Как может какой-либо умственный процесс помочь достижению чего-либо, что не является умом? Это кажется противоречивым. Как может ваш ум стараться, как он может прилагать усилия, чтобы создать состояние, которое не является умом?

Попытаемся понять. Когда ум есть, что мы имеем? Процесс думания. Когда есть не-ум, что мы имеем? Отсутствие процесса думания. Если вы будете все время уменьшать свой процесс думания, если вы будете все время растворять ваше думание, то шаг за шагом, медленно вы достигнете состояния не-ума. Ум означает думание; не-ум означает отсутствие думания. И ум может помочь. Ум может помочь совершить самоубийство. Вы можете совершить самоубий­ство; вы никогда не спрашиваете, как живой человек может помочь себе стать мертвым. Вы можете помочь себе стать мертвым - каждый пыта­ется помочь. Вы можете помочь себе стать мертвым, но вы живы. Ум может помочь вам войти в состояние не-ума. Как ум может помочь?

Когда процесс думания становится все более и более насыщен­ным, то вы перемещаетесь от ума к еще большему уму. Когда процесс думания становится менее насыщенным, уменьшается, замедляет­ся, вы помогаете себе перемещаться к не-уму. Это зависит от вас. И ум может помочь в этом, потому что, на самом деле, ум это то, что вы делаете со своим сознанием непосредственно в данный момент. Если вы оставите свое сознание в одиночестве, не делая с ним ничего, оно превратится в медитацию.

Итак, у вас имеется две возможности - одна из них заключается в том, что вы медленно, постепенно, шаг за шагом уменьшаете свой ум. Если он уменьшен на один процент, то вы имеете в себе девяносто девять процентов ума и один процент не-ума. Это так, как будто вы удаляете из комнаты мебель - тогда создается некоторое пространст­во. Затем вы еще удаляете мебель и пространства становится больше. Когда вы удаляете всю мебель, вся комната превращается в пустое пространство.

На самом деле удаление мебели не создает свободное простран­ство, это пространство уже существовало. Оно только было занято мебелью. Когда вы удалили мебель, снаружи не вошло никакое новое пространство; пространство здесь уже было, но оно было занято ме­белью. Вы убрали мебель и пространство восстановилось, его снова можно обнаружить. Глубоко внутри ум является занятым простран­ством, наполненным мыслями. Если вы удалите некоторое количе­ство мыслей, то создастся пространство - или восстановится, или снова обнаружится. Если вы будете продолжать удалять свои мысли, то постепенно вы будете наращивать ваше пространство. Это про­странство и есть медитация.

Это может быть сделано медленно, но может и быстро. Нет необ­ходимости в течение целой жизни удалять мебель, потому что при этом возникают проблемы. Когда вы начинаете удалять мебель, со­здается один процент пространства, а девяносто девять процентов пространства занято. Эти девяносто девять процентов занятого про­странства будут плохо себя чувствовать из-за наличия незанятого пространства; они будут пытаться заполнить его. Тогда можно про­должать медленно уменьшать количество мыслей, а в это время будут создаваться новые мысли.

Утром вы некоторое время сидите в медитации; вы замедляете процесс своего мышления. Затем вы отправляетесь на рынок и снова натиск мыслей. Пространство снова заполняется. На следующий день вы снова поступаете таким же образом, и вы продолжаете делать так все время - отбрасываете мысли, затем приглашаете их снова.

Вы можете выбросить всю мебель и внезапно. Решение зависит от вас. Это трудно, потому что вы уже привыкли к мебели. Без мебели вы можете чувствовать себя неудобно; вы не знаете, что делать с этим пространством. Вы можете даже начать бояться двигаться в этом пространстве. У вас никогда не было такой сво­боды для движения.

Ум является обусловленным. Мы привыкли к мыслям. Вы ког­да-либо наблюдали - а если не наблюдали, то понаблюдайте, - что вы продолжаете повторять одни и те же мысли каждый день. Вы как грамофонная запись, в вас тоже нет свежести и новизны - вы стары. Вы все продолжаете повторять одни и те же мысли. Почему? Какая польза от этого? Польза только одна - это просто старая привычка; вы чувствуете, что делаете нечто полезное.

Вы лежите в постели и ждете, когда сон придет к вам, и то же самое повторяется каждый день. Почему вы делаете это? Некоторым образом это помогает. Старые привычки и обусловленность помогают. Ребенку нужна игрушка. Если ему дать игрушку, он заснет; затем можно и отнять игрушку. Но если игрушки нет, ребенок не может заснуть. Это обусловленность. В тот момент, когда ребенку дают игрушку, в его уме что-то срабатывает. Теперь он готов заснуть.

То же самое случается с вами. Игрушки могут быть другими. Кто-то не может заснуть, пока не будет монотонно повторять: «Рама, Рама, Рама...» Он не может заснуть! Это игрушка. Если он повторяет: «Рама, Рама, Рама...», то игрушка в его руках; он может заснуть.

Вы испытываете трудности при засыпании в новой комнате. Если вы привыкли спать в определенной одежде, то вы будете нуж­даться в этой конкретной одежде каждый день. Психологи говорят, что если вы спите в ночной рубашке, а вам ее не дали, то вы будете испытывать трудности при засыпании. Почему? Если вы никогда не спали обнаженным, а вам сказали спать обнаженным, то вы не будете чувствовать себя спокойно. Почему? Между обнаженностью и сном нет никакой связи, но для вас эта связь существует, это старая при­вычка. Со старыми привычками вы чувствуете себя легко и удобно. Схемы рассуждений также являются только привычками. Вы чувствуете себя удобно - одни и те же мысли каждый день, один и тот же маршрут. Вы чувствуете, что все в порядке.

Вы сделали некоторые капиталовложения в ваши мысли и в этом проблема. Ваша мебель не является просто хламом, который можно выбросить, вы очень много в нее вложили. Вся мебель может быть выброшена немедленно, это может быть сделано! Для этого имеются мгновенные методы, мы будем о них говорить. Немедленно, сию минуту, вы можете освободиться от всей вашей умственной мебели. Но тогда вы внезапно окажетесь пустым, незаполненным, и вы не будете знать, кто вы такой. Тогда вы не будете знать, что делать, поскольку впервые с вами не будет ваших старых схем. Шок может быть слишком неожиданным. Вы можете даже умереть, или вы мо­жете сойти с ума.

Вот почему внезапные методы не используются. Пока человек не готов, внезапные методы не используются. Человек внезапно сходит с ума, потому что он теряет все, что удерживает его. Прошлое немед­ленно отбрасывается, а когда прошлое отбрасывается, вы не можете постичь будущее, потому что будущее всегда понимается в терминах прошедшего.

Остается только настоящее, а вы никогда не бываете в настоя­щем. Вы были или в прошлом, или в будущем. Поэтому, когда вы в первый раз окажетесь просто в настоящем, вы почувствуете себя неистовым, сумасшедшим. Вот почему внезапные методы не ис­пользуются, если вы не работаете в школе, если вы не работаете с мастером в группе, если вы не являетесь тотально преданным учите­лю, если вы не посвятили всю свою жизнь медитации.

Поэтому постепенные методы являются достаточно приемле­мыми. Они отнимают много времени, но постепенно вы привыкаете к пространству. Вы начинаете ощущать это пространство, и его красоту, и его блаженство, и тогда ваша мебель постепенно удаля­ется.

Итак, от обычного мышления необходимо перейти к созерцанию - это постепенный метод. От созерцания хорошо перейти к концент­рации - это постепенный метод. А от концентрации хорошо сделать прыжок в медитацию. Тогда вы двигаетесь медленно и на каждом шаге ощущаете под собой фундамент. И когда вы прочно утвердитесь на одном шаге, только тогда вы начнете переходить к следующему шагу. Это не прыжок, это постепенный переход. Итак, эти четыре состояния - обычное мышление, созерцание, концентрация, медита­ция - являются четырьмя шагами.

 

Третий вопрос:

Является ли развитие пупочного центра совершенно самостоя­тельным и независимым от роста сердечного и головного центров, или он развивается одновременно с ростом сердца и головы? Кроме того, объясните, пожалуйста, каким образом тренировки и техники для пупочного центра отличаются от тренировок и техник для раз­вития сердечного и головного центров?

Следует понять одну основную мысль: сердечный и головной центры должны развиваться, а пупочный - нет. Пупочный центр должен быть только обнаружен, он не должен развиваться. Пупочный центр уже на месте. Вы должны открыть, обнаружить его. Он уже здесь и полностью развит, и вы не должны развивать его. Сердечный центр и головной центр являются развиваемыми. Они не должны быть обнаружены, они должны быть развиты. Их развитию помога­ют общество, культура, образование, тренировки.

Но с пупочным центром вы рождаетесь. Вы не можете не иметь пупочного центра. Вы можете быть без сердечного центра, вы можете быть без головного центра. Они не являются необходимыми; их хорошо иметь, но вы можете жить и без них. Это может быть очень неудобно, но вы можете обойтись без них. Без пупочного центра, однако, вы жить не можете. Он является не просто необходимостью, он является вашей жизнью.

Итак, имеются техники для развития сердечного центра - для роста любви, для роста чувствительности, для того, чтобы ваш ум стал более чувствительным. Имеются методы и техники для того, чтобы стать более рациональным, более логичным. Развиваться мо­жет разум, развиваться могут эмоции, но экзистенция, существова­ние развиваться не может. Она уже здесь; она должна быть обнаружена.

Под этим подразумевается многое. Первое: для вас может ока­заться невозможным иметь такой же ум, такие же умственные спо­собности, как у Эйнштейна. Но вы можете стать буддой. Эйнштейн представляет собой превосходно функционирующий умственный центр. Или кто-нибудь еще... любящий. Маджну в совершенстве фун­кционирует в своем сердечном центре. Вы можете не смочь стать таким, как Маджну, но вы можете стать буддой, потому что в вас свойства будды развивать не нужно, они уже там. Они связаны с основным центром, с исходным центром - с пупком. Они уже здесь. Вы уже будда, только не осознаете этого.

Нельзя сказать, что вы уже Эйнштейн. Вы можете попробовать, но нет никакой гарантии, что вы станете им. Нет никакой гарантии, это вообще кажется невозможным. Почему это кажется невозмож­ным? Потому что для того, чтобы получить голову Эйнштейна, не­обходим некоторый рост, необходима некоторая окружающая среда, необходимо определенное обучение. Это невозможно повторить, по­тому что это неповторяемо. Во-первых, вы должны найти тех же самых родителей, потому что обучение начинается в утробе матери. Трудно найти тех же самых родителей - невозможно. Как вы сможете найти тех же самых родителей, как вы сможете повторить ту же самую дату рождения, тот же дом, те же ассоциации, тех же друзей? Вы должны будете полностью повторить жизнь Эйнштейна - до мельчайших подробностей! Если вы упустите хотя бы один момент, вы будете уже другим человеком.

Итак, это невозможно. Каждая личность рождается в этом мире только один раз, потому что одни и те же обстоятельства не могут быть воспроизведены снова. Повторение ситуации является таким большим событием. Это означает, что тот же самый мир должен существовать в тот же самый момент. Это невозможно. И вы уже здесь, так что, что бы вы ни делали, ваше прошлое уже отразилось в вас. Вы не можете стать Эйнштейном. Индивидуальность повторить невозможно.

Будда не является индивидуальностью. Будда - явление, фено­мен. Не имеют значения никакие индивидуальные факторы; для того, чтобы стать буддой, достаточно вашего существования. Центр уже здесь, он функционирует; вы должны только обнаружить его. Так что техники для сердца являются техниками для развития чего-либо, а техники, относящиеся к пупочному центру, предназначены для его обнаружения. Вы должны раскрыться. Вы уже являетесь буддой, вы должны только узнать этот факт.

Итак, имеются два типа личностей - будды, которые знают, что они будды, и будды, которые не знают, что они будды. Но все явля­ются буддами. В той степени, в какой это касается экзистенции, существования, все являются одинаковыми. Только в экзистенции наблюдается коммунизм; во всем остальном коммунизм является абсурдом. Никто не может быть равным, неравенство является осно­вой всего. Поэтому, если я скажу, что только религия ведет к комму­низму, то это может показаться парадоксом, но я имею в виду именно такой коммунизм: это полное равенство в экзистенции, в существо­вании, в бытии. В этом смысле вы равны Будде, Христу, Кришне, но ни в каком другом смысле две личности не являются равными. Неравенство является основой всего, что относится к внешней жиз­ни; равенство является основой всего, что относится к внутренней жизни.

Итак, эти сто двенадцать методов не предназначены на самом деле для развития пупочного центра; они предназначены для его обнаружения. Вот почему иногда внезапно кто-то становится буддой - нет никакой проблемы создания чего-либо. Если вы сможете взгля­нуть на самого себя, если вы сможете глубоко погрузиться в самого себя, то вы обнаружите, что все, что вам нужно, уже здесь. Все это уже здесь и единственной проблемой является вопрос о том, как добиться отброса к той точке, где вы уже являетесь буддой. Медитация не поможет вам быть буддой, она только поможет вам осознать, что вы будда.

 

Еще один вопрос:

Все ли просветленные центрированы на пупок? Кришнамурти, например, центрирован на пупок или на голову? Был ли Рамакришна центрирован на сердце или на пупок?

 

Каждый просветленный центрирован на пупок, но выражение каждого просветленного могло идти и из других центров. Давайте ясно поймем эту разницу. Каждый просветленный центрирован на пупок; других возможностей нет. Но их выражение, их проявление себя, впечатление от них - это совсем другое.

Рамакришна проявляет себя через сердце. Он использует свое сердце как средство для своих сообщений. Что бы он ни обнаружил в пупочном центре, он выражает через сердце. Он поет, он танцует - это проявления его блаженства. Блаженство расположено в пупке, а не в каком-либо другом месте. Рамакришна центрирован в пупке, но как может он сказать другим, что он центрирован в пупке? Для выраже­ния этого он использует свое сердце.

Кришнамурти для выражения использовал свою голову; вот по­чему способы их выражения как бы противоречат друг другу. Если вы верите в Рамакришну, вы не сможете верить в Кришнамурти. Если вы верите в Кришнамурти, вы не сможете верить в Рамакриш­ну, потому что вера всегда основывается на впечатлениях, а не на переживаниях. Человеку, привыкшему рассуждать, Рамакришна ка­жется инфантильным: «Что за чепуха - танцы, пение? Что он делает? Будда никогда не танцевал, а этот Рамакришна танцует. Он выглядит ребенком».

Для рассудка сердце всегда кажется инфантильным, но для сер­дца рассудок кажется бесполезным, поверхностным. Что бы ни гово­рил Кришнамурти, это все то же самое. Переживание одно и то же - будь то Рамакришна, Чайтанья или Мира. Но если человек центри­рован на голову, то его объяснение, его выражение будет рациональ­ным. Если Рамакришна увидит Кришнамурти, он скажет: «Пойдем, давай танцевать. Почему ты тратишь свое время? При помощи танца это может быть выражено более легко и доходит оно более глубоко». Кришнамурти скажет: «Танец? Танец может загипнотизировать. Не танцуй. Анализируй! Рассуждай! Рассуди, проанализируй, стань осознающим».

Эти различные центры используются для выражения, а сами переживания являются одними и теми же. Переживание можно на­рисовать - дзэнские мастера изображали свои переживания. Когда они становились просветленными, они изображали это. Они ничего не говорили, они просто рисовали. Риши, мудрецы из Упанишад создали прекрасную поэзию. Когда они становились просветленны­ми, они создавали поэтические произведения. Чайтанья обычно тан­цевал; Рамакришна обычно пел. Будда и Махавира для объяснения того, что они пережили, использовали голову, рассудок. Для выраже­ния своего переживания они создали великие системы мышления. Но само переживание не является ни рациональным, ни эмоци­ональным: оно выше этого. Было очень мало людей, кто мог бы выразить свои переживания посредством обоих центров. Вы сможете найти многих людей типа Кришнамурти, вы сможете найти многих людей типа Рамакришны, но очень редко случается так, что человек может выразиться через оба центра. Такой человек приводит вас в замешательство. С этим человеком вы никогда не можете быть спо­койны, потому что вы не можете понять соотношения между двумя способами выражения; они кажутся противоречивыми.

Если я говорю что-нибудь, то я должен делать это, используя рассудок. Так я привлекаю много реалистичных, ориентированных на голову людей. Затем однажды они замечают, что я разрешаю пение и танцы, и им становится неуютно: «Что это? Нет никакой связи...» Но для меня здесь нет противоречия. При помощи танца тоже можно говорить - и иногда более глубокие вещи. Рассудок тоже является способом общения - и иногда очень понятным способом. И то, и другое является способом выражения.

Если бы вы увидели Будду танцующим, вы были бы в затрудне­нии. Если бы вы увидели Махавиру, играющего на флейте, обнажен­ного, то вы не смогли бы заснуть. Что случилось с Махавирой? Он сошел с ума? Если флейта у Кришны, то все в порядке, а если у Махавиры, то в это трудно поверить. Флейта в руках Махавиры? Непостижимо! Вы не можете даже вообразить это. Но причина не в том, что имеется противоречие между Махавирой и Кришной, между Буддой и Чайтаньей; все это обусловлено различиями в способах выражения. Будда привлечет конкретный тип умов - ориентирован­ных на голову, - а Чайтанья и Кришна привлекут умы совершенно противоположного типа - ориентированные на сердце.

Но трудности возникают. Люди вроде меня создают трудности: я привлекаю и тех, и других, и никто из них не чувствует себя спо­койно. Когда я говорю, люди, ориентированные на голову, чувствуют себя легко, но когда я допускаю другие типы выражения, они чувст­вуют себя неспокойно. И то же самое происходит с другими - когда используются какие-либо эмоциональные методы, люди, ориенти­рованные на сердце, чувствуют себя легко, но когда я дискутирую, когда я рассуждаю о чем-нибудь, тогда они отсутствуют, их здесь нет. Они говорят: «Это не для меня».

Как раз вчера ко мне пришла одна леди и сказала: «Я была в Маунт Абу, но там у меня возникли трудности. В первый день, когда я слушала вас, все было прекрасным, все привлекало меня; я была просто очарована. Но когда я увидела киртан - посвятительные пес­нопения и танцы, - я решила немедленно все бросить; это было не для меня. Я отправилась на автобусную станцию, но проблема ведь оставалась. Я хотела слышать ваши беседы, поэтому я вернулась. Я не хотела упустить то, что вы говорите». Она была в затруднении. Она сказала мне: «Это было так противоречиво».

Это кажется противоречивым, потому что эти центры противо­речат друг другу, но это противоречие находится внутри вас. Вашей голове нелегко с вашим сердцем; они конфликтуют. Из-за этого внутреннего конфликта вам кажется, что конфликтуют Кришнамурти и Рамакришна. Создайте мост между вашим сердцем и вашей головой и тогда вы узнаете, что они являются посредника­ми.

Рамакришна был абсолютно необразованным - никакого разви­тия рассудка. Он был чистым сердцем. Был развит только один центр, сердце. Кришнамурти является чистым рассудком. Он побы­вал в руках некоторых наиболее строгих рационалистов - Анни Безант, Лидбитера и теософов. Они были создателями величайших философских систем своего века. Теософия, на самом деле, является одной из величайших систем, когда-либо созданных человеком, и абсолютно рациональной. Он был воспитан рационалистами; он яв­ляется чистым разумом. Если он даже говорит о сердце и любви, его выражения являются рациональными.

Рамакришна не такой. Если он даже говорит о рассудке, он абсур­ден. К нему пришел Тотапури и Рамакришна стал изучать под его руководством Веданту. И Тотапури сказал: «Отбрось всю эту религи­озную чепуху. Полностью отбрось эту мать, Кали. Пока ты не отбро­сишь все это, я не буду учить тебя, потому что Веданта не религия, а знание».

Рамакришна сказал: «Хорошо, но дай мне время сходить к мате­ри и спросить ее, могу ли я выбросить все это, всю эту чепуху. Дай мне один момент, чтобы спросить у матери».

Это человек, ориентированный на сердце. Даже для того, чтобы покинуть мать, он должен спросить у нее разрешение. «И она так любит меня - сказал он, - что она позволит мне, ты не беспокойся».

Тотапури не мог понять того, что он слышал.

Рамакришна сказал: «Она так любит меня, она никогда не гово­рила мне нет. Если я скажу «Мама, я должен покинуть тебя, потому что сейчас я изучаю Веданту и не могу делать эту религиозную чепуху, поэтому позволь мне, пожалуйста, то она разрешит. Она даст мне полную свободу отбросить все это».

Создайте мост между вашей головой и сердцем и тогда вы уви­дите, что все те, кто когда-либо становился просветленным, говорили одно и то же, могли отличаться только языки, которыми они поль­зовались.

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 11

 

ТЕХНИКИ ДЛЯ ПРОНИКНОВЕНИЯ ВО ВНУТРЕННЕЕ

 

14ноября 1972 года, Бомбей, Индия

 

 

Сутры:

15. Если закроешь руками семь отверстий головы, то пространство между глазами станет все в себя включающим.

16. Благословенная, когда чувства поглощены сердцем, достигни центра лотоса.

17. Бездумный ум, держись в середине - до тех пор, пока....

 

Человек похож на круг без центра. Его жизнь является перифе­рийной; его жизнь протекает только в окрестностях. Вы живете сна­ружи, вы никогда не живете внутри. У вас это не получится, пока не будет найден центр. Вы не можете жить внутри, вы, на самом деле, не имеете ничего внутреннего. Вы не имеете центра, вы имеете только внешнюю часть. Вот почему мы продолжаем говорить о внутреннем, о том, как продвигаться внутрь, о том, как узнать себя, как проник­нуть внутрь, но эти слова не имеют никакого соответствующего зна­чения. Вы знаете значение слов, но вы не можете почувствовать, что они означают, потому что вы никогда не были внутри. Вы никогда не были внутри.

Даже когда вы один, в своем уме вы находитесь в толпе. Когда никого нет снаружи, вы все же не внутри. Вы продолжаете думать о других; вы продолжаете движение наружу. Даже когда вы спите, вы видите сны о других, вы не внутри. Только в очень глубоком сне, когда отсутствуют сновидения, вы находитесь внутри, но в это время вы не осознаете этого. Запомните этот факт: когда вы нахо­дитесь в сознании, вы никогда не бываете внутри, а во время глубокого сна вы становитесь неосознающими. Поэтому все ваше сознание состоит из внешнего. И когда бы мы ни говорили о проникновении внутрь, понятными являются слова, но не их зна­чение - потому что не слова являются носителем значения, а пере­живание.

Слова не имеют значения. Когда я говорю «внутри», вы понима­ете слово - но только слово, а не его значение. Вы не знаете, что есть внутреннее, потому что ваше сознание никогда не было внутри. Ваш ум постоянно направлен наружу. У вас нет никаких ощущений того, что значит внутреннее или что это такое.

Вот что я имею в виду, когда говорю, что вы круг без центра - только окрестности. Центр здесь, но вы погружаетесь в него только тогда, когда у вас отсутствует сознание. Когда же оно присутствует, вы движетесь наружу, и, поэтому, ваша жизнь никогда не является интенсивной; она и не может быть такой. Она является всего лишь тепловатой. Вы живете так, как будто вы мертвец, или вы живы и мертвы одновременно. Вы мертвенно живы - живете смертеподобной жизнью. Вы живете по минимуму - не на максимальной вершине, а по минимуму. Вы можете сказать: «Я есть» - и это все. Вы не являетесь мертвыми; и это то, что вы подразумеваете под жизнью.

Но жизнь никогда не узнаешь на периферии. Жизнь можно уз­нать только в центре. На периферии возможна лишь едва теплящаяся жизнь. Поэтому вы, на самом деле, живете совсем не настоящей жизнью, а тогда даже смерть становится ненастоящей - потому что тот, кто по-настоящему не жил, не может по-настоящему умереть. Только подлинная жизнь может перейти в подлинную смерть. Тогда смерть становится прекрасной: все подлинное является прекрасным. Даже жизнь, если она не является настоящей, должна быть безобраз­ной. И ваша жизнь является безобразной, просто отвратительной. В ней ничего не происходит. Вы просто продолжаете ждать, надеясь на то, что что-то когда-то случится.

В настоящий момент там просто пустота и каждый момент по­хож на некоторый момент в прошлом - просто пустота. Вы просто ожидаете будущего, надеясь, что когда-то что-то случится, вы просто надеетесь. Тогда теряется каждый момент. Это не случилось в про­шлом, поэтому оно не может случиться и в будущем. Это может случиться только в настоящий момент, но тогда вы будете нуждаться в интенсивности, в проникающей интенсивности. Тогда вы должны будете укорениться в центре, тогда периферия не будет иметь значе­ния. Тогда вы должны будете найти свой момент.

На самом деле мы никогда не думаем о том, чем мы являемся, и что бы мы ни думали, это просто обман. Однажды я жил с профессо­ром в университетском лагере. Как-то раз он пришел ко мне очень взволнованный, поэтому я спросил: «В чем дело?» Он сказал: «Меня лихорадит».

Я что-то читал, поэтому я сказал ему: «Идите спать. Возьмите это одеяло и отдохните».

Он отправился в постель, но через несколько минут он сказал: «Нет, меня не лихорадит. Я, на самом деле, взбешен. Один человек обидел меня, и я в ярости против него».

И я сказал: «Почему же вы говорили, что вас лихорадит?» Он сказал: «Я не мог признать тот факт, что я гневаюсь, но на самом деле я в гневе. Это не жар». Он отбросил одеяло.

Тогда я сказал: «О'кей, если вы сердитесь, возьмите эту подушку. Бейте ее, обратите свою ярость против нее. Пусть ваша ярость высво­бодится. А если подушки будет недостаточно, то я к вашим услугам. Вы можете бить меня, но пусть этот гнев будет отброшен».

Он засмеялся, но смех его был фальшивым - просто маска на лице. Смех пришел на его лицо и сразу исчез, он не проникал внутрь.

Он не шел изнутри; это была просто нарисованная улыбка. Но смех, даже фальшивый смех, создает разрыв. Он сказал: «На самом деле, нет... я, на самом деле, не сержусь. Кто-то что-то сказал перед другими и я почувствовал большое замешательство. Дело только в этом».

И я сказал ему: «Вы изменили свое утверждение о своих собст­венных ощущениях три раза в течение получаса. Вы сказали, что вас лихорадит, затем вы сказали, что вы сердитесь, а теперь вы говорите, что вы не сердитесь, а только в замешательстве. Какое же ощущение является реальным?»

Он сказал: «На самом деле я в замешательстве».

Я сказал: «Какое ощущение является реальным? Когда вы гово­рили, что вас лихорадит, вы были уверены в этом. Когда вы говорили, что вы сердитесь, вы также были уверены в этом. И вы также уверены в последнем. Вы одна личность, или вас много? Как долго будет продолжаться эта последняя уверенность?»

Тогда человек сказал: «Я, на самом деле, не знаю, что я чувствую. Я не знаю, что это. Я просто выведен из себя. Называется это гневом, смущением или чем-то еще - я не знаю. И сейчас неподходящий момент, чтобы обсуждать это». И он добавил: «Оставьте меня одного. Вы превратили мою ситуацию в философское понятие. Вы обсужда­ете, что является реальным, подлинным, а я чувствую себя очень расстроенным».

Это происходит не только с кем-то другим - с X, У или Z, - это происходит с вами. Вы никогда не уверены, потому что уверенность проистекает от нахождения в центре. Вы не уверены даже в самом себе. Невозможно быть уверенным относительно других, если вы никогда не уверены в самом себе. Имеется только неопределенность, аморфность; ничто не является определенным.

Несколько дней назад некто был у меня и сказал мне: «Я люблю одну девушку и хочу жениться на ней». Я несколько минут смотрел ему глубоко в глаза и ничего не говорил. Он стал беспокойным и сказал: «Почему вы смотрите на меня? Я чувствую себя так неловко». Я продолжал смотреть. Он сказал: «Вы думаете, что моя любовь является фальшью?» Я ничего не говорил, я просто продолжал смот­реть. Он сказал: «Почему вы считаете, что эта свадьба не приведет к добру?» Он сказал как бы про себя: «На самом деле я не думал об этом очень много, поэтому я и пришел к вам. Я, на самом деле, не знаю, люблю я ее или нет».

Я не сказал ни единого слова. Я просто смотрел в его глаза. Но он стал беспокойным, и нечто, находящееся внутри, стало выходить наружу, как пузырьки газа.

Вы не уверены, вы не можете быть уверенными ни в чем: ни в вашей любви, ни в вашей ненависти, ни в вашей дружбе. Нет ничего, в чем бы вы были уверенными, и все это потому, что вы не имеете центра. Без центра нет никакой уверенности. Все ваши ощущения уверенности ложны и преходящи. В эту минуту вы чувствуете, что вы уверены, но в следующую минуту уверенность уходит, потому что каждую минуту вы имеете новый центр. Вы не имеете постоянного центра, кристаллизованного центра. В каждый момент вы имеете свой мгновенный центр, так что каждый момент имеет свое собст­венное «я».

Георгий Гурджиев обычно говорил, что человек является толпой. Персональные свойства являются только обманом, потому что вы не личность, а много личностей сразу. Поэтому, когда одна из лично­стей говорит в вас, это один из мгновенных центров. В следующий момент будет другой центр. В каждый момент, в каждой атомарной ситуации вы чувствуете определенность, и вы никогда не осознаете, что вы просто поток - много волн без какого-либо центра. Тогда в конце вы почувствуете, что жизнь была просто пустой тратой време­ни. Так и должно было быть. Это просто пустая трата времени, просто блуждание - бесцельное, бессмысленное.

Тантра, йога, религия... их основные усилия направлены, прежде всего, на обнаружение центра, на то, как сначала приобрести индиви­дуальность. Они направлены на то, как найти центр, который будет оставаться постоянным в любой ситуации. И тогда, в то время как жизнь продолжается где-то на периферии, когда жизнь все течет и течет, когда волны приходят и уходят, центр остается постоянно внутри. Тогда вы остаетесь уникальным - укорененным, центриро­ванным.

Эти сутры представляют собой техники для нахождения центра. Центр уже здесь, потому что не бывает круга без центра. Круг может существовать только с центром, поэтому центр всего лишь забыт. Он здесь, но мы не осознаем этого. Он здесь, но мы не знаем, как на него взглянуть. Мы не знаем, как сфокусировать на нем свое сознание.

15. Закрой все отверстия твоей головы…

Третья техника центрирования: Если закроешь руками семь от­верстий головы, то пространство между глазами станет все в себя включающим.

 

Это одна из наиболее старых техник - одна из простейших и много используемых. Закройте все отверстия головы - глаза, уши, нос, рот. Когда все отверстия головы закрыты, ваше сознание, кото­рое непрерывно вытекает наружу, внезапно останавливается; оно больше не может вытекать наружу.

Вы, возможно, не наблюдали, но если вы прекратите на мгновенье только дыхание, то внезапно ваш ум остановится - потому что ум движется вместе с дыханием. Это обусловленность, связанная с умом. Вы должны понять, что такое обусловленность - только тогда будет легко понять эту сутру.

Павлов, один из наиболее известных русских психологов, создал термин «обусловленность» - или «условный рефлекс» - слова, исполь­зуемые ежедневно во всем мире. Это слово знает каждый, кто знаком с психологией хотя бы немного. Любые два мыслительных процесса могут быть так связаны, что если вы начнете с одного из них, то запустится также и другой.

Вот известный пример Павлова. Павлов работал с собаками. Он обнаружил, что если вы поставите перед собакой ее пищу, то начнет выделяться слюна. Язык собаки высовывается и приготавливается к приему пищи. Это естественно. Когда собака видит пищу или даже только представляет себе пищу, начинает течь слюна.

Но Павлов обусловил этот процесс другим процессом. Всякий раз, когда перед собакой была пища и текла слюна, он делал что-либо другое. Он, например, звонил в колокольчик, а собака должна была слушать этот звон. В течение пятнадцати дней одновременно с пода­чей пищи звонил колокольчик. Затем, на шестнадцатый день, пищу перед собакой уже не ставили, звонили только в колокольчик. Но все равно слюна начинала течь, и язык высовывался, как будто перед собакой была пища.

Но пищи не было, был только звон колокольчика. Нет никакой естественной связи между звоном колокольчика и слюной, естест­венная связь имеется между слюной и пищей. Но теперь в результате постоянного повторения звон колокольчика связан со слюной, и про­цесс ее выделения начинается по звонку.

Согласно Павлову, - а он прав - вся наша жизнь является обус­ловленным процессом. Наш ум обусловлен. Таким образом, если вы остановите что-либо, условно связанное с чем-либо другим, то это другое тоже остановится.

Вы, например, никогда не думаете без дыхания. Размышления всегда происходят совместно с дыханием. Вы не осознаете дыхание, но оно непрерывно здесь, день и ночь. Каждая мысль, каждый про­цесс рассуждений связан с дыханием. Если вы внезапно прекратите дышать, мысли также остановятся. А если все семь отверстий вашей головы будут закрыты, то внезапно ваше сознание не сможет выте­кать наружу. Оно остается внутри, и это порождает между вашими глазами пустое пространство. Это пространство известно как третий глаз.

Если все отверстия головы закрыты, то вы не можете двигаться наружу, потому что вы всегда выходили наружу через эти отверстия. Вы остаетесь внутри вместе со своим сознанием, и сознание начинает концентрироваться между этими двумя глазами, между этими дву­мя обычными глазами. Оно остается между этими двумя глазами, оно сфокусировано. Это место известно как третий глаз.

Это пространство становится все в себя включающим. Эта сутра говорит, что в этом месте заключено все, в нем заключена вся экзи­стенция. Если вы сможете почувствовать это место, вы будете чувст­вовать все. Раз вы можете почувствовать себя внутри этого пространства между двумя глазами, то вы знаете экзистенцию и постигаете ее тотальность, потому что это внутреннее пространство включает в себя все. Вне его не остается ничего.

Упанишады гласят: «Познавший одно знает все». Эти два глаза могут видеть только конечное. Третий глаз видит бесконечное. Эти два глаза могут видеть только материальное. Третий глаз видит не­материальное, духовное. Этими двумя глазами вы никогда не почув­ствуете энергию, вы никогда не увидите энергию; вы можете увидеть только материю. Но при помощи третьего глаза видна материя как таковая.

Подобное закрывание всех отверстий является способом центри­рования, поскольку раз поток сознания не может вытекать, он оста­ется в своем источнике. Этим источником сознания является третий глаз. Если вы центрированы на третий глаз, многое случается. Преж­де всего, вы обнаружите, что внутри вас помещается целый мир.

Свами Раматирта обычно говорил: «Солнце движется во мне, звезды движутся во мне, луна поднимается во мне. Во мне находится вся вселенная». Кода он сказал это в первый раз, его ученики подума­ли, что он сошел с ума. Каким образом в Раматирте могут оказаться звезды?

Но он говорил о третьем глазе, о внутреннем пространстве. Когда в первый раз освещается это внутреннее пространство, вы испыты­ваете незабываемые ощущения. Когда вы видите, что все находится внутри вас, вы становитесь вселенной.

Третий глаз не является частью вашего физического тела. Про­странство между вашими двумя глазами не является пространством, ограниченным контурами вашего тела. Это бесконечное пространст­во, проникшее в вас. Однажды познав это пространство, вы никогда больше не будете прежним человеком. В тот момент, когда вы позна­ете это пространство, вы познаете бессмертие. Тогда не будет никакой смерти.

Когда вы впервые узнаете это пространство, ваша жизнь станет подлинной, интенсивной, вы впервые реально почувствуете жизнь. Теперь нет потребности в каких-либо мерах безопасности, теперь невозможен страх. Теперь вас невозможно убить. Теперь у вас ничто нельзя отнять. Теперь вся вселенная принадлежит вам: вы сами являетесь вселенной. Те, кто познал это внутреннее про­странство, кричат в экстазе: «Ахам Брахмасми! Я - вселенная, я - экзистенция».

Суфийский мистик Мансур был убит только из-за переживаний, связанных с третьим глазом. Когда он впервые осознал это внутрен­нее пространство, он стал кричать: «Я - Бог!» В Индии ему бы покло­нялись, потому что Индия знала очень многих, кто пришел к познанию внутреннего пространства в третьем глазе. Но в мусуль­манской стране понять его было трудно. Поэтому утверждение Мансура: «Я есть Бог – Анал хак!» было воспринято как нечто антирелигиозное, поскольку мусульмане не могут представить себе, что человек и Бог могут стать единым. Человек есть человек - он создан - и создателем является Бог, так как же созданное становится создателем? Так что утверждение Мансура о том, что он Бог, не могло быть понято - он был убит. Но когда его убивали, он смеялся. И кто-то спросил: «Почему ты смеешься, Мансур?»

Говорят, что Мансур сказал: «Я смеюсь, потому что вы не убива­ете меня, вы не можете убить меня. Вы обмануты этим телом, но я не являюсь этим телом. Я - создатель этой вселенной и именно мой палец приводит в движение всю эту вселенную с самого начала».

В Индии его бы легко поняли. Подобный язык был известен там, в течение многих веков. Мы знаем, что наступает момент, когда познается внутреннее пространство. Тогда человек просто сходит с ума. И человек в такой степени уверен в этой реализации, что даже если вы убьете Мансура, он не изменит своего утверждения - по­скольку на самом деле вы не можете убить его как такового. Теперь он стал целым. Теперь нет возможности разрушить его.

На примере Мансура суфии поняли, что в подобных ситуациях лучше молчать. Поэтому после Мансура суфийская традиция неуклонно поучала своих посвященных: «Когда бы вы ни проникли в свой третий глаз, оставайтесь молчаливыми и не говорите ничего. Когда бы это ни случилось, сохраняйте спокойствие. Не говорите ничего или просто продолжайте говорить некоторые формальные вещи, ко­торым люди верят».

Так что ислам имеет теперь две традиции. Одна является обыч­ной, обращенной наружу, экзотерической; другая, реальный ислам, суфизм является эзотерической. Но суфии молчат, потому что со времен Мансура они поняли, что разговор на том языке, который приходит к человеку после открытия третьего глаза, приводит к не нужным трудностям; это никому не помогает.

Эта сутра гласит: Если закроешь руками семь отверстий головы, то пространство между глазами станет все в себя включающим. Ваше внутреннее пространство превратилось во вселенную.

16. Поглоти чувства своим сердцем

Четвертая техника центрирования: Благословенная, когда чувст­ва поглощены сердцем, достигни центра лотоса.

Каждая техника может оказаться полезной для определенного типа ума. Третья техника, которую мы только что обсуждали - закры­вание отверстий головы - может быть использована многими. Она очень проста и не очень опасна. Вы легко можете ее использовать и совсем необязательно закрывать отверстия руками. Какое-то закры­вание необходимо, так что вы можете использовать затычки для ушей и маску для глаз. На самом деле все отверстия следует закры­вать лишь на несколько мгновений, на несколько секунд. Попробуй­те. Не практикуйте эту технику - может помочь только внезапное ее использование. Когда она внезапна, она помогает. Лежа в постели, закройте внезапно все отверстия головы на несколько секунд и по­смотрите, что получится.

Почувствовав удушье, продолжайте до тех пор, пока это не станет абсолютно непереносимым - из-за прекратившегося дыхания. Про­должайте до тех пор, пока это не станет абсолютно непереносимым. А когда это станет абсолютно непереносимым, вы не сможете больше закрывать отверстия, так что не беспокойтесь. Некоторая внутренняя сила откроет все отверстия. Поэтому продолжайте, насколько это в ваших силах. Необходим именно момент удушья, потому что удушье ломает все старые ассоциации. Будет прекрасно, если вы сможете продолжить еще несколько мгновений. Будет очень трудно и вы почувствуете, что умираете, но не бойтесь, вы не можете умереть. Вы не можете умереть от закрытия отверстий головы. Но нужным мо­ментом является именно тот момент, когда вы почувствуете, что вы умираете.

Если вы сумеете продержаться этот момент, то внезапно все будет освещено. Вы почувствуете внутреннее пространство, которое будет все время расширяться, включая в себя все, включая в себя целое. Тогда открывайте ваши отверстия. Пытайтесь повторить это снова и снова. Когда у вас есть время, попробуйте. Но не практикуйте эту технику регулярно. Вы можете практиковать остановку дыхания на некоторое время. Но регулярная практика не поможет, нужен внезапный толчок. При таком толчке прекращается течение по ста­рым каналам вашего сознания, а при этом возможно появление чего-то нового.

Даже сегодня многие практикуют этот метод - многие люди по всей Индии. Но они практикуют его, а этот метод основан на внезапности. Если вы практикуете его регулярно, то ничего не получится, ничего не случится. Если я внезапно вышвырну вас из этой комнаты, ваши мысли остановятся. Но если мы будем прак­тиковать это ежедневно, то ничего не случится. Это превратится в механическую привычку. Так что не практикуйте этот метод. При­меняйте его изредка, когда сможете. Тогда вдруг, внезапно вы осознаете внутреннее пространство. Это внутреннее пространство появляется перед вашим сознанием только тогда, когда вы нахо­дитесь на пороге смерти. Требуемым моментом является тот мо­мент, когда вы почувствуете: «Я не могу продолжать далее ни единого мгновенья, моя смерть близка». Продолжайте! Не бой­тесь. Умереть не так просто. По крайней мере, до сих пор от этого метода еще никто не умер.

Вы не можете умереть, потому что в вашем организме имеются некоторые встроенные средства безопасности. Перед смертью че­ловек становится бессознательным. Если вы в сознании и чувст­вуете, что умираете, не бойтесь. Вы еще в сознании, так что вы не можете умереть. А если вы станете бессознательным, то ваше ды­хание возобновится. Тогда вы не сможете предотвратить этого. Так что вы можете использовать затычки для ушей или что-либо в этом роде. В руках нет необходимости. Руки используются только потому, что когда вы впадаете в бессознательность, руки расслаб­ляются и все ваши жизненные процессы возобновляются сами собой.

Вы можете использовать затычки для ушей и маску для глаз, но не используйте никаких затычек для носа или рта, потому что это может привести к фатальному исходу. Должен оставаться открытым хотя бы нос. Закрывайте его руками. Тогда, если вы действительно впадете в бессознательность, руки расслабятся и дыхание возобно­вится. Сработают свойственные организму средства безопасности. Этот метод может быть использован многими.

Четвертый метод предназначен для тех, кто имеет очень развитое сердце, для любящих, чувствительных натур, для эмоциональных людей. Благословенная, когда чувства поглощены сердцем, достигни центра лотоса. Этот метод может быть использован только теми, кто ориентирован на сердце. Поэтому давайте поймем сначала, что из себя представляет личность, ориентированная на сердце. Тогда мож­но будет понять и этот метод.

Для человека, ориентированного на сердечный центр, все ведет к сердцу, абсолютно все. Если вы любите его, вашу любовь почувствует его сердце, а не голова. Человек, ориентированный на голову, даже любовь ощущает мозгом, головой. Он думает об этом; он строит планы относительно любви. Даже его любовь является осознанными усилиями ума.

Чувствительная натура живет не рассуждая. Разумеется, у сердца свои доводы и мотивы, но оно не рассуждает. Если вас спросят: «Почему вы любите?» и вы сможете ответить, то вы ориентированы на голову. А если вы скажете: «Не знаю, я просто люблю», то вы ориентированы на сердечный центр.

Даже если вы скажете, что кто-то является прекрасным и поэтому вы его любите, это будет плодом рассудка. Для человека, ориентиро­ванного на сердце, прекрасным является тот человек, которого лю­бишь. Человек, ориентированный на голову, любит другого потому, что он является прекрасным или она является прекрасной. Сначала вступает в действие рассудок, потом появляется любовь. Для ори­ентированного на сердце человека сначала приходит любовь, затем уже следует все остальное. Чувствительная личность цент­рирована в сердце, поэтому все, что бы с ней не случалось, прохо­дит через сердце.

Понаблюдайте за собой. В вашей жизни каждый момент что-ли­бо случается. Как это все воспринимается вами? Вы идете по улице и видите нищего. За какое место заденет вас этот нищий? Вы начнете думать об экономической ситуации? Вы начнете думать о том, как остановить нищенство законодательным образом или как устроить социалистическое общество, в котором бы не было нищих? Тогда вы ориентированы на голову. Этот нищий является для вас просто ис­ходными данными. Ваше сердце не затронуто, затронута только го­лова. Вы не собираетесь сделать что-либо для нищего здесь и сейчас - нет! Вы будете делать что-либо для коммунизма, вы будете делать что-либо для будущего, для какой-то утопии. Вы даже можете посвя­тить этому всю свою жизнь, но вы не сможете сделать что-либо просто сейчас.

Ум всегда действует в будущем; сердце всегда здесь и сейчас. Человек, ориентированный на сердце, что-нибудь сделает для этого нищего прямо сейчас. Этот нищий является индивидуальностью, а не исходными данными для рассуждений. Но для человека, ориен­тированного на голову, этот нищий - просто математическая фигура. Для него является проблемой то, как остановить нищенство, а не как помочь этому нищему - это его не касается. Так что понаблюдайте за собой. Понаблюдайте, как вы действуете в различных ситуациях. Связаны ли ваши действия с сердцем или с головой?

Если вы поняли, что вы ориентированы на сердце, то этот метод будет для вас очень полезным. Но знайте, что многие пытаются отнести себя к тем, кто ориентирован на сердце. Все хотят думать, что они являются очень любящими личностями, что они относятся к чувствительному типу - потому что любовь является такой основной потребностью человека, что никто не может не испытывать беспо­койства, видя, что в нем нет любви, нет любящего сердца. Так что все продолжают так думать и верить в это, но вера в данном случае не может помочь. Понаблюдайте за собой беспристрастно, как за кем-то посторонним, и тогда решите - потому что здесь нет нужды обманы­вать себя, это не поможет. Даже если вы обманете себя, вы не сможете обмануть технику, и, выполняя ее, вы обнаружите, что ничего не случается.

Ко мне приходят люди, и я спрашиваю их, к какому типу они принадлежат. В действительности они не знают этого. Они никогда не думали об этом - о том, какого они типа. Они имеют о себе смутные представления, и эти представления являются просто плодом их воображения. У них есть некоторые идеалы и собственные образы и они думают, вернее, желают, что они и есть эти образы. Они не являются этими идеальными образами, а часто оказывается, что они являются чем-то совершенно противоположным.

В этом есть причина. Человек, который настаивает на том, что он ориентирован на сердце, может настаивать на этом только потому, что он чувствует отсутствие у себя сердца, и он боится этого. Он не может осознать тот факт, что у него нет сердца.

Взгляните на окружающий вас мир! Если бы с его сердцем все было в порядке, то он не мог бы быть таким бессердечным. Этот мир является результатом нашей деятельности, и где-то что-то в нем не так. В нем нет сердца. А мы никогда и не развивали сердце. Мы развивали ум, и он присутствует. Для развития ума существуют школы, колледжи, университеты, но для развития сердца нет специ­альных учреждений. Развитие ума приносит доход, а развитие сердца опасно. Если у вас развито сердце, вы становитесь совершенно не­приспособленным к этому миру, потому что весь мир живет рассуд­ком.

Если у вас развито сердце, вы становитесь просто абсурдным в контексте всей мировой структуры. Когда весь мир движется вправо, вы будете двигаться влево. Во всем вы будете испытывать трудности. Фактически, чем более цивилизованным становится человек, тем меньше развивается его сердце. Мы фактически забыли о нем - что оно существует, что имеется потребность развивать его. Вот почему такой метод, который легко может сработать, так никогда и не рабо­тает.

Многие религии основаны на техниках, ориентированных на сердце - христианство, ислам, индуизм и многие другие. Они обра­щены к людям с развитым сердечным центром. Чем старше религия, тем больше она полагается на развитое сердце. Когда писались Веды и зарождался индуизм, люди были в основном ориентированы на сердце. Тогда трудно было найти человека, ориентированного на разум. Но теперь все наоборот. Вы не можете молиться, потому что молитва - это техника, ориентированная на сердце. Вот почему даже на Западе, где превалирует христианство - религия молящихся, - осуществление молитвы сталкивается с трудностями. На молитву ориентирована, в частности, католическая церковь.

В христианстве нет такого понятия, как медитация, но сейчас даже на Западе люди сходят с ума по медитации. Никто не собирается в церковь, - а если даже и собирается, то это всего лишь формальная вещь, просто воскресная религия - потому что ориентированная на сердце молитва стала совершенно неизвестной западному человеку. Медитация в большей степени ориентирована на ум, молитва в большей степени ориентирована на сердце. Можно сказать, что мо­литва является техникой медитации для сердечно ориентированных людей.

Эта техника также предназначена для сердечно ориентированных людей: Благословенная, когда чувства поглощены сердцем, достигни центра лотоса.

Так что же следует делать в этой технике? Когда чувства поглоще­ны сердцем... Попытайтесь! Для этого существует много путей. Вы прикасаетесь к кому-либо; если вы ориентированы на сердце, при­косновение немедленно войдет в ваше сердце и вы сможете почувст­вовать качество. Если вы возьмете руку ориентированного на голову человека, то рука его будет холодной - не просто рука будет холодной, но будет ощущаться холодность как качество. В руке будет ощущать­ся некоторая мертвенность. Если человек является сердечно ориен­тированным, то в нем наблюдается некоторая теплота, его рука будет растворяться в вас. Вы будете ощущать нечто, текущее из его руки в вас, происходит встреча, передача тепла.

Это тепло приходит из сердца. Оно никогда не может прийти из головы, потому что голова всегда холодная - она вычисляет. Сердце является теплым, невычисляющим. Голова всегда думает о том, как больше получить; сердце всегда чувствует, как больше дать. Это тепло есть просто отдача - отдача энергии, отдача внутренних вибраций, отдача жизни. Вот почему вы ощущаете в нем другое качество. Если такой человек обнимает вас, вы почувствуете, как крепко вы сплавля­етесь с ним.

Прикоснитесь! Закройте глаза и прикоснитесь к чему-нибудь. Прикоснитесь к любимой или любимому, прикоснитесь к своему ребенку или к своей матери, к другу, к дереву, к цветку, прикоснитесь просто к земле. Закройте глаза и почувствуйте связь между вашим сердцем и землей, или между сердцем и вашей любимой. Почувст­вуйте, что ваша рука - это просто ваше сердце, вытянувшееся для того, чтобы прикоснуться к земле. Пусть чувство прикосновения будет связано с сердцем.

Вы слушаете музыку. Не слушайте ее головой. Просто забудьте о своей голове, ощущайте, что у вас нет головы, что головы нет совсем. Хорошо иметь в своей спальне изображение самого себя без головы. Концентрируйтесь на нем; вы без головы, не позволяйте голове вой­ти. Слушая музыку, слушайте ее сердцем. Чувствуйте, как музыка входит в ваше сердце, позвольте сердцу вибрировать вместе с музы­кой. Пусть ваши чувства будут соединены с сердцем, а не с головой. Постарайтесь сделать это с каждым из чувств, почувствуйте, что каждое из чувств, все больше и больше входит в ваше сердце и раство­ряется в нем.

Благословенная, когда чувства поглощены сердцем, достигни центра лотоса. Сердце является лотосом. Каждое чувство является про­сто отверстием этого лотоса, лепестком этого лотоса. Постарайтесь сначала связать ваши чувства с сердцем. Во-вторых, всегда думайте, что каждое ваше чувство глубоко входит в ваше сердце и поглощается в нем. Только тогда, когда и то и другое произошло, ваши чувства начинают помогать вам. Они поведут вас к сердцу, и ваше сердце превратится в лотос.

Этот сердечный лотос придаст вам центрирование. Раз вы позна­ли сердечный центр, то очень легко опуститься в пупочный центр, очень легко. Эта сутра даже не упоминает об этом - в этом нет необ­ходимости. Если вы тотально поглощены своим сердцем и рассудок перестает работать, то вы проваливаетесь вниз. Из сердца открывает­ся дверь по направлению к пупку. Только из головы трудно идти к пупку. Трудно также идти к пупку, если вы находитесь посередине между сердцем и головой. Раз вы поглощены пупком, вы внезапно выпадаете из сердца. Вы опускаетесь в пупочный центр, который является основным - первичным.

Вот почему помогает молитва. Вот почему Иисус мог сказать: «Любовь есть Бог». Это не совсем так, но любовь является дверью. Если вы находитесь в состоянии глубокой любви - к кому угодно, не имеет значения к кому... Любовь имеет значение; предмет любви значения не имеет. Если вы глубоко любите кого-нибудь, так сильно любите, что с головой нет никаких взаимоотношений, если функци­онирует только сердце, то эта любовь превратится в молитву, а ваш любимый или любимая станут божественными.

В действительности, глаза любви не могут видеть ничего другого, вот почему это случается и при обычной любви. Если вы влюбляетесь в кого-нибудь, он становится божеством. Это может быть ненадолго, это может быть не очень прочным, но в момент любви любимый или любимая становятся божественными. Рано или поздно голова разру­шит все это, потому что голова вернется и постарается управлять всем. Даже любовью следует управлять. А раз голова возьмет управ­ление в свои руки, все будет разрушено.

Если вы сможете любить без управления со стороны головы, то ваша любовь должна превратиться в молитву и ваша любимая станет дверью. Ваша любовь сделает вас центрированным в сердце, а раз вы центрированы в сердце, то вы автоматически опускаетесь в пупоч­ный центр.

17. Не выбирай, держись в середине

Пятая техника на центрирование: Бездумный ум, держись в середине до тех пор, пока...

 

И это вся сутра. Как и всякое научное утверждение, эта сутра коротка, но даже эти несколько слов могут полностью трансформи­ровать вашу жизнь. Бездумный ум, держись в середине - до тех пор, пока ...

Держись в середине... Будда построил на этой сутре всю свою технику медитации. Его метод известен как маджхим никая - средин­ный путь. Будда говорит: «Всегда оставайся посередине - всегда и во всем».

Некто принц Шраван принял посвящение, Будда посвятил его в санньясины. Этот принц был редкостным человеком, и когда он принял санньясу, когда он был посвящен, все его королевство было поражено. Королевство не могло поверить в это, люди не могли поверить, что принц Шраван мог стать санньясином. Никто не мог себе этого даже вообразить, потому что он был чрезвычайно мир­ским человеком, потакавшим любым своим желаниям, даже самым крайним. Его обычными занятиями были вино и женщины.

Вдруг в городе появился Будда, и принц отправился к нему, чтобы иметь даршан - духовную встречу. Он пал у ног Будды и сказал: «Посвяти меня. Я оставлю этот мир».

Те, кто пришел с ним, даже ничего не поняли... это было так внезапно. И они спросили Будду: «Что случилось? Это чудо. Шраван не тот тип человека и, к тому же, он жил так роскошно. До сих пор мы не могли себе даже вообразить, что Шраван может быть санньяси­ном, так что же случилось? Ты сделал что-нибудь?»

Будда сказал: «Я ничего не делал. Ум может легко перемещаться из одной крайности в другую. Это обычный путь ума - двигаться из одной крайности в другую. Так что Шраван не делает ничего нового. Этого можно было ожидать. Вы так поражены, потому что не знаете законов, управляющих действиями ума».

Ум движется из одной крайности в другую, вот обычный путь ума. Так что это случается каждый день: человек, одержимый жаждой богатства, отрекается от всего, становится голым факиром. Нам ка­жется, что это чудо. Но в этом ничего нет - просто обычный закон. Нельзя ожидать отказа от богатства от человека, который не был бы одержим этим богатством, потому что только из одной крайности вы можете переместиться в другую - как маятник, из одного крайнего положения в другое.

Итак, человек, который сходил с ума, желая богатства, теперь сходит с ума, отказываясь от богатства, но сумасшествие остается - и в этом весь ум. Человек, который жил только ради секса, становится безбрачным, может прийти к самоизоляции, но сумасшествие оста­нется. Раньше он жил только ради секса, теперь он живет всецело против секса - но отношение, подход остается тем же самым.

Таким образом, брахмачарий, давший обет безбрачия, на самом деле не выше секса; весь его ум ориентирован на секс. Он против секса, но не выше его. Путь за пределы чего-то всегда лежит посере­дине, он никогда не является в некотором смысле предельным. Поэ­тому Будда говорит: «Этого можно было ожидать. Никакого чуда не произошло. Именно так и работает ум».

Шраван стал нищим, санньясином. Он стал бхикшей, монахом, и скоро другие ученики Будды стали наблюдать, что он движется к другой крайности. Будда никогда никого не просил ходить голым, а Шраван перестал одеваться. Будда не был сторонником оголения. Он говорил, что это еще одна крайность.

Есть люди, которые живут ради того, чтобы одеваться, как будто в этом заключена вся жизнь, а есть люди, которые вообще не одева­ются - но и те, и другие верят в одно и то же. Будда никогда не учил обнаженности, а Шраван перестал одеваться. Он был единственным учеником Будды, который ходил голым. Он занимался самоистяза­нием. Будда позволял санньясинам один прием пищи каждый день, но Шраван ел один раз через день. Он стал совершенно истощенным. В то время как другие ученики медитировали под деревьями, в тени, он никогда не садился под дерево. Он всегда оставался на жарком солнце. Он был раньше красивым человеком, у него было прекрасное тело, но через шесть месяцев никто не мог узнать его. Он стал безоб­разным, темным, загорелым.

Однажды вечером Будда пришел к Шравану и сказал ему: «Шра­ван, я слышал, что когда ты был принцем, еще до посвящения, ты любил играть на вине, на ситаре, и ты был хорошим музыкантом. Поэтому я пришел задать тебе один вопрос. Что случится, если стру­ны вины ослабить?»

Шраван сказал: «Если струны ослабить, то никакой музыки не получится».

И тогда Будда спросил: «А если струны сильно натянуты, слиш­ком сильно натянуты, что случится?»

Шраван сказал: «Тогда тоже невозможно извлечь музыку. Натя­жение струн должно быть средним - не ослабленным и не перетяну­тым, а в точности посередине. На вине играть легко, но только мастер может правильно настроить струны, в самой середине».

И Будда сказал: «Именно это я и хотел сказать тебе после наблю­дения за тобой в течение шести месяцев, - что и в жизни музыка звучит только тогда, когда струны не ослаблены, не перетянуты, а как раз посередине. Так что отречься от всего легко, но только мастер знает, как оставаться в середине. Итак, Шраван, будь мастером, пусть струны жизни будут ровно посередине - во всем. Не надо бросаться в крайности. Все имеет две крайние степени, но ты оставайся ровно посередине».

Но ум является очень невнимательным. Вот почему сутра гово­рит: Бездумный ум... Вы будете слышать это, вы будете понимать это, но ум никогда не обратит на это внимание. Ум всегда будет выбирать крайности.

Для ума крайность является привлекательной. Почему? Потому что в середине ум умирает. Взгляните на маятник: если вы имеете старинные часы, взгляните на маятник. Если маятник подходит к крайним положениям, он может двигаться целый день. Когда он движется влево, он собирает энергию, чтобы двигаться вправо. Когда он движется вправо, не думайте, что ему нужно вправо - он просто накапливает энергию для движения влево. Таким образом, все время крайности: вправо-влево, вправо-влево.

Остановите маятник в середине, и вся энергия будет утеряна. Тогда у маятника не будет энергии, потому что энергия шла от одной из крайностей. Тогда одна крайность бросала его по направлению к другой крайности, затем это повторялось, а это замкнутый цикл... маятник продолжает движение. Установите его в середину, и все дви­жение прекратится.

Ум просто подобен маятнику, понаблюдав за собой, вы в любой день поймете это. Вы принимаете одно крайнее решение, а затем движетесь к другому. Вы сердитесь; затем вы раскаиваетесь. Вы ре­шаете: «Все, этого достаточно. Теперь я никогда не буду сердиться». Но вы не видите крайности.

Никогда - это крайность. Как вы можете быть настолько уверен­ными, что вы никогда не будете сердиться? Что вы говорите? Поду­майте еще раз - никогда? Тогда отправьтесь в прошлое и вспомните, как много раз вы решали никогда не сердиться. Когда вы говорите, что вы никогда не будете сердиться, вы не осознаете, что, будучи сердитым, накопили энергию для движения в другую крайность.

Сейчас вы раскаиваетесь, вы чувствуете себя плохо. Ваш собст­венный образ разрушен, поколеблен. Теперь вы не можете сказать, что вы хороший человек, вы не можете сказать, что вы религиозный человек. Вы сердились, а как может сердиться религиозный человек? Как может сердиться хороший человек? Итак, вы раскаиваетесь и хотите снова восстановить свои хорошие качества. По крайней мере, в своих глазах вы можете почувствовать облегчение, - что вы раска­ялись и что вы решили, что теперь вы никогда не будете гневаться. Поколебленный образ возвращается к прежнему состоянию. Теперь вы чувствуете себя спокойно, вы движетесь к другой крайности.

Но ум, который говорит: «Я никогда больше не буду сердиться», снова будет сердиться. А когда вы снова сердитесь, вы полностью забудете про свое раскаяние, ваше решение - это все. После гнева снова придет раскаяние и снова будет принято решение и вы никогда не почувствуете обмана этого. Так было всегда.

Ум движется от гнева к раскаянию, от раскаяния к гневу. Оста­вайтесь в середине. Не сердитесь, и не раскаивайтесь. Если вы серди­тесь, то хотя бы не раскаивайтесь. Не двигайтесь в другую крайность. Оставайтесь в середине. Говорите себе: «Я сержусь и я плохой человек, я буйный человек. Я сержусь. Я такой». Но не раскаивайтесь; не двигайтесь в другую крайность. Оставайтесь в середине. Если вы останетесь в середине, вы не накопите энергию для нового гнева.

Итак, эта сутра гласит: Бездумный ум, держись в середине - до тех пор, пока... Но что означает это «до тех пор, пока...»? До тех пор, пока вы не распуститесь! Держитесь в середине до тех пор, пока ум не умрет. Держитесь в середине до тех пор, пока ума не станет. Без­думный ум, держись в середине - до тех пор, пока ум не исчезнет. Если ум означает бросаться в крайности, то середина будет не умом.

Но это самое трудное в мире. Это кажется легким, это кажется простым; может показаться, что вы можете выполнить это. И вы будете чувствовать себя хорошо, если будете думать, что в раскаянии нет необходимости. Испытайте это и тогда вы узнаете, что когда вы сердитесь, ум будет настаивать на раскаянии.

Мужья и жены продолжают ссориться, а в течение многих веков были воспитатели, советчики, великие люди, которые учили, как нужно жить и любить - но они продолжали ссориться. Фрейд впервые осознал такое явление, что когда вы находитесь в состоянии любви - так называемой любви, - то вы одновременно находитесь в состоянии ненависти. Утром вы любите, вечером ненавидите, так что маятник продолжает двигаться. Каждая жена и каждый муж знают это, но Фрейд имел очень неприятную интуицию. Фрейд говорил, что если пара перестала сражаться, то любовь умерла.

Та любовь, которая сосуществует с ненавистью и стычками, не может оставаться любовью, так что если вы видите пару, которая не сражается, то не думайте, что это идеальная пара. Это означает, что пары нет совсем. Они живут параллельно, но не друг с другом. Они параллельные линии, которые нигде не встречаются, и даже не сра­жаются. Будучи вместе, они одиноки - параллельны.

Ум должен двигаться в противоположном направлении, поэтому современные психологи дают лучший совет. Совет является более правильным, более глубоким, более проникающим. Он гласит, что если вы действительно хотите жить в любви - с привлечением ума, то не бойтесь сражений. Вы должны по настоящему сражаться, чтобы вы могли двигаться к противоположной крайности, к подлинной любви. Так что когда вы сражаетесь со своей женой, не избегайте этого; в противном случае вы избежите и любви. Когда придет время сражаться, сражайтесь до конца. Тогда к вечеру вы будете в состоянии любить: ум накопит соответствующую энергию. Обычная любовь не может существовать без сражений, потому что это - движение ума. Только любовь, которая идет не от ума, может существовать без сражений, но тогда это совсем другая вещь.

Любящий Будда... это совсем другое. Но если Будда придет к вам с любовью, вы не будете чувствовать себя хорошо, потому что в этом не будет никаких дефектов. Это будет просто любовь, любовь и лю­бовь - и скука, потому что пикантность идет от сражений. Будда не может сердиться, он может только любить. Вы не почувствуете его любви, потому что вы можете чувствовать только противоположно­сти, вы можете ощущать любовь только по контрасту.

Когда Будда после двенадцатилетнего отсутствия вернулся в свой родной город, его жена не вышла встречать его. Весь город, за исклю­чением его жены, собрался встречать его. Будда рассмеялся и сказал своему первому ученику Ананде: «Яшодхаране пришла. Я хорошо ее знаю. Кажется, она еще любит меня. Она гордая и чувствует себя задетой. Я думал, что двенадцать лет - достаточно долгий срок, чтобы любви не осталось, но кажется, она все еще любит - и все еще сердится. Она не пришла встретить меня. Я должен буду идти в свой дом».

И Будда пошел. Ананда был с ним; это соответствовало условию между Анандой и Буддой. Когда Ананда проходил посвящение, он поставил перед Буддой условие, что он всегда будет оставаться рядом с ним, и Будда согласился с этим условием. Ананда был его старшим двоюродным братом, так что Будда должен был согла­ситься.

Ананда последовал за ним в дом, во дворец, поэтому Будда ска­зал: «Хотя бы в этом случае останься и не ходи со мной, потому что она будет в ярости. Я вернулся через двенадцать лет, а я ведь убежал, даже ничего не сказав ей. Она очень сердита, так что не ходи со мной, иначе она будет чувствовать, что я не даю ей возможность даже сказать что-либо. Она, должно быть, хочет сказать мне многое, так что пусть она проявит свой гнев, не ходи со мной».

Будда вошел. Конечно же, Яшодхара была как вулкан. Она извер­галась, взрывалась. Она начала кричать и плакать и много говорить Будда стоял и ждал, и внезапно она остыла и осознала, что Будда не произнес ни единого слова.

Она вытерла свои глаза и посмотрела на Будду, а Будда сказал: «Я пришел сказать, что я что-то приобрел. Я что-то узнал, я что-то понял. Если ты остыла, я могу рассказать тебе - рассказать истину, которую я осознал. Я ждал так долго для того, чтобы ты могла отре­агировать. Двенадцать лет - долгий срок. Ты собрала много обид и твой гнев можно понять; я ожидал этого. Это показывает, что ты все еще любишь меня. Но есть любовь, которая выше этой любви, и только благодаря этой любви я вернулся, чтобы рассказать тебе о чем-то».

Но Яшодхара не могла чувствовать эту любовь. Ее трудно по­чувствовать, потому что она так молчалива. Она так молчалива, что кажется, что она отсутствует. Когда ум останавливается, появ­ляется другая любовь. Но эта любовь не имеет своей противопо­ложности. Когда ум останавливается, то что бы ни происходило, оно не имеет своей противоположности. Когда ум присутствует, всегда имеются полярные противоположности, и ум движется как маятник.

Эта сутра чудесна, благодаря ней возможны чудеса: Бездумный ум, держись в середине - до тех пор, пока...

Итак, испытайте ее. Эта сутра для всей вашей жизни. Вы не можете практиковать ее время от времени, вы должны быть посто­янно осознающими. При работе, при ходьбе, при еде, в отношени­ях с людьми, всегда - оставайтесь в середине. Пытайтесь, во всяком случае, и вы почувствуете, что в вас развивается некоторое спокой­ствие, к вам приходит спокойствие, в вас растет центр спокойст­вия.

Даже если вам не удастся быть точно посередине, пытайтесь находиться в середине. Внезапно вы почувствуете, что означает эта середина. Что бы с вами ни происходило - ненависть или любовь, гнев или раскаяние - всегда помните о полярных возможностях и оставайтесь между ними. И рано или поздно вы наткнетесь на точную среднюю точку.

Если вы узнаете это, то вы уже никогда об этом не забудете, потому что средняя точка лежит за пределами ума. Эта средняя точка и есть все то, что означает духовность.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 12

ЗА ПРЕДЕЛЫ УМА К ИСТОКАМ

15 ноября 1972 года, Бомбей, Индия

 

Вопросы:

 

Объясните, пожалуйста, функции пупочного центра, центра, связанного с третьим глазом, и спинного мозга.

Аскетизм Будды кажется противоположностью

мирской жизни, а не срединным путем.

Объясните, пожалуйста.

Какие имеются практические способы развития сердечного центра?

Должен ли человек любить «срединным» способом или быть интенсивным как на полюсе любви, так и на полюсе ненависти?

 

У нас много вопросов. Вот первый из них:

Вчера вы сказали, что при зарождении просветления простран­ство между двумя бровями - третий глаз - становится все в себя включающим. В другой день вы сказали, что все просветленные центрированы в своем пупке, а еще когда-то вы что-то рассказыва­ли о серебряной струне в середине позвоночника. Итак, мы знаем об этих трех основных вещах как о корнях человека. Расскажите, по­жалуйста, об относительном значении и сравнительных функциях этих трех сущностей: пупочного центра, третьего глаза и серебряной струны.

Основное, что следует понять об этих трех центрах, заключается в следующем: всегда, когда вы центрированы внутри них - внутри любого из них, - в тот момент, когда вы окажетесь центрированными, вы провалитесь к пупку. Если вы центрированы в сердце, само сердце не имеет значения - значение имеет сам факт центрирования. Или если вы центрированы в третьем глазе, основным является не третий глаз; основным является то, что ваше сознание центрировано. Так что, что бы ни было точкой центрирования, раз вы центрированы - где угодно, - то вы провалитесь к пупку.

Основным экзистенциальным центром, основным жизненным центром является пупок, но ваш функциональный центр может быть расположен где угодно. Из этого центра вы опускаетесь автоматиче­ски. Об этом нет необходимости думать. И это так не только с сердеч­ным центром и с третьим глазом. Если вы действительно центрированы в рассудке, в голове, то вы также опуститесь в пупоч­ный центр.

Центрирование - это вещь, но быть центрированным в рассудке, в голове очень трудно. Здесь имеются проблемы. Сердечный центр основан на любви, на вере, на самоотречении. Головной центр по­строен на сомнении и отрицании.

Фактически, быть тотально отрицающим невозможно; быть то­тально сомневающимся также невозможно. Но это случается иногда, потому что и невозможное также случается. Иногда, если ваше со­мнение достигает такой интенсивности, что от веры во что-либо ничего не остается, нет веры даже в сам сомневающийся ум, если сомнение оборачивается на самое себя и все становится сомнением, то вы немедленно опуститесь в пупочный центр. Но это очень редкое явление.

Доверие является более легким делом. Тотально доверять более легко, чем тотально сомневаться. Вы можете сказать тотальное «да» более легко, чем тотальное «нет». Поэтому, если вы даже центрирова­ны в голове, то само центрирование является основой: вы опуститесь к вашим экзистенциональным корням. Можно быть центрированным где угодно. Для этого подходит позвоночник; для этого подходит сердце; для этого подходит голова. Вы можете найти также и другие центры в вашем теле.

Буддисты говорят о девяти чакрах - о девяти динамических цен­трах человеческого тела. Индусы говорят о семи чакрах - семи дина­мических центрах тела. Тибетцы говорят о тринадцати центрах внутри человеческого тела. Нет необходимости изучать все эти цен­тры, вы можете найти свои собственные центры.

Каждая точка тела может быть сделана объектом центрирования. Тантра, например, использует для центрирования сексуальный центр. Тантра направлена на то, чтобы тотально привести в этот центр ваше сознание. Сексуальный центр тоже подходит.

В дао в качестве центра использовали большой палец ноги. Пере­местите ваше сознание на большой палец ноги; оставайтесь там, забудьте про все тело. Пусть все ваше сознание будет направлено на палец. Это тоже подходит, потому что, на самом деле, не имеет зна­чения, на что вы центрированы. Вы центрированы - и это главное. Все происходит благодаря центрированию, а не благодаря центру - запомните это. Центр не имеет значения, имеет значение факт цен­трирования.

Так что не ломайте голову, в этих многочисленных методах, в этих ста двенадцати методах будет использовано много центров. Не ломайте голову над тем, какой из центров является более важным или более реальным, сработает любой центр. Вы можете выбирать то, что вам самим правится.

Если ваш ум очень сексуален, то лучше выбирать сексуальный центр. Используйте его, так как ваше сознание течет к нему естест­венным образом - тогда лучше использовать его. Но сексуальный центр стало трудно использовать. Это один из наиболее естественных центров; ваше сознание притягивается к нему в силу биологических законов. Почему бы не использовать эти биологические силы для внутренней трансформации? Сделайте этот центр точкой вашего центрирования.

Но социальные условия, поучения, направленные на подавление секса, морализирование - они наносят глубокий вред. Вы отделены от своего сексуального центра. На самом деле наши представления о наших реальных человеческих свойствах не включают в себя сексу­альный центр. Представьте себе свое тело: вы оставите свои половые органы за пределами тела; вот почему многие люди ощущают, что их половые органы есть нечто отличное от них самих, что они не явля­ются частью их самих. Вот почему здесь так много спрятанного, столь многое остается неосознанным.

Если бы кто-нибудь прибыл к нам из космического пространст­ва, с другой планеты, и он бы увидел вас, то он не был бы в состоянии осознать, что у вас есть какой-то сексуальный центр. Если бы он послушал вас, он не был бы в состоянии понять, что существует нечто вроде секса. Если бы он попал в ваше общество, в ваш фор­мальный мир, то он бы так и не узнал, что имеет место что-то, подобное сексу.

Мы создали разделение. Мы построили барьер и отсекаем от самих себя свой сексуальный центр. Из-за наличия секса мы разде­ляем тело на две части. Верхняя часть означает в нашем понимании «высшее», а нижняя означает «низшее» - это осуждение. Так что «низшее» - это не только некоторая информация о местоположении нижней части тела, это также и оценка. Вы сами не думаете, что нижняя часть тела является вами.

Если кто-то спросит вас: «Где расположены вы в вашем теле?», то вы укажете на голову, потому что она наивысшая. Вот почему брами­ны в Индии скажут: «Мы являемся головой, а шудра, неприкасаемые, являются ногами». Ноги ниже, чем голова. Вы, на самом деле, голова, а ноги и другие части только принадлежат вам, они не вы. Чтобы завершить это разделение, мы разделили одежды на две части - часть одежд для верхней части тела, часть для нижней. Это только для того, чтобы разделить тело на две части. Это коварное разделение.

Нижняя часть тела не является частью вас. Она подвешена к вам - это какая-то посторонняя вещь. Вот почему для центрирования трудно использовать сексуальный центр. Но если вы сможете ис­пользовать его, то это самое лучшее, потому что по биологическим законам ваша энергия течет по направлению к этому центру. Кон­центрируйтесь на нем. Всякий раз, когда вы ощущаете какие-либо сексуальные побуждения, закройте глаза и почувствуйте, как ваша энергия течет к сексуальному центру.

Сделайте это медитацией: ощущайте себя центрированным в сексуальном центре. Тогда внезапно вы почувствуете изменение ка­чества энергии. Сексуальность исчезнет, а сексуальный центр станет освещенным, полным энергии, динамичным. Вы почувствуете в этом центре жизнь в ее высшей точке. И если вы центрировались, то в тот же момент секс будет полностью забыт. Вы почувствуете, что энергия из сексуального центра растекается по всему телу, даже вы­ходит за пределы тела и идет в космос. Если вы тотально центриро­ваны в сексуальном центре, то внезапно вы будете отброшены к вашему основному корню, к пупку.

Тантра использует сексуальный центр, и я думаю, что тантра является одним из наиболее научных подходов к трансформирова­нию человека, потому что использование секса является научно обоснованным. Если ум уже течет по направлению к этому центру, то почему бы не использовать это естественное течение в качестве транспортного средства?

В этом основное различие между тантрой и поучениями так называемых моралистов. Проповедники-моралисты никогда не используют секс для трансформации - они боятся. А тот, кто боит­ся сексуальной энергии, будет сталкиваться при трансформации себя с очень большими трудностями, потому что он сражается против течения, он бесполезно пытается плыть против течения реки.

Плыть по течению реки легко. И если вы можете плыть без каких-либо конфликтов, то вы можете использовать для центриро­вания этот центр.

Сработает любой центр. Вы можете создать свои собственные центры... нет необходимости быть традиционалистом. Все центры являются приспособлениями - приспособлениями для центрирова­ния. Когда вы центрированы, вы автоматически опускаетесь к своему пупку. Центрированное сознание возвращается к первоначальным истокам.

 

Второй вопрос:

 

Будда побудил многих людей стать санньясинами, то есть людь­ми, которые выпрашивали свою пищу и жили вдали от общества, деятельности и политики. Сам Будда жил жизнью аскета. Эта мона­шеская жизнь кажется крайностью, полярной противоположностью мирской жизни. Это не кажется срединным путем. Можете ли вы объяснить это?

Это будет трудно понять, потому что вы не осознаете, что являет­ся противоположностью мирской жизни. Противоположностью жизни является смерть. Были учителя, которые утверждали, что единственным путем является самоубийство. И не только в про­шлом; даже сейчас, в настоящем, имеются мыслители, которые ут­верждают, что жизнь является абсурдом. Если жизнь, как таковая, значения не имеет, то имеет значение смерть. Жизнь и смерть явля­ются полярными противоположностями, так что противоположно­стью жизни является смерть. Постарайтесь понять это. И для вас было бы полезным найти свой собственный путь.

Если смерть является полярной противоположностью жизни, то ум очень легко может двигаться к смерти - и так случается. Не замечали ли вы, что человек, совершивший самоубийство, был слишком сильно привязан к жизни? Самоубийство может совер­шить только тот, кто очень сильно привязан к жизни.

Вы, например, слишком сильно привязаны к своему мужу или к жене и думаете, что не сможете жить без него или без нее. Затем муж или жена умирает, и вы совершаете самоубийство. Ум переместился на другой конец, потому что он был слишком привязан к жизни. Когда жизнь разрушена, ум может двинуться к другому концу.

Самоубийства бывают двух типов - полное самоубийство и по­степенное самоубийство. Вы можете совершить постепенное само­убийство путем отстранения себя от жизни, путем отрезания себя от жизни, путем постепенного обрезания своих якорей в жизни, умирая медленно, постепенно.

Во времена Будды были школы, которые проповедовали само­убийство. Это была реальная противоположность жизни, мирской жизни. Тогда были школы, которые учили, что совершение само­убийства является единственным путем выхода из этой бессмысли­цы, которую мы называем жизнью, единственным уходом от этого страдания. «Если ты жив, ты должен страдать, - говорил и они,- и пока ты жив, нет путей выхода за пределы этого страдания. Так соверши самоубийство, убей себя.» Когда вы слышите подобное, вам это ка­жется слишком крайней точкой зрения, но попытайтесь понять ее поглубже. Она несет в себе некоторый смысл.

Зигмунд Фрейд после сорокалетнего изучения человеческой пси­хики - одно из наиболее длительных исследований, проведенных одним человеком - пришел к выводу, что человек, как таковой, не может быть счастливым. Сам способ функционирования ума создаст страдание, так что в лучшем случае человеку остается выбор большего или меньшего страдания. Отсутствие страданий не может быть, предметом выбора. Если вы должным образом приспособите свой ум, у вас будет меньше страданий, и это все. Это кажется очень безнадежным.

Экзистенциалисты - Сартр, Камю и другие - утверждают, что жизнь никогда не может быть счастливой. Сама природа жизни есть страх, гнев, страдание, поэтому самое большее, что человек может сделать, это смело встречать все, что она несет, и это все - без всякой надежды. Ситуация, как таковая, является безнадежной. Камю спра­шивал: «Ну, а если такова ситуация, то почему бы не совершить самоубийство? Если нет способов выйти из этого, оставаясь живым, то почему бы не оставить эту жизнь?»

Один из персонажей Достоевского в одном из величайших рома­нов мира Братья Карамазовы говорит: «Я пытаюсь выяснить, где находится ваш Бог, чтобы просто вернуть ему входной билет - вход­ной билет в жизнь. Я не хочу быть здесь. И если Бог существует, то он, должно быть, является очень злым и жестоким, потому что он бросил меня в эту жизнь, не спросив меня. Это никогда не было моим выбором. Почему я живу, хотя и не выбирал этого?»

Во времена Будды было много школ. Время Будды было одним из наиболее интеллектуальных периодов в человеческой истории. Тогда жил, например, Аджит Кешкамбал. Вы могли не слышать это имя, потому что трудно иметь последователей тому, кто проповедует самоубийство. Так что вокруг Аджита Кешкамбала не образовалось никакой секты, но в течение пяти лет он непреры